Глава двадцать пятая

Ли Сонхи.

Головная боль. Чувство безысходности. И, кажется, никто не заметит моё горе. Но все ожидания рушатся, показывая истинную правду. Кристофер — человек, что прямо сейчас плачет рядом со мной. Человек, которому я доверяю. И он мне тоже.

Вытираю его слёзы, стекающиеся с глаз мужчины. И всё же в голове не укладывается мысль о том, что только он не пережил. Ссора, расставание, потеря отца и брата. А теперь и угрозы Хёнэ насчёт меня. И какого сейчас Чану?

— Сонхи, тебе нужно поспать. Иди ложись, — тихо бормотал Бан.

— А ты? Крис, я без тебя не усну.

Вздохнув, Чан спрыгнул с комода и подошел ко мне. Обхватив меня руками, он поднял меня на руки, а затем подошел к кровати и аккуратно положил на неё. Осторожно накрыл, поцеловал в лоб и скрылся за дверью, проронив:

— Я... Сейчас приду, буквально через минут десять. Засыпай, Ли.

Оставшись в одиночестве, мою голову заполняли мысли обо всём. Мне просто хотелось сбежать ото всех, удалить все соцсети, выкинуть гаджеты. Я виню себя за то, что от меня у моего любимого человека проблемы. Неосознанно заставляю его бегать и волноваться, нисколько того не желая.

Лучи солнца заставляют зажмурить глаза. Скидываю тяжёлое одеяло и пытаюсь ровно встать, удерживая равновесие. Оглядываюсь и вижу, что в комнате, кроме меня, ни души.

Спускаюсь вниз по лестнице и двигаюсь в сторону кухни, в надежде найти Чана. Вот только никого там не оказалось. Выбор пал на гостиную, поэтому прямо сейчас надвигаюсь именно туда.

— Крис? — разносится по помещению.

Но и здесь его нет. Что ж, в этом доме вряд ли будет просто отыскать Бана. Обхожу ещё пару комнат на первом этаже и иду в последнюю — ванную.

Не успеваю войти, как дверь открывается прямо перед моим носом. Оттуда выходит Кристофер, кажется, прямиком из душа. На его плече накинуто белоснежное полотенце, а сам он только в шортах.

Замираю, не в силах проронить и звука.

— Чего застыла? — хмурится Чан.

Ничего не отвечаю и кидаю взгляд в пол, дабы не рассматривать Бана. Хотя мне хочется узнать, как он. Прошлой ночью не стало его брата, Чан нуждается в поддержке.

— Как себя чувствуешь? — сажусь за высокий стул, пока Кристофер стоит ко мне спиной, готовя завтрак.

— Не лучше. — Единственная фраза после его молчания.

Беру смартфон в руки, проверяя сообщения. Несколько от мамы, одно от Феликса и целый текст от Боны. Приподнимаю брови и захожу поочерёдно в мессенджеры. Мама прислала пару милых фото, которые явно не поднимают мне настроение. Ли интересуется, сможем мы вместе сходить куда-нибудь. А вот Мун радуется подаркам Хёнджина, вручённые ей вчера днём.

— Тебе, кстати, разве не нужно в универ? — ставя передо мной яичницу, вопрошает мужчина.

— Нужно, — выдыхая, отвечаю я. — Но если я сегодня пропущу, ничего не случится. Ты мне важен, и я с тобой останусь.

Чан озлобленно смотрит на меня, и, кажется, он точно не одобряет мои пропуски.

— Сонхи, — закрыв глаза, басит он. — Никаких «останусь», ясно? Пожалуйста, поешь сейчас и собирайся. Я отвезу тебя и заберу тоже, только оповести меня о том, когда заканчиваешь.

Решив не огорчать Криса и не злить его, я кротко кивнула. Быстренько съела и рванула в комнату, где начала прихорашиваться. Приходят звонки от мамы, и я поднимаю трубку.

— Алло? Сонхи?

— Привет, мам. — Надевая кофту, отзываюсь. — Как дела?

— У меня всё хорошо, но у папы небольшие проблемы с одной компанией. В целом, справляемся. А ты? Как чувствует себя моя красавица?

— Бывало и лучше, — вздыхаю, вспоминая смерть Майка.

— А что произошло? — удивляется женщина.

— Да так, — не считаю нужным изливать себя по звонку с мамой. — Сейчас вот, вещи подготавливаю к университету.

— А, хорошо. — Тишина. — Что? Подожди, не слышу! Милая, папа зовёт меня. Пока-пока!

Сбрасываю звонок и закрываю сумку. Ступеньки на лестнице ведут вниз, и я натыкаюсь на мужчину. Он сидит на диване и смотрит в пустоту, как будто ищет там смысл жизни.

— Поехали? — тихо спрашиваю.

Тот что-то бормочет и встаёт, а затем надвигается в прихожую. Понимаю, что это значит «да» и иду следом за ним.

                                            ***

Бан Кристофер Чан.

Я вернулся в подъезд Ли, пока та находится в университете. Нажимаю на кнопку лифта и поднимаюсь на шестнадцатый этаж. Кабинка открывается, и я выхожу и приближаюсь к стене, окровавленной кривой надписью.

В углу, между двумя квартирами, располагается туша моего покойного брата. Когда в ночь навещал Сонхи, с целью утешить её, я вовсе не заметил своего младшего. В кромешном мраке мне казалось, что бесполезно будет обыскивать его. Поэтому, только днём явился сюда. И так как в квартире напротив жильцы не в городе (по словам Ли), полиция здесь не появлялась.

Решив, что прямо сейчас стоит рассмотреть братца, я вставил и провернул ключ от дома Сонхи. Дверь поддалась, и через мгновение я стоял в прихожей. Затащив тело, я закрыл квартиру на замок. Склонился над тушей родного человека, разглядывая раны.

И слёзы словно сами стали течь из глаз. Описать моё состояние было невозможно. Я чувствовал боль, раздирающую меня на кусочки. Впереди меня лежит замертво мой первый младший брат. Майк...

— Бан? — донеслось из глуби квартиры. — Обрабатываешь ранки? Майки, не больно? Потерпи, скоро появится ещё один, кто присоединится к тебе.

Из плохо освещённого коридора выстроился Ян.

— Что забыл здесь?

— О-у, Чанни, не злись! — Чонин поменялся в лице. — Я пришёл сюда, зная, что и ты решишь притащить себя сюда. За тобой я.

Гнев поселился во мне, и он уж точно не выйдет так просто. Я похватился, встал и практически вплотную подошёл к парню.

— За мной? Слушай, придурок, пока ты жив, я не буду спокоен. Ты и Хёнэ убили моего брата, а ранее было совершено покушение на отца. Моего, чёрт возьми, отца. Поэтому, ты прямо сейчас проваливаешь отсюда, если хочешь ходить по земле. — Прислоняя его к стене, басил я.

— Да в твоих глазах черти пляшут, огонёк-то какой там! — Издевался Ян. — Не бей панику, Крис. Так уж и быть, пощажу тебя, журавля. Пару дней можешь быть не истеричкой, разрешаю. Но потом я приду за тобой, — улыбался тот.

— Как мило, — врезав ему в рожу, вымолвил я. — Теперь, — толкнул Чонина в сторону входной двери. — Вали отсюда, а то потом уже нечем будет.

Глупо посмеявшись, Ян медленно открыл дверь, поворачивая замок в другую сторону. Громко захлопнул вход и выход квартиры, а после затерялся за дверью.

— Гван Сон, нужно забрать мёртвое тело. Верно, адрес выслал. — Вешаю трубку.

Шин Хёнэ.

Проверяю сумку на наличие пистолетов, так как Юджон забыл это сделать. Вот же козлина, сам ничего не убирает и не подготавливает, а как стрелять — он первый. Оби сидела на полу, вставляя пули в оружия. В целом, мы были настроены на подготовку, а парни выполняли задания. Чонин в этот день отправился в дом противной Сонхи, которой скоро явно не посчастливится.

— Закончила? — интересуюсь у Оби.

— Да. Всё же это завершила. — Устало откинувшись на холодную стену, ныла подруга.

Обе отложили вещи и двинули на улицу, желая обсудить там планы. За пределами дома была звенящая тишина, никого поблизости. Только снег, тёмное небо и я с Оби.

— Что будешь делать, когда закончишь мстить Чану? — оперевшись об подлокотник лавочки, спросила она.

— Раздумываю мысль поехать в Пекин, чтобы не высовываться после парочки убийств в Корее. Возможно, сделаю это сразу после того, как покончу с делом.

Несколько раз Ян кивнула, в знак того, что согласна со мной. Сама же она ничего не добавила, дав понять — каждый сейчас в своих мыслях.

И почему-то сегодня Юджон заговорил про тему «совесть». Как будто если человек кого зарезает, то у него есть она вообще! Тем не менее, ввёлся разговор про чувства, которые он постоянно испытывает при лишении жизней. Как бы странным ни было — это радость, облегчение, а также скорбь.

— Эй, девчата, в дом! — Орал Тоюн.

Мы переглянулись и направились в не сильно, но хотя бы немного тёплое помещение. Войдя в него, она и я сразу прошли в зал. Там сидели все трое: Тоюн, Чонин, Юджон.

— Оби, ты можешь быть свободна, а вот с Шин мне надо поболтать, — водя пальцем по острому лезвию, говорил Чонин.

Двое парней вышли, и подруга за ними. Оставшись наедине, он принялся задавать вопросы.

— Хёнэ... Ты не рада?

— В плане?

— М-м, так скажем, за Чана. Хочешь, я могу быстрее его освободить от проблем? Убью и его, и подружку его — Сонхи.

— Ну уж нет, лишу Сонхи жизни я. А про Криса не надо, пусть помучится. Можно будет потом до конца семейку Бан прикончить.

— Я одурачил Чана, сказал, что ему пару дней дам на спокойную жизнь, но потом вернусь. И всё же я вернулся чуть позже, прямо в этот же день. Есть желание увидеть Бана? — внезапно рушится вопрос.

Ехидно ухмыльнувшись, я покачала головой. Чонин тут же дьявольски улыбнулся. Он дёрнулся, указывая головой наверх. Чан на втором.

Возвышаюсь и оказываюсь на втором этаже, а затем иду в свою комнату. Открываю себе проход, и в глаза бросается Чан, привязанный к стулу.

Интересно, как парни его связали?

Подхожу к нему и бью по щеке, дабы привести его в чувства. Крис поднимает веки и недовольно смотрит на меня. Гневно мычит, так как скотч Чану не даёт проронить и слова.

Я мгновенно сдираю скотч с его лица. На шее Криса выпирают вены, а это значит, что наш Чанни злится.

— Как самочувствие, Бан? — оперевшись об плечи мужчины, склоняюсь над ним.

— Лучше некуда, — выдавливает лыбу он.

— Да ладно тебе, не расстраивайся. Я отпущу тебя. — Хмыкнула я. — Возможно.

Бан закатил глаза, и через пару секунд что-то в его кармане вибрирует. Кажется, Чану звонят.Ловко достаю телефон из кармана брюк и заостряю внимание на дисплей гаджета.

— Ой, тебе твоя Ли звонит, — крутя перед его лицом телефон, говорю я.

— Дай мне, — рявкнул тот.

— Эй, а что так грубо? Ой, с тобой скучно, — отключаю смартфон, чтобы больше она не могла звонить. — Чан, давай на чистоту. Ты же любишь её?

Он угрюмо пялит на меня и молчит. Что ж, раз не хочет отвечать — заставлю.

— Хорошо, — развернувшись в сторону инструментов, я приближаюсь к ним и беру в руки плоскогубцы. Возвращаюсь обратно к мужчине и демонстративно уменьшаю расстояние между нами. — Всё ещё не будешь говорить?

— Что ты хочешь от меня?

— Даже не знаю. Но могу перечислить, что хотела. Отношения с тобой, ты, твоё тело, совместная жизнь, лю...

— О каких отношениях может идти речь? Хёнэ, ты изменила мне с каким-то идиотом, а теперь желаешь со мной иметь отношения?

— Была бы не пьяна — не изменила. Я же сама того не хотела.

— Конечно! Ведь теперь у нас трезвое состояние становится опьяневшим! Ты выбрала не меня, о'кей, теперь че тебе надо?

— С тобой бесполезно что-то обсуждать. — Заявила я, выдохнув. — Хочешь домой?

— А ты как думаешь?

— Хочешь. Но отпущу тебя при одном условии: об этом Сонхи не узнает.

— О чём это?

Я наклоняюсь близко к Чану, шепча на ухо заветные словечки.

— О том, что ты был со мной.

***

Ли Сонхи.

Я стою около университета и нервно жду, когда наконец-таки Чан возьмёт трубку. Что с ним случилось? Почему абонент недоступен? 

Вижу, как машина Кристофера подъезжает и буквально бегу к ней. Залетаю в авто и сразу хватаю Чана за лицо. Весь он какой-то измученный, уставший.

— Чан, как ты? Почему трубку не брал?

— Я в порядке, Ли. А телефон разряжен был.

Успокаиваюсь и откидываюсь на кресло. Теперь же мы ехали домой к Бану, ибо это моё временное жилище.

Снимаю с себя одежду, которую отправляю в корзину грязного белья. Захожу в кабинку душа и верчу кран в разные стороны, пытаясь найти подходящую температуру воды. Выбрав кипяток, я прислонилась к ледяной, как всегда кажется, стенке.

Завтра очередной тест по философии. Хорошо, что я готовилась к нему вчера ещё, поэтому сейчас я могу спокойно принять душ.

Крис готовит курочку в духовке, хотя потом он всё равно ничего не съест, пойдёт работать и еду оставит на меня.

                                          ***

— Ну и чего ты не ешь? — принеся в кабинет Бана тарелку с курицей, ставлю её перед Чаном.

— Сонхи, мне работать нужно. Не до еды сейчас. Ты сама поела?

— Поела.

— Вот и хорошо, а теперь отдыхай. Ну или готовься к парам.

Опустив взгляд на пол, я так и не пошевелилась. Желание остаться с Крисом было сильнее, из-за чего тело меня будто не слушалось.

— Что-то случилось? — он выдохнул и развернулся ко мне. — Что такое? Почему не идёшь?

— Я хочу остаться с тобой, Чан.

Бан устало приподнял уголки губ и раскрыл руки, пропуская меня в свои объятия. Крепко обнимает, что начинаю испытывать безопасность. Не знаю, чем же так Чан меня успокаивает, но в его присутствии паника со временем утихает.

— Кажется, это затишье перед бурей, — вымолвил Бан.

— О чём это ты?

— Да я про политику, — посмеялся он.

К сожалению, мне показалось, что это вовсе не про политику. Быть может, Кристофер имел в виду Хёнэ.