森の秘密 (Mori no Himitsu) - "Секреты леса"

Я, Ю (ユ, "Ю"), почувствовала облегчение, когда оглядела окрестности и заметила демона со шрамами, лежащего в грязи. В моей голове тут же всплыло воспоминание о солнечном дне, когда небо было лёгким и воздушным, словно перо (羽根 — はね, "хане"), и мир казался безмятежным.

Тогда в кровати мягко посапивал мальчик, которому едва исполнилось три года. Из его рта торчал белый клик, а на щеках были узоры, напоминающие глаза совы (フクロウ — ふくろう, "фукуро") и крылья стрекозы (トンボ — とんぼ, "тонбо"). Он перевернулся на другую сторону, и движение его шеи напоминало змею (ヘビ — へび, "хэби"), греющуюся на солнце, медленно и грациозно.

Я наблюдала за ним из проёма двери, и нежное тепло охватило моё сердце.

— Ты такой милый и спокойный, когда спишь… — прошептала я, словно шёпот ветра (風 — かぜ, "кадзе"), трепещущего в листве.

Приоткрыв дверь, я вошла в комнату. Под ногами чувствовался бамбуковый пол (竹の床 — たけのゆか, "такэ но юка"), и, присев на край кровати, я сразу привлекла его внимание. Мальчик мгновенно проснулся, вскочив, как волчонок (子狼 — こうらん, "коуран"), оказавшийся в ловушке.

— Где враги? — его голос звучал так, словно он готовился к бою, а голова повернулась на двести семьдесят градусов, как у совы.

— Единственный твой враг — это голод! — с лёгкой издёвкой сказала я, смеясь над тем, как бурчит у него в животе.

Он покраснел, как спелая вишня (さくらんぼ — さくらんぼ, "сакура́нбо"), и, коснувшись живота, спросил:

— Что сегодня на завтрак?

— Якинику (焼肉 — やきにく, "жареное мясо")! — ответила я, расправив плечи, как гордая воробейка (雀 — すずめ, "судзумэ"). — Но ты помнишь, что еду нужно заслужить? — взглянула на него с самодовольством.

Его глаза заблестели, словно звёзды в ночном небе, и он напрягся, готовый к действиям, как стрекоза, которая увидела муху.

— Через пять секунд верёвки, сдерживающие огромных мошек и мух, развяжутся. На их спинах с помощью ремней в пищевой плёнке прикреплены якинику, — сказала я, ощущая, как адреналин заполняет воздух. — Тебе остаётся их поймать! Вперёд!

Он распахнул свои крылья, четыре длинных, узких и прозрачных крыла, покрытых сетью тонких жилок, придавая им прочность и гибкость. Я наблюдала, как он готовится к взлёту, и в его движениях чувствовалась энергия, как у молодого орла (鷹 — たか, "така"), готового к полёту.

Сильный толчок — он бросается вперёд, как стрекоза, начинающая свой полёт с мощного отталкивания задними ногами.

Его крылья, работающие в противофазе, создают мощный подъём и тягу, позволяя ему мгновенно подняться в воздух и стремительно ускориться.

— Займись охотой! — крикнула я, видя, как он вылетел в открытое окно, как стрелы (矢 — や, "я"), выпущенные из лука.

Стрекозы, как и он, охотятся исключительно в воздухе, и их отличное зрение, благодаря сложным фасеточным глазам, позволяет им видеть почти на 360 градусов. Заметив мух и мошек, он мгновенно бросается в погоню, точно как хищные птицы (猛禽 — もうきん, "мокин"), выжидающие момент, чтобы схватить добычу.

Когда он достигает своих мишеней, его движения точные, как хорошо наточенные ножи. Он ловит мошек, используя свои лапки, образующие корзину, которая не даёт жертве сбежать. И, наконец, он разрывает пищевую плёнку и с наслаждением поедает якинику, как стрекоза, поглощая свою добычу на лету.

— Вот он, мой завтрак! — восторженно воскликнул он, его голос звучал как трель весёлой птички (楽しい小鳥 — たのしいことり, "таноши котори").

Запах жареного мяса окутал и меня, вызывая слюнки. Сочно и аппетитно, оно обдавало тёплым ароматом, подобным солнечному свету, пробивающемуся сквозь листву. Каждый кусочек, как капля утренней росы (朝露 — あさつゆ, "асацую"), манил и завораживал. Якинику издавала звуки, когда он откусывал, с хрустящим шорохом, как будто листья, покорённые осенним ветром.

— Как же вкусно! — прошептал он, когда первая порция мяса исчезла в его маленьком рту. — Я даже не знаю, что лучше: охота или еда!

— Ты настоящий охотник, — рассмеялась я, наблюдая за его восторгом. — С такими навыками ты бы мог поймать и дракона!

Он с гордостью выпятил грудь, показывая свои острые зубы, из которых торчали кусочки мяса, как маленькие трофеи.

— Если бы я только мог поймать дракона, — задумчиво протянул он, склонив голову. — Я бы сделал его своим другом.

— И что бы вы делали вместе? — спросила я с ухмылкой. — Устраивали бы "Якинику с драконом"?

— Конечно! — он засмеялся. — Мы бы жарили мясо в облаках и кормили бы всех, кто голоден!

Я, Белый Клык (白いキック — はくいキック, "Ха́куи Кик"), почувствовала, как ветер нежно треплет мои волосы, когда Консэй (混成 — こんせい, "гибрид") подбежала ко мне. Её грива, распущенная и дикая, точно гривы могучих жеребцов, поднималась в воздухе. Она двигалась с грацией, присущей казуарам (エミュー — えみゅう, "эмию"), её ноги с тремя когтями отталкивались от земли, оставляя легкие следы в траве. Обсидиановые рога сверкали, как у арахара (荒原 — あらはら, "арахара"), достигая впечатляющей длины, и создавали образ, как бы она могла в любой момент взмыть в небо.

— Эй, Белый Клык! — произнесла она с искренним восторгом, и я не смогла сдержать улыбку.

— Привет! Консэй! Что нового? — спросила я, опускаясь на землю, чтобы быть на одном уровне с ней.

— Я так за тобой скучала… — сказала она, обнимая меня, как медведь (クマ — くま, "кума"), который нашел своего детеныша после долгого расставания. Её объятия были тёплыми и сильными, а глаза светились, как два ярких солнца. — У меня рога выросли! И… Я стала сильнее скучать по тебе!

— Рад это слышать! Хочешь прогуляться в лес Аокигахара (青木ヶ原 — あおきがはら, "Лес Синих Деревьев")? — предложила я, ощущая, как внутри меня поднимается волнение.

— А как же! — с задором вскрикнула она, как весёлая газель (ガゼル — がぜる, "газэру"), и помчалась вперёд, наполняя воздух своим смехом.

Я посмотрел на неё, как на солнечный свет, что пробивается сквозь облака, и почувствовал гордость, но и лёгкую печаль. Я знал, что смогу увидеть её только вечером, но постарался улыбнуться, чтобы не показать своих чувств.

— До темна, чтобы вернулись! — крикнула мама, махая рукой, пока мы с Консэй не скрылись в зелени леса.

Когда я вошёл в лес Аокигахара (青木ヶ原, "Лес Аокигахара"), меня охватило ощущение тишины, которая словно обвивала меня мягкой паутиной. Лес необычайно тихий, даже шорохи листьев казались притихшими. Эта изоляция создавала ауру таинственности, как если бы природа задыхалась от ожидания.

Погружаясь в мрак леса Аокигахара, я чувствовал, как природа оживает вокруг нас. Каждый шаг приносил новые ощущения, и я не мог удержаться от того, чтобы не поделиться своими мыслями с Консэй.

— Смотри, Консэй! — указал я на глыбу лавы, покрытую мхом. — Эта каменная глыба словно спит, как гигантский зверь, укрытый под покрывалом. Интересно, сколько лет ей, и что она видела?

— Возможно, она была свидетелем древних битв или стояла здесь, когда бушевал вулкан, — ответила она с любопытством, наклоняясь ближе. — Все камни здесь — это история, полная тайн. Как будто земля шепчет нам, если прослушаться.

— Да, напоминает старую черепаху (亀, "каме"), охраняющую свои сокровища, — добавил я, представляя, как мох покрывает её "раковину". — А этот старый дуб (樹, "ки"), — я указал на массивное дерево с закрученной корой, — выглядит так, будто он знает все секреты леса.

— Верно! — она воскликнула, её глаза сияли, как два ярких солнца. — Я слышала, что некоторые деревья могут говорить с духами (精霊, "сейрей"), рассказывая истории о том, что с ними происходило. Может быть, они помнят, как другие существа приходили сюда в поисках уединения (隠れ家, "какурэга"), или как жертвы приносили дрова для огня (火, "хи")?

— Представляешь, если бы этот дуб мог говорить, — сказал я, обняв его ствол. — Он бы рассказал о своих встречах с местными существами — о том, как раздувались тени, как у танцора на празднике Тэннэндзё (天の川, "Тэнно Гави"), и о том, как смех и слёзы смешивались в воздухе.

Мы продолжали углубляться в лес, и я заметил странный предмет, лежащий на земле — старый, потёртый компас, который явно потерял свою магию. Он напоминал о заблудившихся путниках (迷子, "майко"), которые пришли сюда в поисках ответов, но так и не нашли их.

— Смотри! — сказал я, наклонившись к компасу. — Как думаешь, чьи это могли быть вещи? Может, кто-то пытался найти путь, но сбился с дороги?

— Да, возможно, этот компас когда-то указывал дорогу к дому (家, " ie"), — ответила она, осторожно поднимая его. — Он напоминает о потерянных надеждах (希望, "кибо"), о тех, кто искал что-то большее, чем просто лес.

— Мне нравится здесь, — сказал я, осматриваясь вокруг. — Этот лес полон чудес и тайн. Он древний лабиринт (迷路, "мэйро"), в котором скрыты сокровища, и каждое дерево — это возможность открыть что-то новое.

— И я люблю это место, потому что оно заставляет меня чувствовать, будто я могу стать частью чего-то большего, чем жизнь, — добавила Консэй, смотря на высокие деревья, которые, казалось, тянулись к небесам (空, "сора"). — Это как море (海, "уни"), только вместо волн — деревья, а вместо воды — тишина.

— Да, лес как живое существо (生き物, "икимоно"), — произнёс я. — Он охраняет свои секреты, но если ты достаточно внимателен, он поделится с тобой частичкой своей души.

Консэй кивнула и, как хищная птица (猛禽, "мокин"), быстро проскользнула к ближайшему кусту, где росли яркие ягоды.

— Смотри, как красиво! Эти ягоды, — она срывает одну и, весело смеясь, добавляет: — Они как звёзды на земле! Что, если это дары леса, чтобы порадовать нас?

— Да, они словно конфеты (キャンディ, "кянди") от природы! — я откликнулся, срывая одну. — Но прежде чем попробовать, давай придумаем историю, как они здесь оказались. Может, это были ягоды, которые угощали дракона (ドラゴン, "дорагон"), живущего в этом лесу, чтобы он унесся в облака (雲, "кумо").

— А посмотри, Консэй, — сказал я, указывая на кусты с зелёными и пурпурными листьями. — Это шизо (シソ, "сиса")! Их ягоды часто используют в кулинарии.

— Шизо? — переспросила она, наклонившись ближе к растению. — Я всегда думала, что это трава! Но ягоды выглядят аппетитно.

— Да, они маленькие и круглые, с таким уникальным ароматом, — добавил я, крутя ягоду в руках. — Давай попробуем!

Я аккуратно положил ягоды на язык, почувствовав, как яркий вкус наполнил рот. Они немного острые, с тонким сладковатым оттенком, напоминающим смесь базилика и ментола.

— Ух ты! — воскликнула Консэй, пробуя свою порцию. — Они как взрыв свежести! Напоминают летний дождь в лесу!

— Именно! — согласился я, смеясь. — В них есть что-то освежающее, как прохлада после жаркого дня. Ягоды шизо могут украсить любое блюдо!

「古い木々は、時の流れを見守っている。」(Furui kigi wa, toki no nagare o mimamotte iru.)— "Старые деревья наблюдают за течением времени."

Сноски:

Праздник Тэннэндзи (天の川) связан с японским мифом о Млечном Пути и празднуется в июле, в день Танабата. В этот день люди чествуют легенду о встрече звёздных возлюбленных — Орихимэ (Вега) и Хикобоси (Альтаир), которых разделяет "Небесная река" (Млечный Путь).

Ягоды шизо (シソ, shiso): Эти травянистые растения имеют зеленые и пурпурные листья, и иногда их ягоды можно использовать в кулинарии. Они имеют особый аромат и придают блюдам уникальный вкус.

Якинику (焼肉) — японский барбекю, обычно из говядины или курицы, приготовленных на гриле. Мясо — отличный источник высококачественного белка.

Лес Аокигахара (青木ヶ原), у подножия горы Фудзи, известен как "Лес самоубийц". Этот густой, таинственный лес славится своей мрачной репутацией из-за частых самоубийств и аномальных явлений, таких как сбои компасов. Здесь природа завораживает своей красотой, но также заставляет задуматься о жизни и смерти, создавая атмосферу глубокой загадки.

Полы из бамбука — это стильное и экологичное покрытие, состоящее из лёгких и прочных бамбуковых планок. Они обеспечивают мягкую, упругую поверхность, которая приятно ощущается под ногами. Бамбук не только красив, но и устойчив к микробам, что делает его идеальным выбором для комфортного и чистого пространства.