54. Арка: "Вечная Мерзлота" 2. Головоломка Зазеркалья

—Гляди, дорогой брат, кажется, я нашёл твоего друга,— шутливо заметил Куроку, подзывая к себе кого-то. Курон ответил, держа стакан с водой и сдавливая его так, что стакан должен был лопнуть, но держался, должно быть на силе воли.—Если это очередная твоя шутка, то мне уже не смешно, — весь день он уже подвергался нападкам младшего "принца", но на все убеждения прекратить, Куроку испытывал только больший азарт. Куроку вдруг приобрёл самый светский вид, на который был способен и сказал:—Никаких шуток, дорогой брат, я полностью серьёзен. Вот, гляди, — и к ним подошла Куроми. В этой временной линии она мало отличалась от того, что было в настоящем. Разве что взгляд её не был обременён печалью. —Погляди! — сказал Куроку, — какая прелесть! — Куроми бледная от страха, тихо сказала:—Добрый вечер… — Курон вздохнул:—Я не хочу ломать тебе момент торжества, Куроку, но мы знакомы. Я привёл Куроми в Куроград освободив из плена пикового валета. И принимал экзамен, в котором она определённый лидер по силе и интеллекту, — Куроми робко кивнула, не зная, как ей уйти. Куроку ничуть не обиделся:—Ну, тогда всё ещё проще! Удачи, я пойду и спрошу у отца, может ему что-то нужно. Ты же знаешь, он не любит праздники, — и он ушёл.  —Сейчас, он отойдёт ещё немного… — сказал Курон. И когда Куроку скрылся из виду, Курон выдохнул:—Спасибо, что проявила терпимость. Мой брат хороший, но он не знает, когда нужно остановиться, — сказал Курон. И после этой фразы что-то почувствовал. Какое-то неприятное послевкусие от этой реплики. Куроми тихо ответила:—М-м-м, всё в порядке. Если вам действительно ничего не нужно, то я…—Стой… — остановил её регент, не поворачиваясь к ней. —Да, сэр, — ответила Куроми. Курон повернулся к ней:—Ты спешишь? — Куроми ответила:—Никак нет. —Нуждаешься в прямом приказе, что остаться?—Никак нет.—В таком случае, я попрошу не покидать меня так скоро, по крайней мере, до конца торжества. Если тебя это не затруднит, — Куроми ответила:—Хорошо, — Курон выдохнул: "Я спасён… Хоть так ты мне помог, Куроку…"

     Они простояли так молча минут пять. Пока наконец Курон не вздохнул и не сказал:—Есть предложение, — Куроми посмотрела на него.—Пройтись в более тихое место,  к примеру, в ботанический сад на территории замка, — Куроми облегчённо выдохнула. Последние пять минут у неё было странное неловкое ощущение, будто бы она тут лишняя. —Предложение принято, — ответила Куроми. И они ретировались, скрываясь со света огней на площади.

—Я не очень сильна в шумных праздниках, — заметила Куроми. —Какое совпадение… — ответил Курон, а про себя подумал: "В следующий раз я поднимаю вопрос о том, чтоб меня в это не впутывать". Достигнув территории замка и наконец дойдя до ботанического сада, Курон наконец спросил:—Ты ничего не сказала ему?..—Нет, — ответила Куроми, шагая за ним под крону деревьев. Они прошли чуть вглубь.—Хорошо, подойди сюда, — подозвал он. Куроми подошла. Прошла пара секунд. —Всё, я готов, — и Куроми с улыбкой заключила его в объятия. Он ответил на это—Наконец-то, а то я уже было начала волноваться, — Курон поинтересовался:—О чём? — Куроми ответила, отстраняясь и отходя, чтоб сесть на землю:—Что я не так поняла наши последние беседы. Просто. Я… Я не очень-то особенная, чтоб обращать на меня внимание. Я ведь просто… Просто патрульная. У меня будут проблемы, если кто-то что-то заподозрит. Вы часто вызывали меня в последнее время. И не подумайте, мне это очень приятно, провести время в вашей компании. Просто…—Закон не запрещает тебе говорить со мной. В чём проблема?—Я… Я ведь никто… Вы привели меня сюда, вы спасли меня. И я вам благодарна.—В таком случае не теряй возможность выразить эту благодарность и не отказывайся. Ты мой друг и я рад этому, вне зависимости от того, что они скажут, — и тихо добавил: "Странное ощущение, будто что-то не так…"

  Куроми тащила Астрею за руку вглубь пустоты, будто она была воздушным шариком, наполненным гелием. Окружающее пространство было тёмным, пустым, а воздух здесь был прохладным и затхлым, как в старом подвале или в погребе.

—Хей, Куроми, — сказала Астрея. Её голос не отдался эхом. На самом деле, по какой-то причине, неведомой и самой Астрее она говорила громким шёпотом, будто опасаясь чего-то, будто опасаясь, что Зазеркалье следит за ними. Ей на протяжении всего присутствия в Зазеркалье казалось, что за ними следили. Что-то живёт здесь, в мире, где издавна нет света, в мире темноты. На секунду Астрею посетила мысль, что если реликвия в действительности отражает своего носителя целиком и полностью, то что же значит эта способность Куроми, уходить в Мир Зазеркалья. Что символизирует эта бездна и почему в этой пустоте так темно и сыро?

   Куроми хмыкнула, давая понять, что слушает, однако не желает терять концентрацию. Её правое плечо, за которое её уже хватали, начинало неприятно ныть, но она не хотела проверять. Сейчас это было абсолютно не важно. Астрея набралась мужества и наконец спросила:—Ты контролируешь Зазеркалье? — Куроми повернулась на Астрею через плечо, оторвав взгляд от темноты. Голос Куроми показался Астрее необычно ровным и пустым. —Знаешь… Я не знаю ответа на этот вопрос. Должно быть, что я управляю этим пространством. Я контролирую даже течение времени здесь, но мне не хватает опыта и сил. Зазеркальная Пустота бесконечна. Было бы весьма самонадеянно с моей стороны заявлять, что я являюсь хозяйкой Зазеркалья, не говоря уже о том, что полностью управляю им и знаю "каждый угол". Я больше похожа на рядового пользователя, возможно, первого и последнего. И это, наверное, к лучшему, — Астрея облизнула губы и спросила то, что мучило её. Ей было не важно, кто бы опроверг это, ей было важно просто услышать ответ:—Ты знала, что с ними случиться? Ты сказала про галлюцинации, будто знала, но откуда? — и Куроми без утайки ответила:—Потому что я проводила в Зазеркалье куда больше времени, чем ты можешь себе представить…—О чём ты?

    Куроми вздохнула и начала рассказывать:—После того случая, моя вера в себя была разбита, истезаемая ненавистью, обидой и сомнениями я находила опору в гибком Зазеркалье. Пока в Карточном Мире проходило едва ли два часа, я могла прожить неделями в Зазеркальном Пространстве, где любая моя мечта могла сбыться, где всё было возможно. Как ни странно, после нашего второго возвращения в Карточный Мир, Зазеркалье не показывало мне возвращения домой в Реальный Мир. Оно показывало то, что я хотела, то чем мне хотелось жить и наяву. Это было очень эгоистично и трусливо с моей стороны, но я была настолько раздавлена, что была согласна и на это. Это был мой собственный мир, где всё было хорошо. Где все были счастливы, и я в том числе. Мне становилось даже неважно, что в настоящем всё не так. Я пустила свою настоящую жизнь на самотёк, пока у меня была эта иллюзия, я могла улыбаться во сне и наяву. Даже если эта улыбка столько же фальшива, как и моё ощущение счастья… Но в один момент я поняла кое-что очень важное… — Астрея слушала её, затаив дыхание. —Зазеркалье вредит само по себе, но не заметно сразу. Оно просто отражает тебе твои мечты. Оно позволяет прожить их. Проблема только в том, что в этой розовой мечте нельзя остаться. Иначе всё, что ты любишь в действительности будет утеряно даром, ради иллюзии счастья, которое каким бы приятным ни было, никогда не будет настоящим… — на секунду Астрея даже пожелала о том, что Зазеркалье не позвало её. Астрея печально протянула:—Гм-м-м. Ты молчала об этом, чтоб?..— но Куроми ответила раньше:—Чтоб не заставлять остальных переживать или тем более решать мои проблемы, даже если я сама их не решаю. Мне на это никогда не хватало решительности…

    Они опустились, по ощущениям Астреи, на метров сто, если эти меры измерения вообще актуальны для этого пространства. И действительно нашли тела заснувших колдовским сном. —Вон они! — сказала Астрея. Они оказались среди тел своих товарищей; Астрея подцепила Вольта, — они всё ещё спят. Ты сможешь разбудить их? — Куроми ответила:—Я могу это сделать, но будут ли они благодарны за это? — она парила у тела старшего регента.

   Удивительно, но полёт Куроми в Зазеркалье не был бесконтрольным. Она не двигала крыльями, просто левитировала, пока все остальные парили, будто в невесомости, не властные над своими же телами. Это невольно наводило Астрею на мысль,  что Куроми действительно контролирует Зазеркалье, однако по каким-то причинам умалчивает об этом: "Правда ли то, что ты сказала? Пользователь ли? Или настоящая хозяйка пустоты?"

   Астрея обратилась на Куроми, держа 1-ую за мягкую руку. Они, действительно, будто спят. —О чём ты опять?! Конечно! Разбуди их! — но Куроми продолжала будто в бреду, кладя руку на лоб своего старшего напарника:—Это та сила, которую боится господин трефовый король… Он боится того, чего не понимает; также, как и все они… — её глаза засветились, и она обратилась на Курона и сказала ему так, будто он мог ей ответить:—И что это?.. Какая наивная мечта для принца с каменным сердцем… — и этот её тон, холодный, безжизненный, почти жестокий, заставил Астрею невольно вздрогнуть. —О чём ты?.. — в очередной раз спросила она, глядя на Куроми, — ты… Видишь его видение? — Куроми ответила:—Да, и всех их, если захочу. Их представление о счастье ещё более неполное, чем моё. Счастье - не значит иметь всё и не встречать невзгод. Счастье - это состояние души. Вот почему Зазеркалье не даёт его. Все, кроме тебя, провалили этот тест, — Астрея ощутила, что окончательно сбилась с мысли. То ли Зазеркалье, то ли сама Куроми заставляли её ощущать себя не в курсе, что-то будто медленно сводило её с ума. —Тест?—Да, меня попросили сделать это, — это не походило на мольбу. Скорее как приказ. —Кто?! Зачем? — но Куроми снова ответила жёстко:—Он сказал, что это даст нам защиту от одного из секретных орудий. Есть кое-кто ещё, кто захочет этим воспользоваться, и если карты не поймут эту уязвимость сейчас - будет поздно, — и вопреки ожиданиям, Астрея поняла, о ком она говорит:—Ты о ненависти? — Куроми быстро взяла себя в руки:—Именно.

    В голове Астреи напрашивался логичный вывод: "Значит скорее всего это Данте попросил её провести тест. Это даже логично. Но зачем?"

   Куроми щёлкнула пальцем, будто фокусница, демонстрирующая гипноз:—Проснулись! — но ничего не произошло. На лице Куроми появилось странное выражение. Если не смятение, то скорей недоумение: "Это должно было сработать. Это ведь иллюзии". Она оглядела присутствующих. —Понятно… — загадочно и мрачно сказала Куроми. Астрея спросила:—Что? Что понятно? — Куроми ответила:—Их держат там сильные эмоции. Я не могу разбудить всех вместе. Эмоции - вот что нужно Зазеркалью. Хорошо, что оно предпочитает хорошие и светлые эмоции такие как: радость, комфорт, счастье, любовь. Как бы ни были сильны на первый взгляд негативные эмоции, эффект от положительных куда продолжительнее и сильнее. Это всегда было так, — Астрея спросила, пожал плечами:—Ну, тогда буди их по отдельности.—Я и собираюсь, но мне нужна будет твоя помощь. Самый надёжный способ кого-то разбудить - это…

"—… напугать, — пояснила Клеопатра. —Испуг? То есть я могу насылать кошмары? — Клеопатра отрицательно помотала головой:—Подобно мне или Джокеру ты не можешь вызывать видений. Твой способ намного проще. Ты вызовешь сам страх, даже без того, чего стоит бояться. Страх - самая элементарная эмоция, самая простая и самая древняя. Страх присущ каждому живому существу. Он порицается, но эта эмоция оберегает от опасности. Это самая простая из эмоций, но нужно быть осторожнее со страхом. Карта, охваченная страхом за свою жизнь скорее всего пустит все свои силы, чтоб защитить себя. То, что этот ужас не настоящий, знаешь только ты. Кроме того, сильный страх может повредить и самой карте, её психике. Не используй его, пока не поймёшь суть страха. Будь осторожна…"

—Буду. В Зазеркалье уже есть готовое видение. Всё, что мне нужно, это обратить её в кошмар. Однако это будет для них сильным стрессом. Мне нужно, чтоб ты применила свои силы, чтоб снизить их боевой потенциал. Они могут поранить себя или других. Ты должна мне помочь это предотвратить, — сказала Куроми. Астрея кивнула:—Можешь быть спокойна. Ничего плохого не случиться. Твори своё волшебство, — Куроми кивнула и снова кладя руку на лоб Курона:—Давайте посмотрим, что я могу сделать, — Астрея предупредила:—Не переусердствуй. Он и без того сильно страдает, — Куроми неоднозначно мотнула головой: "Он виновен… Я это знаю. Я сказала, что  прощаю, но… Но могу ли я в действительности простить его?.. Любить и в то же время винить кого-то - слишком сложно даже для меня". —Хм, я постараюсь перехватить влияние Зазеркалья на его разум. Я буду открывать настоящие воспоминания одно за другим, однако, зная его прошлое, он будет стараться отрицать это.

—Не говори о себе так. Ты сильный воин, — сказал Курон, но в ответ Куроми только невинно рассмеялась, кажется, решив, что кронпринц пытается шутить:—Воин? Ох, нет! Скажете тоже… У меня даже реликвии нет! — неожиданно, но Курона это привело в замешательство.—Нет реликвии?.. — повторил он с вопросительной интонацией.—И я… Я страшно боюсь крови! И… Мне бы никогда не хватило духу кого-то убить…—Но Валькирия… — Куроми, что сидела рядом с ним на траве, обнимая колени, искренне недоумевая, спросила:—О чём вы?.. Какая "Валькирия"? — спросила она. —Крылья… — пояснил Курон.—А… Они… Они же не оружие! Да, я числюсь как стражница, но на деле самого низкого ранга… Я разному посылки, участвую в общественных работах, патрулирую… Всё в таком духе. И эти крылья… Они же называются "Птица".

  "Это правда… Почему тогда мне казалось?.." — и тут он услышал голос, что отдался с сильным эхом в его ушах. —ЭТО НЕ РЕАЛЬНО!—Что?! — он огляделся, в поисках источника звука: "Что это было?"—Что-то не так, ваше высочество? Я могу чем-то помочь? — спросила Куроми. Курон оглянулся на неё. —ЭТО ВСЁ НЕ РЕАЛЬНО! ТЫ ДОЛЖЕН ПРОСНУТЬСЯ! — повторил голос. Слова из-за множественного эха были почти неразличимы, но он смог понять.—Не реально?..—Что "не реально"? — спросила она. —А… Ничего…

   Тонкая нить, ощутимая для Куроми чем-то в груди, натянулась до предела, истончалась и лопнула. —Агх! Чёрт!.. — Куроми отпрянула назад, отпуская регента.—Что случилось? — встревоженно спросила Астрея. Куроми встряхнула руками, хотя не обожглась:—Нет… Нет нет нет! Его держат там сильные эмоции и само Зазеркалье. Я и не думала, что оно всерьёз… — Астрея спросила:—Что это значит? Ты можешь разбудить их? — Куроми ответила:—Кажется, всё же придётся идти трудным путём. Им нужно будет разгадать Головоломку Зазеркалья. Я смогу лишь подсказывать, но выбраться из Зазеркалья им удастся только самостоятельно.—Не стой. Действуй.

   "Что это было?"—Надеюсь, я не навязчива, — сказала Куроми. Курон как-то отсутствующе ответил:—Нет, нисколько, — но ощущение неправильности и его странная ошибка отказывались отпускать его мысли. "С чего я вообще решил, что она воин?.. И мне показалось… Что голос мне знаком". И тут он зацепился за силуэт. За деревом в тени деревьев стояла девушка. Она была едва видна, но глаза у неё светились голубым светом. Курон прищурился, но это не улучшило его видение. Более того. Он понял, что не видит её так чётко даже на таком расстоянии, потому что контур её силуэта был расплывчатым и дымным. Курон раздумывал окликнуть странную девушку. Более того, в Курограде была лишь одна крылатая девушка с лазурными глазами. И она сейчас сидела рядом с ним. Кто же тогда стоял за деревом? И тут голос прогремел для нео громче, чем когда либо: —ИДИ КО МНЕ. СЛЕДУЙ ЗА МНОЙ! — и он поднялся раньше, чем успел решить стоит ли ему делать это. Куроми дёрнулась и схватила его за руку, возвращая назад. Когда он повернулся на неё, она неловко извинилась:—Ох, п-простите, ваше высочество, я не хотела делать этого так резко! Просто… Вы уже уходите?.. — Курон метнул взгляд в лес. Силуэт протянул руку и поманил к себе. —Выбор твой… — едва услышал он её шёпот, — но это никогда не будет истиной… — и силуэт исчез. Курон закрыл глаза. Память возвращалась к нему. Как минимум то, что вокруг что-то не так. Он повернулся на Куроми. Ещё никогда она не казалась ему более светлой и милой. Он уже давно не видел в этих глазах ни искренней улыбки, ни неомрачённой  чистоты. —Я… Хотела бы, чтоб вы остались, — Курон отвёл взгляд в сторону, где стоял силуэт, но там уже никого не было. "Как бы мне хотелось остаться… Остаться в мире, где Куроку жив, где ты улыбаешься мне, где я могу спать спокойно… Но… " —Куроми, отпусти меня… — сказал он строго, — мне нужно идти… — выражение лица Куроми изменилось. В её глазах заплясали искорки обиды.—Почему вы не останетесь?.. Вы всегда так делаете… Вы боитесь? — в её последней фразе уже звучал вызов. Курон ответил:—Я не боюсь, — но без логического подкрепления это выглядело как неуместное проявление излишней самоуверенности. —Тогда почему? — спросила она, приобнимая его стальным крылом. —Вы попросили и я здесь, с вами. Вам незачем страдать, — Курон ответил, казалось возвращаясь обратно на землю.

  Он не знал, должна ли его в самом деле грызть совесть за то, что он вынужден предать это ради того, что больше ни в чём не уверен, ради мира, в котором каждый день не желал жить, однако был реален. Однако, решительность подсказала единственный верный выбор.

—В отличие от неё, я всегда буду рядом, если вы того пожелаете. Лишь пожелайте… — прошептала Куроми, опутывая его крыльями. —Я хочу остаться… Но я прежде всего воин и для меня долг выше желания! — Курон схватил Куроми телекинезом и метнул в сторону. Будто опрокинутый с ног зверь Куроми стояла на четвереньках чуть поодаль. Курон поднялся на ноги.—Прости мне резкость, кто бы ты ни была, но будьте вы ими хоть в половину, я бы и в самом деле остался, — он развернулся и зашагал прочь, оставив её в недоумении.

    Куроми аккуратно убрала руку от лба Курона. Теперь вместо печати глаза у его лба, от него тянулась тонкая, светящаяся, синяя нить. Куроми открыла глаза и ухватилась за нить не касаясь её. —Что? Что ты делала? — спросила Астрея, но глядя на её торжествующее лицо, ей было понятно, что произошло что-то хорошее. Ситуация сдвинулась с мёртвой точки. —Получилось! Я установила связь с его разумом. Теперь я запустила туда что-то вроде выхода. Ему нужно только найти его.—Отличная работа, подруга! — Куроми сказала, поманив её ладонью:—Давай сюда своего парня, — Астрея, что всё это время держала Вольта за плечо, закатила глаза:—Хе-е-ей… — но Куроми только насмешливо хмыкнула:—Я заглядываю в их видения, забыла? —И что? Что он видит? — полюбопытствовала Астрея. Куроми положила руку на лоб Вольта. Глаза Куроми блеснули.—Он?.. — спросила она с умилением, — тёплый дом, родителей, друзей… И тебя рядом. Он так хочет, чтоб ты ответила ему на чувства, но так стесняется спросить…—Ты это сейчас специально?.. — спросила Астрея, однако сама она знала, что задаёт этот вопрос контрольно. Куроми отрицательно помотала головой:—Я не могу соврать в такой момент. Его видение пропитано уютным теплом. Так странно да? Они выигрывают войны, но робеют, когда нужно спросить о взаимности или признаться в чувствах. Может именно в этом моё предназначение, открывать чужие сердца? — Астрея заметила:—И что мне?.. И что мне делать с ним? — Куроми ответила:—Прислушайся к голосу своего сердца. Хотя мы обе уже знаем ответ. Чтож. Даже жаль, что придётся вырвать его из такого чудесного сна, — Астрея ощутила укол несправедливости и просто не смогла смолчать:—А Курона тебе не жаль? Вот скажи, что он видел? Наверняка что-то хорошее, но ты сказала, что хочешь обратить это в кошмар. Даже если это пробудит его быстро, это не будет безболезненно. Куроми, он хочет исправиться, помоги ему, — Куроми поникла и не ответила. Астрея поняла, что копает в верном направлении, и продолжила:—Что он видел? Тебя? — Куроми не хотела подать виду, но нельзя обмануть Глаза Правды непогрешимого судьи. Куроми отсекла:—Это не важно. В любом случае, это никогда не будет правдой, — Астрея за словом в карман не полезла:—Тогда, по такой логике, и чувства Вольта ко мне гроша не стоят? Так?! — Куроми ощутила, что её загоняют в угол. —Это другое… — слабо ответила она, не желая спорить. Астрея ответила уже менее настойчиво, указывая на регента:—Ты же клон надежды. Разве после всего, что с ним случилось, он не заслужил надежды? Не заслужил второй шанс? — Куроми сдалась:—Я подумаю об этом, — Астрея ответила:—Да, и я спрошу это у тебя позже, после миссии, — и Астрея больше не препятствовала погружению Куроми в видение Вольта.

—Всё прошло лучше, чем можно было ожидать, да? — спросила Астрея, сжимая ладонь Вольта. —М-да, наверное… — скромно отозвался он, однако и смущения тоже не испытывал. —В каком смысле "наверное", а?! — спросила Астрея, дёрнув его за руку чуть назад. —Ну и? Как скоро твои родители будут моими родителями? — полюбопытствовала она, хихикая. Вольт ответил:—Да вот думаю в ближайшем будущем…

   Это была такая приятная фраза: "В будущем…" Она значила, что всё хорошо, что у него есть роскошь думать о будущем, строить планы на жизнь, которая не будет отнята против воли на очередной глупой войне без победителей. Эта жизнь будет наполнена радостью и счастьем, об этой жизни будет приятно вспомнить.

   Они шагают по мирной улице. Здесь всё совсем не так, как в Пиковой Империи. Это Зазеркальная Пиковая Империя не была милитарной с ног до головы. В ней, в самом сердце находилось место тёплым и мирным улицам, где можно было забыть о том, что Пиковая Империя - великая военная держава, самая могущественная в Карточном Мире.

—Как ты думаешь, если мы поженимся, и я уволюсь, Пикуша будет по мне скучать? — спросила Астрея, немного по-детски мотая рукой вперёд, назад, будто ей было лет десять. Вольт в ответ весело рассмеялся:—Хах, шутишь? Да он от счастья будет кутить неделю, если ты ему скажешь, что уходишь! — Астрея снова закатила глаза, но беззлобно и без укора. Вольту даже нравилось, как она это делала, не вкладывая в это ни обиды, ни злости. —Агх, всё ты преувеличиваешь! — Вольт с азартом заметил:—А давай проверим? Допустим… Через месяц? Как тебе? — Астрея сощурила глаза и начала смеяться. —Да брось, ты не серьёзно!—А если и да? Что тогда? Если я бы предложил тебе выйти за меня, ты согласилась бы? — Астрея, даже слишком переигрывая, сделала вид, будто глубоко задумалась, взвешивая "за" и "против", но ответила:—А если я соглашусь? — Вольт не опешил, и невинно пожал плечами, складывая руки на грудной клетке.—Ну, я буду самым счастливым парнем в Карточном Мире, — и тут его грудную клетку как будто пронзила стрела острой боли. Это было настолько неожиданно, что он вздрогнул и застыл, опасаясь сделать себе же больнее. —Вольт, что случилось? — спросила Астрея, беря его за плечи, но он не отзывался. Его взгляд был направлен на угол улицы, где, стояла девушка, глядя на него пристальным взглядом. И от чего-то она показалась ему ещё более неуместной в этом окружении, чем просто девушка с пепельными волосами посреди фиолетовых улиц, фиолетовых домов, фиолетовых карт. От её взгляда становилось и правда не по себе. —Астрея, — сказал он, — а это там не твоя подруга? — спросил он, указывая на Куроми, но когда они уже оба устремили туда свои взгляды, там уже никого не было. —Хм, о чём ты?..

—Куроми, берегись! — Астрея схватила погружённую в видение подругу за плечо и оттолкнула с пути удара. Маленькое существо, похожее на какую-то дымную летучую мышь с визгом вылетела из пустоты, стрелой целясь в голову Куроми. Астрея неловко подлетела и оттолкнула с пути атаки Куроми. Но даже это тут же сбило соединение. Куроми ощутила тошноту и давление на лоб.—Ч-чёрт, — Куроми обернулась. Астрея отшвырнула странное существо точным ударом. —Что это?! — испуганно спросила Астрея. Куроми спросила:—Что? — но вопрос исчерпал себя следом же. Пустота изрыгнула на них целую стаю монстров. Куроми скомандовала:—Астрея! Держи Вольта, — Астрея послушала и Куроми поднялась под атаку. Плотная и визжащая стая закрутилась в спираль, но будто опешила перед Куроми. Куроми приставила ладони к голове, не прижимая ладони к вискам. От её печати третьего глаза пошли невидимые волны энергии. —Обитатели Глубинного Зазеркалья, я приказываю вам!.. — туча остановилась, но Куроми отвлеклась. Что-то из чёрной бездны под ними, похожее на осьминожье щупальце схватило её за ногу и потащило вниз. —А-а-а! Чёрт! — но Астрея вызвала ключ, обратила его в лезвие и метнула его, будто бумеранг, отсекая им щупальце. —Ух, спасибо! — поблагодарила Куроми поднимаясь обратно. Астрея вытянула руку и ключ вернулся. "О, так вот как он это делает", — поняла Астрея, вспоминая Пика с внезапной благодарностью. Но стая крылатых монстров налетела на них тучей. Куроми подняла крыло, как щит, чудом спасая их от когтей. Стая скрылась в темноте. Куроми сложила крылья и ещё пару секунд их сбитое от страха дыхание было слышно. Астрея поправила алую чёлку с глаз и сказала:—Я как знала, что в таком месте не может быть абсолютно пусто! Куроми, кто они? — Куроми пару секунд соображала, но после сказала:—Они… Должно быть они местные, — Астрея упёрто спросила:—Что значит "должно быть"?! Ты что, не знаешь?! — Куроми критично ответила:—Я сказала, что я не претендую на звание "знатока Зазеркальной Пустоты", — Астрея спросила:—Ты остановила их. Это значит ты можешь ими управлять! — Куроми ответила:—Я не знала этого. Пробовать повлиять на моего врага психологически - профессиональная привычка телепатов или эмпатов высокого уровня мастерства. Они пришли из пустоты. Сомнений нет. И они здесь, чтоб нам помешать, — Астрея ответила:—Нам нужно свернуть миссию! Верни нас, — Куроми ответила:—С удовольствием, — Куроми вытянула руку в сторону, ожидая, что пространство пустоты окажется будто проколото толстой иглой, но портал не появился.—Что? — спросила Куроми.—Ты не можешь открыть портал? — спросила напрямую Астрея. Куроми посмотрела на ладонь левой руки, которую вытянула. Ничего. —У нас проблемы… — Астрея спросила:—Почему? Почему ты не можешь открыть портал и вытащить нас отсюда? — Куроми ответила:—Я не знаю! Что-то блокирует мои силы… Какой-то мощный блок. Контроль в этой части Зазеркалья по-прежнему не мой… — Астрея оглянулась. Куроми закрыла голову руками. Осознание тяжести их положения стало давить на неё: "Я должна… Должна что-то сделать. Но… Но без моего контроля Зазеркалья они все тут в ужасной опасности и всё из-за моей халатности по отношению к этой пустоте!"—Простите… Я… Я… Я ничего не могу сделать… — Астрея схватила её за плечи:—Можешь! Ты единоличная хозяйка Зазеркалья! Оно должно тебя слушаться! Если не слушается - заставь! Возьми контроль в свои руки! 

   Куроми сглотнула ком в горле и ответила: —И как я это сделаю?! Мы в диких частях пустоты. Нам нужно вернуться в Поверхностное Зазеркалье. Оттуда я смогу открыть портал. Чем глубже в Бездну, тем опаснее существа и тем агрессивнее Зазеркалье. Я надеялась на то, что Поверхность безопасна для вас, но эта ошибка нас всех погубит! — Астрея ответила, нисколько неразубеждённая её словами: —Куроми, ты куда сильнее, чем думаешь, я каждый раз в этом убеждаюсь. Если что-то и может пролить свет в кромешной тьме, то это ты. Мне плевать, кто пытается оспорить твою власть здесь: карта, существо или же что-то ещё. Пока ты надеешься и веришь, ему с тобой не потягаться. Давай, подруга. Всё получится. Я прикрою тебя, — Куроми кивнула и ответила: —Ладно… Я сделаю это.

   Куроми раскрыла руки. Печать третьего глаза стала сиять постоянным мягким светом. Астрея наблюдала за ней. —Глубинное Зазеркалье, слушай меня! Слушайте твари пустоты! Говорит ваша хозяйка! Отпустите нас! — но Астрея опустила взгляд прямо под ними нечто огромное открыло сверкающий глаз, размером с легковой автомобиль. Тёмно-синий зрачок твари сжался в маленькую точку в радужке и что-то взревело так, что Зазеркалье содрогнулось от рёва.—Что за чёрт?!—Я приказываю тебе отступить, чудовище! — скомандовала Куроми, — уходи! — Астрея сказала, дёргая голову:—Кхэм, я думаю, мне не стоило смотреть ему в… В глаз… Я что-то слышу.—Приказываю тебе отступить! Спи! Спи! Спи! — существо взвыло, но уже как-то лениво. Горящий синим огнём бешенства взгляд потух, и глаз закрылся. Слабо видные очертания огромного осьминога скрылось в глубине, и повисла тишина.

—У тебя получилось? — неуверенно спросила Астрея. Куроми повернулась, потирая печать на лбу. Её лоб был тёплый от использования печати. —Похоже на то… Фух, — выдохнула она.—Отличная работа! Я же говорила! — сказала Астрея, бросаясь на Куроми, чтоб обнять. Куроми ответила:—На самом деле, что-то подсказывает мне, что мы ещё легко отделались. Мы едва ли на затворках Глубинного Зазеркалья. Под нами бесконечная бездна, в которую я никогда не захожу, — Астрея ответила:—И я не хочу тут задерживаться. Думаешь, остальные знают, как выбраться?—Я оставила им всем подсказки. Я не могу вырвать их оттуда, но могу помочь сделать это самостоятельно. Возможно, кому-то это будет сложнее, чем остальным, — сказала Куроми, вытягивая от Макуро нить.

    Конец дня, Макуро возвращался домой. Закат (точно по расписанию) пылал на горизонте. Ещё один спокойный день в сотнях других таких же, обычных, но Макуро ценил этот день, хотя уже не помнил почему. Он шагал по тротуару знакомой улицы. Через метров десять будет поворот, а там… Он повернул голову на что-то, что показалось ему инородным. Во всей этой серой, но несомненно наполненной радостью картине что-то выделялось зловещей аурой. И скоро он понял, что именно. На дальнем фонарном столбе сидела знакомая фигура. Это была Куроми. Да, она сказала ему, что займётся патрулём и они могут пересечься, потому что его район входит, но… Что "но"? Макуро ощущал её взгляд на себе. Она сидела там ястребом, но не оглядывая улицу, чтоб убедится в том, что всё в порядке. Вместо этого она смотрела именно на него. Как-то печально, настороженно и в то же время сочувственно. До поворота ещё метров пять при том, что он движется.  Он задумался. Что-то мешало ему, как обычно, помахать ей рукой, что бы он непременно сделал, не будь её образ таким зловещим. Он приблизился к повороту. Зашёл за него и сделал (хоть и не совсем убедительно) вид, что не заметил её, правда, с мыслью о том, что позже несомненно извиниться за это. Однако он услышал откуда-то сверху. —Берегись, берегись! Не слишком ли здесь хорошо, чтоб это было правдой?.. — этот голос точно принадлежал Куроми. И говорила она с того фонарного столба. Именно, что говорила, а не кричала вслед, что бы потребовалось в обычной ситуации, чтоб он её услышал через шум перекрёстка. "Разве может быть «слишком хорошо»?" — почти с обидой подумал Макуро, но следом поймал себя на мысли, что всё это очень странно: "Что она имела ввиду? И Куроми ли это? Может мне показалось? Нет, помимо Куроми крылатых карт в Курограде нет. Но тогда… Что это было?" И он так задумался, глядя под ноги, что столкнулся бы с прохожими. —О! Смотрите-ка, кто нарисовался! — и от этого голоса Макуро вздрогнул инстинктивно.

   В Академии Макуро любили особенно учителя. Никто там, разумеется, не знал, что Макуро - участник элитного подразделения Альфа и работает на короля треф. Инцидент со взломом государственного компьютера замок и подразделение Омикрон замяли, чтоб не привлекать к нему лишнее внимание. Потому для всех (кроме своей семьи) он был почти что обычным мальчиком, учеником академии и класса с уклоном в области информационных технологий. Свои способности Макуро применял очень ограниченно, не показывая, что способен управлять любым компьютером или техникой, лишь коснувшись её рукой. Учителя знали его, как очень талантливого мальчика, мечтающего стать программистом и робототехником, который уже делает существенные успехи в этой области. О том, что знаменитые государственные проекты Гарпия, Меха-Куромаку и прочие носят программы, созданные им. Когда он получит настоящий паспорт, планировалось раскрыть его секрет. И Макуро думал о том, как отреагируют его окружающие, когда узнают, кто он такой. Тот, кого называют Кибербог.

   Но это далеко не значит, что он всем нравился. У таланта всегда найдутся завистники. На его фоне, многие его одногруппники смотрелись блекло и не интересно. Одногруппники Макуро были куда старше его. Макуро был учеником средней школы, а они - выпускниками. Любое его достижение было камнем в огород их гордости. Макуро был ребёнком с талантом от рождения, за который кто-то готов был продать пол жизни. Да к тому же он был добрым и милым по своей природе, что мгновенно располагало к нему любого, а этим качеством кто-то не обладал. Старательный и усидчивый (несмотря на детское поведение) Макуро был зачастую примером, которые приводили учителя другим своим студентам, но опять же, не зная, как сильно сам Макуро от этого страдает.

   Они не знали, что с ним не так. И разве вообще справедливо, что кто-то ради своей жизни вкалывает по 8 часов в день, пока кому-то выпал "счастливый билет". "Как он смеет выделяться?"

   Разумеется, щуплый ботаник без боевой способности не мог ответить своим завистникам и предпочитал сбегать. Макуро щуплый и безобидный даже с виду. Он понимал, что лишний раз храбриться ему нечем и уж тем более после отвечать за смелые слова. Хотя вступался за других, кто был помимо слабости ещё и труслив. Разумеется, и за это ему доставалось. О своих обидчиках Макуро никому не говорил, зная, что если за него вступятся, он выйграет битву, но проиграет войну. У него есть сильные покровители. И его друзья спрашивали о том, почему иногда на нём то пластырь, то синяк, но он отшучивался, не желая, чтоб у кого-то из-за него были проблемы.

   И сейчас этот голос невольно вырвал его из мыслей. Макуро поднял взгляд.—Прости, я напугал? — внезапно спросил высокий парень, — просто хотел поздороваться. Знакомое лицо и всё такое. А что ты тут делаешь в выходной? — спросил он. Его тон казался очень даже добрым, вопреки его внушительным габаритам. Макуро не ожидал его здесь встретить. А если точно, то боялся. —Эм… Да? Эм, а где твои?.. Друзья?.. — заикаясь спросил он. —О чём ты?—Вы же обычно вместе… — и едва не добавил: "меня ловите", — но сглотнул это окончание.—Не знаю о чём ты. Ладно, малой, увидимся, — и он ушёл. А Макуро, дождавшись, когда эти шаги скроются за углом, судорожно выдохнул. —Легко отделался… — и тут же вспомнил, услышанные слова от Куроми: "Берегись, берегись! Не слишком ли здесь хорошо, чтоб это было правдой?.."—Не слишком ли хорошо, чтоб быть правдой? — сказал он вслух немного задумчиво, а после попытался отмахнуться:—Она меня напугала. С чего я вообще так его испугался?.. — но инстинкты не врали. Он и сам прекрасно понимал, что этот страх не был связан с предупреждением. Это был страх перед картой. Неестественный. Тот, что вызывает интуицию, дабы сберечься от неприятностей. —Легко отделался… — повторил он собственные слова, которые несмотря на то, что он не помнит, казались ему такими затёртыми в его исполнении, будто для театра "Щелкунчик" каждый новый год.   —Слишком хорошо, чтоб быть правдой… — переформулировал он. И его тут же посетило воспоминание о том, что произошло с ним утром. От чего-то взгляд на маму вызвал у него целую истерику, хотя за ним так не водится. —Здесь что-то не так… Что-то… Слишком хорошо…

   Тем же временем. Курон выбрался из ботанического. —Это было удивительно просто… — но после поправился: "Нет, если это просто не потребовало от меня прямой конфронтации, это ещё не значит, что это было просто. Её лицо… Это было ещё хуже, чем в тот день, когда всё провалилось к чертям… В тот день она хотя бы выглядела разбитой, но понимающей. Сейчас я снова атаковал безоружного… Гмх, какой позор для совершенного искусственного интеллекта…" — и не заметил он как вышел обратно под свет фонарей, где ждало второе препятствие:—О, брат! — с некоторым ехидством сказал Куроку, — что случилось? Где Куроми? Мне казалось, что вы ушли вместе, — Курон ответил, заготовленный на этот случай ответ:—Ей стало плохо, и она ушла домой, — при этом, Курон, не умеющий лгать, решил скрыть явные признаки нечестного ответа, подходя к столу, где закончились закуски. Он сделал вид, что ищет воду. —Хм, в таком случае, это странно, что ты отправил её домой одну, не проводив и не убедившись, что с ней всё в порядке, — точно заметил Куроку. Курон почти разозлился на его догадливость, но признался себе: "Куроку должно быть был бы единственным, кто мог подвергать сомнениям мои слова. Остальным на такое не хватало решимости или ума. Даже если это только видение, его будет тяжело обойти…" Курон бегло огляделся. Карты ходили, веселились, смеялись. —Брат, ты что-то скрываешь? — настороженно спросил Куроку следуя за ним. —Никак нет, — отчеканил Курон холодно и строго. Возможно, слишком строго, так он говорил с подчинёнными, но не с Куроку. Это в очередной раз убедило его в том, что здесь что-то не так. Шаг Куроку вслед за старшим стал твёрже. Курон намеревался скрыться, чтоб избежать спора с ним, но он нагнал его снова. Курон остановился, находя досадным, что местная версия его отца не прогуливается случайно где-то поблизости, как это происходило всегда. Это был существенный в данный момент недочёт Зазеркалья.

    Куроку и Курон оказались друг напротив друга рядом с длинным столом.—Слушай, брат, я не хочу, чтоб ты чувствовал себя одиноким. Я делаю это для твоего блага, — Курон вздохнул и начал защищаться. По опыту предыдущего препятствия, делать это нужно было радикально твёрдо и решительно, какие бы тёплые и нежные чувства не вызывали видения; всё, чего они хотят - оставить тебя в иллюзии.—В таком случае, тебе стоило поинтересоваться моим мнением по этому поводу, а не навязывать мне нежеланных попутчиков.—Я хочу помочь тебе понять. Нельзя всегда делать всё в одиночку. Одиночество - твой самый главный кошмар, разве ты не помнишь?..—Помню… — и это воспоминание уже было настоящим.

    Это было воспоминание об одном эксперименте, который над ним провёл король треф. Он оставил маленького Курона и спрятался, чтоб проверить действие эмоций. Хоть результат был положительный, Курон навсегда запомнил это гнетущее чувство одиночества, которое настигло его, когда он понял, что "остался один". После этого эксперимента, Курон не спал, пока Куромаку не догадался положить ребёнка рядом с собой, чтоб дать ему понять, что он не бросит его.

—Но ты снова сбегаешь… — сказал Куроку. Курон метнул в его сторону смиряющий взгляд, но это не сработало. Куроку шёл ва-банк:—И отталкиваешь любого, кто готов терпеть твои джентльменские причуды, потому что боишься, что тебя ранят сильнее, чем ты сможешь выдержать, — он медленно наступал, и несмотря на пространство для манёвра, Курон ощущал, что его загоняют в угол. Их перепалка уже стала привлекать внимание присутствующих карт.

—Ты великий воин, сильнейший в мире. Ты не знаешь поражений в ратном искусстве. Для нас ты бог войны и победы, но… — Куроку остановился на расстоянии шага, — тебе больше не нужно им быть. Там, снаружи опасно и больно. Ты можешь остаться здесь и быть как все. Разве не этого ты хочешь больше всего? Быть обычным, быть счастливым с кем-то, кто тебе дорог и кто бы заботился о тебе, прожить вечность не зная горя. Останься с нами; здесь боли нет… — Куроку протянул ему руку. Курон взглянул на руку Куроку, после ему в глаза. "Каковы бы ни было последствия, я приму их…" — сказал он себе.—Нет боли… — Курон потянулся на пояс и нащупал возникшую там Когеки. Резкий взмах рассёк воздух. Лезвие, словно алая ручка, черкнула Куроку по ладони, оставив там тонкую линию. —Не чувствует боли только мертвец!

    Куроку отшатнулся назад. Кровь просочилась на его ладонь. В отличие от своих старших наставников, он не носил перчаток. На взгляд Куроку легла тень. Празднество остановилось.—Мне жаль, — сказал Курон, не уверенный, стоит ли это говорить. Куроку сжал ладонь, желая остановить кровь. Сама по себе царапина была не существенной. Её урон был в другом.  —Что здесь такое происходит?! Курон, ты что, вообще с ума сошёл?! Убери оружие! Сейчас же! — раздался голос короля со стороны. Курон оглянулся через плечо. Рядом с ним шли Курохико и Дакимакуро. "Смогу ли я?.." — спросил он себя. Когда король оказался в двух шагах от него, Курон развернулся, выставив лезвие перед собой, предупреждая его держаться подальше. —Ни шагу дальше, — король сурово прищурился:—Я вынужден повысить тон, молодой человек. Не принуждай меня использовать на тебе мою магию, убери оружие! — и при этих словах глаза короля зажглись.

  "Не знай я наверняка, что это всё иллюзия, я бы действительно не смог сопротивляться приказу своего творца, но… Но даже если это не реально… Я не могу заставить себя напасть на него…"—Ты не оставляешь мне выбора, Курон, — но тот опередил его. Курон подцепил землю наконечником опущенного клинка, будто сдаётся, но тут же меч взмыв вверх, поднимая на его пути колья из камня. Молния блеснула в пущенной трещине и из неё вылезли колья. Они бы и не задели его, но Куромаку отшатнулся.   —Да как?.. Ты смеешь нападать на меня?! — но это лишь заставило Курона собрать больше решительности в кулак. Он ответил:  —Вы можете быть похожи на него, но вы не мой отец. Вы не моя семья. Я должен вернуться к своей семье! Даже ценой этой псевдо-идеальной иллюзии! — и тут он снова услышал голос:—Око Истины скрывается в чём-то, что не из этого идеального мира, как и вы. Найдите это. Это ваш выход!

—Думаешь, они справятся? — спросила Астрея. Куроми ответила:—Все уже поняли, что видение не реальность. Зазеркалье пытается заменить воспоминания, чтоб интегрировать карт в мир, который создаёт. Я не знаю, как оно это делает и какие цели при этом преследует, но это так. Я сама чуть не застряла здесь, но сама смогла отличить реальность от лжи.—А что ты увидела? — полюбопытствовала Астрея, сложив руки на груди. Куроми ответила:—Не будем об этом… Бесплатный сыр, только в мышеловке. Это следует помнить.

    Прошло, по ощущениям Астреи, минут 20 прежде чем Куроми снова оживилась.—Отлично! Они все нашли выход! — Астрея тоже оживилась:—Отличная работа! Это было не так уж и сложно.—Раз, два, три, — Куроми щёлкнула пальцами, — проснулись! —Ч-что?!—Что это было?!—Спокойно, — властно скомандовала Куроми, — вы все провалились… В Глубинное Зазеркалье, — Астрея разочарованно вздохнула. Курохико потёрла глаза:—Это… Объясняет, почему я чувствую себя так фигово… — Курокайхо заметила, потирая виски:—Хотела бы осечь, да нечем… — Эмма фыркнула:—Ну и зачем разбудили? Это был такой замечательный сон, — Астрея поинтересовалась у Куроми шёпотом:—А что ей снилось? — Куроми шепнула ей в ответ: —Тебе лучше не знать…

    Курон, как обычно, быстрее остальных взявший себя в руки, заметил:—Слишком хороший, чтоб быть правдой. Стоило догадаться сразу… — Куроми отрицательно помотала головой:—Это ваше первое столкновение с галлюцинациями Зазеркалья. Большего я и не ожидала. Зазеркалье старается выместить собой любые мысли о том, что его видения не настоящие. Никто из вас, кроме Астреи, не смог сопротивляться соблазну воспользоваться видениями. Порой желание получить что-то, не прилагая усилий или вернуть кого-то, кто нас покинул, сильнее даже са́мого здравого смысла, — Макуро отвернулся, сглатывая накатившие слёзы. Куроми хотела бы его утешить, сказать что-то клишированное про то, что погибшие родные не умирают, пока ты их помнишь, но сдержала этот сострадательный порыв. Сейчас было не время.

   Эми воскликнула, указав на Куроми пальцем:—Что это вообще за транспорт такой, что имеет риск для пассажиров, а?! Это попытка покушения! И ты за это ответишь! — Курон не упустил возможность и едко заметил:—В отличие от вашего покушения на меня, данный инцидент без злого умысла, — он повернулся к Куроми. И Куроми подтвердила его слова:—На инструктаже я сообщила вам всё, что вам нужно, чтоб обеспечить вашу безопасность внутри Зазеркалья. То, что вы оказались не способны защититься - ваше нарушение протокола безопасности, — Эми от возмущения не могла ничего сказать. Она открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на сушу, но Эмма показала жест, приказывая ей смолчать, хотя и самой царице такой расклад не нравился. 

    Куроми объявила:—Поездка окончена. Ввожу вас в курс дела. Мы находимся на расстоянии едва ли ста метров от черты города. У Хелленда нет стены. Однако на нашем пути будут встречаться монстры, потому пока такая возможность есть, советую подготовиться к столкновению, — и наконец, ощутив паузу робкий Оливер заметил: —Ох… Вы ранены! — из под восстановившийся щитков костюма сочилась кровь. Куроми спросила:—Что? — но теперь стала понимать: "Это тепло на плече… Когда оно схватило меня, было так холодно, что я не заметила боли…" —Куроми! — обратилась Астрея. "Вот почему она схватила меня левой рукой, а не правой, как обычно. Она ранена".—Это?.. Это пустяк… Если нам повезёт, то они уже улетели… — сказала Куроми. —Кто?! — спросил Оливер, — вы столкнулись с грифонами?! — Куроми повернулась на него. Карты последовали за ней. Оливер прочитал в их взглядах требования пояснить, потому начал:—Грифоны. Так мы прозвали летающих монстров. Они тучами патрулируют небо над городом в поисках чего-то тёплого. А когда находят - поднимают и сбрасывают с высоты, чтоб убить… — Эмма нахмурилась:—Так… Что-то ты умолчал такие "пикантные" подробности на Съезде… — Оливер ответил:—Я испугался, что Правители не захотят помочь, поняв всю степень опасности… — Курохико переключилась на него. Её головная боль всё ещё сдерживала её, но она старалась не обращать внимания:—Ты… Издеваешься?! — она подлетела к нему и замахнулась, чтоб дать ему пощёчину, но её перехватил Курон телекинезом, окликнув:—Курокихо! Отставить! — Курохико остановила удар, но прокричала:—Мы ужасно подготовлены к этой миссии! Здесь нужен большой и хорошо подготовленный отряд пирокинетиков! Это чёрный протокол! — Оливер вжался в плечи. Курон оттянул Курохико к себе и едва ощутимо сжал её, чтоб усмирить:—Я сказал… Отставить! Держите себя в руках, старший посол! — и глаза Курона угрожающе вспыхнули серебристым пламенем. Курохико скорчилась и ответила:—Т-так точно!.. — Курон отпустил её и потушил магическое пламя. —Итак… Раз такое дело… То нам нужно решить: продолжим ли мы миссию или вернёмся, чтоб перестроить стратегию. Сбросить прогресс или продолжить? — Эмма ответила:—Ты ещё спрашиваешь?! Мы продолжим! Мы должны двигаться дальше! До победного! Хелен в опасности! — Дакимакуро задумчиво заметил:—Но в то же время вернуться и перестроить отряд - неплохая перспектива. Взять больше карт, лучше подготовить их… — Куроми парировала:—Однако сколько времени уйдёт на это? День? Два? Неделя? Лёд распространяется каждую секунду. Мы можем подвернуть опасности соседние королевства. Могу предположить, что уже сейчас Фелиция и Варуленд - ближайшие соседи Хелленда ощущают последствия. Любая задержка непростительна, — Эмма сказала с жаром:—Вот как должен говорить настоящий воин! Даже с ранением рваться вперёд! — Лайлэк спросил:—Кстати об этом? Может мне стоит исправить это? — Куроми не сопротивлялась. Она оказалась около Лайлэка, позволяя ему залечить плечо. Астрея заметила:—Я тоже думаю, что задержка будет стоить нам слишком дорого. С уровнем Варуленда, он просто не переживёт этот "ледниковый период", — Эмма расхохоталась:—Варуленд даже трогать не надо. Сам развалится! — никто не посмеялся. Не та ситуация. Куроми заметила:—И совсем рядом находится Фелиция. Я бы сказала, в шаговой доступности, — Курон ответил:—Это раньше она располагалась "в шаговой доступности". Сейчас туда от Хелленда два часа на машине, — Куроми снова напомнила: —Для карты с крыльями это шаговая доступность, — старший не возражал. Вместо этого, он объявил:—Чтож, раз так. То мы проголосуем. Вернуться или продолжить? Поднимите руку те, кто считает должным вернуться и перегруппироваться, — Курохико, Дакимакуро, Курокайхо, Макуро, 1-ая и Лайлэк подняли руки. Курон кивнул:—Опустили. А теперь те, кто хочет продолжить с этого места, — Астрея, Куроми, Оливер, Эмма, Эми и Вольт подняли руки.—Пополам… — задумчиво сказал Курон, — значит мой голос решающий. Я выберу…