Цена ошибки

— Я в полном порядке, — повторял Педри сеньору Пруна, который мягко ему улыбался, нахмурив брови.

— Я всё понимаю, Педри, но твоему колену нужно ещё немного отдыха, чтобы избежать рецидива, — объяснил врач. — Я не говорю, что ты должен совсем ничего не делать. Ты можешь тренироваться с командой, но сильных нагрузок нужно избегать. В том числе и матчей.

Гонсалес разочарованно вздохнул.

— Но сеньор Пруна, — начал он, его голос был полон отчаяния. — «Эль Класико»… Я не могу пропустить «Эль Класико»! Это же…

— Я понимаю твоё желание, Педри, — прервал его врач, его голос был спокоен, но твёрд. — Однако твоё здоровье важнее любого матча. Поверь мне, риск рецидива слишком велик. Мы не можем позволить себе ещё одной травмы колена. Это может поставить крест на твоей карьере.

Брюнет снова вздохнул, ещё более разочарованно. Он опустил голову, а его плечи поникли. Мысль о том, что он пропустит такую важную игру, была невыносима. Парень чувствовал себя беспомощным.

— Хорошо, сеньор Пруна, — наконец произнёс Педри, его голос был едва слышен. — Я буду слушаться вас. Но я буду работать над восстановлением с удвоенной силой.

— Вот это правильно, — одобрительно кивнул мужчина, кладя руку на плечо Гонсалеса. — Отдых и постепенное возвращение к тренировкам — вот ключ к успеху. Мы не хотим повторения прошлого.

В углу комнаты молча стояла Бернардита, её взгляд был прикован к Педри. Она наблюдала за каждым его движением и эмоцией, прожигая его взглядом. Но брюнет этого не замечал. Всё его внимание было сосредоточено на его травмированном колене и на необходимых словах сеньора Пруна. Мысль о пропущенном матче жгла его изнутри, но здоровье и его долгосрочное будущее в футболе всё-таки были важнее сиюминутного желания выйти на поле.

— Вот и славно, что мы договорились, — улыбнулся врач. — Ты свободен, не забудь расписаться в журнале.

Гонсалес кивнул, а сеньор Пруна вышел из кабинета, оставляя футболиста один на один с практиканткой. Девушка подошла к нему и протянула ручку, чтобы он мог оставить свою подпись.

Педри, чувствуя себя опустошённым, подошёл к столу, взял ручку и небрежно расписался в журнале. Его рука слегка дрожала. Он почти дошёл до двери, когда Бернардита тихо сказала:

— Педри…

Он обернулся; в его глазах отражались усталость и разочарование. Девушка стояла так близко, что он мог почувствовать её дыхание; она смотрела на него с нескрываемой надеждой.

— Сеньор Гонсалес, — поправила она, её голос едва слышен, но наполнен тревогой и желанием. — Вы не хотели бы… сходить куда-нибудь вечером?

Педри остановился, немного ошеломлённый её предложением. Он не ожидал этого. Его взгляд скользнул по её лицу и блестящим глазам, полным восхищения, которое он раньше не замечал из-за своих собственных переживаний. Её формальное обращение только подчеркивало дистанцию между ними.

Он неловко сжал губы и резко выдохнул.

— Нет, извини, — ответил он холодно, стараясь не смотреть ей в глаза. — Я занят.

Он вышел из кабинета, оставляя Бернардиту одну. Холодность его ответа не была жестокой, но всё же задела девушку. Она видела его разочарование и чувствовала его боль, пытаясь найти способ быть рядом. Но Педри, погружённый в свои мысли о травме и предстоящей игре, был невосприимчив к её чувствам. Его занятость была не только оправданием, но и защитой от настойчивых и пока ещё неясных для него чувств Бернардиты. А её одержимость осталась незамеченной, затерявшись в его собственных тревогах.

***

«Официально: Футболист Барселоны Пабло Гави встречается с журналисткой Элизабет Блэквуд. После матча пара, не стесняясь, страстно поцеловалась на глазах у всего стадиона.»

— Что и стоило ожидать, — погладила по плечу подругу Берта. — Если ты не хотела этого, зачем тогда нужно было целоваться?

Элизабет вздохнула.

— Я не думала об этом в тот момент.

— Что сделано, то сделано, — пожал плечами Пабло. — Зато теперь будет меньше сплетен.

— А ты, я смотрю, слишком доволен, — прищурилась Галлардо, складывая руки на груди.

— Конечно, потому что теперь никто не будет приписывать моей девушке романы с другими парнями, — широко улыбнулся Гави.

— Ребята, смотрите! — крикнул Фермин, выходя из другой комнаты. — «Подкуп, шантаж и страсть! Как Блэквуд заставила Гави поцеловать её на глазах у всего мира!» — со смешком прочитал он ещё один заголовок.

— Это просто смешно, — провела ладонями по лицу Элизабет.

Пабло, заметив, как блондинка склонила голову, подошёл ближе и обнял её за плечи. Его тёплые объятия мгновенно расслабили её.

— Не обращай внимания на эти заголовки, — тихо сказал он, прижимая её к себе. — Они всегда будут искать сенсацию. Главное — это мы, а не то, что пишут в газетах.

Элизабет подняла глаза на парня, и в них отразилась благодарность. Она чувствовала себя защищённой в его объятиях, как будто весь мир снаружи переставал существовать.

— Но это же так глупо! — вздохнула она. — Я просто не хотела, чтобы это выглядело как спектакль.

— Спектакль? — усмехнулся футболист, поглаживая её по спине. — Это был не спектакль, а просто момент, когда мы не смогли устоять перед друг другом. А если кто-то решит сделать из этого шоу, то это уже их проблемы.

Берта, наблюдая за ними с улыбкой, не могла не умиляться этой сцене.

— Вы двое просто идеальная пара, — сказала она, подмигнув. — Ваша химия чувствуется даже в такие моменты.

Элизабет слегка покраснела и отвернулась, но Пабло только крепче обнял её, как будто хотел сказать: «Не переживай, я рядом».

— «Журналистка Элизабет оказалась в центре обсуждений после того, как её заметили в ресторане с футболистами «Барселоны» — Гави и Педри. Свидетели утверждают, что она не стеснялась целоваться с обоими прямо на глазах у публики...» — Лопес чуть ли не плакал со смеху.

— О Боже, — закатила глаза Берта. — Откуда у них такая фантазия...

— Они просто любят преувеличивать, — вздохнула Элизабет, стараясь не обращать внимания на смех друзей. — Я даже не знаю, как это всё прокомментировать.

— Не переживай, — сказал Пабло, отводя её взгляд к себе. — Мы с тобой всё равно знаем правду.

— Да, но иногда этот шум становится слишком громким, — ответила она, всё ещё чувствуя беспокойство. — Я не хочу, чтобы это повлияло на твою карьеру или на то, как тебя воспринимают фанаты.

Гави покачал головой.

— Я не позволю этому повлиять на меня. И на тебя тоже.

Берта, с улыбкой наблюдая за их взаимодействием, сказала:

— Может, нам стоит устроить пресс-конференцию? Объявить о вашем романе официально и ответить на все эти глупые вопросы?

— Нет, нет, — резко замотала головой Элизабет. — Ни за что.

— Но почему? — удивился Фермин.

— Я не собираюсь оправдываться перед кучкой идиотов, которые каждую мелочь превращают в грязь, — произнесла она, вскинув подбородок и сложив руки на груди.

Пабло усмехнулся, его пальцы легко запутались в прядях её волос. Он играл с ними, перебирая локоны.

— Может, ты и права, — тихо сказал он, его голос звучал тепло и ласково. — Давайте покажем им, что мы сильнее всех этих сплетен. Просто будем счастливы. Пусть пишут что хотят.

Он нежно поцеловал её в висок, и Элизабет улыбнулась. Её первоначальное беспокойство немного улеглось, уступив место теплу и уверенности, исходящим от Пабло.

Фермин, заметив, что разговор затянулся, встал с места и потянул свою девушку за собой.

— Ладно, ребята, нам пора, — сказал он с лёгкой улыбкой.

— Да, не будем вас отвлекать от романтического вечера, — подмигнула Берта, прежде чем направиться к выходу.

Пабло встал и пошёл провожать друзей к двери.

— Спасибо, что пришли, — сказал он, обнимая Лопеса. — Надеюсь, мы не слишком утомили вас своими проблемами.

— Мы просто стараемся сделать ваш день немного легче, — ответил Фермин с подмигиванием. — Удачи вам!

В этот момент Элизабет потянулась и начала разминать шею. Ей было немного не по себе от всей этой ситуации, и напряжение в мышцах только усиливало дискомфорт. Она включила телефон и заглянула в диалог с Истоном. Пусто. Ни одного нового сообщения. Она разочарованно вздохнула и прикусила губу. Ни один скандальный заголовок не давил на неё с такой силой, как ссора с лучшим другом. Возможно, не стоило уходить из дома, и нужно было остаться и настоять на разговоре. Но у девушки уже просто не оставалось сил решать ещё одну проблему.

Гави вернулся в комнату и увидел, как она наклонила голову и накрыла лицо руками. Он подошёл ближе и сел рядом.

— Всё в порядке? — спросил он мягко.

Элизабет выдохнула и опустила руки.

— Я просто… мне грустно, — произнесла она, вновь включая телефон и показывая переписку с Ромеро. — Я думала, что он хотя бы напишет мне после всего этого.

Пабло аккуратно поглаживал её спину, стараясь успокоить девушку.

— Не стоит переживать из-за этого, — сказал он. — Возможно, он просто занят или не знает, что сказать. Уверен, вы помиритесь.

Конечно, Гави не стал бы врать, и ссора Элизабет и с Истоном его только радовала, но видеть девушку в таком подавленном состоянии было неприятно.

— Да, но... я понимаю, что это моя вина, но так хотелось, чтобы он поддержал меня в этот момент. Мне так его не хватает...

— Я здесь для тебя, — произнес Пабло, глядя ей в глаза. — И я не собираюсь никуда уходить. Мы справимся с этим вместе.

Элизабет улыбнулась сквозь свои переживания. В его словах была искренность и уверенность, которые помогали ей чувствовать себя лучше.

— Спасибо тебе, милый.

— Просто будь собой, — ответил он с улыбкой. — Всё остальное не имеет значения.

Она снова посмотрела на экран телефона и решила отвлечься от своих мыслей.

— Так, Паблито, раз у нас целый день свободен, нам нужно чем-нибудь заняться! — девушка встала с дивана, дергая его за руку. — Мы можем сходить куда-нибудь.

Гави, чувствуя её резко поднявшееся настроение, положил руки ей на талию, прижимая к себе. Элизабет, забыв о всех проблемах, замельчила перед ним, предлагая бесконечный поток идей: ужин в ресторане, поход в кино, музей…

— У меня есть идея получше, — прошептал Пабло, его голос звучал глубоко и чувственно. Он провёл рукой по её ягодице; лёгкое прикосновение вызвало у Элизабет мурашки по коже. Он сжал её несильно, но достаточно, чтобы дать понять, что его мысли сейчас далеки от музеев и кинотеатров.

Блондина замерла; её дыхание стало частым. Она молчала, ожидая, что он скажет.

— Сегодня… — Пабло наклонился ближе, его дыхание щекотало её ухо. — Мы останемся дома.

Он отпустил её талию, но его рука осталась рядом, легко касаясь бедра. Элизабет почувствовала, как его пальцы начинают рисовать невидимые узоры на её коже.

— Дома? — прошептала она; её голос был едва слышен. Её глаза встретились с его взглядом, и девушка поняла, что его «идея получше» имела совершенно другой смысл.

Пабло хищно улыбнулся. Он наклонился ещё ниже, приближая свои губы к её уху.

— Да, дома. И мы проведём этот день так, чтобы все эти сплетни казались нам абсолютно неважными. Только мы вдвоём.

Он поцеловал её в шею, его губы оставляли лёгкие следы на её нежной коже. Элизабет закрыла глаза, отдаваясь чувствам, которые захлёстывали её с необыкновенной силой.

Его язык скользил по её шее, оставляя за собой дорожку мурашек. Элизабет застонала, а её пальцы вцепились в его волосы, притягивая парня ещё ближе. Гави, чувствуя её ответную страсть, поднял её на руки, легко и непринужденно, как будто она весила всего ничего. Её ноги обвились вокруг его талии, её тело прижалось к его телу, искры желания вспыхнули между ними с новой силой.

Он понёс её через комнату, и её смех, лёгкий и звонкий, звучал как самая прекрасная музыка. Пабло поставил её на ноги; его руки скользили по её спине, описывая изгибы её тела. Его пальцы зарылись в светлые волосы, нежно сжимая их и заставляя голову запрокинуться назад. Её губы жадно искали его, целуя его с той же страстью, с какой он целовал её.

Их поцелуй был долгим и глубоким, полным желания и нежности. Язык парня ласкал её губы, пробуждая в ней невероятное чувство. Его руки блуждали по её телу, чувствуя каждый изгиб, каждую кривизну. Он касался её груди; его пальцы легко скользили по её коже, заставляя её вздрагивать от удовольствия.

— Подожди... — прошептала блондинка, но футболиста уже было не остановить. — Пожалуйста, Педри...

Гави резко замер, отстранившись от девушки.

— Что ты сейчас сказала?

Элизабет почувствовала, как холодок пробежал по её спине. Она мгновенно осознала свою ошибку, и её сердце заколотилось от страха. Пабло, всё ещё держа её за плечи, смотрел на неё с недоумением и растерянностью.

— Что ты только что сказала? — повторил он. Его голос звучал напряженно.

Она попыталась сгладить ситуацию, но слова застряли у неё в горле.

— Я… я просто… — начала она, но не знала, как объяснить. — Я не хотела сказать это. Это было просто… я случайно.

Пабло шагнул назад; его глаза сузились. Он не мог поверить, что это действительно только что произошло.

— Случайно? — повторил он, его голос стал холодным.

Элизабет почувствовала, как её охватывает паника.

— Пабло, послушай меня! — воскликнула она, стараясь успокоить его.

Парень не отрывал от неё взгляда. Ревность захватывала его с ног до головы. Между ними до сих пор что-то было, и теперь у него не было в этом никаких сомнений.

— Почему ты всё ещё думаешь о нём? — спросил он сквозь зубы. — Почему ты думаешь о нём, когда целуешь меня?

— Пабло, я не думала о нём! Я просто… — начала она, но он перебил её.

— Просто что? — его голос звучал резко. — Просто это имя вырвалось у тебя на губах в самый неподходящий момент? Ты действительно думаешь, что я могу в это поверить?

Он шагнул ближе; его глаза пылали яростью и недоверием. Элизабет чувствовала, как её сердце колотится от страха и вины.

— Я не хотела тебя обидеть, — произнесла она, стараясь сохранить спокойствие. — Это было случайно; я не имела в виду ничего такого!

— Правда? — повторил он с сарказмом. — Ты знаешь, как это выглядит? Я вижу, что ты всё еще связана с ним, как вы мило болтаете, у вас общие секреты! Может быть, ты просто ждёшь удобного момента, чтобы снова обратиться к нему?

Девушка почувствовала, как слёзы подступают к её глазам.

— Нет, подожди! Ты же знаешь, что между нами ничего нет! Я выбрала тебя!

— Но ты всё равно думаешь о нём! — его голос стал ещё более напряжённым. — Я подозревал, что ты можешь поступить со мной так же, как и с Педри. Но знаешь, я не хотел в это верить, Элизабет.

Она ощутила резкую боль в груди от его слов. Это было слишком.

— Я никогда бы не сделала тебе больно! — воскликнула она, а её голос дрожал.

Пабло отвернулся, его лицо выражало полную злость. Он не знал, как справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Может быть, я просто был глупцом, — произнёс он тихо. — Может быть, я просто не должен был надеяться на то, что у нас может быть что-то настоящее.

Элизабет почувствовала, как её сердце разрывается на части от его слов. Ей было больно видеть его таким уязвимым и сердитым, но и за себя ей тоже было обидно.

— Пабло, послушай! — она шагнула к нему и положила руку на его плечо. — Я знаю, что сделала ошибку. Но это не значит, что ты не важен для меня.

Он посмотрел на неё с недоверием.

— Знаешь, я думаю, тебе пора поговорить с Истоном, — тихо произнёс он.

— Что..? — по её щеке покатилась слеза. — Ты меня выгоняешь?

Пабло не ответил; его взгляд был устремлён вдаль, как будто он искал ответ на вопрос, который не мог найти. Элизабет почувствовала, как её сердце сжимается от отчаяния.

— Пабло, пожалуйста… — произнесла она, её голос дрожал. — Я не хочу, чтобы всё закончилось так.

Но он лишь отвёл взгляд, словно её слова больше не существовали. Это молчание было гораздо громче любых слов. Блондинка поняла, что он не желает слышать её объяснения, что его сердце было закрыто для неё.

— Я просто… — начала она, но слова застряли в горле. Она не знала, как выразить всю своё сожаление.

Вместо этого она сделала шаг назад, чувствуя, как слёзы катятся по её щекам. Гави всё ещё стоял неподвижно; это было хуже всего. Она чувствовала себя потерянной и одинокой.

— Я не могу… — прошептала она, поворачиваясь к двери. Её ноги двигались сами собой, и вскоре она оказалась на улице, где холодный ветер обжигал её лицо.

Элизабет шла, не обращая внимания на окружающий мир. Слёзы текли по её лицу, и каждый шаг отзывался в её груди болью. Она не могла поверить, что всё так закончилось.

Она остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание, и обернулась, надеясь увидеть его следом за собой. Но он так и остался там, в той комнате, с мыслями, полными гнева и недоверия.

Элизабет заплакала навзрыд, осознавая, что потеряла его. Так глупо! Она чувствовала себя опустошённой и растерянной. В её голове крутились мысли о том, как всё могло бы быть иначе, если бы она просто не сказала то самое имя...

***

Пабло резко хлопнул дверью машины, заставляя Педри вздрогнуть.

— У тебя что-то случилось? — спросил Гонсалес.

— Всё в порядке, — буркнул он.

Педри внимательно посмотрел на Пабло, его сердце сжалось от беспокойства. Он заметил, как друг старался скрыть свои эмоции: растрепанные волосы и покрасневшие глаза выдавали его внутреннее состояние. Однако брюнет знал, что иногда лучше не лезть в душу, когда человек не готов говорить. Он решил не давить на Гави лишними вопросами, понимая, что тот сам решит, когда будет готов поделиться.

Чтобы отвлечься от тревожных мыслей о состоянии друга, Педри постарался переключить разговор на что-то более светлое.

— Знаешь, — начал он, прикусывая губу, — Бернардита пригласила меня на свидание.

— И что ты ответил? — угрюмо спросил Гави.

— Отказал, конечно.

Пабло горько усмехнулся.

— Что за реакция? — приподнял бровь Гонсалес.

— Ты что, серьёзно? — его голос стал тише, но в нём звучало явное обвинение. — Ты отказал Бернардите из-за неё? Из-за Элизабет?

Педри резко повернулся. Его глаза расширились от удивления. Он никак не ожидал услышать подобное от лучшего друга.

— Что? О чём ты говоришь? — пробормотал он, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Я просто не хочу её кормить ложными обещаниями.

— Да? — Пабло усмехнулся, в его голосе слышалась явная ирония. — Или, может быть, ты слишком занят тайными встречами с моей девушкой?

Гонсалес застыл. Это обвинение прозвучало как гром среди ясного неба. Он почувствовал, как его сердце бешено заколотилось. Тайные встречи? С Лиз? Это было настолько абсурдно, что он даже не знал, как реагировать.

— Пабло, ты с ума сошёл? — воскликнул он, его голос был полон негодования. — Между нами ничего нет! Ты вообще о чём?

— Тогда объясни мне, почему ты постоянно рядом с ней? Почему у вас какие-то секреты? — выпалил Гави. Он был вне себя. Его мысли зациклились на этой идее, и он искал подтверждение своим подозрениям в каждом действии Педри. — И почему, когда я целую её, она произносит твоё имя?!

Брюнет глубоко вздохнул, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри него всё кипело.

— Паблито, я тебе всем, что у меня есть, клянусь, что между нами ничего нет. Мы просто друзья. Я бы никогда не поступил с тобой таким образом.

Гави, казалось, не слышал его. Его глаза горели от гнева и боли, и Педри понимал, что это не просто ревность — это было что-то гораздо более глубокое.

— Просто друзья? — повторил Гавира, его голос был полон сарказма. — Ты говоришь это, как будто это что-то простое. Но ты не понимаешь, как это выглядит со стороны. Я вижу, как она на тебя смотрит, как смеется над твоими шутками. Это не просто дружба!

Гонсалес почувствовал, как его терпение начинает иссякать. Он не мог поверить, что их дружба оказалась под угрозой из-за этого глупого недопонимания.

— Я не могу контролировать, как она смотрит на меня! — воскликнул он.

— И что, ты думаешь, я должен просто сидеть и наблюдать за этим? — Пабло придвинулся ближе, его голос стал тише, но в нём оставалась напряженность. — Я не могу просто игнорировать то, что вижу.

Педри глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Он понимал, что сейчас важно говорить спокойно, чтобы привести вспыльчивого друга в норму.

— Послушай, — сказал он, стараясь вложить в слова всю искренность. — Я понимаю, что ты переживаешь. Но я никогда бы не стал вмешиваться в ваши отношения. Я ценю тебя как друга и не хочу терять тебя из-за недоразумений.

Пабло немного успокоился, но всё ещё выглядел напряжённым.

— Ты действительно так думаешь? — спросил он, его голос стал мягче.

— Да, я так думаю, — ответил Педри. — Я знаю, что ты мне доверяешь. Давай попробуем разобраться в этом вместе. Если есть какие-то сомнения или вопросы, давай обсудим их открыто.

Гави посмотрел на него с недоверием, но постепенно его выражение лица смягчилось.

— Хорошо, — наконец произнес он. — Но если я увижу что-то ещё...

— Я обещаю тебе, что между нами всё чисто и честно, — перебил его брюнет. — Давай просто поговорим с Лиз и выясним всё вместе.

Гавира кивнул, хотя на его лице всё ещё оставались следы сомнения.

— Не переживай, — сказал Гонсалес с улыбкой. — Я никогда бы не обманул тебя. Давай поедем сейчас к Лиз и поговорим вместе, хорошо?

— Хорошо, — согласился Пабло, его голос стал чуть более спокойным.

По пути к жилому комплексу, где жила Элизабет, Гави молчал. Его лицо было сосредоточенным, а глаза смотрели в окно, словно он пытался найти ответы на улице. Педри решил не нарушать тишину; он знал, что сейчас важно поддерживать своего друга.

Когда они наконец прибыли к жилому комплексу, Гонсалес припарковал машину, и они вышли. Направляясь к консьержу, который сидел за стеклянной стойкой и погружён в чтение газеты, Педри подошёл первым.

— Здравствуйте, — сказал он с улыбкой. — Мы к квартире 472.

Консьерж поднял взгляд от газеты и посмотрел на них с легким недоумением.

— Извините, но я должен вас разочаровать, — произнёс он, его голос был спокойным, но в нём слышалась нотка сочувствия. — Месье Ромеро сдал свои ключи несколько часов назад и улетел вместе со своей подругой.

Слова консьержа повисли в воздухе мёртвой тишиной. Гави и Педри обменялись ошарашенными взглядами. Внутри у обоих всё перевернулось.

— Как это улетел? — произнёс брюнет. — Когда они вернутся?

— С блондинкой? — спросил Пабло, его голос дрожал от волнения.

Консьерж пожал плечами.

— Я не знаю. Они не оставили никаких сообщений о возвращении. Просто сказали, что уезжают на некоторое время. И да, блондинка очень сильно плакала.

Гави почувствовал, как его сердце забилось быстрее.

— Вы не знаете, куда они уехали? — спросил Педри, стараясь сохранить спокойствие.

Консьерж снова пожал плечами.

— Ничего больше не могу сказать, извините.

Пабло выглядел потерянным. Его лицо побледнело, и он сжался в себе, словно пытаясь защититься от реальности.

— Это не может быть правдой, — прошептал он. — Она не могла просто так улететь…

Педри думал, что сейчас нужно что-то сказать другу, но сам он был в смятении. Все его старания объяснить ситуацию Гави казались тщетными.

— Давай попробуем связаться с ней, — предложил он. — Может быть, у неё есть какие-то объяснения. Тем более, ей же завтра на работу; она наверняка там появится.

Гави кивнул, хотя его глаза всё ещё были полны растерянности и боли. Они оба знали, что эта ситуация требует немедленного решения. И сейчас им нужно было понять, что происходит на самом деле.

От Автора:tg: spvinsattiУзнавай первым о выходе новых глав и многое другое! Сегодня вместе смотрим матч =)