Глава 31. Непробиваемый холод

Керчь

Кристина медленно открыла глаза. Мир вокруг нее казался расплывчатым и неясным. В голове стучали отголоски вечеринки: приглушенные голоса, смех, музыка, которая еще недавно захватывала всю ее сущность, теперь превратилась в навязчивое эхо.

Каждое движение давалось с трудом. Кристина попыталась встать с постели и тут же ощутила слабость. В животе изрезало, влажные волосы прилипли ко лбу, и каждый вздох приносил лишь воспоминания — яркие огни, пронзительные звуки, и, конечно, лица ее новых друзей, чьи улыбки стали размытыми.

Сквозь занавески пробивалось нежное утреннее солнце, и его лучи, казалось, были настоящим орудием пыток. Каждое прикосновение света вызывало резь в глазах. Кристина вспомнила, как танцевала с Вадиком до потери счёта времени, как растворялась в ярких ритмах, забывая обо всем на свете.

— Фи-ил? — вяло позвала девушка.

Брата не было дома. Покопавшись в карманах, Кристина наконец нашла сотовый и набрала номер.

— Да? — послышался замученный голос на том конце провода.

— Ты где? И Геля?

— Вообще-то я в универе, — по его интонации было очевидно, что парень закатил глаза от раздражения, — сегодня понедельник, забыла? А за Гелю не в курсе.

— А, точняк... универ, — Кристина словно потеряла счет времени, — и когда освободишься?

— Не знаю. После учебы планировал поработать в кофейне неподалеку, — спокойно ответил он, — тебе, кстати, тоже не помешало бы куда-то устроиться.

— Куда, например? — искренне возмутилась Кристина, — официанткой или стриптизершей?

Кристина не была так близка с братом, как он полагал. Филипп ничего не подозревал о прошлой жизни Кристины, а тема наркотиков и вовсе была не близка ему. Если бы он узнал про их с Геной наркошоп, возможно, даже вычеркнул бы сестру из своей жизни и не стал бы с ней возиться. Рисковать было нельзя.

— Да хоть куда, — усмехнулся Фил, — не всем же быть такими выдающимися программистами, как я, — гордо заявил он, — как чувствуешь себя, кстати?

— Сойдет, — неохотно ответила сестра, — плохо помню вчерашний вечер...

— Вадик гнида потому что. Не смей ничего брать у него и тем более принимать, поняла? — переживал Фил, — я его знаю, он раньше подмешивал детскую присыпку в порошок и толкал, еще и продавая в два раза дороже.

— Талантливый парень, далеко пойдет, — рассмеялась Кристина, — не волнуйся, Фил, я в порядке, — убедила она его.

В трубке вдруг послышался громкий звонок, разрушая братско-сестринскую идиллию их разговора.

— Пара, — хмыкнул Фил, — увидимся вечером, сис, — последнее слово парень произнес в особо гламурной манере.

Кристина демонстративно прижалась губами к трубке и звонко чмокнула ее, прощаясь с братом. А затем, с легкой улыбкой на лице, отбросила телефон на кровать и осмотрелась по сторонам.

— А где моя сумочка?! — резко подорвалась она, разговаривая сама с собой, — вот же блять!

Девушка перерыла весь дом в поисках драгоценной вещи, но найти ее так и не удалось.

— Походу придется вернуться во Флэт... Надеюсь, я забыла ее там, а не в такси.

Не желая заморачиваться с выбором одежды, Кристина решила не переодеваться, и поехать в том, в чем заснула после ночи в клубе. Черное платье, когда-то утонченное и сексуальное, теперь почему-то казалось вульгарным.

Волны распущенных волос спускались по её плечам, но сейчас они выглядели так, будто пережили бурю. Каждая прядь была непослушной, а все детали её вчерашнего образа сплелись в хаос.

Макияж осыпался, оставляя черные следы под глазами и выраженные тёмные круги, которые только подчеркивали усталость и следы бессонной ночи, а про чистку зубов и прочую утреннюю рутину Кристина даже не подумала.

Покинув дом, она оказалась на остановке, где одна за другой отправлялись маршрутки.

Всего двадцать минут, и она оказалась на месте. Кристина подняла глаза на вывеску клуба, которая еще вчера сверкала огнями, после чего быстрым шагом последовала вовнутрь.

— Девушка, вам что-то подсказать? — осведомился чей-то грубый голос.

За ее спиной стоял менеджер заведения.

— Кажется, я вчера забыла у вас свою сумочку. Меховая такая...

— Одну минуту, посмотрю в забытых вещах.

— Посмотрите, пожалуйста! — тревожно протараторила она.

Менеджер тотчас удалился на поиски пропажи, оставляя Кристину одну.

«Я пока кофе не выпью, в человека не превращусь», — подумала она и последовала в сторону уже знакомого бара.

По ту сторону барной стойки сонно потирал глаза какой-то темноволосый парень. Кристина не сразу узнала его, но подойдя ближе, удивленно выкатила глаза:

— Вадик?... Ты тут че забыл?

Парень испуганно обернулся, доставая из уха наушник.

— Крис, детка, ты меня напугала!

Кристина раздраженно закатила глаза.

— Ты мне нравишься только когда не называешь меня, будто мы в тупом американском сериале.

— Прости, как всегда не смог удержаться! — Вадик соблазнительно улыбнулся, — я работаю здесь, вот так сюрприз?

— Барменом?

— Когда барменом, когда официантом... Когда диллером, — его лицо не выражало никаких эмоций, будто это было в порядке вещей, — в общем, разнорабочий.

— Топ, — равнодушно хмыкнула Кристина.

В эту секунду ей закралась в голову одна заманчивая идея.

«Может и мне устроиться сюда разнорабочим? Фил даже ничего не заподозрит».

— А ты че пришла? — Вадик вытащил Кристину из своих мыслей, — надеялась найти меня здесь спящим и поглазеть? — смех накатил на него с новой силой, когда лицо девушки перекосилось.

— Ну ты и придурок, — игнорируя его тупые шутки, она деловито добавила, — можно устроиться сюда на работу?

Парень удивленно посмотрел на нее.

«Держать ее поближе — что может быть лучше? Геля будет счастлива!»

Кончики его губ стремительно поползи наверх, демонстрируя улыбку до ушей.

— Вообще у нас нет вакансий, но для такой красотки как ты, я что-нибудь нарулю, — он по-дурацки закусил губу.

— Да уж, нарули, — Кристина тоже попробовала изобразить что-то вроде улыбки, пытаясь скрыть за ней раздражение.

— Вечером напишу тебе.

— У тебя ведь нет моего номера...

— Ты меня недооцениваешь! — загадочно подмигнул ей Вадик.

Она хотела ответить, но за спиной снова раздался голос менеджера.

— Девушка, у нас здесь только одна сумка!

В его руке была серая меховая сумочка, облаченная в смелый леопардовый принт. Каждую ее деталь подчеркивал блеск металлических цепей, которые справно скрепляли короткую ручку.

— Да! Это она! Спасибо! — поблагодарила Кристина, облегченно выдыхая, когда убедилась, что из нее ничего не пропало.

Попрощавшись, мужчина удалился из основного зала, снова оставляя Кристину и Вадика наедине. Девушка уселась за барный стул и развернулась вполоборота.

— Где, кстати, Ангелина, не знаешь?

— Не знаю, я с ней не сплю, — ехидно ответил Вадик, протирая тряпкой барную стойку, — что-нибудь еще? — угодливо спросил он.

— Американо сделай.

Коктебель

Коридор школы потихоньку оживал в суете перемены. Звуки шагов, смеха и разговоров смешивались в один общий поток. Ваня и Катя шли по коридору, увлеченно обсуждая ее минувшую контрольную по истории.

Девушка радовалась, что знала сегодняшнюю тему на отлично и сдала ее без проблем, а Кислов был счастлив вдвойне, ведь теперь у него наконец появилась своя личная всезнайка с синдромом отличницы.

Катя, с легким румянцем на щеках, смотрела на него с восхищением, ее сердце стучало так, как будто на сцене разыгрывался драматический спектакль. Каждый его взгляд и движение казались ей чем-то невероятным, а тепло Ваниной ладони обволакивало её, словно уютный плед.

Кислов тоже улыбался, переодически посматривая на девушку. Казалось, он наконец-то почувствовал тепло, которого так не хватало ему в прошлых отношениях.

В глазах Кати Ваня находил поддержку и понимание. Он вдруг ощутил, как невольно начинает доверять ей.

Парочка как раз проходила мимо школьной столовой, где шумно смеялись и болтали в компании Ваниных одноклассников Егор и Боря. Увидев друга, ребята последовали навстречу.

Катя смущенно отпустила глаза, и не став дожидаться, пока Хэнк с Мелом подойдут, чмокнула Кислова в щеку и поспешила на следующий урок.

— Опа-опа! Нихрена! — воскликнул Боря, — мы всего день не виделись, а ты уже с Катюхой мутишь.

— Кис, выглядишь даже будто не убитый горем, — задумчиво протянул Мел.

Их плечи встретились легким соприкосновением.

— Вы че обкуренные? — колко ответил Кислов, не понимая, чем вызвано такое удивление.

— Вообще-то мы думали, ты был навечно приговорен страдать по Кристине...

Киса сходу притормозил его.

— Забудь это имя. И больше не произноси его! — рявкнул он.

— Ладно, как скажешь... — Боря усмехнулся, повернувшись на Мела. В его глазах по-прежнему читалось удивление.

Мальчики неохотно направились в сторону кабинета истории, обсуждая по дороге личную жизнь Кислова, на что тот переодически посмеивался.

Не дойдя до аудитории, взгляд Вани зацепился за уже знакомую ранее шелковую блузку, которая мгновенно скрылась за дверьми директорской. Внутри словно все перевернулось, когда он понял, что в школу явилась мать Кристины.

Моментально позабыв о собственном убеждении в том, что имя Кристины следует забыть, Киса написал короткое сообщение в беседу с ребятами: «Пропущу». После чего уверенно двинулся в сторону директорской, решив подождать, когда Елена выйдет.

Прошло примерно полчаса. Киса уже начал засыпать, как за дверью вдруг послышалось.

— До свидания! Да, конечно, конечно...

— Тетя Лена! — облегченно выдохнул Ваня, обнимая ее в знак то ли приветствия, то ли поддержки.

— Ой, Ванюша! — она слегка растерялась, — ты как?

— Нормально, — быстрее пули промолвил Ваня, сразу переходя к сути, — Кристина звонила? Есть какие-то новости?

Они медленным шагом направились в сторону главного холла школы.

— Ох, Ванечка, — обессилено вздохнула она, — нет, она полностью отрезала со мной связь... Но я нашла ее брата Филиппа в социальных сетях и теперь постоянно списываюсь с ним. Дочь, конечно, не в курсе...

— Вы издеваетесь?! — вдруг неожиданно выпалил Кислов, заставляя тетю Лену испуганно вздрогнуть, — почему нельзя обратиться в полицию и вернуть эту дуру домой?! Почему?! — он грозно посмотрел на нее, тяжело дыша.

— Ваня, немедленно успокойся! Если Кристина решила, что ей будет лучше в Керчи, я не могу с этим ничего сделать! А если пойду в органы — стану для нее врагом номер один! Мне это точно не надо, ты должен меня понять, — серьезно ответила она, смотря ему в глаза.

— Нет, — злобно прошипел он, — я не могу это понять. Ей, сука, семнадцать лет, она несовершеннолетняя, к тому же абсолютно безумная! — не стесняясь в выражениях, продолжал кричать он.

— Слушай, я понимаю твои переживания, но Кристина по-настоящему больна. Ее поступкам могут оказать сопротивление лишь таблетки и терапия! Филипп уже в курсе и пообещал, что попробует вразумить ее вернуться домой!

Разговор уже перешел на повышенные тона.

— Да что с вами?! Вы вообще мать или кто?!

— Следи за словами! — пригрозила Елена, нахмурив брови.

— Вы правда думаете, что какой-то непонятный чел, которого вы последний раз видели лет десять назад, как-то повлияет на Кристину?! Вы его даже не знаете! — Кислов отшвырнул рюкзак куда-то в сторону, безнадежно хватаясь за голову, — зачем вы вообще пришли?

Елена осторожно оглянулась по сторонам, убедившись, что рядом никого нет.

— Поговорить с директором о прогулах своей дочери. Я сказала, что она на неопределенное время помещена в психиатрическую лечебницу, — после чего строго добавила, — поэтому не смей сказать ничего лишнего.

— Будете прикрывать побег, чтобы никто не догадался, что вам просто насрать на нее?! — злобно парировал он, теперь окончательно разочаровавшись в родне Кристины.

Елена исподлобья посмотрела на Ваню и, кажется, ему удалось зацепить ее. Ничего не ответив, женщина агрессивно развернулась и направилась прочь, громко отстукивая каблуками по керамической плитке.

автор настоятельно рекомендует включить музыкальное сопровождение под песню «забавы — глеб калюжный»

Внутри Кислова бушевали эмоции, переплетая злость и обиду в единый, неуловимый клубок. Ваня вспоминал её — ту, что когда-то была центром его мира, а теперь превратилась в тень, лишь иногда мелькающую в проблесках воспоминаний.

Размышления об этой девушке уносили его в тёмные закоулки души, где ностальгия мешала воспринимать реальность такой, какая она есть.

«Кристина — та ещё сука, обманщица и манипуляторша». Ее последние слова о любви, что так сладко звучали когда-то, теперь обернулись для Кислова острыми как бритва воспоминаниями.

Но в этом хаосе его вдруг настигло прозрачное, как туман, осознание. Мгновение, укол реальности: он снова вспомнил её такой, какая она есть — эгоисткой, игравшей чувствами людей без угрызений совести.

«Как я мог так долго прожигать время в её тени, пренебрегая собственными желаниями?! Нет, нельзя позволять себе скучать по тому, что никогда не было истинным счастьем».

Пора забыть. Пора расстаться с этой иллюзией, впустить в жизнь новое, собственное счастье, не связанное с её образом. Злость угасает, обида растворяется, и в сердце Вани вновь загорается искра надежды на счастье.

Керчь

Кто был по истине обличен в маску непробиваемого холода, так это Вадим. Его методы могли показаться жуткими: он закручивал интриги, разжигал конфликты и использовал чужие слабости, не испытывая при этом ни малейшего колебания совести. Ему были чужды эмоции, которые могли бы затмить его цели.

В своих манипуляциях Вадим искусно использовал доверие людей, будто это пружина, которую он готов сжать до предела, не задумываясь о последствиях.

Определившись со своей новой жертвой, он взялся за исполнение плана. В последнее время его особенно сильно раздражала его коллега-официантка по имени Лена. Парень с самого начала не взлюбил ее, когда та отказала ему в постели, и теперь он был во всеоружии.

В ту же ночь, когда клуб был полон людей, Вадим подложил небольшую упаковку с наркотиками в карман Лены. Сердце его нисколько не дрогнуло, когда он наблюдал , как она смеялась и общалась с друзьями, не подозревая о том, что ждет её впереди.

Затем Вадим вызвал полицию, указав на «подозрительную активность» Лены, и вскоре она была задержана.

Когда девушку увезли в отделение, клуб наполнился непривычной тишиной. Клиенты шептались, обсуждая произошедшее, и пока все были в шоке, парень вышел на крыльцо перекурить и, наслаждаясь собственной победой, набрал номер Кристины.

— Как и обещал, любовь моя. Завтра выходи на стажировку.

тгк: хейтер (ссылка в шапке профиля)