37. Плохие Новости

—Нет, правда, ты не должен был… — снова начал Куромаку. Данте сидел на том же облаке рядом с ним, наливая чай. Он ответил:—Расслабься наконец. Пик бы ни за что не отпустил тебя.—Я бы потребовал, — деловито заметил Куромаку. Данте немного нахмурился:—И вынудил бы его отвечать агрессивнее. Ты же знаешь его, Пик никогда бы не стал проминаться, особенно, когда ты просишь. Вы оба столь же тверды, сколь и упрямы.

   Возражать больше на это было нечего. Куромаку опустился и лёг на спину на облако, похожее на воздушную гору синтепона, но куда нежнее ваты.—Итак. Сколь же давно ты работаешь на Высшую Силу? — поинтересовался Куромаку так, будто невзначай. Возможно, этот, казалось бы, непринуждённый тон говора был разработал им именно для Данте. Данте ответил:—Работаю? Хах. Знаешь, когда занимаешься любимым делом, то не работаешь ни единого дня. Высшей Силе угодна моя работа, потому я ей угоден. Она находит меня весьма полезным, потому я и рассчитываю на её содействие, — он не рассказал о том, что вообще-то в последний раз ослушался Высшую Силу.

    "Это произошло во время столкновения в Зонтопии. Данте находился на горе Ака, потому что его предназначение снова потребовало от него заглянуть в будущее. Данте - мечтатель и утопист, но не в его привычках строить "песочные замки". За свои мечты о Карточном Мире без ненависти он готов сражаться и не жалеть сил.

   Данте, сидя на гамаке, на дереве, вновь дунул в сторону алый дым, ожидая угадывать силуэты, а это он делал безошибочно. Однако… Видение показало ему неопределённость. Он увидел в своём видении символ зонта, потом клубящиеся тучи, а после из них выросла угрожающая фигура хищной птицы, бросающей на него тень, скрывая свет венцом своих крыльев.—Здравствуй, король бубен, уху, — сообщил голос; Данте знал, что это Высшая Сила, — вновь в будущее устремлён твой ясный взор? — Данте не отвечал. Дым указал, как копьё летит в Гарпию, но она перехватывает его своим мощным клювом и словно тонкую веточку перекусывает пополам. Гарпия из дыма отлетела чуть назад, а потом бросилась на Данте с немым рёвом, который он слышал эхом в ушах. Она обратилась в дымку и исчезла. И как раз в этот момент Данте ощутил резкую и неожиданную боль в грудной клетке, словно его пронзили стрелой. Высшая Сила наблюдала за ним со стороны, понимая, что выбор сейчас за ним. Данте попытался спуститься с гамака, но вместо плавного полёта неловко спустился, скорее даже упал на землю под деревом. Мрак оплетал коконом свет луны, заставлявший искриться озеро. Оно потеряло свой блеск. Вершина горы Ака, на которой даже ночью видно всё как при свете дня, становилась тёмной и неприветливой. Данте поднял голову на дерево, на котором сидел. Вечноцветущая сакура, никогда не нуждающаяся в покое, питаясь энергией гармонии и Ци Данте, начала медленно сбрасывать свои лепестки, а её листья стали поспешно желтеть. Все деревья, по краю обрамляющие это пространство, стали медленно опадать. Данте поймал опавший лепесток сакуры в ладонь.—Нет… — лепесток в его руках стал чернеть. Драконий мудрец обернулся на Высшую Силу, явившуюся ему в образе внушительных размеров рогатой неясыти. Она приземлилась на голову статуи Дракона, стоящей посреди озера. Её глаза горели жёлтым огнём. Она являлась ему всегда в разных обличиях, но Данте ещё никогда не видел её облик настолько зловещим.—Так нужно, Данте, прости меня, но мы больше ничего не можем сделать. Ты пытался его предостеречь, и я ценю твои старания, но его действия всё равно привели к этому, у-у-уху…— проухала сова, вестница смерти, распушив перья и от того казавшаяся ещё больше. Когда она так говорит, не сомневался Данте, что этот рок не отменить. "Я не могу… — Данте сжал ладони в кулаки, —  не могу оставить всё так". —Куда ты собрался, Данте?! Ты ничем не сможешь ему помочь! Уже слишком поздно! — заухала сова, когда король решительным шагом пошёл к краю красной горы, но Данте проигнорировал её. Он шагнул с краю и ринулся вниз, прорывая облака. Его объяло пламя и в небо взмыл алый дракон.

   После того, как Гарпия скрылась, а Данте забрал Куромаку из Зонтопии на облако, Высшая Сила снова появилась. Вместе с зарождающимся на востоке рассветом, пылающий феникс, символ победы жизни над смертью, облетел их кругом, издав высокий свист и скрылся вдали. О том, получит ли он выговор от Высшей Силы за вмешательство в причинно-следственные связи действий и последствий он не думал. Оно стоило того, и король бубен знал об этом.

—О твоём вмешательстве… Ты был очень импульсивен, хотя это тебе не свойственно, — заметила Высшая Сила. Её голос немного скакал вверх из-за отличия птицы. В последний раз до Пятнадцатого Съезда она беседовала с ним, когда он прогуливался на границе леса, но далеко от лагеря мультиотряда. Высшая Сила сидела у него на правом плече в виде феникса с пламенным роскошным оперением и щёлкала клювом. Данте ступал босыми ногами по мягкой траве среди поляны с различными фиолетовыми цветами. —Я знаю. Мной двигал испуг… — отвечал Данте. Высшая Сила легонько ущипнула его ключом за ухо. Данте тихо ойкнул. Высшая Сила ответила:—Вот-вот! Ты действовал на эмоциях. А это не то, что должно для карты твоего ума и уровня, — Высшая Сила слетела с его плеча и преградила ему дорогу, держась в воздухе, — у колоды давно есть способ заменить погибшего клона с чином в случае чего, и он знал об этом. В нём куда больше расчётливости, чем в ком бы то ни было. У него была достойная замена на место короля. Никто бы ничего не потерял, — но Данте ответил:—Ошибаетесь. Я бы потерял друга, — и обошёл Высшую Силу. Она проводила его и поседела следом. Она снова приземлилась на его плечо:—А как иначе? Ты и сам пострадал от этого, разве нет? — Данте ответил:—Я скажу больше, я был бы рад за своё промедление поменяться с ним местами… — феникс непонятливо хлопал глазами с длинными ресницами. Она будто ожидала, что он сейчас скажет, что это шутка, но Данте был серьёзен. —Я не могу позволить тебе погибнуть, и ты это знаешь, но если бы ты был на его месте не в моей власти было бы тебя спасти. Да и смог бы он тебя исцелить, поменяйся вы местами? Он не владеет своей Ци! Он не хозяин своей судьбы как ты, Рю Данте, вот почему ты ценен, — Данте ответил:—Всё просто. Он бы не медлил, — Высшая Сила ответила:—Ты такая же пешка для него, как и все. Он смотрит на вас, как на фигуры на клеточной доске. Я знаю, потому что это я сделала его таким. Он следует заложенному в него коду, как и ты, но ты повёл себя нетипично.—Я не мог… Не мог больше… — Высшая Сила подала вздох:—(*вздох*) В любом случае. Я сама дала тебе выбор. И ты сделал его. Ты, как всегда показал то, насколько превосходишь всех в своём уровне развития. Ты удивил меня снова. Я недооценила тебя. Воистину, ты тот, кто может остановить ненависть, — Данте ответил:—Нет, не я, но её падение уже предрешено, — Высшая Сила заметила риторическим вопросом:—Ох, как же постигнуть твой странный ум? — и исчезла."

—В любом случае, лучше подумай о том, что ты собираешься делать, когда придёшь домой, — посоветовал Данте. Мик в переноске, что всё это время делал видя что его тут нет, сказал тихо:—Тоже мне советчик… — Данте переметнул взгляд на него, и Мик снова съёжился. Но Данте не смотрел на него враждебно. Король отворил клетку и просунул руку, чтоб вытащить его. Мик ощетинился, громко зашипел и выпустил когти. Куромаку обернулся:—Данте! — но было поздно. Мик беспощадно полоснул когтями руку короля до крови. Данте поморщился, но не отступил. Он выудил кота из переноски. Куромаку продвинулся к королю бубен:—Данте, я же попросил его не трогать. Он агрессивный. Смотри, что сделал, — Мик снова полоснул короля когтями:—Отпусти меня! Ты! — Данте ответил:—Ну что ты, второй. Даже к тому зверю можно найти подход. Ты запугал его, а нужно иначе. Тогда и он к тебе и с сердцем, и с душой, — Данте подтянул Мика и начал чесать за ухом. Мик стал стихать, кажется поняв, что король бубен не представляет угрозы. Шипение сменилось на тихое мурчание. Куромаку посмотрел на Мика с презрением:—Только вот у этой твари нет ни того ни другого, — Мик оскалился, прижимая уши к голове, и зашипел на него:—Сгинь, волчара позорный! — и поплотнее прижался к Данте ища спасение. Куромаку нахмурился, готовясь телекинезом вырвать Мика и усадить обратно в клетку. Данте прекратил почёсывать и ответил мягко:—Не надо так с моим другом, — Мик фыркнул, дёрнув ухом и стал сам тереться головой об руку короля. Данте мягко уложил Мика обратно к себе на колени и Мик не шевелился под его рукой, лишь размеренное дыхание выдавало то, что он живой. Мик закрыл глаза и уже скоро уснул. Куромаку поднял взгляд на Данте:—Я не понимаю, как ты это делаешь, — Данте ответил:—Это не обязательно. Ты не становишься лучше или хуже от того, что пока чего-то не понимаешь, — Данте излечил царапины, нанесённые Миком, с помощью Ци, а потом протянул руку к королю треф, но тот заметил, перехватывая его руку за запястье:—Так! Ты сперва кота потрогал, а теперь меня трогать хочешь? Одной Высшей Силе известно, где он лазил! — в ответ Данте посмеялся:—Ты всегда был такой,— но всё таки убрал руку.

   Данте вернул Мика в клетку, когда вдалеке показались башни Курограда. —Дом, милый дом. На этой скале действительно есть над чем поработать, — задумчиво сказал Куромаку, глядя на город вдалеке, — я и не надеялся вновь его увидеть… — Данте ответил, садясь рядом:—Удивительно, не правда ли? Как посреди пустоты вырос город, который ты называешь своим домом. Ещё 4 года назад мы и не мечтали о таком.—Мда… — согласился Куромаку, — со странной иронией вспоминаю о том периоде жизни, когда времени у меня было так неприлично много, что я собирал странные и абсолютно ненужные вещи только ради коротания тихой, но неотвратимой вечности в пустоте, — его голос звучал то ли скептически, то ли ностальгически. Данте ответил:—Но если они тебя развлекали, то не были такими уж и "ненужными", — Куромаку ответил:—Развлечения - весьма сомнительный для меня аспект. Они были скорее утолением жажды знаний и опыта.—Ладно-ладно, я не требую доказательств.

   Они уже приблизились достаточно, чтоб было понятно, что что-то не так. С первого взгляда было всё нормально, но что-то смущало взор. И король понял что. Это оживление на улицах в некоторых местах. "Так случалось, когда случался пожар, но в стольких местах сразу?" Облако спустилось на территории за́мка. Куромаку взял клетку магией. И они могли с облака, которое тут же исчезло. Данте заметил: —Я чувствую, что здесь произошёл резкий всплеск негативных эмоций, — Куромаку повёл их в замок.

    Распахнув двери, они тут же приковали к себе внимание. —Доброго вечера, товарищи.—Товарищ Куромаку! Господин Данте! — Данте заметил, умиляясь:—О, они выучили как меня зовут, — навстречу королю вышел Дакимакуро, а за ним Курохико, по лестнице. —Рады видеть вас в добром здравии, господин, — ответил Дакимакуро, опускаясь на одно колено перед трефовый королём. —Взаимно. Поднимись. —Не смею. Плохие новости…—Расскажите, что здесь за оживление? — Курохико сошла с лестницы. Она была немного растрёпанной:—Это какой-то форменный кошмар! На нас напали! — она подошла и тоже опустилась на колено перед королём, — совершенно неожиданно, средь бела дня!.. — вслед за ними подтянулись связисты. Куромаку не сомневался, что именно Курокайхо сообщила картам о его прибытии. Рядом с ней стоял Макуро. Курохико продолжала:—Террористический акт неизвестных. Есть жертвы, — и сразу при этих словах, Макуро рухнул на колени, издав болезненный стон и всхлип.

  "Это случилось только день назад. В тот обычный во всех смыслах день, когда казалось, что ничего не может пойти не так. Макуро, младший связист и лучший хакер Курограда, тайный участник подразделения Альфа, возвращался домой. С отъездом и короля и старшего регента работы прибавилось и ему. А ещё у него был на повестке, возможно, самый крупный его проект. Король "подкинул" ему идею и взявшись за неё он забывал про такие вещи, как время, а порой и еда и сон. Последние пару дней он ночевал у Курокайхо, своей наставницы, но сейчас ему удалось оторваться и он шёл домой, чтобы пообщаться с родителями. Как вы помните (а может и нет), Макуро из счастливой и полной семьи, как выражался порой король треф, "образцовой" и, возможно, Макуро - единственный в Альфа, чья жизнь до сих пор не шла под откос. Его жизнь позволяла ему быть ребёнком в своё удовольствие, а его коллеги из подразделения не спешили делать его взрослым. К ним жизнь была не столь благосклонна. Брошенные, забытые, осиротевшие из-за войны, но несомненно талантливые и полезные, когда-то вместо пули в лоб получили руку помощи и шанс быть кем-то другим.

   У родителей Макуро были причины гордиться своим сыном, но, по приказу короля, им нельзя было распространять об этом информацию. Для всего Курограда, Макуро (до своего совершеннолетия) - обычный ребёнок, ученик и участник разных проектов, касающихся технологий. Его членство в Альфа является тайной за пределами замка.

    Он постучал в дверь. Курохикари, мать Макуро, открыла дверь. —Макуро, мальчик мой! — оказавшись в тёплых объятиях матери, Макуро взбодрился:—Мама! — она впустила его в дом. Вместе они накрыли на стол, непрекращая обсуждать последние новости и о том, и о сём. Он рассказывал новости, разумеется выборочно, что-то не важное, но интересное. Курохикари - домохозяйка, но иногда она подрабатывает, продавая изделия ручной работы. Отец Макуро - Широкуро. И он подтянулся к ужину. Макуро и ему с восторгом рассказал о том, что работает над очень крупным, даже глобальным проектом, который, несомненно поменяет весь Карточный Мир. —Уж не знаю, возможно ли переплюнуть твои ИИ, — шутливо заметил Широкуро. Макуро махнул рукой:—О, можно! Можно ещё больше. И если всё пройдёт успешно, то Карточный Мир получит настоящую мировую сеть для связи и обмена информацией. Идею подал товарищ Куромаку.  А у меня уже есть несколько наработок и идей, — Курохикари ответила, наконец садясь рядом:—Хорошо. Надеюсь, что ты не перенапрягаешь свою способность. У тебя же болит голова от этого, — Макуро смущённо мотнул головой и ответил:—Иногда… Но братишка Исакуро помогает с моей мигренью. Он уже делает это с закрытыми глазами. А ещё он говорит, что если бы не я, вряд-ли бы разработал технику по лечению головной боли и мигрени. Я у него частый гость, — Широкуро подумал и спросил:—А что на счёт… На счёт инцидента с младшим регентом. Я слышал на работе, что определёнными лицами в замке собирается петиция об снятии её с должности по причине опасности для коллектива. Что скажешь? — Макуро ответил без малейших промедлений:—Я даже скажу, кто это делает и почему. Курохара, капитан подразделения Дельта! — и он легонько ударил по столу. Широкуро продолжал. Говорил он с Макуро, как со взрослым:—Сегодня эта петиция дошла и до нас на работе. Мне показалось это странным. О младшем регенте ты всегда отзывался самыми добрыми словами, да и мы её видели. Она показалась нам довольно милой. Зачем этой Курохаре снимать регента с поста? — Макуро ответил, проткнув кусок мяса вилкой:—Обвинения ложные. Она оболгала сестрёнку Куроми, потому что однажды проиграла сестрёнке. Курохара хочет стать младшим регентом короля и готова пройти по головам ради этого, — Широкуро мрачно, но понимающе кивнул:—Просто хотел убедиться, правильно ли проголосовал. Я считаю, что эта петиция не только оскорбляет саму Куромико, но и товарища Куромаку. Неужели, все эти карты, поддерживающие это считают, что наш великий лидер настолько недалёк, что не заметит негодных? Недоверие к кому-то вроде него ведёт попросту к анархии, — Макуро кивнул. Курохикари поняла, что пора:—Что ты собираешься делать завтра? — Макуро ответил:—Ну, меня снова будут ждать на сборе Совета Комиссаров. Я ничего там не делаю, главное, чтоб я просто там сидел… Для галочки, — Курохикари немного печально заметила:—Чтож. Ладно.—А что? — поинтересовался Макуро.—Просто мы подумали, что мы могли бы вместе сходить в парк, как раньше. Там устраивают что-то вроде ярмарки деталей. Может там ты мог бы подобрать детали для своих роботов, — Макуро ответил:—О! Здорово! Я могу отпроситься. Им моё слово так-то пока не нужно, — и тут окно в гостиной разбилось. Совсем рядом от стола затормозил Дакимакуро. —Макуро! Берегись! —Даки! — и схватив мальчика подмышку, скороход прыгнул в окно. И тут же раздался оглушительный грохот. Дакимакуро успел откатиться с Макуро в сторону. Он поднял взгляд, поправляя очки на основание носа. Взрыв выбил окна. А теперь дом объяло пламя. Макуро приподнялся под рукой посла, лёжа на земле на тротуаре через дорогу. —Ч-что? — он поднял голову. Чёрный дым взвивался к небу, рождаемый пламенем, жадно пожирающим дом. Вдалеке раздался вой пожарных сирен. Тело связиста пробила дрожь.—М-мама! Папа! —Макуро! — Макуро приподнялся, хотел побежать, но Дакимакуро схватил его и оттянул с дороги на тротуар как раз вовремя, чтоб его не сбила машина. —Мама! — вопил он, но, видимо, уже на это никто не откликнется. Дакимакуро захватил его, удерживая на месте, разумеется, превосходя маленького и щуплого пионера в силе: —Макуро! Там никого нет! Макуро! — он уже и так понял. Его сопротивление ослабло, как и тело, что до этого стремилось к загорождённому пожарными машинами дому. Он рухнул на колени, закрывая голову руками. Никогда ещё так громко у него не звенело в ушах. Никогда голова не болела так сильно. Из носа пошла кровь. Дакимакуро хотел подойти, чтоб поднять его, но он сгенерировано вокруг себя энергетическую сферу, что била разрядами тока.—Нет… — просипел он. Тут он набрал в лёгкие воздуха и закричал так, как никогда не кричал:—Ма-а-ама! — эта энергия вместе с его криком прошлась по району. Один за другим лопались уличные фонари, лампочки, даже фары у машин, освещение, рации и видеофонная связь вышли из под контроля, выдавая ошибку или помехи со связью."

   Выслушав это, Куромаку наклонился к Макуро в слезах. —Тише, дитя, — он протянул руки, и поднял его на руки, как маленького ребёнка. Макуро не противился, как мог бы тремя днями ранее. У него просто уже не было сил. Он не чувствовал себя живым. Король обнял его:—Я выражаю тебе свои соболезнования, Макуро, и в то же время я рад видеть, что ты остался жив. Они бы точно этого хотели, — магией он выудил платок из кармана и протянул его Макуро. —Спасибо… — сдавленно ответил Макуро. Куромаку ответил:—Спасибо Дакимакуро, что оказался в нужное время в нужном месте, — Дакимакуро ответил, не поднимая головы:—Здесь нет поводов для благодарности, господин. Я хотел бы сделать больше, — Куромаку ответил:—Отрицать то, что он жив по твоей милости - глупость. Ты спас его. И я уверен, что как и любой здесь, ты сделал более, чем 100% своих возможностей. А ты, Макуро. Я даю тебе своё слово, что мы не оставим тебя. Ты один из нас, потому никогда не будешь одинок, — Макуро кивнул. —Всем остальным, я знаю, кто за это ответственен и наш ответ не заставит себя долго ждать. А пока у нас много работы!

    Работа по восстановлению уже велась и велась автоматически, не требуя вмешательства короля треф и даже прочих участников Большого Совета. Данте и Куромаку в сопровождении Альфа, следовали к резиденции короля треф скорым шагом. —Как же ты собираешься биться с Тузами, если мы даже не знаем, где находится их база? — поинтересовался Данте. Куромаку ответил:—Это не так важно. Джокер уже сообщил о том, что база Тузов находится за пределами Великого Барьера. Поэтому ты не мог их увидеть, да? — Данте скромно кивнул. —Вот. Это значит, что сейчас я восстановлю порядок в Курограде, а после свяжусь с Пиком, чтобы попросить у него данные о Великом Барьере. Не мог же он зря ломиться в него три года? — Данте спросил:—Я могу чем-то помочь? — Куромаку было не очень охота давать работу Данте. Всё же он ему не приказывает, к тому же Данте спас ему жизнь, но кое-что от Данте ему всё же было нужно.—Пожалуйста, разговори этого кота, — и Куромаку телекинезом вручил клетку с Миком Данте, — ты и мертвеца разговорить сумеешь, — Данте ответил, забирая клетку:—Окей. Мы поладим, — Мик в клетке облегчённо выдохнул. Куромаку обратился к нему: —Тебе лучше сотрудничать. И не смей обращаться к Данте в том мерзком тоне, в котором ты разговариваешь, — Данте ответил:—Всё будет в порядке. Я не в обиде, — Куромаку ответил: —Я спрошу о его поведении на ужине. Удачи, увидимся, — Данте ответил:—Непременно.

   Король треф и его свита двинулись дальше, а Данте остался в коридоре, открыл клетку.—Без фокусов, маленький друг. Знай, что я непременно… — и тут Мик рванул из клетки галопом; он почти потеряв управление завернул за угол.—… поймаю тебя… — вздохнул Данте, — ну, ладненько…

   Мик бежал третий поворот, не помня как, почти кубарем пустился по лестнице вниз на пролёт, хохоча и пугая карт в коридорах:—Ха-ха-ха! Пока, неудачник! Теперь не поймаешь! — он спустился с лестницы кубарем, в этот раз не очень удачно ударившись головой об ступеньку. Приземлился плашмя на втором этаже прямо под ноги королю бубен. Мик обернулся, отряхнулся и хихикая пошёл вперёд, но тут же врезался в ногу Данте.—Куда-то спешишь, друг? — Мик прямо таки побелел от страха и пулей помчался прочь: "К-как?! Как он здесь оказался?" Мик обернулся назад. Данте провожал его взглядом, стоя на прежнем месте. Но стоило Мику лишь моргнуть, как король исчез. —Нет нет нет! Как он вообще это делает?! — он хотел завернуть, но из-за поворота выглянул Данте и коту пришлось изменить свой план. Он пробежал этаж насквозь, переместившись в западное крыло. Там его тоже ожидала лестница. Он уже хотел пойти вниз, но тут же увидел, как Данте неспеша поднимается на этаж. Мик затормозил и повернул обратно. —Нет нет нет! — подниматься было тяжелее. Испуг истощил его на третьем этаже, но он поднялся, готовясь бежать. —Не может же он?..—Как я и говорил, ты не сможешь скрыться от меня, — сказал сзади голос Данте. Король поднял Мика на руки. Мик сдался:—Как?! Как ты это делаешь?..—А это так важно? —Не скажешь, да? — удостоверился Мик.

   Данте сел на ближайший подоконник. Теперь Мик сидел у него на коленях. —Ну и? Есть какой-то фокус? — спросил Мик. Данте ответил:—Никаких фокусов. Твоё поведение было предсказуемо. Да и должно быть ты сам не знал, куда бежать. Здесь всё одинаковое, — Мик мотнул ухом, думая: "Нет, он может говорить, что угодно, но я уличный кот. У меня прекрасно с определением на местности, даже на незнакомой. Я знал, куда бежать, потому что видел дорогу, в какой стороне выход. А вот он каким-то образом всегда оказывается впереди… Взгляд Мика поднялся и зацепился за увесистый знак Инь Ян на шее короля. "Этот символ… Он был на другой стороне обложки той книги, которая отправила меня сюда! И этот серый цвет…"

    Данте бережно гладил кота. Дождавшись того, когда Мик расслабится.—Я могу тебе помочь. Я верю в милосердие и в то, что ты не с проста оказался там. Расскажи, — Данте вытащил свободной рукой трубку и закурил, пуская причудливые закорючки алого дыма изо рта.—Мр-р? — промурчал Мик. Его веки тяжелели, выровнялось дыхание и сердцебиение. Внезапное тепло и этот дым невольно погружали его в спокойный сон, но голос не позволял заснуть окончательно. Он просто успокаивал.—Расскажи мне, что подтолкнуло тебя на этот шаг? — спросил король. Мик засыпающим голосом спросил:—На какой? (*зевок*)—Ты же не просто так примкнул к тузам. Тебе было что-то нужно? Может мы сможем помочь тебе не хуже, чем они? — Мик чуть разогнал дымку сна.—На что вы способны по сравнению с ними?.. — с вызовом, но лениво спросил Мик. Данте отвечал:—Не на всё, но на многое, — и сделав затяжку, выпустил немного дыма из носа, будто настоящий дракон. Мик продолжал:—Они… Они придут за мной. Узнают, что я в плену и придут, чтобы освободить меня, потому не расслабляйся… Если думаешь, что сможешь защитить своего друга, то сразу… Лучше сразу откажись от этой затеи… Тузы сильнее… Вас… — Данте кивнул:—Да, они сильны, но сильнее ли они Правителей? Отнюдь, — Данте стал почёсывать шею коту.—Они уничтожат вас… — сказал он, — Энва отберёт таланты у очкариков и вам придёт конец. А я получу то, что хочу… — Данте спросил:—А чего ты хочешь? Знаешь, суммарно 12-ть Правителей таки превосходят трёх тузов. Ты говоришь, что Энва отберёт таланты и тогда Карточный Мир падёт пред ней, но кто гарантировал ей успех? Точно не я, — и Данте сделал ещё одну затяжку, заставив голову трубки в виде дракона на пару секунд сверкнуть глазами. Он выдохнул ещё порцию дыма. Любопытно, но карт в коридорах не было. Будто бы весь замок вымер, давая Данте говорить тихим шёпотом, но Мик слышал его, слышал его так чётко, что ему даже показалось, будто Данте - нарратив, говорящий прямо из головы кота. —Чего ты хочешь?.. — повторно спросил Данте. И наконец Мик раскололся и жалобно замяукал:—Я… Я хочу домой… Я хочу домой к любимой хозяйке… Но что ты понимаешь в этом, верно? Ты же "Великий и могучий" король. Ты даже не представляешь каково это. Жить на улице, постоянно со всеми драться за еду и место, просто чтобы выжить, ходить за каждым прохожим человеком, который тебя погладит просто потому что тебе вдруг кажется, что они хорошие, но вот они уходят и бросают тебя одного!.. Я понял, что человеки плохие, но меня подобрали. Моя хозяйка… Такая добрая и замечательная! Лучше всех человеков на свете! И я люблю её, хочу, чтоб всё было как раньше и даже лучше, но тут… Этот чёртов кусок бумаги… И я оказался здесь! Совсем один! В темноте! В пустоте… Они обещали мне! — он поднялся на свинцовых лапах, — они пообещали, что если я поработаю на них и они придут к власти, то они найдут мою хозяйку и отправят нас домой! Мне больше ничего не нужно! Ни власть, ни богатство. Только то, что я уже получил по воле счастливого случая…— Данте снова положил на него руку и вернул его себе на колени. Мик повиновался, но ответил, теперь мотая хвостом из стороны в сторону:—Но что ты понимаешь в этом? У тебя есть друзья. И ты всем нравишься… — Данте спросил:—А с чего ты решил это? — Мик цокнул языком:—Думаешь, что я такой глупый, раз я кот? Как они разговаривают с тобой, как они заботятся о тебе, слушают тебя. Будто бы ты какой-то особенный, — Данте ответил:—Что-о-ож, тогда ты мне не поверишь, — взгляд Данте устремился к виду за окном. —Чему не поверю? — Данте ответил:—Дружба - это чудо, — Мик фыркнул, недовольно мотнув ухом:—Знаю я вашу дружбу! Пик был готов содрать с меня шкуру, хотя до этого… — Данте вздохнул:—Не держи зла на Пика. Он такой же как и ты, — Мик посмотрел на него:—Что-то слабо верится! — с вызовом сказал Мик, топнув лапкой по колену Данте. —Ты удивился тому, как вы похожи. Поверь мне. Мне ровно столько же, сколько и ему, я с гордостью могу сказать, что знаю его всю жизнь. И мою, и его. И я знаю, какой он был, — Данте указал ладонью перед собой, выдувая туда порцию дыма, — и я покажу тебе, кто такой Пик.

    Дым спешно принял знакомый облик.—Ого! Это же король пики! — изумлённо сказал Мик. Данте начинал рассказ:—Несмотря на несомненно суровый нрав и тяжёлый характер, ему не чужда верность дружбе. Он никогда не ударит в спину первым, от него не стоит ждать подлости и низости. Его гордость не позволит ему пасть до клеветы и обмана, — Данте слегла дунул и заставил картину смениться. Мику даже показалось, что он слышит звуки, голоса. Мик угадал в смутных силуэтах как король разнял даму т валета пики.

"—Остановиться! Сейчас же!"

  Данте продолжал рассказ: —И именно с таким набором несомненно благородных качеств он столкнулся с такими вещами, как "предательство" и "разное мнение". Признаться, я тоже виноват в этом… Я подговорил Куромаку остановить Пика на пути к заветной цели. Я знал, что Куромаку тоже хочет выбраться, но я также знал, что в отличие от Пика, Куромаку сговорчивее и куда рациональнее, — картина сменилась. Мик угадал Пика, стоящего против Куромаку.

"—Что значит ты не собираешься помочь?! — спросил Пик, — ты что, забыл, какова награда за успех? — Куромаку отступил назад:—Прости мне, Пик, но я решил. Убийство Фёдора отнюдь не решит наши проблемы. Ты действуешь опрометчиво и другие не одобрят это. Твои действия уже привели к изгнанию одного из нас. Я не могу и дальше помогать тебе, видя к чему это приводит. В моих тестах не может быть ошибки. Реальность губительна для нас, — вокруг фигуры Пика заискрили молнии: —Значит ты хочешь и дальше сидеть здесь?! Это по-твоему лучшее решение? У нас есть Генераторы Вероятности! Ты же сам сказал. Объединившись, мы получим возможность не просто разорвать ткани пространства, но и получим возможность захватить Реальность! Зачем мелочиться? — Куромаку снова отшатнулся назад, кажется, в ужасе и ответил:—Это только теория, не более! Теория безумная настолько, что мне никогда не хватит решительности её проверить! Генераторы Вероятности ещё не изучены. Мне даже трудно оценить потенциал хотя бы одного генератора, что уж говорить об 12-ти!—Это и есть хорошо! Результат гарантирован! — Куромаку пошёл в наступление:—Результат-то будет, но каким он будет, Пик! Такая сила может не просто разорвать само полотно пространства! Она уничтожит его! Нам и всем вместе не хватит сил, чтобы удержать и тем паче контролировать эту мощь! Попытка контролировать это и направить в нужное русло выльется в гравитационный коллапс невероятного масштаба! С подобной мощностью рождаются звёзды! Ты хоть думаешь головой?! —Куромаку, ну же, хватит робеть. Чего стоит жизнь, если мы просто смиримся и останемся гнить здесь? Ну же!—Ты погубишь нас, Пик! Погубишь их! Я вижу, в твоих глазах горит страшный огонь и не собираюсь разрушать Реальность только… — Пик двинулся к нему и схватил его за плечи, говоря с жаром:—Подумай только. Настоящий космос, настоящие звёзды, вся вселенная и все её тайны. И если ты поможешь мне, они навечно будут твои. Ты же друг мне, мне нет ценнее союзника в этом деле, чем ты. Так, прошу, помоги рассчитать всё правильно, чтоб всё сработало, — Куромаку вырвался и ответил, поправляя очки:—Прости, Пик, но я не собираюсь этого делать… И я не отдам тебе генераторы трефовой масти, — Куромаку взмахнул рукой в сторону генераторов треф, которые хранились у него, пока он исследовал их. Тут же их опутал камень в круглый полированный шар. Пик спросил сурово:—В самом деле? — в его голосе пропали последние капли дружелюбия. Куромаку выпрямился, усмиряя дрожь:—Именно. Ты получишь их только перешагнув через мой прах, — Пик фыркнул:—Да будет так!.. — и запахнув оборванный плащ, добавил:—Ты горько пожалеешь об этом, Куромаку…"

—Дальше действия Пика разворачивались под властью ненависти… — силуэт Пика будто опутали тяжёлые цепи, — но это лишний раз оттолкнуло всех от него. Как раз тогда Пик и начал меняться. Карты, созданные им, но готовые предать его, в очередной раз доказали ему, что никому нельзя верить…

"—Ч-что?! Но мы ничего…—Грязные… Грязные тараканы!"

—Узнав о заговорах министров против него, готовящих его убийство за спиной, но льстивых в лицо; тех кого он сам возвёл на эти места, ведь считал друзьями, Пик дал волю своему разрушительному гневу, — силуэт короля метнулся к толпе неясных фигур, что в ужасе метались в сторону, желая спастись от гнева короля. Их крики и мольбы о пощаде, рёв, срывающийся с клыков бога кровопролитной войны, Мик слышал и хмурился: —Они заслужили это! — сказал он, топнув пушистой лапкой. Данте неопределённо мотнул головой. —И это повторялось снова… И снова… И снова… И снова… — картины менялись не сильно, но суть была одна. Король рубил карт, которых (как не сомневался Мик) когда-то король называл друзьями, но были ли они ими в действительности? Мик однозначно знал ответ. —Не буду говорить, что Пик сошёл с ума. Этого не произошло. Он крепок и к виду убиенных стоек, как никто. И тем не менее, он совсем не бессердечен и уж точно не был жесток. Но необходимость раз за разом лишать жизни тех, к кому привязывался, постепенно и незаметно пошатнуло что-то в нём. Что-то важное… Что-то, что и различает Пика прошлого и Пика настоящего. Он перестал привязываться к картам или вещам. Для него они приходят и уходят. К предателям он жесток, а к тем, кто к нему добр - подозрителен. Он предпочтёт "поцарапать", чем попытаться поверить чужаку. Он груб со всеми, чтоб не дать видеть его слабости. Ему нужно быть таким, чтоб выжить и оставаться при этом Императором Пиковой Империи, где правят силой и страхом, — Мик обернулся на Данте и понурив голову признался:—Я бы сделал также, будь я на его месте… Значит, он всегда готовится казнить каждого, кто претендует на место его друга, потому что опасается предательства? — Данте кивнул головой:—Да, можно и так сказать. Возможно, не приди к тебе на выручку Астрея, ты бы стал копией Пика. Ведь ему Судьба не преподносит подарков, а он и не ждёт их более. — но Мика будто пробило током:—Астрея?!

   Тем же временем в зале собрания Совета.—Но как биться с врагом, который находится за пределами барьера?! — спросила Курохико. Куроки ответил:—Никак. Нам не пробраться через Великий Барьер, — Куромаку кивнул:—Это правда, но лишь от части. На самом деле, возможность тузов проходить через барьер наталкивает меня на мысль. Великий Барьер создан, чтобы сдерживать только 12-ть Правителей и наших жителей внутри, однако Фёдору о попаданцах не могло быть известно. Скорее всего попаданцы способны покинуть территорию барьера благодаря половинчатой природе своих тел, — Курокайхо сказала:—Это возвращает нас к необходимости найти Куроми. Если вы правы, то с помощью своего Ящика Пандоры, она могла бы провести не только Правителей, но и целое войско через Барьер. Прочие Попаданцы не владеют подобными способностями, — Куромаку кивнул в знак подтверждения: —И это самое сложное. Потому что я признаюсь вам, мы потеряли из виду Куроми после битвы в Зонтопии. Боюсь, что ныне Куроми у нашего врага, — Макуро сказал:—Они убьют её?! — Куромаку ответил:—Боюсь, что да. Предварительно Энва пожелает отобрать Ящик Пандоры. И если это произойдёт, никому здесь не будет спасения.—Нам нужно спасти её! — воскликнул Макуро. Курокайхо не рискнула его осечь или попытаться успокоить. Чтоб не допустить пожара - нужно хотя бы не подливать в огонь масла.—Несомненно, — ответил Куромаку, сложив руки перед собой в замок, — потому Курон получил новый приказ. По возможности, спасти, а в крайнем случае не допустить Энву к способностям капитана Куроканши и младшего регента Куромико, — Дакимакуро поинтересовался:—Господин, каким образом враг ворует чужие способности? — Куромаку задумался:—Хм, я предполагаю, что знаю о примерном принципе технологии. Смею предположить, что Энва не способна самостоятельно отобрать способности. Будь оно так, она бы уже лишила меня способности Mastermind прямо на Съезде Правителей, однако она нуждалась в похищении, следовательно она пользуется некой высокой технологией. Каким-то образом, она нашла способ отделять карт и их черту характера и вместе с ней вытаскивать из тел их способности. Интересен также тот факт, что у прочих тузов лишь по две способности, как и полагается. Можно предложить, что Энва не делится с ними крадеными талантами, — Дакимакуро кивнул. Курохико спросила:—Есть ли примерные данные о количественном и качественном составе её арсенала? — Куромаку ответил:—Я предполагаю наличие около 20-ти особых способностей, но сейчас их уже может быть куда больше, мы не знаем о том, с какой скоростью она выкачивает способности и какие они,  — Курохико кивнула, что-то записав в блокнот. —Так как Куроми пока не в нашем распоряжении, у нас есть другой очевидный вариант. Если мы не можем придти к ним, нужно выманить тузов к нам, — Куроки спросил:—И устроить засаду, чтоб не дать им уйти? Славно. Но на что ловить такую рыбу? — Куромаку ответил:—На живца. И им буду я, — это заявление вызвало общий вздох негодования. —Вы?! — Дакимакуро ответил:—При всём уважении, господин, не великовата ли наживка для глупой рыбы? — Курохико ответила:—Мы просто не можем! Это немыслимо! Кто ставит ферзя на столь сомнительные затею?! — Куроки ответил:—Товарищ Куромаку, нас становится всё меньше. Здесь едва ли половина всего совета… — и он был прав.

    Свободны были места, которые когда-то занимали Куроказе и Куроитами, свободны были места Куроканши, Куроми, Курона, Куротецу. Последний, как уже выяснилось, умер от сердечного приступа причём прямо на работе. Только недавно закончились похороны. Его хоронили вместе с погибшими во время теракта. Куроград в тот день потерял непростительно много карт, а среди них не без малого знаменитого мастера по металлу.

   Куротецу был творцом многих известных орудий, принесших победу в войне. Даже легендарная Когеки, последний клинок Курона, ставший реликвией, вышел когда-то из под кузнечного молотка Куротецу. Многие легенды связаны с его оружием. Одна из них, собственно о Когеки, говорит о том, что за время своего восхождения на Олимп войнов, Курон изломал десятки и сотни мечей разных мастеров. Чем сильнее он становился, тем тяжелее становилось подобрать оружие, которое бы выдержало вложенную в него мощь. Совершенный солдат попросту наголову превосходил по прочности собственное оружие. Оно ломалось и изнашивалось от самих техник, которые применял регент в битве, но Куротецу сотворил чудо. Феррокинез Куротецу был куда тоньше, точнее и мощнее всех, кого только знал трефовый король. Потому ему было поручено изготовить новый меч. Когеки была создана из подобранной с полей боя стали, пропитанной кровью и прахом, магией и яростью. Куротецу создал меч, способный не только выдержать техники Когеки Голодного Демона, но и становящийся острее с каждым убийством. После она стала реликвией регента, обратив его в самого опасного бойца на поле, унесшая сотни жизней. Сам Курон называл Куротецу "ключом к победе". Но как и стоило догадаться, никто из жителей не вечен. Все так-то уже знали, что скоро ему тоже придётся уйти.

    Во время организации похорон однако выяснилось, что родственники у него всё же есть, хотя все считали иначе. Курохико исходила из того же колена феррокинетиков, что и Куротецу, приходясь ему двоюродной внучкой. По странному стечению обстоятельств (или попросту из-за нелюдимости Куротецу и нежелания общаться с родственниками) никто этого не знал, но когда это выяснилось, не замечать сходств между ними было уже попросту невозможно. Куромаку на этом же совете, но во время обсуждения, высказал соболезнования, но и отметил, что это родство было даже слишком очевидно. Не только внешность, но и характер их был похож до безумия. Он отметил, что вообще-то все феррокинетики обладают сложным характером. Все до единого, потому он весьма снисходителен к их выходкам.

—Я никогда не буду использовать карт в роли наживки. И Энва не придёт сюда, а пошлёт птиц, будь это кто-то слабее Правителя, — отрезал Куромаку, — однако засаду нужно сделать вне территории городов. Таким образом мы снизим вероятность разрушений в ходе боя. —А если не выйдет?! — спросила Курохико. Король смерил её строгим взглядом:—К сожалению, у нас нет такой роскоши, как сомнения…