Глава 22 «Между двух огней»

Стелла

Медленно раскрыв глаза, зажмурилась, от ярко бьющего в глаза солнца. Бурча под нос ругательства, завернулась в пододеяльник, лишь бы скрыться от тёплых лучей. Сделала вдох, и почувствовала приятный аромат кофейных зерен и мускатного ореха. Это так было похоже на Адама. Но почему моя…стоп! Резко вскочила на кровати, и только сейчас поняла, что находилась я, совершенно не в своей квартире. А после голова повернулась набок, улавливая взглядом спящего Адама. Кажется, я слишком резко подскочила. Потому что в следующую минуту, он распахнул глаза, сонно глядя на меня.

— Какого черта, мы делаем в одной постели? — я осмотрела себя. Была в своей пижаме, одевшую вчера, перед просмотром фильма. А после на Адама. Слава богу, все были в одежде. Адам сел на кровати, и подтянулся. Мои глаза заблуждались по мышцам его рук. Они напряглись, выгибая каждую венку на руках, и бицепс. В горле пересохло. Опустила взгляд. Но и это было ошибкой. Его футболка была задернута, оголяя область таза, из-под которого виднелась резинка от боксеров, с надписью «Calvin Klein». Я не знала куда девать глаза. В области живота натянулся узел. Черт. Я быстро встала с постели. Адам вопросительно посмотрел в мою сторону.

— Ты уснула вчера, — как ни в чем не бывало ответил он, — А карточки от дома, я не нашёл.

— Хорошо. Я…я пойду к себе. Чуть позже зайду, и начнём готовить, — Адам даже вставить ничего не успел. Я вышла из комнаты, даже не оборачиваясь. Лута смирно спала в своём лежаке. Будить её не стала. Я убегала из квартиры Адама, как от огня. Убегала, как от своих чувств, кипящих внутри.

Развеять мысли, и собраться, помог контрастный душ и кружка свежевыжатого апельсинового сока. Спустя почти два часа, я собралась. Смотря в зеркало улыбнулась. Для готовки, я надела самые простые леггинсы, и зелёную футболку оверсайз, с Микки Маусом. А волосы заплела в два колоска. И дополнила все это, красивой повязкой на голове.

Прежде чем открыть дверь в квартиру Адама, сделала два больших вдоха и выдоха. Крепче сжала корм Луты и вошла. Адам сидел на диване. На коленях расположилась Лута. Он поглаживал её по голове. Брови сошлись на переносице. Лута заметно любила его. И это при том, что эта зверюшка совершенно ненавидела чужих.

— В конце концов, каждый тебя придаёт, да? — усмехнулась в их сторону. Лута подняла голову, как только зашуршала упаковка от корма. Она спрыгнула с колен Адама, и подбежала к миске. Я насыпала ей завтрак.

— Почему именно Ласка? — смотря на то, как Лута начинает есть, спросил Адам. Я пожала плечами, пытаясь подойти к этому как-то мягче.

— Я…нашла её в лесу. Прошлой зимой. Она была ранена. Вся в крови. Но пыталась как-то двигаться, — перед глазами снова нарисовался тот день. Тогда, я решила уехать на несколько дней, в наш семейный домик в лесу. Там и нашла Луту. — Я взяла её, и поехала в ветеринарию. Луту спасли. — Адам слушал внимательно, на моментах сжимая губы, и хмуря брови. Я прошла к кухонной стойке. В квартире кухня и гостиная были совмещены, образовав студию. От туда, где стояла я, была на взоре вся гостиная, украшенная нами. Я улыбнулась, радуясь красоте нашего труда.

— А что потом? — Адам подошел ко мне, вставая рядом, — Ты не задумывалась над тем, чтобы отпустить её обратно в лес?

— Я отпустила, — посмотрев в его медные глаза ответила я. Переместилась к холодильнику, и начала вытаскивать продукты, купленные нами вчера. Я делала все, лишь бы не быть так близко к Адаму. Так близко, что сердце закрывала дыхательные пути.

Адам вопросительно приподнял брови. Я продолжила:

— Отпустила её, как только она выздоровела. Но она раз за разом приходила к лесному дому. И не уходила. И…я решила, забрать её себе. Назвала Лутой и сделала своей подругой.

— Подругой значит? — усмехнулся Адам, вызвав улыбку на моих губах.

— Конечно, — ответила уверенно, — Лута знает больше любого, на этом свете, — Адам вновь рассмеялся, возбуждая трепет внутри. Я застыла, глядя в его сторону, но вовремя отвела взгляд. В следующую секунду мы принялись готовить. Как ни странно, Адам был идеальным поваром. Отлично справлялся с порученной работой, и даже давал дельные советы.

— Где ты так научился готовить? — удивительно смотря на то, как ловко он управляется с жаркой мяса для закуски, спросила у него.

— Эшли не успевала готовить, — мне совсем не понравилось её имя в нашем разговоре. За что я себя отругала. Эшли — работала менеджером разных, начинающих знаменитостей. И часто была в разъездах. Не удивительно, что она не успевала.

— А в наших краях, не особо вкусно готовили. Поэтому порой, приходилось выкручиваться. Я готовил редко, но метко. Да и студенческие года научили многому.

— Почему вы с Эшли разошлись? — вопрос вылетел из уст, прежде чем, я подумала о нем. Адам перевернул мясо, а я быстро отвернулась, продолжаю резать овощи для индейки. Я думала, Адам не ответит. Но он меня удивил.

— В один момент я понял, что между нами не осталось ничего общего. А может и не было вовсе. Я принял решение остановить все, пока не стало поздно. И, мы не сделали больно друг другу.

— Она так быстро все отпустила. Просто…не пойми неправильно, вы были вместе больше двух лет, — посмотрела на него украдкой, улавливая сжатую челюсть.

— Это было не так легко, как ты думаешь. Эшли никогда не любила когда ей отказывали, а я в прямом смысле отказался от наших отношений. — Я сглотнула, пытаясь не ляпнуть ещё чего. Но Адам опередил меня.

— Ну, а ты? — он отвернулся от плиты, облокачиваясь руками об нее, — Почему вы расстались с Ноланом? — я вдохнула больше воздуха. Не хотелось об этом говорить. Затрагивать тему про этого типа, и напороться на злость. Последние недели он вовсе не показывался мне на глаза. За что я была благодарна. Недавно Кэсси говорила о том, что он сошёлся с некой Ниной, которая приезжала за ним. Но мне было уже давно по барабану. Главное: он больше не трогает меня.

Я оставила нож, и тоже обернулась, встречаясь с его карими глазами. В них читался вопрос.

— Он изменил мне, — иронично произнесла я. Адам хмурился. Я пожала плечами, в ответ на его вопросительный взгляд, — Это было в день его рождения. Недавно, кстати, — снова слетает с губ усмешка, — Он позвал всех на вечеринку, на окраине города. Я решила сделать некий «сюрприз». Наврала, что не смогу приехать. Приболела. А когда приехала, застала его в постели, с некой девицей.

— Вот урод, — выругался злобно Адам.

— Я особо и не расстроилась, — натянула подол своей футболки.

— Не ври, принцесса, — взгляд Адам пал на мои руки, теребящие футболку. Черт. Тут же остановилась.

— Вовсе и не вру. Просто…просто, — замешкалась я. Внутри все была натянуто. С одной стороны: так хотелось поделиться всеми обидами. Но с другой: зачем мне говорить об этом Адаму? Ведь он принёс намного больше боли, нежели Нолан.

Я любила его. А когда любишь — сильнее калечишься.

— Просто…что? — недоумевал Адам.

— Неужели я была так плоха? Почему он, предпочел какую-то бабу с ботоксом где только можно, мне? Чем я хуже неё? — и вдруг меня осенило. Пришибло в землю. В ушах вновь звенели его слова, сказанные тем вечером. «Как «она» может мне, нравится? Ты хоть видела её? Её волосы? Очки? Она вообще не в моем вкусе». Воспоминания вновь заставили гореть внутри все синим пламенем. — Хотя, — усмехнулась я слишком наивно. Шмыгая носом, — У кого я спрашиваю. — Адам не понимал ни слова. Это было видно по его недоумевающему взгляду.

— О чем ты?

— Тебе ли не знать, — ядовито бросила в ответ. Я не могла стоять здесь ещё дольше. Просто зашагала в сторону входной двери. Нужно освежиться. Но Адам схватился за мою кисть. Не давая уйти.

— Я не могу понять, почему ты злишься. — я повернулась в его сторону. Мои глаза встретились с его. В груди нарастал ком, поднимающиеся к горлу. Казалось, вот-вот и все вырвется наружу. Но я не успеваю сказать и слова, как в дверях раздаётся звонок. И до нас обеих, доноситься громкий смех наших матерей. Адам отпускает меня, и идет открывать. Я же пытаюсь унять гнев, и натянуть улыбку. Что в конце концов у меня получается. Мы встретили Сару и маму с улыбкой на губах.

— С рождеством! — выкрикнули они в унисон, как только дверь распахнулась. Женщины вошли в дом, и по очереди нас обняли. Тёплые объятия мамы, утихомирили злость внутри. А звонкий смех Сары, помог забыть о недавних воспоминаниях.

— Боже! Как вкусно пахнет! — вдыхая аромат еды, озвучила мама. Адам помог им снять пальто, и повешать. А дальше мы все дружно прошли в гостиную.

— Как все красиво получилось! Видно, что есть магия женщины, — Адам в недоумении посмотрел на мать, не понимая о чем идет речь. — Стелла, ты прекрасно влияешь на моего сына, — она приобняла меня за плечи, и рассмеялась вместе с мамой. В следующую секунду я выдала им фартуки, с новогодними рисунками. Их я тоже приобрела в магазине игрушек. Мы принялись в полной мере за готовку. Мама с Сарой болтали без остановки, унося и меня собой. Тем самым не давая думать, о нашем разговоре с Адамом. Он же помогал чем, мог. Раскрыл стол в гостиной, и поставил стулья, а после мы принялись расставлять приборы.

Скатерть стола, была нежно-красной, со снежинками по кроям, а посуда белая, с бордовыми ободками. Бокалы с золотистой гравировкой. Сочеталось все невероятно. Создавая не менее волшебный контраст уюта, веселья и тепла.

Мама принялась варить глинтвейн, а Сара, готовить яблочный пирог. Дом наполнился запахом корицы, яблок и вина. Позже пришли и папа с Джеймсом. И не с пустыми руками. Все подарки они оставили под ёлку. А ещё бутылки вина. Они тут же оказались на столе. На часах было почти четыре вечера. На кухне, во всю кипела подготовка. А в гостиной, возле камина расположились мужчины, играя в карты. Стол был почти накрыт. Оставалась лишь индейка. Решив, что все готово, я зашла в комнату Адама, и открыла шкаф, разглядывая на наличия своей одежды. Мой выбор пал на простую черную юбку, до середины бедра, и красный свитер-водолазку. Я распутала волосы. Даже укладки не пригодилось. Косички сделали свое дело. Волосы волнами ниспадали с плеч. Накрасилась я в ванной комнате. Куда предварительно перенесла свою косметику, ухаживающие средства, и зубную щётку, конечно. Все было выполнено с точностью профессиональности.

Когда я была готова, стол уже во всю был накрыт. А от блюд исходил манящий аромат. В дверь позвонили, и я пошла открывать. Рядом, тот час оказался Адам. Мы пересеклись взглядами, оба молчали. Но дверь открыли вместе. За порогом стояла Кассандра, с красивой зелёной коробкой в руках. Я улыбнулась и обняла подругу, поздравляя с праздником.

— Я принесла вам подарок! — уже в гостиной вручила она коробку. Была она не особо тяжёлой. — И настаиваю открыть его прямо сейчас! — мы с Адамом вновь переглянулись. Ох, от Кэсси можно было ожидать чего угодно.

— Девочка, ты меня уже пугаешь, — я раскрыла коробку, и не смогла сдержать улыбку и недоумение внутри, — Как красиво! — из коробки я вытянула один из парных свитеров. Они были чёрного и красного оттенка. С красивой вышивкой оленя на груди. И инициалами наших имён на рукавах.

— Правда, очень красиво, — выдавил Адам. Кассандра засияла, как только поняла, что нам понравилось.

— Ну так идите и оденьте. Вам отлично подойдёт! — спохватилась Сара. Все смотрели на нас, будто мы оказались главными героями некого реалити-шоу.

Мы с Адамом оказались в одной комнате за закрытой дверью. Я поставила коробку на стол, и вынула свой свитер. Адам взял свой.

— Я подожду, пока ты переоденешься, — он отвернулся в сторону окна, а я застыла. Не зная, как себя вести. Но быстро взяв себя в руки, сняла свитер, оставаясь в одном кружевном лифчике. В комнате горел приглашенный свет. Я посмотрела на Адама через плечо. Он стоял ко мне спиной, терпеливо ожидая. Я надела свитер, а после наши взгляды встретились в отражение окна. От куда полностью было видно моё отражение. Вот же черт.

— Готово, — выдавила из себя. Адам обернулся, и стянул тёмную футболку. Я не отвела взгляд. Хотя очень хотелось. Боже, кому я вру. При этом взгляд не пополз вниз по его торсу. Я смотрела исключительно в его глаза.

Он быстро натянул свитер и мы вышли из комнаты, в гостиную, где я тут же залпом осушила бокал вина. Вся семья и Кассандра сели за стол. Мы с Адамом сидели рядом друг с другом.

— А где Дерк? — спросила я у него, когда тот подал мне корзину с хлебом.

— Он отлучился в другой город, по некоторым делам.

— В Рождество? — удивилась я. Адам пожал плечами.

— Сам без понятия. В последнее время, он слишком странный.

— Какой прекрасный стол! — хвалил нас Джеймс, — Всё невероятно вкусно, дорогие дамы. — Я улыбнулась ему. А после заговорил папа.

— Да, особенно глинтвейн. Невероятный вкус. Индейка тоже невероятна! — мама заулыбались во все зубы, глядя на отца, что сделала и я. — Вы ребят, молодцы, что взяли такой праздник под свою ответственность. Спасибо вам.

— Ну что ты пап, мы только рады видеть вас здесь, за одним столом, — дальше вечер продолжился лишь в тепле, в море улыбок и звонкого смеха. Напряжение внутри меня спало в окружение близких мне людей. Точнее до того момента, пока Сара не задала вопрос, заставивший подавится глинтвейном, которым я запивала индейку.

— Ну и когда будем играть свадьбу? Или сперва дети? — от куда не возьмись, открыла она тему. Глинтвейн полился по шее, почти достигая ворот свитера. Но Адам вовремя подал мне салфетку. Все смотрели на меня, не понимая, чему же я так удивилась? Ведь думать об этом в нашем возрасте вполне нормально. И ничего необычного никто не видел. А ничего, что мы даже наполовину не пара?

— Сара, хотела поинтересоваться о ваших планах, — мягко разрядила атмосферу мама. Адам взял все в свои руки.

— Пока мы думаем, как поднять фирму на новую ступень. У нас скоро релиз новой модели, — кажется он хотел, перевести тему, но не получилось.

— Думая о работе, не стоит забывать о семье, или в вашем случае: об отношениях, — в ответ сказал отец. Так, ладно, от него я такого не ожидала. Хотя знала, что семья всегда будет на первом месте в его списке. А уже потом работа, и все остальное.

— Но мы пока никуда не торопимся, — мягко добавила я, прочистив горло.

— Мы поддержим ваше любое решение, — сказала мама, мягким взглядом смотря на меня.

— В любом случае, — спохватилась Сара.

— Всегда! — выдал Джеймс.

— Присоединяюсь, — растянул улыбку отец.

— Если свадьба, я буду подружкой невесты, — усмехаясь, и уплетая салат добавила Кэсси. Её слова не смогли сдержать мою улыбку. Даже в столь плачевной ситуации.

— Но свадьба была бы прекрасной, — все же не удержалась Сара. Стол засыпался смехом.

— О какой свадьбе идёт речь? — появились Орион и Мэри. Они опоздали почти на час, из-за некоторых инцидентов в офисе брата, а Мэри решила ему помочь. Они всегда опаздывали.

— Думаю, о вашей, — ответил Адам, внимательно глядя на сплетенные руки Ориона и Мэри.

— Да, ладно, брат. Я жду твоей свадьбы. Только потом моя, — снова вокруг все осыпалось смехом. И в этот момент я так остро ощутила любовь к своей семье, что и вправду задумалась о ее создании. Такой же крепкой как у мамы с папой. Такой же веселой как у Джеймса с Сарой. А самое главное, с любовью.

Вечер был невероятным. Лишь за полночь, все гости разошлись. Я выпроводила Кэсси, захлопнула дверь, и устало скатилась на пол. Но при этом губы сияли в улыбке. Яркой, звёздной, а самое главное счастливой.

— Все ушли? — Адам вышел из гостиной, смотря на меня вопросительно, как только увидел на полу, в прихожей.

— Да, — выдохнула я, — Теперь осталось вымыть посуду, — надуваю я губы. Сколько себя помню, ненавидела мыть посуду. Всегда! Везде!

— Есть посудомойка, — Адам помог мне встать, протягивая руку. От меня не ускользнул его взгляд на мои губы, как только я оказалась слишком близко к нему.

— Некоторое приборы стоит мыть вручную.

— Я помогу.

И он помог. Бокалы, вилки, ложки и листы от десерта, мы уместили в посудомойку. Остальное же мыли вручную. Я мыла. Адам ополоскал и убирал на сушилку. Мы справились со всем под песни Halsey, за час. Посуда блестела. В гостиной, по-прежнему стояли стол со скатертью. Горела елка, и огоньки за окном. Осталась последняя тарелка, которую стоило поставить на верхнюю полку. Вот только дотянуться я не смогла. Хоть и стояла на самых носочках. Тут же втянула воздух, как только ощутила позади себя Адама, а его руку на своей. Он отобрал тарелку, и с лёгкостью достал до полки. Я обернулась так быстро, что Адам не успел отойти. Я оказалась почти в его объятиях. Ощутила его дыхание на своих губах. Настолько близко он был.

От него шёл неистовый жар, и каждая частичка моего тела, отзывалась на этот позыв. Я подняла взгляд с его губы, которые были вот-вот готовы заполучить мои. Наши взгляды встретились. Мы замерли. Кислорода не было вовсе.

— Хочу тебя поцеловать, — признался Адам. Сердце подпрыгнуло внутри. А внизу живота разлилось тепло. Боже! Черт! Как же два, этих совершенно противоположных слов подходили сюда.

— А что, если поцелуешь? — спросила шепотом у его губ. Адам чаще задышал, а я втянула живот, от рассекающего там тепла. Он наклонился ещё ближе. Прямо к мочке уха. Легкие сжались, не желая вдыхать его запах. Сопротивляясь желанию.

— Дальше, — прошептал он слишком сексуально, что по телу прошлась дрожь, — Я усажу тебя прямо сюда, — он коснулся плитки кухонной стойки. Мои глаза не могли не заметить, насколько напряжённой была его рука. На ней выделялась каждая венка. Он продолжил нашу игру: — После исследовал бы каждую частичку твоего тела губами. Доходя до самых сокровенных мест. — Я не дышала. Стояла, не в силах двинуться.

— Потом? — Черт! Зачем я это делаю? Чего добиваюсь?

— А потом взял бы тебя на руки…, — договорить он не успевает, я отталкиваю его от себя. Через силу. Через боль и всё внутреннее возражения.

— Думаю, стоит остановиться! — я разворачиваюсь и ухожу, хлопнув дверью и оставляя Адама. В парадной, щеки опалил лёгкий ветерок. От чего я почувствовала ещё большее тепло. Разум кричал: нет! Разве он достоин тебя, после тех слов? А сердце: Адам! Адам! Адам!

«Прислушайся. Сердце всегда подскажет путь. Живи так, как указывает сердце, ведь в жизни оно лучший проводник» — слова мамы сплывают в мыслях. И меня уже не остановить. Я обернулась и зашагала назад. Хотела открыть дверь, но её раскрывают раньше. Адам стоял у порога. Его глаза вопросительно посмотрели на меня. Слов было не нужно. Мы будто читали все по глазам друг друга. Воздух между нами наэлектризовался, и в следующую секунду я кинулась в его объятия. Адам подхватил меня. Наши губы слились в страстном поцелуе, сжигающие все вокруг, и я потеряла контроль.