「紫の息吹」 (Murasaki no Ibuki) Дыхание Фиолета

И тут же я заметил Дракона Ро-о, покрытого чешуёй огненных оттенков — красного и золотого, с чёрными узорами, похожими на древние письмена. Его глаза напоминали корону с острыми зубцами. Крылья украшали узоры, словно движущиеся языки пламени, а хвост светился, будто тлеющий уголёк.

— Сссмеешь... ты... вторгаться в мои владения?.. Я... тебя съем! — Ро-о издал глубокий, гулкий звук, подобный дыханию вулкана перед извержением.

— Намэюки! — вскрикнул я, заметив его спящего среди жёлтых огоньков и звёзд, но туша дракона заслонила мне обзор.

— Ты... хочешь его ссспасти? — зловеще произнёс он. — Тогда убей меня! — Он закричал настолько громко, что самоцветы вокруг задрожали, как от землетрясения.

Он открыл пасть, обнажив флуоресцентные зубы, светящиеся в темноте глубоким фиолетовым светом, в форме серпов. Они вспыхивали оранжево-красным огнём и дымились, дым отдавал металлическим оттенком и тьмой магии.

Дракон внезапно начал генерировать во рту фиолетовое пламя и произнёс:

— Дыхание фиолета! — проревел он, и его пасть, размером с небольшой холм, извергла пламя. Языки огня, чёрные с фиолетовыми прожилками, будто воздух горел.

Я почувствовал, как жар пробил защиту. Боль пронзила моё тело, заполнив каждую клетку, а вонь палёного мяса заполнила воздух. Земля под ногами задрожала. Это пламя сжигало даже душу.

Я едва успел наложить заклинание:

— Кровяная плёнка, — прошептал я, и защита обвила меня, словно красная оболочка. Вены затрещали от напряжения, а кожа затвердела, словно металл. Пламя оставило лишь чёрные следы, но я не позволил ему проникнуть глубже.

Огонь затмевал пространство, но я заметил, что дракон на мгновение остался беззащитным.

— Сётукэ! — произнёс я, и мой меч загудел, как тёмный вихрь. Лезвие сверкало алыми искрами, пропитанное густой магией крови, что струилась по нему, как живая субстанция.

Моё тело двигалось на пределе возможностей, но даже этого было недостаточно, чтобы противостоять мощному заклинанию, приближавшемуся всё ближе.

Удар — и в воздухе раздался свист, за которым последовал глухой, раздирающий звук, будто разрезаемого воздуха. Я знал, что нужно действовать быстро, иначе пламя дракона уничтожит всё.

Дракон продолжал извергать пламя с такой силой, что я едва успевал уклоняться, приближаясь к нему. Пламя обжигало землю, разрушало самоцветы и испаряло воду. Каждое дыхание дракона — удар, сжигающий всё вокруг, живой вихрь огня, жаждущий уничтожения.

Я почувствовал, как пламя прошло рядом, обжигая кожу и заставляя меня сжаться от боли.

Это было как стоять в центре вулкана. Я едва не уронил лезвие меча и с трудом удержал его в руках, ощущая, как жар огня тянет меня в бездну. Я не мог позволить себе ошибку.

Когда я шагнул вперёд, пламя охватило землю, заставляя меня сжаться от жара, но я не потерял концентрации. Я почувствовал слабость дракона, и меч в моих руках отозвался мгновенно. Я провёл горизонтальный удар, разрезая его чешую вдоль тела. Она потрескалась, обнажая светлую кожу, и я ощутил, как удар прорезал её, словно нож по мягкому телу. Огненная буря замедлилась, и дракон, застигнутый врасплох, прекратил извергать пламя.

Преодолев защиту, я добрался до его слабого места. Меч взмыл вверх, и я нанёс вертикальный удар по горлу, целясь в уязвимое место. В этот момент всё вокруг исчезло — я сосредоточился только на цели.

Дракон, потеряв контроль, прекратил извергать пламя и выкрикнул:

— Ты... ррр... всего лишь муравей!

Он пытался сбросить меня с себя, побежал вперёд и упал в яму, полную самоцветов. Я отпрыгнул в сторону, а он рухнул на кристаллы, которые превратились в мелкие осколки, летящие в меня, как град. Я спускался всё ниже, прыгая на выступы из пурпурных самоцветов, которые трещали, как лёд под ногами. Несколько самоцветов, размером с дыню, уже летели мне в голову, но я бросил меч вниз, натянул крюк и полетел за ним, слыша за собой звуки, словно битое стекло.

Я тут же выкрикнул заклинание:

— Кровяные лыжи! — На моих ногах появились ботинки, прикреплённые к длинным лыжам с волнистыми лезвиями на концах. В руках возникли тонкие изогнутые палки для лыж из магии крови с кровавыми прожилками, пульсирующими алым светом. Каждое касание земли оставляло за собой едва заметный запах крови, усиливая скорость и баланс.

Я скользил, оставляя за собой кровавую холодную поверхность, словно лёд, сжимающий мои ноги. Каждый шаг ощущался, будто я скользил по костям, и каждое движение становилось всё тяжелее.

Дракон снова поднялся на лапы, его глаза вспыхнули огнём. С ревом он прогремел:

— Контроль пепла!

Скрежет падающего песка наполнил воздух, и в темноте начали выныривать смертоносные диски, шипящие, как раскалённые лезвия, готовые разрезать всё на своём пути. Бомбы, перламутрово-коричневые, вибрировали, как пульс умирающего сердца. Я почувствовал, как земля под ногами дрожит.

— Неужели... это... Умертвитель?! — вырвалось с ужасом. Мой взгляд зацепился за копьё, вращающееся с пугающей точностью, словно смертоносный спутник. На его конце была игла, острая, как змеиный укус. Она прорезала воздух, оставляя за собой жёлто-красные швы, источающие запах расплавленного металла.

Бомбы падали с оглушительным грохотом, и я почувствовал, как пилы рвут моё тело, оставляя за собой порезы, будто когти, вгрызающиеся в мясо. Чёрные волосы срезало, как траву, и Умертвитель, казалось, зашивал моё тело, лишая меня пути к спасению.

Невыносимая боль, физическая и сжигающая меня изнутри, каждый разрыв ощущался, как раскалённый металл, проникающий в кости. Моя плоть взрывалась от боли, а алая кровь стекала, смешиваясь с землёй, но я не мог пошевелиться.

Я стиснул зубы и произнёс:

— Придите на мой зов, Такэши и Рэйко!

Мгновенно передо мной появились два самурая. Такэши, с яростным свистом катаны, провёл боковой удар, разрывая бомбы и диски с хрустом и треском, как ломаемая стеклянная перегородка. Рэйко, не замедляя движений, нанесла мощный нижний удар, и Умертвитель распался, как сломанный механизм, его части разлетелись в разные стороны.

В этот момент боль прорвалась наружу. Кровь хлынула из ран на животе и бёдрах, превращаясь в извивающиеся нити, обвивающие моё тело. Она была холодной и живой, как ожог, сжимающая меня, словно шов, разрывающий ткань. Я ощущал её как продолжение самого себя; её танец был жестоким, но освобождающим — она разрушала всё вокруг.

Такэши и Рэйко появились рядом, их броня сверкала в тусклом свете. Такэши был в Ō-yoroi — тяжёлой чёрной броне, украшенной драконами. Холодные пластинки скрипели при движении, а их тяжесть едва не сдавливала воздух вокруг. Катана в его руке сверкала, отражая свет, как молния, а его лицо, изрезанное шрамами и морщинами, излучало мудрость.

Рэйко носил Тэцудо — лёгкую броню, обитую железными пластинами с символами Аматэрасу. Броня была гибкой, а его плащ, развевающийся как тёплый ветер, излучал свет. Его движения плавные и нежные, как утренний свет.

Я чувствовал их присутствие — запах старой кожи и железа, треск металла в воздухе. Их шаги были уверенными и неслышными, а их энергия наполняла пространство. Звук их дыхания был глубоким, как отголоски далёкой бури.

— Время пришло, — сказал Такэши, его голос был твёрдым, как камень. — Наши доспехи — сила предков.

— Мы не просто самураи, — добавил Рэйко, его голос был мягким, как рассветный свет. — Мы носим свет Аматэрасу. Тьма не победит нас.

Я ощущал, как их сила проникает в меня, как зловещий холод, но и как огонь, готовый сжечь всё на своём пути.

Я наблюдал, как дракон расправляет свои крылья — они были похожи на чёрно-зелёные, древние полотна, на которых текли кровавые жилы, извиваясь и проникая в ткань его силы. Взмах — и воздух сотрясался, и мы, как куклы, влетели в каменную стену, ощущая боль от удара и головокружение. Затем он развернулся; хвост его — как молния, и вихрь воздуха подхватил нас, утянув в туман. Мы едва стояли, но клинки сверкнули, готовясь к общему удару.

Я первый поднялся, и мой клинок вспыхнул, точно молния. Я сделал широкий горизонтальный удар, разрезая воздух и направляя его прямо в чешую дракона. Хруст металла о камень эхом отозвался в ушах, но я не позволил этому ослабить хватку — удар был настолько мощным, что разорвал его броню и заставил дракона отшатнуться.

Рэйко, не теряя ни секунды, прыгнул вперёд. Его орудие взмыло вертикально, как громовой удар, прорезая воздух и оставляя глубокую царапину на животе дракона. Он почти не касался его чешуи — его точный удар пробил защиту, и кровь забрызгала землю, пахнувшую железом.

Такэши стоял немного позади. Он сделал прямой удар, направив свой клинок прямо в сердце дракона. Лезвие проникло в уязвимую точку, срезая плоть, и с глухим ударом вонзилось в тело. Из раны хлынула кровь, и дракон, содрогнувшись от боли, замедлил свои движения.

Каждое движение было скоординировано: мой удар разрушал защиту, Рэйко ослабил его броню, а Такэши наносил финальный удар. Мы почувствовали, как мощь дракона начала угасать.

Но дракон не умер — он содрогнулся, и его чешуя треснула, выпуская тусклый свет. Запах сырой земли наполнил воздух. Взмахнув хвостом, он превратился в Мизучи — призрачного змея с мерцающим телом, как лунная вода. Холодный ветер принёс шипение и привкус металла, пронизывая до костей, его тело создавало звук, напоминающий вой и рёв дракона.

— Ты падёшь от наших рук, — сказал Такэши, доставая из кармана палку с тремя серебристо-золотистыми металлическими и керамическими колокольчиками в форме сфер.

火の息が魂を焼き尽くし、闇の中で命が交錯する。」(Hi no iki ga tamashī o yaki tsukushi, yami no naka de inochi ga kōsaku suru.)"Дыхание огня сжигает душу, и жизни переплетаются в темноте."

Дракон Ро-о ドラゴンロ王 — авторское существо, воплощающее огонь и магию, с уникальными чёрными узорами, похожими на древние письмена.

Аматэрасу アマテラス — богиня солнца в японской мифологии, символизирующая свет и силу. Доспехи с её символами означают божественную защиту.

Мизучи ミズチ — водяной дракон или змей из японской мифологии, связанный с реками и озёрами, символизирует опасности и мощь воды.