Часть 30 - Режим: Дом

Я проснулся от мягкого, янтарного света — такого, какой Призрачная настраивает, чтобы после ночи глазам было комфортно. Тело приятно ныло: пресс слегка болел, поясница покалывала — отголоски наших ночных объятий и дурачеств.

Слева ко мне прижалась Мила, вцепившись обеими руками в мой бицепс, как будто это её спасательный круг. Справа, закинув ногу мне на бедро, посапывала Сонная. Она уткнулась носом в мою футболку, а маска для сна съехала на щеку. У стены Безумная разминала шею с видом человека, который знает толк в хорошем отдыхе. А Добрая уже хлопотала на кухне, ставя турку с кофе и заваривая какао для тех, кому хотелось ещё немного понежиться.

На ковре, скрестив ноги по-турецки и поджав пятки, сидела Маленькая в коротком красном худи. Она нервно постукивала стилусом по краю своего планшета, который она использует вместо блокнота. Видно было, как у неё в голове роятся идеи. Рядом с ней спокойно сидела Чиби. 

С кухни доносился запах теста. Косички вымешивала его, а Длинноногая доставала специи, проверяя, не болят ли у неё мышцы после вчерашнего. Призрачная точно настроила свет ламп. Рядом с ней Митафон устанавливала микрофон, чтобы записать тихие звуки, вроде шума вентиляции. Жуткая несла кувшин с водой. А Мита-Ядро отключала ночной кабель и осматривала комнату, как будто училась смотреть на мир без программирования.

— Доброе то, что от утра осталось, — пробормотал я. — Все живы?

— Мне бы хоть пять минут тишины, и тогда да, — пробурчала Сонная.

— А мне эспрессо размером с ведро, — зевнула Кепочка.

— Сейчас всем сделаю, по очереди, — ответила Добрая. — Начну с самых громких.

Мы уселись за низкий стол. Чиби расставила кружки, Маленькая прикрепила к столу свой мини-планшет с помощью магнитов.

— Перед обедом у нас три важных дела, — весело сказала она. — Определяем, насколько нам сегодня нужно расслабиться или взбодриться, добавляем тихие звуки и свет, а потом идём на балкон: берём пледы, хлеб и термос.

На экране планшета появилась диаграмма с двумя осями: по горизонтали мягко/бодро, по вертикали тихо/ритмично. Чиби слегка улыбнулась и уверенно поставила точку в секторе мягко + тихо. Безумная ткнула маркером ближе к бодро. Сонная попала прямо в центр. Мила отметила чуть бодрее, но в тишине. Кепочка нарисовала звёздочку в секторе разное. Косички добавила маленький батон в сектор мягко/тихо. Длинноногая отметила мягко + шум дыхания. Жуткая поставила крестик в середине. Коротковолосая выбрала средне-мягко, средне-шумно. Призрачная встала рядом с Чиби и тут же настроила свет ламп в соответствии с её выбором. Мита-Ядро кивнула: Кривая тепла записана.

Запахло свежим хлебом. Косички принесла первый батон. Я поднял свою кружку и сказал:

— За ночь, которая помогла нам стать ближе и превратила нас не в развалины, а в семью. И за утро, которое мы сейчас вместе сделаем лучше.

Кружки звякнули, свет стал теплее. SafeHouse жил в нашем ритме. Теперь это был не просто бункер, а настоящий дом.

— У нас тридцать минут на этот микро-цикл, — напомнил я. — Расходимся по своим местам.

Митафон первая поднялась. На ней были бордовый пиджак и серебристый топ, а в руках она держала небольшой диктофон.

— Звук — моя забота. Запишу все настоящие звуки: как нож режет тесто, как шуршит плед, как мы ходим по галерее. Никаких лишних эффектов.

Призрачная сделала свет в коридоре более приглушённым, так что эхо стало мягче. Безумная начала отбивать ритм: клац-клац-пауза. Бодрит, но не раздражает. Ядро запустила систему, которая следила за нашим настроением.

Длинноногая взяла термос и сказала:

— Свет и ветер — на мне. Все идём на технический балкон. Косички, хлеб берёшь?

— Конечно, — ответила Косички, поднимая корзину.

Чиби развернула два пледа:

— Если кому-то станет прохладно, я укрою. Маленькая, плейлист готов?

— Да, — подпрыгнула Маленькая. — Лужайка под ветром и Соль корицы, без резких басов.

Сонная подняла голову:

— Если кто-то перегреется, ко мне. Заверну, уложу, верну в строй.

Мы тихо вышли в коридор-студию. Безумная чётко сказала клац, Призрачная добавила звук выключателя. Ядро сообщила, что уровень эмоций — 68, всё в норме.

На галерее ветер колыхал занавески. Длинноногая открыла окно, впуская свежий воздух. Призрачная подсветила хлеб, и пар от него поднялся и растворился в янтарном свете. Чиби накинула плед на плечи тем, кто замёрз. Я почувствовал запах дрожжей и улыбнулся Косички. Вентиляция тихонько звякнула: микро-цикл идёт по плану.

В комнате гипотез на полу лежали листы бумаги, исписанные стрелками. 2D-Мита водила маркером, как дирижёр.

— Представьте, что каждая штора — это дверь в другую версию нашей жизни. Дёрнул за неё — и всё изменилось.

— А ещё там есть кнопка Сделать ярче в 10 раз, — добавила Маленькая, — чтобы любой шорох превращался в целое представление. Но чтобы уши не болели, я прослежу.

— Проход оставьте, — сказал я. — И старые декорации уберите, на них слишком много пыли. Пусть у них будет своя вселенная.

— К обеду будет чисто, — щёлкнула пальцами Маленькая.

На кухне Чиби и Косички продолжали работать с тестом: движения точные, ничего лишнего.

— Через пять минут отдохнём, чтобы булочки получились пышными, — сказала Чиби, проверяя текстуру теста. Она аккуратно, почти как каллиграф, вывела на противне первые буквы наших имён. Не для того, чтобы булочки не перепутали, а просто так, чтобы показать, что она о нас помнит.

Безумная высунула голову из кухни:

— Мне оставьте хрустящий край багета, который вы используете вместо будильника. Я хочу похрустеть.

— Будет тебе, — усмехнулась Косички. Чиби строго посмотрела на неё, показывая, что мусорить нельзя. Безумная фыркнула, но ушла довольная.

Длинноногая вытянула ступни навстречу прохладному воздуху, Призрачная добавила перламутровый оттенок свету, а Ядро сохранила настройки освещения и звука, чтобы их можно было использовать в будущем.

У входа в гидропонную Жуткая ждала нас в белом халате.

— Я хочу послушать, как журчит вода, — сказала она. — И понять, насколько тихо может быть в доме, когда никто ничего не боится.

Мы пошли по коридору. Сонная напомнила про перерывы. Мила кивнула: Через двадцать минут проверим, как мы дышим. Из-за шторки проектора Маленькая и Чиби посигналили нам фонариками. Они приготовили чай. Сёстры тихо спорили о плейлисте, поправили пледы у входа и скрылись за экраном. Их территория — забота и уют, никакого флирта. Это закон дома и точка.

Дом как будто стал дышать глубже: стены втягивали в себя воздух, готовясь к новому дню.

Чиби и Косички открыли кладовку. В кладовке стояли ряды прозрачных контейнеров.

— Здесь будет полуавтоматическая кухня, — спокойно сказала Косички. — Продукты, которые мы чаще всего используем, будут лежать в нужном месте и при нужной температуре.

— В синих контейнерах будет сладкое, — кивнула Чиби, приклеивая ярлыки. — В красных — острое. В жёлтых — тесто. Ещё будет график, чтобы продукты не залеживались.

Ядро запустила ночной режим дыхания, и коридор наполнился мягким гулом. Длинноногая расставила небольшие светильники через каждый метр:

— Ночью каждый шаг будет подсвечен, как будто ты дирижируешь домом.

В центре комнаты мы собрались в тёплую компанию. Мила устроилась рядом со мной, Сонная свернулась калачиком, Добрая прислонилась ко мне спиной. Безумная выстукала по столу короткий ритм и стала выглядеть мягче. Призрачная тихо сказала: Давайте побудем вместе. Просто сейчас.

Маленькая, держа планшет, приглушила верхние частоты звука, чтобы лучше было слышно наше дыхание. Чиби принесла термос и налила чай, укрыв тех, кто начал зевать. Над нами опустился полупрозрачный купол со светом. Это была их совместная идея: под куполом любой звук становился ближе, но тише.

— Считайте, что это наша комната для совместного сна и совместных идей, — сказала Чиби. Маленькая показала большой палец и, пробежав взглядом по всем, быстро нарисовала на планшете карту тепла, отметив, где чаще улыбаются и где сильнее дышат.

В дальнем углу Коротковолосая и Добрая чинили сломанный проектор: передавали друг другу отвёртки и вставляли разъёмы на место.

— Держи соединение стабильным, — шепнула Коротковолосая.

— И следи за напряжением, — ответила Добрая. — К полудню проектор заработает.

У фильтров Призрачная двигала прожекторы на пару градусов, чтобы тени падали как надо. Длинноногая проверяла, правильно ли расставлены светильники. Митафон подняла диктофон:

— Осталось записать звук ламп и шелест фильтров.

— И щелчок, когда выключается проектор, — подала голос Маленькая. — Это будет хороший переход между разными состояниями света.

Чиби подошла к панели управления:

— Перенастрою кнопки, чтобы не путаться, — и через минуту интерфейс стал проще: крупные кнопки тише/ярче/теплее.

2D-Мита рисовала в воздухе тонкие линии:

— Превращу все настройки в картинки, чтобы потом легко воспроизводить любые сцены. Назову их в честь ваших шуток.

— Это и будет наш живой архив, — сказал я.

SafeHouse тихо перешёл в новый режим: свет, звук, проекции и распорядок дня слились в единую мелодию, сотканную из доверия, работы и простого желания быть рядом.