53. Арка: "Вечная Мерзлота" 1. Буря

    По итогу обсуждения карты выбрали помимо Эммы и Эми на эту миссию Астрею, группу Альфа, 1-ую и Вольта (потому что они напросились), Пик прибавил к их группе Лайлека, потому что группе пригодится лекарь, а у них в проводниках Оливер, что к тому, что не является официальным целителем-специалистом. Только 4-ка черви, что в нынешней команде было слабейшей боевой ценностью

    Встреча состоялась через два дня на границе с Хеллендом. Как и следовало ожидать, трефовые прибыли первыми. В основном потому что они использовали Ящик Пандоры, а ещё вышли пораньше.

—Ха! Мне казалось, что Правители хотят спасти принцессу Хелен. Хотя, кажется, не торопятся, — едко заметила Курохико. Они все были одеты очень тепло. До официальной границы около двухсот метров, что по меркам Карточного Мира - немало, но здесь уже властвовала стужа. Отсюда, будто по очерченной линии, начиналась территория охваченная льдами. Оливер был с ними. Он заметил:—Официальная граница дальше, ——Это мы знаем, спасибо, — огрызнулась Курохико. —Нет… Когда я уезжал лёд лежал по ту сторону границы. Он едва достигал пограничных постов, — Курокайхо с тревогой спросила:—Хочешь сказать, что лёд распространяется? — Курохико заметила:—В таком случае нас даже слишком мало для этой миссии. Если это угрожает всему Карточному Миру, то это чёрный протокол. Если мы провалимся и сгинем здесь, то сообщать это кому-то будет либо некому, либо будет слишком поздно, — Дакимакуро заметил, поправляя очки и шапку, которая по странным причинам норовила налезть ему на глаза:—Думаю, именно для этого с нами есть Куромико. В случае непредвиденных обстоятельств, она перенесёт нас на базу и мы подготовимся лучше. Так ведь? — он повернулся за подтверждением. Куроми стояла, обратив тревожный взгляд себе под ноги. Она стояла так достаточно долго, чтоб заметить, как лёд, словно живой, карабкался к ним, кристаллизуя землю под ногами. Он захватывал её. —Так точно, — отстранённо ответила Куроми, отходя на пару сантиметров назад, убирая носок от льда, что, как ей казалось, потянулся к ней. "Это просто то, что нужно перетерпеть. Мы должны остановить это. Как можно скорее", — уверила она сама себя. И даже не заметила, как к ней обратились. Курон повторился:—Куромико, ты в порядке?.. — он аккуратно положил руку на её плечо. И тут Куроми резко развернулась на него с таким диким и напуганным взглядом, что у регента прошёлся холодок. Крылья Куроми раскрылись. На секунду она даже не увидела, кто к ней прикоснулся, так силён был её ужас. Куроми рывком сбросила с себя его руку:—Нет! Не трогай! Не прикасайся ко мне!

"—Нет! Не трогай! Не прикасайся ко мне!—Ты поранила меня, дрянь! Да как ты смеешь спорить со мной?! Ещё одна такая выходка, и я тебя убью! —Нет!"

   Оба регента отшатнулись друг от друга, как ошпаренные. Когда пелена страха спала, Куроми ответила:—А? Что?.. — и повернувшись к ним, встретилась с недоумевающими и взволнованными взглядами своих товарищей. —Прошу прощения… Я, кажется, задумалась, — даже Курохико млея, спросила:—Куроми, у тебя только что была… Паническая атака?.. — Куроми ответила:—Д-да нет… Я… Я просто… Я просто не ожидала. Почему вы вообще подкрадываетесь?!  — хотела перевести стрелки Куроми, но Дакимакуро заметил: —Товарищ Курон окликнул тебя дважды прежде чем тронуть. Ты не слышала. И когда кто-то этого не ожидает - он максимум вздрагивает,  — Курокайхо подтвердила:—Да, а ты как будто что-то видела. Что-то вместо товарища Курона. Что-то… Не очень хорошее… — она подошла и воздержавшись от прикосновения, сказала:—Куроми, ты много кому помогаешь справиться с эмоциями, но и ты можешь поделиться с кем-нибудь своими. Нам не всё равно. Тебя будто что-то тревожит… У нас есть время, пока не прибыли остальные. Если хочешь, мы с тобой можем отойти или как тебе комфортно. Можешь сказать на другом языке, если тебе трудно, но ты не одна, — секунд пять, будто раздумывая, Куроми стояла против неё, но тут фыркнула, запрокинуло голову назад и прикрыв глаза ладонью, рассмеялась:—Пф-ф-ф, купились? Да я же просто дурачусь! Ха-ха-ха! Видели бы вы свои лица!.. Ха-ха! — и она продолжала истерично смеяться, плотно прижа крылья к спине. Теперь недоумение и тревога на лицах Альфа только усилились. —Ладно, мне стоило знать, что вы не понимаете шуток… Простите, — всё ещё хихикая сказала она. Дакимакуро, не отрывая взгляда от неё, покосился к Курохико:—Мы же все понимаем, что она нас дурачит, да?.. Или так только мне кажется? — Курохико ответила, кусая большой палец:—Нет, не только тебе… Кажется, кто-то возомнил себя здесь самой умной… — Курохико отошла от Дакимакуро и медленно двинулась к Куроми. —Куроми, к твоему сведению… — она подошла, отодвинув Курокайхо. И тут произошло неожиданное. Курохико дождалась, когда Куроми отвлечётся, всего-то моргнёт и дала Куроми пощёчину. —Курохико! — в этот раз Курокайхо отпихнула Курохико от Куроми, но посол не ощущала вины. —Что ты видишь перед собой? — требовательно спросила Курохико, — кто тебя ударил? — но ожидаемого результата не было. —Ты, Хико, — ответила Куроми совершенно спокойно. Куроми поднялась с колен. —Не бойся, Кайхо, я дала ей себя ударить. Вы же помните? — и Куроми указала пальцем себе на лоб и печать третьего глаза засияла ярче, так чтоб они видели, — спрайт всегда движется в опережение своего владельца, — Курохико заметила:—И тем не менее прикосновение товарища Курона застало тебя врасплох. Ты испугалась.—Я задумалась, я же сказала. Знаешь, когда всё время знаешь, что карта сделает, а тут внезапно не угадываешь этого волей-неволей испугаешься.—Брехня, — сказал Дакимакуро уже так, чтоб все слышали. Но тут Куроми ответила:—Это… Не ваша забота… — и отвернулась. Карты переглянулись. —Я предлагаю закрыть эту тему. У нас есть проблемы по-серьёзнее, — закончила Куроми и в этот раз Альфа не противились. Им внезапно показалось, что она разозлится, если они попытаются снова. Макуро ничего не видел и не слышал, сидя в наушниках, перед компьютером и настраивая плохую связь, что в принципе было и к лучшему.

   Вторыми прибывшими были пиковые. Эмма выскочила из машины и громко хлопнув дверью, заметила:—Не знаю, как вам, а мне уже холодно, — видеть её в тёплой одежде было непривычно. Астрея сделала правильно со Съезда Правителей отправившись в Эмма-сити.

    Эмма-сити - город весьма нестандартный. Стоит рассказать о нём немного. Во-первых, это самый маленький и по территории и по населению город. У того есть веские причины. Эмма-сити лежит внутри настоящего вулкана, который служит городу естественной стеной, но и как будто бортами ограничивает рост города. Меньше его только Варуленд. По размеру, он едва сопоставим с Вероной. Эмма-сити - город монархической власти, где царствует пиковая дама. Другое официальное название Эмма-сити - Огненная Земля хотя мало кто так называет это царство. Это единственное город-царство, потому что Эмма с гордостью и подобающей страстью носит титул Царицы. Несмотря на маленькие размеры, Эмма-сити обладает существенной боевой мощью. Большая часть населения Эмма-сити (без учёта детей) обладают уровнем силы не ниже пятёрки пики, потому что таков был указ царицы. К тем, кто этот указ не выполняет, народ Огненный земли жесток и зачастую они становятся жертвами "карателей", каковые есть во всех странах и осуществляют самосуд. Эмма не пресекает их, находя страх перед "карателями" достаточно выгодным, пока каратели не посягают на тех, кто невиновен или на её царствование.

   Сразу после Первой Трефово-пиковой, Эмма пыталась воспользоваться поражением Пика и ослаблением его армии, потерпевшей сокрушительное поражение от Платинового Полка. Дама пики, на основании поражения Пика в войне с трефами, попыталась оспорить его право лидерства в пиковой колоде. Она обвинила Пика в некомпетентности в военном деле, в том, что по столько войнов Эмма-сити пали под Куроградом. Скопив претензии Огненная Земля пошла на Пиковую Империю войной. Вару остался к конфликту глух и слеп, даже благоразумно оставаясь в нейтралитете. Встав на неправильную сторону он мог случайно заручиться врагами, а этого ему было не нужно.

    Король Пик взял на битву тех, кто был готов сражаться с ним, никого не принуждая. С ним пошли едва ли двадцать сильных солдат, горящих и живущих битвой, как и он сам. Эмма привела около пятидесяти, что более чем вдвое больше.

   Бой проходил на территории Пиковой Империи. Эмма напала без предупреждения, хотя война была объявлена. Её войска ступали по территории Империи не встречая сопротивления. Большая часть Империи - голые степи, в которых нет никаких лагерей и пунктов укрепления. У главного города есть смежные пункты, но находятся они недалеко от главного города. Пик выступил сам во главе отряда, который был тяжело назвать армией.

    "Вид этого отряда вызвал у Эммы приступ истерического смеха. —И это!.. Это всё, что осталось от твоей Фиолетовой Бури?! Ха-ха-ха! Мда, дедок-то оказался не промах! — сказала она, высмеивая своего короля, тыча в него пальцем, — ты, наверное… Наверное, так унижен! Так опозорен перед остальными! Признай, твоё царствование пришло к закату! — Пик молчаливо стоял против неё ровно до этого момента. Оскал исказил его лицо в жестокой усмешке. —Я столетиями бился пол эгидой Арея¹. И нигде не знал поражения… — в его руках возник золотой ключ-секира, — и сейчас… Я призову его снова, чтоб отстоять то, что по праву моё! Моя корона, мой титул и моя власть! Подчинись или умри!"

   Эмма переоценила свои силы. Даже после поражения в бою с трефовыми, Пиковая Империя, самая большая страна в Карточном Мире, была ей не по зубам. Пик не церемонился с восставшей дамой и вышел против неё сам, чтоб показать, насколько он "немощен" в настоящем сражении. Король Пик разбил армию Эммы "голыми руками".

   "Последний удар. Бита. Дама пики упала навзничь. —Аргх! Н-нет… — она протащила себя чуть прочь, чтоб достать до своего жезла, выбитого из её рук. Однако дотянуться до него ей не дали. Пик наступил ей на запястье протянутой руки. Посох потух и исчез.—Аргх! Грх! Отпусти меня!—Хмх, я думаю, я выиграл? У тебя два варианта: умереть или подчиниться. Твой выбор?..—Грх! Я тебя ненавижу!.. — дёрнулась Эмма, —Давай, скажи это.—Грх! Пощади…"

    Пик распорядился этой победой очень даже умно. Он не обложил Огненную Землю непосильным налогом, как можно было ожидать. Вместо этого он отпустил Эмму, с условием союзничества или уничтожение. У Эммы не было выбора. В будущем это и послужило причиной того, что Эмма тут же отозвалась на зов Пика, во Второй Трефово-пиковой. Хотя и после этого должок не был уплачен.

    Огненная Земля - царство-наёмник. Она сражается за тех, кто больше им заплатит и ни с кем (помимо Пиковой Империи) не состояла в долгих отношениях. Его мнение переменчиво как и пламя, на которое дует ветер.

    Астрея и раньше ездила в гости к пиковой даме. Народец в Эмма-сити, слабо говоря, недружелюбный. А с появлением ландшафта и вовсе выяснилось, что Эмма-сити стоит внутри вулкана, что их мало смутило. Особенность была у жителей Эмма-сити. Особенность, которая позволяла им, и только им жить в условиях внутри вулкана. Подобно своей вспыльчивой даме, огонь и даже кипящая лава не причиняли им никакого вреда. Огонь мог их греть, им могло быть жарко, но их нельзя обжечь, даже если кинуть в полыхающий костёр. С определёнными противопоказаниями для детей, пожилых и уязвимых, карты Эмма-сити даже могут ненадолго опускаться в кипящую лаву, озёра которой то и дело стали появляться на территории города.

   При визите туда, Астрея заметила, что в городе царствует запах сероводорода или, если ещё проще, то в воздухе витал лёгкий запах тухлых яиц и тонкий, суховатый запах пепла. И снова во всём был виноват вулкан, который выделял в воздух не только своё тепло, но и определённые вещества, наличие которых у неприспособленных карт вызывало головокружение и тошноту, одышку и кашель. Земля под ногами была тёплой, как нагретый в жару асфальт. Это ощущалось даже через подошву сапог. Астрея предположила, что зимой в Эмма-сити тоже не холодно. На это Эмма ответила проще: "В Эмма-сити нет зимы".

   В отличие от Данте, Эмма не способна контролировать урон, наносимый огнём. Её огонь разрушителен и неразборчив в целях. Огонь Данте мощный за счёт того, что у Данте, как у короля больше энергии. Однако огонь Эммы жарче. Именно это её качество делало её полезным союзником в царстве зимы.

—Привет! — поздоровалась Астрея, кидаясь на Куроми с объятиями. Куроми довольно сдержанно ответила на них. Астрея отпустила её, оглянулась на простирающуюся пред ними ледяную пустошь, в которую предстояло ступить. Тут она повернулась на Курона и спросила, выгнув бровь: —Твоё холодное сердце в этом пейзаже отлично вписывается, — Курон смерил её суровым взглядом, но ответил:—И вам доброго утра, информатор Астрея, — Астрея посмеялась, но отстала от него. Эмма тем временем обратилась к Оливеру:—О, а ты не шутил тогда. Тут всё конкретно промёрзло, — и она хлопнула его по плечу. Однако сделала она это с такой силой, что бедный Оливер чуть не опрокинулся вперёд.—Д-да, ваше величество, — он поправил шапку. —И сколько нам топать до столицы? — спросила Эмма. Оливер будто задумался, а после выдал почти что наобум: —Часа два, может чуть больше, учитывая… Обстоятельства… — куроградцы многозначительно переглянулись, понимая, что он сказал наугад, но справедливости ради почти угадал. —Ну? Чего встали? — спросила Эмма, — есть ещё накладки? — карты не ответили. Куроградцы сплотились в плотный круг и, кажется, что-то обсуждали. Оттуда помимо тихого шёпота раздавались восклики Макуро:—Нет!.. Нет, я не пойду домой!.. Я хочу с вами!.. — а потом они разомкнулись и ответили, повернувшись ко всем остальным. Дакимакуро сказал:—Есть способ нам сократить путь, — Курохико продолжила:—Но тогда отыгрываться по большей части будет только Куроми. —И пусть она сказала, что не против, — заметила Курокайхо, — мы в смятении, — Макуро заметил:—И ждём, чтоб вы ответили нам, — Курон закончил:—Куроми предлагает перенести нас через пустошь как можно ближе к городу, хотя погода мягко выражаясь "не лётная", — Куроми возразила:—У Гарпии прекрасная система стабилизации. Мы избежим многих опасностей, если вы доверитель мне, — Курохико фыркнула:—Доверить свои жизнь карте, страдающей паническими атаками? Нет уж, увольте, — Астрея на такое заявление недоумённо устаивлась на Куроми, но Куроми не ответила ей взглядом. Вместо этого она ответила довольно прохладно:—Я не принуждаю тебя, Хико. Если тебе страшно, то я не виню тебя, — а сама подумала: "Знала бы ты, как мне страшно". Курохико ответила:—Ты и сама знаешь, что я не боюсь! Что с тобой не так?! — Курон разнял их:—Довольно. Если у вас такое непреодолимое желание препираться, то я буду вынужден запросить замену, а вы отправитесь выяснять отношения домой, — Курохико отстала. План был принят.

    Куроми начала инструктаж:—По протоколу безопасности перед тем как вы отправитесь в Зазеркальное Пространство, вы должны выслушать технику безопасности. Внутри Зазеркального Пространства нет гравитации, потому драки, толчки и прочие проявления активности категорически нежелательны. Также потому что в Зазеркалье не так много воздуха. Альфа будут ощущать себя нормально, потому что куроградцы адаптировались к высокогорью, где воздух разряжённее, чем в Зазеркалье, однако техника безопасности требует этого. Остальным же я предоставлю кислородные маски. Дальше. Самое важное. При длительном нахождении в там, вы можете начать слышать посторонние звуки от шорохов до голосов зовущих вас или убеждающих отбиться от остальных, — от такого заявления карты оглянулись друг на друга и поняли, что все находят это довольно жутким. Эмма спросила:—Типо галлюцинации? — Куроми ответила:—И да и нет. Зазеркалье не просто так так называется. Это гибкое пространство, и оно будет стремиться воплотить ваши мысли, — Эмма хохотнула:—Отличный сервис. То есть если я захочу вина - я его получу, стоит мне только подумать об этом? — Астрея шутливо закатила глаза:—Эмма... — Эмма в ответ дёрнула плечами. Однако Куроми отрицательно мотнула головой:—Зазеркалью не интересны физические потребности. Оно будет искать то, чем вы недовольны, чем не удовлетворены в жизни и постарается воспользоваться этим. Я долгое время проводила в Зазеркалье, узнавая, что это за пространство. Оно при коротком визите безвредно, но если сидеть там слишком долго - сводит с ума. Голоса могут быть знакомыми, но высока вероятность, что слышать этот голос сможете только вы. Рекомендация: не отзывайтесь и тем более не следуйте за голосом не соглашайтесь остаться, что бы они не предлагали. Они могут плакать, звать, умолять, льстить, обещать, но знайте, что ничего из этого не будет являться правдой. Каждый может увидеть или услышать то, что хочет услышать, но в Зазеркалье нельзя бездумно верить всему, что оно показывает. Оно не исполняет мечты, а подобно зеркалу отражает их вам, не более. Вы же не верите, что ваше отражение в зеркале - другая карта, верно? Возможно, только по-настоящему счастливый человек, принимающий себя таким, какой он есть, сможет избежать власти Зазеркалья. Я постараюсь сократить ваше время пребывания в Зазеркалье, но на это нужно много силы, потому я и предупреждаю вас. Мечтать не вредно, но только не в Зазеркалье. Инструктаж окончен, — Куроми вызвала Ящик и открыв его. Она выдала пиковым и Оливеру кислородные маски, поставила на землю Ящик. Карты один за другим по команде Куроми стали прыгать внутрь, скрываясь в бездонном чреве волшебной шкатулки.

    Путишествие началось. Куроми подняла Ящик, раскрыла крылья и, подпрыгнув с мощным взмахом, поднялась в воздух.

   Открывшийся пейзаж удручал свой пустынностью. До оледенения Хелленд мог похвастаться прекрасными цветочными полянами, живописными лугами и полями, садами, как и полагается червовым. Страна радости и теплоты была обращена в пустошь. Сейчас же над страной низко висели сивые тучи, тяжелые, морозные, непробиваемые солнцем, будто сложенное во много раз хлопковое полотно. Куроми решила лететь пониже, потому что с определённой отметки в воздухе царствовали буранные ветра, с которыми у неё могло попросту не хватить сил бороться. Начало пути по крайней мере до пограничных постов было спокойным. Настолько, что перемахнув через пустые пограничные посты, Куроми немного набрала высоту. "Пока всё тихо, но надолго ли?" — спросила себя Куроми. Появление преграды - вопрос времени и степени их продвижения. Это Куроми знала.

   Система обогрева, которой был оснащён костюм в считанные часы была не совершенна. Также стоит сказать, что после инцидента в Зонтопии "Грозовая Гарпия" была переименована из-за испорченной репутации. Непродолжительное голосование привело к тому, что проект был назван "Валькирия".

    Куроми окатил первый поток ледяного ветра. Впереди, будто колоссальных размеров театральный занавес, сыпал крупный снег. Куроми влетела в пелену снегопада, что-то вспоминая.

"—Мама! Мама! Смотри! Смотри, снег пошёл!—Каждый раз как в первый!—И чего вы радуетесь? Машину-то от снега чистить буду я.—Брось, пап! Это красиво!"

    Снег вместо медленных и кружащих в бальном танце белых мух, был скорее схож с мелким градом. Тучи спали его, будто песок.

  "Может, если я поднимусь выше облаков, лететь будет легче? — допустила она и сделала пару взмахов, но резкий порыв ветра почти опрокинул её, — н-нет, это не вариант. Поднимусь чуть выше и... И не справлюсь с управлением, но мы направляемся в самое сердце бури. Дальше будет только тяжелее. Вперёд!"

   Ветра становились всё беспощаднее. Вой перебивал даже её слова себе:—Вперёд, вперёд, вперёд! — тут система Така сообщила нечто неожиданное. —Неопознанные объекты? — они поравнялись с ней по сторонам, будто тренированные для командного исполнения парадных трюков лётчики. Куроми огляделась. В порывах пурги по бокам не было видно ни неба, ни земли. Свет и тьма были неотличимы. Единнственный способ хоть как-то ориентироваться в этом шторме - приборы. И сейчас эти приборы показывали, что помимо неё  в небе ещё три неопознанных летающих объекта. Интуиция подсказала Куроми, что они хотят напасть. На неё накатила волна паники. "Пока кто-то внутри я не могу свернуть Ящик в печать, а без печати я не смогу предсказать атаку. Придётся положиться на реакцию". И атака последовала. Разорвав собой пелену пурги, существо, похожее на птеродактиля, с хриплым звериным визгом бросилось на Куроми слева. Куроми нырнула вниз, намереваясь взять манёвренностью. Существо промахнулось, клацнув пастью. —Taka, prepare our weapons! (Така, приготовь наше оружие!)—Accepted. (Принято).

    Супер-бластер был приготовлен. На это понадобилось куда больше времени из-за того, что система промерзала. Куроми видела, что они гнались за ней, причём похоже буран никак не отражался на их скорости, в отличие от неё самой. Напротив. Они пользовались буранным ветром, он нёс, будто на ладони и вёл ближе и ближе. Куроми нырнула в шестидесятиградусное пике, сложив крылья.  —Ну ладно, давайте, попробуйте догнать меня!

—Кто-нибудь ещё чувствует себя некомфортно? — неловко спросил Оливер, — я всё же впервые пользуюсь… Колдовскими ящиками…

    Карты висели в пустоте. Совсем как и описывала Куроми. В Зазеркальном Пространстве не было ни пола, ни потолка, ни стен. Это в прямом и в переносном смысле была пустота, где несмотря на отсутствие света, они друг друга видели прекрасно. Первые несколько минут они даже обходились без общения, опасаясь встретиться с тем, о чём предупреждала Куроми, но веский довод Астреи о том, что молчание лишь усугубляет ситуацию, убедили карт вспомнить о том, что каждому из здесь присутствующих дан дар речи. Чтоб не двигаться в этой пустоте было достаточно всего-то поменьше двигаться.

    Астрея ответила:—Мы уже пару раз пользовались этим транспортом, но тогда мы едва ли десять были в Ящике, но Эмма и Эми тут впервые, — Оливер ответил:—А… — по его голосу было трудно сказать стало ли ему легче от этого или наоборот он почувствовал себя одиноким. —Кто-нибудь, что-нибудь слышит? — поинтересовался Вольт, а потом поспешно добавил:—Я ничего не слышу, просто интересуюсь, как это будет. А-то из объяснений младшего регента я практически ничего не понял, — сказал он почёсывая затылок. Астрея вздохнула и сказала:—У тебя были когда-нибудь галлюцинации? — Вольт честно признался:—Не-а, — Астрея вздохнула:—Счастливец, — Эмма колко заметила:—Говоришь такая будто у тебя были, — Астрея ответила:—У меня их тоже не было. Но знаю у кого были, — Курохико, парившая в полулежачем положении, сложив руки на груди, заметила:—Не Куромико случаем? — Астрея ответила:—Она самая. Это нормально (вроде как).—Она сказала, что, должно быть, по-настоящему счастливый ничего не увидит в Зазеркалье, — вдруг сказала 1-ая. Все повернулись на неё. 1-ая поняла, что должна логически закончить мысль и сказала:—Мне просто интересно, кто-нибудь здесь?.. Счастлив? Ну… Я не уверена, что знаю точное значение этого слова. То есть… Я не жалуюсь! Просто я и не знаю, что мне было бы нужно, чтоб почувствовать себя счастливой. То есть разве Зазеркалье может всё? Желания… И мечты… Они ведь такие разные. Как это место может воплотить мечты стольких карт одновременно? — возможно, в тот момент её не посетила мысль о том, что бы ей было нужно. К несчастью, никто так и не ответил ей: "Я". Эми заметила:—Ну, может оно попытается нас разделить? Помните? Нам не стоит разделяться и отвечать на зов, кем бы они ни были. Да и мы же не идиоты, чтоб откликаться на… — Астрея ответила:—Я не знаю, но мне было бы интересно… — но тут Макуро шикнул на них:—Чш-ш, пожалуйста, можно тише или вообще не говорить? Я записываю звуки, — чуть ранее он действительно выпустил в пространство микрофон, который держал на проводе, чтоб не потерять. Сам звук записывался на компьютер, но из-за разговоров было трудно судить о происхождении тех или иных изменений на графике. Все смолкли. Молчание продолжалось ещё около минуты, когда в свете экрана ноутбука стало видно, как лицо Макуро просияло, а потом следом так же побледнело, как мел. По его губам они прочитали: "О карты…" Макуро обернулся назад: —Мама!—Макуро, нет!

    Мягкий утренний свет пробивался через занавески, колышимые ветром. В маленькой, но уютной комнате раздался стук в дверь. Макуро приоткрыл глаза. Он лежал на кровати у стены.

   Перед его глазами предстал серый потолок с наклеенными звёздами. Они светились в темноте. Вокруг голой лампы на проволоке крутились шарики, на искусственных орбитах, будто планеты. Соответствие с реальностью было установлено лишь по книжкам и комиксам о научной фантастике.

—М? Что?.. Где я? — он огляделся.

   Повернув голову влево, он обнаружил полку, заставленную книгами, комиксами, учебниками, а чуть выше уже стояли фигурки, собранные его руками модели самолётов, танков, безликих солдатиков, а ещё - роботов и дронов. Под полками был шефанер, отданный под вещи, а рядом с полкой - рабочий стол, заваленный инструментами, деталями, какими-то бумагами для чертежей и тетрадями в 12 листов, в каждой из которой сколько-то нибудь точно не доставало. Там же стояла полу-пустая бутылка с водой и пачка злаковых батончиков.

   Макуро приподнялся. Это была его комната. Несмотря на небольшое пространство в ней, она была колоритной. В дни своего хакерского промысла (сперва бесплатно, а потом за деньги) он сидел здесь днями напролёт, составляя программы, создавая какие-то системы для своих собственных изобретений и новые схемы, чтоб искуснее обходить защиту учебных заведений, аккаунтов  в том, что можно назвать предком "Международной Сети Картнет". Она действовала только на территории Курограда и была весьма скудна в своём использовании. Служила для связи на территории города и в качестве информационного поисковика.

   Стук повторился. Макуро автоматически ответил:—Да? — и голос за дверью заставил его содрогнуться. Такой ласковый и тёплый, такой родной.—Макуро, ты встал? — Макуро остолбенел таки от неожиданности. Он и не надеялся больше услышать этот голос. —Ты не забыл? Сегодня ты хотел пораньше зайти в за́мок, — шаги удалялись и за дверью голос Курохикари уже слышен стал издалека:—Не заставляй товарища Куромаку нервничать, — и когда голос стих, Макуро наконец смог выдохнуть. Он даже перестал дышать. Поднялся, переоделся из пижамы в форму, опять же будто в бреду. "Как такое возможно? Всё такое… Реальное".

   Но стоило ему покинуть комнату, как эти мысли испарились. С кухни шёл приятный запах оладьев. Он двигался к кухне, почти не ощущая пола под ногами. Он прошёл через арку и оказался на кухне-гостинной. И сколько бы не думал, что готов, этот образ почти его подкосил. Курохикари   стояла у плиты, складывая готовые оладьи на тарелку и тихо напевая:—"А любовь - Катюша сбережёт.Пусть он землю сбережёт родную,А любовь - Катюша сбережёт…"¹—Мама?..  — напевание прекратилось. Теперь только шипение, стрекот масла на сковороде и его колотящееся сердце были источниками звуков. Она обернулась и ответила:—Опять не причесался, неряха. Ну, вот как ты в таком виде в за́мок собрался?   — она обошла стол и подошла к нему, стянула шапку и пальцами пару раз прошлась по его волосам, желая хоть как-то без содействия расчёски обуздать эти неуёмные вихры светло-серых волос, так забавно иногда меняющих свой цвет в зависимости от освещения. —Ты же знаешь, порядок на столе - порядок в голове. Товарищ Куромаку не одобрит, если ты придёшь в таком виде, — но Макуро пошевелиться не мог, не мог себя заставить пошевелиться. Он просто смотрел на её добродушное, даже немного  простое лицо и наконец не выдержал. —Мама-а-а! — и залился слезами. Курохикари испуганно опешила от такой реакции. —Макуро! Что с тобой? О, мой дорогой, тебе опять приснился кошмар?—Д-да… Наверное, просто кошмар…

—Вот же чёрт! — воскликнул Дакимакуро. Он первый добрался до Макуро и взял его за плечи. Тот будто спал, но у лба мальчика была печать в виде третьего глаза, точно такой же, как у Куроми, когда она её использовала. Вольт спросил:—Что случилось? Он отключился? — Астрея ответила:—Он откликнулся на зов. И теперь… Теперь во власти Зазеркалья, — Курохико встряхнула его, но это не дало никакого результата. Будто безвольная кукла, тело Макуро было окружено его товарищами. —Бесполезно, — заключил Курон, — он нас не слышит, — Курокайхо сказала:—Но должен же быть способ! Мы можем связаться с Куроми, чтоб она нас выпустила? — Курон отрицательно помотал головой:—Я пытаюсь вызвать её на Тандем, но не выходит. Кажется, её что-то отвлекает. Думаю, мы атакованы… — Эмма фыркнула:—Кто вообще пустил на это задание этого ребёнка? — но Альфа обернулись и ответили:—Он не ребёнок! — Дакимакуро заметил:—Если наша догадка верна, то только Макуро сможет обезвредить технологию, обратившую целое королевство в ледяную пустыню!

   Астрея задумалась: "Как нам разбить видение? "По-настоящему счастливый ничего не увидит в Зазеркальном Пространстве" верно?"—Карты! Что случилось с ним? — Курохико ответила: —И сама знаешь, — но Астрея настаивала:—Что он видит? Должно быть, вы знаете, — Курокайхо ответила:—Его семья… — Астрея повернулась на неё. —Во время террора трефового туза семья Макуро погибла в пожаре, — лицо Эммы изменилось. Астрея сочувственно поджала губы зашипела так, будто обожглась. Курокайхо отвечала:—Товарищ Дакимакуро спас его в последний момент. Я его опекун, но… Я знаю, что навряд-ли когда-нибудь смогу в полной мере вернуть ему то, что он потерял… — Курохико повернулась на неё и сказала:—Слушай, у тебя нет такой роскоши, как сомнение! Сейчас ты… Нет, мы его семья! И мы должны помочь. Давайте попробуем вызвать его на тандем.

—А где папа? — спросил Макуро, отправляя в рот оладушек.—О, он сегодня сказал, что придёт поздно. Завал на работе, как обычно. А ты? Если решишь задержаться в замке, то можешь предупредить сразу, чтоб не было как в прошлый раз? — сказала Курохикари, садясь напротив. Сама она не ела, но с умиротворением смотрела на своего сына. —Обязательно, — ответил Макуро, хватая тарелку с вилкой и наскоро отправив это в посудомойку, поспешил подхватить ранец.—Спасибо, я сыт! — но прямо у двери он становился, вернулся и крепко обнял маму. —Я люблю тебя, мама! — Курохикари обняла его:—И я тебя тоже очень люблю, дорогой; ты сегодня какой-то странный. Что-то произошло? — Макуро на секунду задумался. А что, в самом-то деле, на него нашло? "Это только сон. Это всё был лишь кошмарный сон".

—Не выходит. Придётся подождать Куроми. Она сможет развеять чары Зазеркалья, — сказал Курон. Курокайхо ответила, обнимая Макуро:—Откуда нам знать? Будь всё так просто, она бы не предупреждала нас так серьёзно ни в коем случае не отзываться, — Курон ответил:—Но и другого выбора у нас нет. Только ждать, внимательнее следить. И позаботиться о том, чтоб он не причинил себе вреда, — Курокайхо вздохнула и ответила:—Последнего можно не опасаться. Он улыбается. Кажется, он счастлив… Даже если это лишь иллюзия, — Дакимакуро заметил:—А что лучше? Принимать суровую реальность или жить в мире иллюзий? — Астрея ответила:—Хм, думаю, я бы выбрала первое, — Курохико сказала:—Ты не теряла семью, тебе не рассуждать об этом, — но Астрея ответила:—Верно. Нельзя потерять семью, если у тебя её изначально нет, — но Курохико ответила:—Понимаю… Знаешь, в этом раскладе нам везёт куда больше, — Эмма заметила:—Из вас всех, кажется, только у меня нет слабых мест, ха! — Оливер задумался, но о том, какое у него слабое место всё же не сказал, не желая "подсказывать" Зазеркалью идеи.

—Братец! — раздался голос из пустоты. Курон узнал голос, но продолжал делать вид, будто не замечает, повторяя себе: "Нет, даже не думай…"—Старший братец! Пора бы уже проснуться! — этот голос раздавался теперь ближе, не через толщу воды, а совсем близко. Пальцы Курона в перчатках уже больно впились в его локти: "Или изощряйся лучше или оставь меня в покое, коварная пустота. Я отпустил его… Я отпустил их всех… Тебе нужно что-то умнее". И оно будто бы поняло и на мгновение унялось, но тут же он ощутил прикосновение к своему плечу. Голос сменился. —Что-то не так, наставник? — признаться, он почти вздрогнул. "Это грязный трюк… — заметил он, проклиная собственный нарратив, который подначивал Зазеркалье быть искуснее, — позади меня никого нет! Никого нет…" — однако ощущения говорили об обратном. Некто, а он не сомневался, кого именно Зазеркалье так искусно пародирует, положил руки на его плечи и продолжало звать. Курон не сомневался, оглядывая остальных, они ничего не слышат, а значит, что следующей целью Зазеркалья стал он. Он закрыл глаза: "Сейчас… Вот сейчас оно прекратит". —В чём дело, мой принц? Я могу с чем-нибудь помочь? — он сглотнул ответ: "Можешь. Отстань". Он ощутил, как ладонь легла на его щёку. Он продолжал повторять себе, будто мантру: "Я не должен отвечать. Пусть делает что хочет, но ответить ему в любой форме - оно захватит меня…"

    Карты заметили его напряжённость. —Товарищ Курон? Вы что-то слышите? — спросил Дакимакуро. Он не отвечал, опасаясь, что что угодно будет расценено как: "Да, я слышу".—Товарищ Курон, не отвечайте. Что бы оно не показало, оно не будет правдой, — сказала Курокайхо. "Я знаю…" — но вдруг задал себе вопрос: "Но разве в самом деле грех хоть раз взглянуть на мир, в котором мне нет причин быть… Быть одному".

—Вы меня слышите?—Да, я слышу.

    Курон открыл глаза.—С добрым утром, братишка, хех, — он сидел на каменном подоконнике, в замке трефового короля. Против него сидел Куроку. Курон мысленно выругался: "Твою колоду…" Вид Куроку больше не наводил на него такого мандража. Их последний разговор, а вернее беседа с призраком прежде, чем весь отряд мертвецов отправится на покой, изменила его восприятие этой трагедии. Это было то, что ему не хватало. Он хотел знать зачем, как и почему. И теперь эти ответы у него были. "И всё же… Это случилось много лет назад… Лучшее, что я мог, это отпустить…"

—Куроку?.. — спросил Курон. И вот здесь, в этой иллюзии он перед ним. Не призрак из пара и дыма, а из плоти и крови. Он жив. Правда, на правом глазу повязка с вышитым символом пятиконечной звезды, но разве это важно? —М, да? — недоумённо ответил Куроку, — я вообще-то тебя искал повсюду. Отец хотел видеть нас, но ты не ответил на "зов". Пойдём, не будем заставлять его нервничать, а то, ты знаешь, "«серый волк» потаскает нас за шкирку". 

   Они спустились с подоконника. Считанные секунды старший регент ощущал себя неловко или даже чужеродно в среде, в которой всё было знакомо, но в то же время совершенно по-иному. "Если бы события развернулись иначе? Если бы Куроку был жив, если бы…" — но сразу за этим, он начал выстраивать структуру того, кто и кем является в этой "временной линии", где всё пошло по другому сценарию. "Это значит, что Куроми, если она здесь, то не является участником Альфа… Существует ли Альфа в этой версии событий? Я не должен забывать, что это всё не правда. Не правда…" — он решил выждать. И вскоре подсказка появилась. Из-за угла показалась Курохико. Курон почти не узнал её. Пусть некоторые язвительные нотки и прослеживались в её внешности, что-то грубое, неотёсанное, почти мужское, однако её волосы были заплетены в косу, что тут же развеевало весь её воинственный вид. Немного растрепавшиеся тёмно-дымные волосы тем не менее придавали живости её образу. Она всё так же ходила в форме. И Курон обнаружил на её куртке нашивку с буквой Альфа. "Значит Альфа есть в этой линии".—Товарищи, у вас проблемы! — начала она, преодолевая одышку. Куроку спросил:—Насколько всё плохо по школе от одного до десяти, — Курохико сказала:—М-м-м, я бы сказала семь. Товарищ Куромаку ждёт вас в своей резиденции. И если вы не явитесь, грозится подключить к вашим поискам Королевскую Гвардию!—Воу-воу… Ладно, — Куроку повернулся на Курона, — зря я не окатил тебя стаканчиком воды из кулера, чтоб разбудить. Теперь огребём оба. Пойдём.—Пойдём, — тихо ответил Курон. Курохико ответила:—Всего доброго, — и удалилась.

   Курон решил, что как невзначай спросит о положении, но в этот момент они уже оказались перед входом в резиденцию. "Хоть это было неизменно…" — подумал он. Дверь без усиленного замка, для которого требовалась кей-карта открылась по нажатию на ручку. Они прошли в резиденцию. Всё было так же. Куромаку повернулся на них. Он что-то брал с полки и бубнил под нос.—О! Ну наконец-то! Вас двоих ищет весь замок! У нас на носу важный проект, а как я могу доверить его заместителям, если они теряются в собственном доме? Гм-м-м, — король окинул братьев оценивающим взглядом. —Да, именно об этом. Приближается день города, — Куроку заметил:—И день рождения Курона, это я точно помню! — Курон повернулся на Куроку и поправил, хотя и казалось, что не хотел этого делать:—Это день моей активации. Я не рождался, — он хотел смотреть на это, как на фильм, со стороны наблюдателя, но это видение заставляет его влиться, отвечать, жить в видении, чтоб невзначай заменить им жизнь в унылой реальности. —И, кхм, "день рождения" Курона. Да. — подтвердил Куромаку, сплетя пальцы перед собой в замо́к. —Плюс ко всему победа в войне. И это ваша заслуга. Ваше присутствие будет обязательно, — Куроку сказал:—Мы это знаем. Каждый год одно и то же! — Куромаку заметил:—"Одно и тоже" и в то же время это мероприятие всегда проходит отлично, потому что мы держим планку. И я не намерен терпеть накладки. Капитан Куроканши обещает, что испытательная "Леди-Ястреб" в его отряде покажет занимательное шоу вместе с пилотами, демонстрируя фигуры высшего пилотажа в начале праздника, — Курон поинтересовался:—А… Наша роль в чём?.. — Куромаку ответил:—Не попадать в неприятности в течение дня. Работы в этот день ни у кого не будет, — Курон уже знал это. Его день рождения - единственный день, когда работы вообще нет. И в реальности это был худший день его жизни, из года в год становившийся всё более и более аллегоричным. И без того не обделённый вниманием, в этот день все без исключения вспоминали, кто он такой, что он находил удручающим. Интересно, что в реальности этот праздник сопровождался гуляниями, но официальных крупных мероприятий почти не организовывалось как раз потому что Курон ощущал себя некомфортно. —Не надо делать такое выражение лица, Курон. Я учусь на своих ошибках и не допущу прошлогоднего инцидента, — и Курон, как ни странно вспомнил то, чего не было: "Ну точно… В прошлом году мне досаждала одна из посетительниц замка. И я прятался в запретной к посещениям метеорологической башне до конца праздника". Ощущение стыда накатило на него так, будто это действительно случилось и с этим было ничего не поделать. Куроку сочувственно похлопал его по плечу, а Куромаку заметил: —Я уж не знаю, что мне сделать, чтоб тебя обезопасить. Дело ведь даже не в тебе, а в них. Но я готов ручиться, что больше такого не повторится. —Благодарю, — скромно ответил Курон. После этого их отпустили, с наказом больше не пропадать.

  Покинув резиденцию, Курон выдохнул. У него теперь оставалось стойкое ощущение, что он что-то упускает, что-то забывает, но эти мысли ускользали. Куроку, внезапно ощутив прилив желания шутить, сказал:—Да брось, всё не было так уж плохо. До конца оставалось всего ничего. — Курон возразил, внезапно осерчав:—Я просидел в метеорологической башне около 5 часов и вышел оттуда глубокой ночью, в комендантский час, — Куроку уже подал нервный смешок:—Кхэм… Ну, ладно. Однако я думаю в этом году будет иначе. Думаешь, я не замечаю? Ты зачастил с тренировочными спаррингами, — Курон сперва не понял, о чём он говорит, но потом отвернулся и ответил:—Мы же вроде как договорились больше не шутить на эту тему. Меня устраивает, что я один.—И что на тебя каждый год "открывают охоту"? Хах, а ты авантюрист.—Нисколько. Я СИИ, ты помнишь? Моя программа…—Пф, сам знаешь, как я отношусь к такому "запрограммированному" поведению. Ты же не калькулятор, в самом деле!—Наверное, калькулятор… —Не говори глупостей. Тебе самому от этой мысли не грустно? Что ты один?—М-м-м, ответ отрицательный. Да и я не один. У меня есть ты.—Я не об этом. Ты не понял.

—Ну просто блеск! — воскликнула Курохико. Альфа держались рядом с Куроном, погружённым в сон видения. —Не будь он "кронпринцем", я бы его ударила! Хотя так тоже руки чешутся! Как он вообще умудрился?! — Дакимакуро заметил:—Погоди, Хико, он сделал это не по глупости. Он сделал это нарочно, — —Но зачем? — спросила Курокайхо, по-прежнему придерживая Макуро. Астрея мысленно ответила на этот вопрос: "«Зачем?» Порой жизнь настолько невыносима, что жить в приятной иллюзии куда привлекательнее. У него есть все причины желать увидеть мир, в котором ничего не случилось. Жить, убегая от реальности. Жить в собственном мире и желать быть счастливым. Но иллюзии не сделают по-настоящему счастливым. Бесплатный сыр только в мышеловке". Оглядевшись на Эмму, она поняла: "Ох, чёрт!" Она и не заметила, как все вокруг так или иначе погружались в сон. —Сколько мы уже здесь? — спросила она вслух, — Вольт? Вольт! — она обернулась и неловко подлетела к парню, который уже спал. —Вольт! Да что это такое?!—Дело плохо…

  Вольт очнулся на своей кровати. —А?! Что? Угх, это?..  — он огляделся. Казарма-общежитие Пиковой Империи. "Это что?.. Это всё был сон?"

    Он поднялся, отмечая, что голова болит, как после кутежа. А ещё он в своей форме. На самом деле, в этом не было ничего необычного. Он часто ложился так спать просто потому что сил ни на что не оставалось, даже на такую простую вещь, как переодеться.  Даже если спать в этом неудобно. Он оглядел комнату. И заметил, что что-то не так. Отойдя от кровати, он поднял взгляд. И пусть сразу подметил отличие, сперва не понял, что оно означает. В один прыжок вскочив на лестницу и окинув верхнюю кровать взглядом, он задержался. И тут шаги за дверью, которые до этого Вольт не адресовал их комнате, раздались совсем близко. Вольт услышал щелчок и едва уловимый скрип двери. —14-ый? Чего тебе надо на моём месте? — 14-ый обернулся. На пороге стояли 13-ый и Исповедник. —13-ый? Это ты?.. — и ошибки быть не могло, потому что на щеке у солдата действительно был виден старый шрам от лезвия. Это собственно было единственное, помимо номера, вышитого на форме, по чему их можно было отличить. 14-ый спрыгнул и подошёл к ним. —13-ый! — и обнял наставника, ощущая, будто очень давно его не видел. Хотя, казалось бы, к чему это? —Воу!.. И тебе с добрым утром. Ты чего? — 14-ый отстранился неловко:—Да, я просто… Я не знаю. Просто рад тебя видеть?.. Плохо что ли? — но тут оба солдата рассмеялись. 13-ый подтянул его к себе и взъерошил светло-фиолетовые волосы ученика. —Ладно, я просто шучу! — ответил он. Снова этот запах. Запах усталости и перегара, но смеялся он так, как может только довольный жизнью человек.—Ну так, какой у нас план? — спросил 14-ый. Исповедник ответил:—Ну, сегодня "выходной", так что… Напиться. 1-ая и Рея тоже идут, хотя Астрея на всякий случай пошла проверить его величество. После случая с отравлением, Астрея никому не доверяет его проверять, — 14-ый ответил:—Ясно. Тогда пошли. А Зверь пойдёт с нами? — спросил он, выходя вслед за ними в коридор. Исповедник ответил:—Зверь? Он прожигает этот день в тренировочном корпусе. Кажется, стычка с Паладином дала ему какую-то идею, я с каждым днём боюсь его всё больше, — и рассмеялся. По пути они встретили 1-ую. Она сказала, что вопреки приглашению, не решилась сопровождать Астрею до обители пикового короля. Потому она пойдёт сразу с ними.

—Да! Вот я и говорю, что если он доведёт до этого, то после может не пытаться врать перед Исповедником. Моя сила заставляет говорить правду, вне зависимости от того хочешь или не хочешь. Если знает - скажет, но мне кажется, что он мне не поверил. Ну ладно. Мы успеем об этом поболтать. Кстати, 14-ый. А как твои родители? — —Мои родители?! — но этот тон, слишком удивлённый и чужеродный для такой расслабленной ситуации, сменился:—А… Да… Точно. На самом деле, я думаю, что хочу их навестить… Сегодня, — 13-ый хлопнул в ладоши:—Отличная идея! А Астрею с ними когда познакомишь? Ха-ха-ха! — 14-ый повернулся на него:—Хей! Это не честно… — Исповедник ответил:—Но ведь ты хочешь познакомить её со своими родителями. Повторюсь, не пытайся врать пред Исповедником, — и он шутливо пригрозил пальцем. 14-ый ответил:—Я… Я не хочу торопиться. К тому же… К тому же… — и он остановился на этом, всем своим видом давая понять, что больше аргументов не будет. 1-ая поняла, что должна вмешаться и заметила:—Слушай, я, наверное, не должна этого говорить, но Астрея…  — и тут с соседнего стола протянулась рука, которая хлопнула 1-ую по спине. —Болтушка! — это была Астрея. —А! Прости! — 14-ый поднял взгляд. Астрея пересела за их стол. —Вам веры нет. За моей спиной обмуждаете! — она села рядом с 14-ым. —Итак… Ты что, думаешь, что если познакомишь меня с ними, я сделаю какую-нибудь глупость? — 14-ый растерялся:—Н-нет!—А что тогда? Слушай. Тебе решать, но я уверена, что всё будет хорошо. Теперь всё будет хорошо…

—Всё плохо! Всё очень плохо! — Астрея не стала трясти Вольта. Это было бесполезно. Оглянувшись, ей стало понятно, что лишь она единственная осталась в сознании. Тела пленённых карт стали медленно погружаться в темноту пустоты Зазеркалья. Попытка удержать их лишь тащила её вслед за ними. Астрея погружалась в настоящую панику:—Ох, Куроми, ты же знала… Почему ты вообще предложила такой способ передвижения? Ты знала, что мы не сможем сопротивляться, да? Тогда почему? — и мысль, которая посетила её, ужаснула Астрею: "Куроми хотела, чтоб мы угодили в ловушку. Это её головоломка… И мы должны её разгадать. Но зачем это Куроми? Так… Ещё раз! Что она сказала о Зазеркальной Пустоте?"

—Возможно, только по-настоящему счастливый человек, принимающий себя таким, какой он есть, сможет избежать власти Зазеркалья… — повторила Астрея, — у нас не было и шанса… Никто здесь… Не счастлив. Но разве возможно быть всем довольным? — и тут она вдохнула.—Возможно! Это я! Я не слышу голосов! Я… Хах! Нужно дать сигнал Куроми.

    Тем же временем снаружи. Куроми ранена. Ледяной выстрел ударил её в плечо, чуть не сбил, и теперь оно ужасно болело. "Чёрт… У меня ушиб… Это ужасно мешает!" — она повернулась. Ранившая её тварь готовилась выстрелить снова на волне своего успеха.—Грах! Отвяжись от меня! — Куроми развернулась и выстрелила повторно. Попала. Она подбила ледяного монстра и он с рёвом рухнул на землю, но на замену одному пришли трое. Проявился первый недочёт встроенной системы обогрева. Во время выстрела бластера до шестидесяти процентов мощности уходит на выстрел. Раньше этот недочёт сильно тормозил реактивный ранец, который поддерживал первые версии Валькирии, но после был устранён при первом же упоминании о нём, потому что в разных ситуациях битвы, невозможность одновременно применять бластер и реактивный ранец может обернуться трагедией. Сейчас же об этом маленьком недочёте системы распределения энергии просто не вспомнили в попыхах. Выстрел длился едва две секунды, но эта потеря драгоценного тепла сейчас была просто непростительна. Использовать перья, как метательные кинжалы, просто не представлялось возможным из-за порывистого ветра, да и чем меньше перьев, тем неустойчивее её полёт. В битве с Пиком она и вовсе использовала все доступные перья-ножи, что в итоге существенно отразилось на её полёте. Сейчас такая расточительность была бы непростительна. Даже со всеми перьями она едва боролась с ветром, что бросал её, будто пылинку из стороны в сторону. "Нет! Это не может так продолжаться! Мне нужно что-то сделать", — Куроми нырнула вниз, закрываясь крыльями от ветра и колючего ледяного песка. Наконец-то впереди, вместо воздушной бездны, по цвету не отличной от неба, появилась заснеженная земля. Куроми досчитала до трёх и раскрыла крылья, поднимаясь наверх. —Давай! Давай! Давай же! — но внезапный свирепый порыв ветра навстречу затормозил её, и скорости на подъём не хватило. Куроми прокатилась по снегу, угодив в глубокий сугроб. Позади раздался хруст льда. Куроми услышала это: "Отлично. Хотя бы один из них разбился, не справившись со скоростью, но…"

   Трое оставшихся поднялись в воздух и теперь кружили над местом её падения. —Они меня видят, мне нужно скрыться! — Куроми открыла ящик, который до этого пару раз чуть не выронила в бою. Опасливо озираясь на небо, в котором парадно кружили её враги, она начала откапывать ямку в сугробе. Он не был мягким, скорее сыпучим и местами обратился в лёд. —Главное чтоб Ящик не примёрз, иначе мы застряли… Но у меня нет выбора, мне нужна помощь нашего отряда. Иначе я проигрываю в силе и в числе… Оно атакует! — она нырнула в Ящик за мгновение, когда в районе, где была её голова клацнула пасть.

    Куроми спустилась в пустоту Зазеркалья.  —Куроми!—Астрея! — Астрея неловко подлетела к ней:—Куроми! Остальные! Они во власти Зазеркалья! — Куроми обратила взгляд в чернеющую пустоту. Это правда. Астрея была одна. Астрея обратилась к ней:—Куроми! Почему ты не сказала, что внутри ящика опасно?! — но Куроми ответила, держа её за лотки:—Я сказала, но теперь это не важно, нам нужно вытащить их, — Куроми схватила её за руку:—Держись крепче. Мы идём за ними в Глубинное Зазеркалье!

  (1 Арей (или Арес) - сын Зевса, ненавистный своему отцу. Один из 12-ти главных древнегреческих богов. Покровительствовал войне и кровопролитию. Отличался жестоким и пылким нравом.)