Глава 23: Поединок

Оказалось, что для счастья и внутреннего спокойствия нужно немного: всего лишь разрешить проблему, которая терзает твою душу вот уже несколько месяцев.

Я снова стала тренироваться с Тревисом, движимая исключительно личным желанием и интересом. Поначалу все, в том числе и мистер Флетчер, поглядывали на нас с нескрываемым недоверием, ожидая очередной выходки, но постепенно привыкнув к постоянным шуткам и дурачествам, стали воспринимать нашу спортивную пару как должное. Кроме зала, я уделяла много внимания домашним тренировкам. Макс постоянно напоминал мне о предстоящем, из-за чего я не могла расслабиться. Поначалу попытавшись дать заднюю и отказаться от подпольного боя, я постепенно свыклась с мыслью, тем более, пока моей персоной никто не интересовался, потому я заметно расслабилась.

Учеба затянула меня с головой, я потихоньку начинала интересоваться чем-то своим, вырабатывая личные предпочтения и привычки.

Валери и Алекс официально стали парой, теперь уже открыто, и наша компания навсегда воссоединилась. Иметь одного лучшего друга - хорошо, а сразу двух - намного лучше.

Я стала активнее заниматься рисованием, пока только в качестве новичка, но я верю, что при достаточном количестве усилий, мне легко удастся поднять свои умения на новый уровень.

Дружить с Тревисом оказалось выгоднее, чем враждовать. Он часто подвозил меня на занятия или забирал, когда нам было по пути, внимательно следил за моим прогрессом на тренировках и по-прежнему требовал от меня многого.

Теперь в моей жизни появилось два хороших человека, готовых прийти в любой момент на помощь. Конечно, поведение Тревиса на заре нашего с ним знакомства так и осталось для меня загадкой, но все же, сейчас, он кажется, стал вести себя более адекватно.

Но больше всего я рада тому, что Адам наконец стал прежним. Тем Адамом, которого я полюбила еще тогда, в детстве.

Но, с другой стороны я чувствую себя недостойной всего этого. Он так старается, пытается быть прежним. А я? Что чувствую к нему я? Пережитки старых, давно залежалых, теплых воспоминаний.

В один из совместных дружеских вечеров, я стояла на кухне его съемной квартиры и нарезала овощи для рагу. Адам сидел за барной стойкой и с восхищением наблюдал за моими простыми движениями, словно я занимаюсь не обычной готовкой, а варкой волшебного зелья.

- Перестань! - вскрикнула я и ударила парня по наглой руке, которая пыталась украсть морковь из-под моего носа.

- Я не могу, мне очень хочется кушать, - жалобно пропищал он, пытаясь вызвать во мне жалость.

- Терпи, - я взмахивала деревянной лопаткой, словно волшебной палочкой, выделяя каждый слог и в конце указала ею на парня, будто в довершении произнесенного мною заклинания.

Буквально через пол часа мы сидели за столом друг напротив друга и ждали, пока рагу в наших тарелках немного остынет.

Приятный аромат разошелся по всей квартире, еще больше дразня наш аппетит.

- Лизабет, я тут подумал. - несмело начал Адам, делая паузу после каждого слова.

- Что? - я подняла вопросительный взгляд на своего собеседника в ожидании продолжения.

- А почему бы нам не быть вместе?

От неожиданности я поперхнулась и очень сильно закашлялась. Вопрос брюнета буквально застал меня врасплох. Конечно, я предполагала, что рано или поздно это все-таки произойдет, и он предложит мне снова стать его девушкой, но не сейчас. И, вне зависимости от количества прошедшего времени, мой ответ будет однозначным.

Если мы сейчас, вот именно в этот момент переступим невидимую черту, обратно уже ничего не вернуть.

Немного приведя себя в порядок, я вытерла губы салфеткой и, сглотнув нервный ком в горле, начала говорить.

- Адам, я думаю, нам не стоит снова поднимать этот разговор сейчас.

- Ты разлюбила меня? - в глазах парня тлели остатки надежды.

Я стыдливо потупила взгляд, не находя ответ на поставленный вопрос.

- Ты мне не доверяешь? - словно угадывая мои мысли, заваливал меня вопросами собеседник.

- Мне нужно уходить, я очень сильно опаздываю.

Резко встав из-за стола, я бросила светлую тканевую салфетку на стул и покинула кухню. Сопроводимая несмелыми комканными извинениями и невнятными словами Адама, я поспешно набросила светлое кашемировое пальто на плечи, и пустилась в бега вниз по лестнице, не дожидаясь, пока Адам сумеет догнать меня и попытается вернуть. Очередной глупый, необдуманный поступок, очередная идиотская просьба, сумевшие испортить неустойчивое перемирие между нами.

Мельком бросив взгляд на экран телефона, я буквально обмерла от неожиданности. Черт, сегодня же тридцать первое октября! Бой Тревиса за чемпионский титул. Как же я могла забыть, это просто ужасно нелепо. Повторно взглянув на время, я с небольшим облегчением обнаружила, что время сейчас всего лишь четыре часа. Поединок должен состояться в пять. Нужно поторопиться. Остановив первый попавшийся автомобиль службы такси, я быстро продиктовала адрес. 

- Можно, пожалуйста, немного поторопиться, у меня важная встреча, - вежливо обратилась я к водителю в шерстяной кепке-восьмиклинке.

- Как скажете, - вежливо улыбнувшись, темнокожая женщина-водитель подмигнула мне в зеркало заднего вида.

Я заметно нервничала, ведь Тревис предупредил, что среди приглашенных также будет его девушка, с которой мне сейчас предстояло познакомиться. И что я скажу ей, кем я прихожусь ее возлюбленному? Подруга, наверное. 

Вечерний трафик просто сводил меня с ума. Хотелось поменяться с водительницей местами и пролететь на все красные светофоры, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, но я лишь то и дело сопела, нервно переминаясь на заднем сидении такси.

- Очень важная встреча? - с искренним участием поинтересовалась дама средних лет, встречаясь со мной взглядами в отражении зеркала заднего вида.

- Да, и весьма ответственная, не могу укротить свои переживания.

- Я знаю один короткий объездной путь, да и пробок там обычно меньше, сейчас домчим с ветерком.

Как и обещала, женщина привезла меня ко входу в спорткомплекс почти вовремя. Искренне поблагодарив женщину и оставив ей щедрые чаевые, я с большим трудом стала протискиваться через толпы зевак, желающих поглазеть на побоища. Наконец оказавшись у ворот фейс-контроля, я стала шарить по карманам своей сумки в поисках пригласительного, способного обеспечить мне беспрепятственный вход на своего рода вечеринку, однако скоро осеклась, осознавая, что глянцевый прямоугольный кусочек бумаги так и остался лежать среди страниц недочитанной книги.

Слегка хлопнув себя по лбу, сопроводимая непробиваемыми взглядами парней из охраны, я, состроив как можно более невинное лицо, поспешила обратиться к ним:

- Парни, тут, в общем такое дело. У меня есть личный пригласительный билет от Тревиса Лестера, - легким движением я указала на огромный баннер с изображением моего друга, - но вот незадача, я по несчастливой случайности забыла его дома. Можем мы как-то договориться?

- Ага, - рассмеялся лысый амбал ростом около двух метров, - знаем мы таких фанаток с "особыми" пригласительными. Нет. Иди отсюда и не задерживай очередь. 

- Ну пожалуйста, я не вру вам, ну как мне еще доказать, что мои слова - чистая правда?

- Пусть Тревис Лестер сам выйдет и заберет тебя на руках, - с этими словами оба здоровяка мерзко рассмеялись. 

Я почти потеряла надежду попасть внутрь, как заметила мистера Флетчера, проходящего по широкому коридору. 

- Мистер Флетчер! - без особой надежды крикнула я, понимая, что тренер наверняка не расслышит мой крик среди всей возни.

К моему удивлению, тренер живо повернулся на крик, и увидев меня у ворот, широко улыбнулся, тут же быстро зашагав в мою сторону. 

- Лизабет, Тревис уже начал переживать, что не увидит тебя сегодня в своем секторе! Сделаем ему небольшой сюрприз.

Я приветливо улыбнулась тренеру, кивая вышибалам. Двое из ларца, словно по команде, отстегнули цепочку и жестом пригласили пройти внутрь. Пользуясь счастливым случаем, я поспешила радостно обнять своего тренера. Опешив от внезапного прилива нежности, мистер Флетчер лишь коротко похлопал меня по плечу, словно отец, а затем проговорил:

- Ну же, поспеши внутрь, тебе еще нужно занять свое место. На сидении будет табличка с твоим именем, однако, если не сможешь сориентироваться, спроси у любого охранника, тебя проведут. Мне нужно спешить в раздевалку к Тревису. Не хочу, чтоб он видел тебя перед боем, плохая примета.

Вежливо улыбнувшись и кивнув головой, я поспешила пройти в зал и занять особое место. 

Войдя в помещение, я невольно затаила дыхание от удивления. В этой части комплекса я до сих пор не бывала, потому искренне восхитилась масштабам. 

Большой черный ринг, обведенный несколькими рядами черных канатов, величественно возвышался посреди зала. Вокруг него расположилось множество рядов сидений, разделенных на сектора. От противоположных углов ринга тянулись две красные ковровые дорожки, уходящие к двум массивным двухстворчатым дверям. Видимо, именно оттуда будут сегодня появляться участники поединка. Огромные прожектора, стоящие на массивных железных треногах, направляли потоки ослепительно яркого света прямиком на ринг. От предчувствия неминуемого выброса адреналина, в моих жилах стыла кровь. 

Зал был почти доверху заполнен людьми. Толпа зевак, жаждущих крови, негромко общалась между собой, слово пчелиный выводок в улье. Не решаясь самостоятельно искать место, я подошла к высокому худощавому охраннику с небольшой лысиной, блестящей от яркого света, и, нервно прочистив горло, попросила провести меня на место, выделенное для Лизабет Паркер. 

Сверившись со своим списком, худощавый мужчина средних лет, жестом пригласил меня проследовать за ним. Наконец, после короткого путешествия по залу, он одной лишь рукой указал мне на табличку с моим именем, и поспешно удалился на свое место. Нервно оглядываясь, одними лишь глазами, я пыталась найти ту самую брюнетку с фото, ну или хотя бы кого-то отдаленно похожего. Однако весь ряд, предназначенный для болельщиков Тревиса Лестера, пустовал, за исключением одного места. Моего. Вот же шутник.

Спустя некоторое время свет в зале почти полностью погас, в темноту нарушали лишь одинокие экраны смартфонов, излучающие холодный синий свет. На центр ринга вышел ведущий, и, когда свет одного из прожекторов сфокусировался на его фигуре, заговорил в большой металлический микрофон, подвешенный куда-то к потолку.

"Уважаемые дамы и господа, рады приветствовать вас всех сегодня на ежегодном поединке за титул чемпиона университета по боксу среди тяжелого веса. Только сегодня и только здесь, в стенах этого зала вам предстоит уникальная возможность наблюдать сражение двух непревзойденных кандидатов. Итак, встречайте, в правом углу ринга сегодня бороться за звание чемпиона будет студент пятого курса - Тревис "Зверь" Лестер!". 

Толпа поддерживает слова ведущего, поднимая шум из радостных окликов, свиста и аплодисментов. Я сливаюсь с толпой, оживленно аплодируя. Внимательно наблюдаю, как массивная дверь в правом углу распахивается, луч прожектора в ту же секунду освещает ее. В красивом черном халате с золотистой вышивкой, Тревис неспешно выходит под громкую музыку и оживленные крики толпы. Его сопровождает мистер Флетчер, и, судя по медицинской форме, медбрат.

Вальяжно приблизившись к рингу, попутно заигрывая с разгоряченной публикой, Тревис ловко проскочил между канатами, останавливаясь в правом углу. Толпа возбужденно восклицает, скандируя его имя. Однако парень, казалось, не обращает на них никакого внимания. Едва остановившись и сняв черный шелковистый капюшон, он тут же начинает искать меня взглядом, и, удовлетворившись моим радостным приветствием, машет мне большой черной перчаткой. Пока толпа продолжает радостно свистеть, я покрываюсь густым багряным румянцем. Быстро делаю фото на телефон на память и тут же отправляю снимок в чат с Валери. 

Выхода второго бойца я почти не запомнила, так как была крайне занята разглядыванием своего друга. И впрямь символично. Его прозвище, выбранное задолго до моего появления, "Зверь", в то время как мое, выбранное наугад - "Охотник". 

После короткого знакомства и заключительного слова ведущего перед поединком, прозвучал гонг, и противники остановились друг напротив друга в боевой стойке и полной готовности наносить друг другу сокрушительные удары. 

Затаив дыхание, я с нетерпением ожидала, кто первый пойдет в наступление. Это был Тревис. Коротко глянув на меня, он наградил противника прямым ударом в плохо защищенную челюсть. Тот пошатнулся, однако не потеряв равновесия, нанес ответный удар в бок. Поставив неплохой блок, Тревис поспешил отстраниться, освобождая себе пространство для маневров. Двое крупных, мускулистых парней, упорно тренировавшихся в ожидании судного дня, затеяли одним лишь им известный танец. 

Раунд за раундом парни награждали друг друга все более и более невыносимыми ударами. В конце третьего раунда, явно сжульничав, противник нанес Тревису удар в бровь, тем самым рассекая грубую кожу. Из раны тут же потекла тонкая струйка крови, и после сигнала мистера Флетчера, рефери объявил паузу. Тревис обессиленно упал на табурет в углу ринга. Молодой медбрат принялся заклеивать рану, пока кровь окончательно не залила светло-зеленый глаз парня. Заметив на себе мой взволнованный взгляд, Тревис лишь обворожительно улыбнулся, успокаивая. 

По очкам противник ненамного, но все же опережал Тревиса, однако русоволосый не сдавался. В один из последних раундов, когда надежды на выигрыш по очкам почти не оставалось, единственным верным решением был полный нокаут противника. Не в силах больше терпеть нарастающее напряжение, толпа встала со своих мест, я поступила также. Сложив руки в крепкий замок, я неотрывно наблюдала за происходящим на ринге.

Противник в зеленых шортах почти зажал русоволосого в углу ринга, награждая его бока серией сокрушительных ударов. Хоть бы он не сломал ему несколько ребер. Не выдержав, я, что было силы кричу татуированному боксеру: "Уничтожь его, Тревис!".

Услышав мой крик, Тревис ловко уворачивается от очередного удара противника, и, словно по команде, отправляет противника одним прямым ударом в голову в нокдаун. Словно кукла, с глухим звуком, парень падает на спину. Рефери, склонившись над телом пораженного спортсмена производит отсчет до десяти и фиксирует нокаут. 

Толпа с визгом аплодирует, явно догадываясь, каковым будет вердикт судей. 

Тревис напряженно ожидает вердикта, стоя в углу ринга. Наплевав на все приметы и правила, я отправляюсь к нему. Увидев меня он хищно улыбнулся, смахивая кровь с лица тыльной стороной ладони. 

- Ты молодец, я невероятно горжусь тобой, - быстро проговорила я, успокаивая свое сердце, бешено вырывающееся из груди.

- Я посвящаю этот удар тебе, Лизабет. 

Широко улыбаясь, парень попытался сложить руками что-то на подобии сердца, однако у него слабо получился данный жест, учитывая его состояние.

Выставив оценки и выдержав драматическую паузу, судьи в конечном итоге присудили пояс победителя Тревису Лестеру. Возбужденная толпа ликовала, то и дело слышен ликующий свист. 

Лестер стоял по правую сторону от рефери, подняв вверх над головой свой трофей, в прямом смысле слова заработанный потом и кровью. Я сделала еще одно фото на память.

Спортсмены и их команды удалились в раздевалки, приводя себя в порядок. Одни праздновали победу, другие же терпели сокрушительное поражение. Я сидела в коридоре, переписываясь с Валери, когда из раздевалки вылетел раскрасневшийся медбрат, а за ним и мистер Флетчер. 

- Лизабет, - обратился ко мне мужчина, - поговори с Лестером, он всех выгнал, никого не хочет видеть, кроме тебя, даже не дал обработать ссадины и раны!

Коротко взглянув на тренера, я поспешила скрыться за дверью. На скамье, спиной ко входу, сидел Тревис, устало опустив руки. 

- Я же сказал позвать мне Лизабет! - громко взверевел парень, заставив меня едва не подпрыгнуть на месте. 

 - Тревис, это я, что случилось?

Парень молча, одним лишь жестом, пригласил меня к себе. Когда я остановилась напротив русоволосого, он одними лишь трясущимися руками притянул меня за талию поближе, крепко приобняв. 

- Ну же, - взволнованно проговорила я, обхватывая его изувеченное лицо руками, - нужно скорее обработать ссадины. 

- Давай.

Парень послушно терпел манипуляции, все также крепко держа меня за талию. Я медленно и с особой аккуратностью проводила по кровоточащим ссадинам слегка влажным от перекиси ватным тампоном, стараясь причинять как можно меньше дискомфорта. Тревис лишь поглядывал на меня одним, еще не заплывшим кровью глазом. 

Когда с обработками наконец было покончено, он поднял свое изуродованное ссадинами лицо вверх, глядя на меня снизу. 

- Помню, когда-то ты безумно сильно хотела меня поцеловать.

Я лишь расплылась в широкой улыбке, не находя нужных слов.

- Так поцелуй, если твое желание такое же сильное. 

Наклонившись над Тревисом я одарила его пухлые губы самым нежным поцелуем, на который лишь была способна. Крепко сжав мои округлые бедра, парень принялся углублять наш поцелуй, настойчиво шаря своим языком. Я ощущала привкус его крови, однако это ни на секунду не остановило меня и не заставило закончить начатое.