XXII: Там, где находится падший борт

Небо

Я присел под деревом, скидывая капюшон. Было уже темно, и я находился далеко от города, из которого ушёл ещё на рассвете — там я закупался едой. В этой сказке жарило лето, так что было довольно душно. Однако, чем дальше от городов, тем больше воздуха, чтобы распрямить копыта и полежать под листвой деревьев.

Я аккуратно достал из своего мешка завёрнутую в пакетик булочку — это всё, что осталось из захваченного мной перед тем, как уйти от Океана.

Я обязательно вернусь к тебе, брат.

Подумав ещё секунду, я всё-таки жадно откусил. Тесто было тонкое и слоёное, а внутри — нежный творог. Стряпня Океана была превосходна, но по нему самому я скучал больше, чем по тому, что он готовит. Я откусил ещё кусочек — творог таял во рту, и я невольно начал думать о том, как там Океан. Чем сейчас занят, всё ли с ним хорошо. 

При себе у меня была также фляга с ромашковым чаем — ещё горячая, в городе приобрёл. Напоминало о доме.

А вот суть моего путешествия... Не сказать, что я потратил слишком много времени на поиск ответов, однако же кое-что уже нарыл.

Первое заключалось в том, что Падших стало намного больше в сказках и мифах. Ладно, мифы — это разбойный мир, но сказки... Невольно думалось — неужели Вдохновение за несколько дней успел так наследить в их магическом сообществе? Слабо верилось. Но этот парень мог всё, что угодно, так что сомнения стоило оставить на потом.

Я съел уже половину булочки.

Второе — Падших королевство не могло отловить. Ни единого не поймали с тех пор, как к нам присоединился Принц. До меня из города также дошли слухи о том, что последний наследник, некогда известный как тяжело больной, сбежал — некоторые шептались, что это был не первый случай, так что армия и стража ослабла, да и сами Падшие, кажется, решили сойтись вместе и дать отпор похитителю ключей или тем, кто пытается словить их и убрать с улиц сказок.

Булочке пришёл конец.

Я облизнул губы и потянулся. Третье, что мне удалось разузнать, — принц Лёд, как его уверенно все называли, сбежал с кем-то, объявленным в розыск в областях сказки Дворца, где витает погибель любви. Вдохновение это или некий недавно замеченный с Курильщиком сообщник — узнать уже не вышло, но возник вопрос: что им понадобилось во дворце и почему брат Принца помогает тем, кто сделал из близкого ему человека Падшего? Слухи эти распространились, скорее всего из-за того, что власти растерялись в отсутствие правителя и решили, что им поможет народ. Я не сомневаюсь — в этом помог этот сумасшедший, который верит в какие-то странные вещи. Те, что сам называет религией. Нет, я не имею против чужих убеждений совсем ничего — да и все знали, что такое, вроде как, существует в ином мире.

В общем, командование дворцом взял на себя этот праведник, но почему дворец не развалился, если Вдохновению удалось заполучить ключ от его сказки? Моя история тут же разрушилась — уверен, всё моё поле до сих пор окрашено в алый. Подобные мысли не давали мне покоя — что за власть у Принца и его брата, что их правительственная сказка до сих пор жива?

Шорох отвлёк меня. Тихий топот чужих ног, свист воздуха, спровоцированный тем, что пустое пространство рассекали каким-то лезвием. Чужие голоса.

— Говорю тебе я точно, мир человека одного разрушить он пытается досрочно.

— Да перестань, балда. Это ты его упустил тогда, я всего лишь выполнял заказ! Ох, мы уже сто раз это обсуждали. Я не знаю, зачем тому парню это понадобилось, но было приказано убивать всех, кого он попросит. Ну да ладно, ты мне важнее, чем какой-то там заказчик.

Голоса слышались отчетливо и... Убить? Что же это за чудовища такие...

Я схватил сумку, накинул капюшон и спрятался за стволом дерева. Мне повезло, что было темно. Мистика просто какая-то. Третий голос показался мне до боли знакомым.

— Ребятки, о чём вы это? Я отлетел на пару секунд, а вы уже спорите! Секретики?

Последний голос был высоким и звонким. Я порылся в памяти, пытаясь вспомнить, кому же он может принадлежать. Слышал я его один раз и, кажется, злился на его обладателя...

— Чудесник, мы просто обсуждали наши общие заказы, — обладатель второго голоса вонзил что-то в соседнее дерево. Нож? Меч? Топор? Секира. Я невольно поморщился — причинять явную боль природе было как-то мерзко. Этот голос был странным, я даже не мог понять, женский он или мужской. Такой мягкий, но вроде и с другими оттенками. Желчи, коварства, жизнелюбия — и любовью отнимать эту жизнь.

Первый голос говорил загадками. Он был низким и грубым. Это меня заинтересовало, и я всё же выглянул.

Итак, последний голос принадлежал Чуду. Чуду, который меня вроде как спас, позвав Океана, а вроде как и забыл о том, что я просил его сделать. Он может всё, что угодно, и что? Где ключ от моей сказки в его руках? Что-то не видно!

Нет, я не виню никого, но он ведь обещал. Так и знал, что никому нельзя верить в этом мире.

— Я вынужден сказать был то, что считаю нужным. Теперь молчу как рыба я, забудь, Чудовище, все те слова.

Чудовище, видимо, пожало плечами и довольно улыбнулось.

— Всё хорошо. Так что, новых Падших ещё не видать нигде?

— Не-а, никого, ребята.

— А как же тот мальчишка, фавн который, кажется, ты где-то у себя его приютил?

По спине у меня пробежала дрожь. Такое ощущение, что они просто смеялись надо мной, так как знали, что я тут. Я ожидал того, что Чудо скажет, что я у Океана, и они отправятся за мной, либо просто обернутся и найдут меня в метрах пяти от себя прямо сейчас.

— Небушко? Ну, что же, имею честь знать, где его приют сейчас, но вам я не скажу. Потому что к нам Падшие приходят добровольно, а не как в армию по призыву, глупые.

Чудовище раздражённо фыркнуло, поправляя свою маску в виде морды красного волка.

— Ладно. Но, знаешь... — Чудовище вытащило секиру из ствола дерева и помахало ею. — У меня такое странное ощущение, что за нами следят.

Падшие? Это и есть та группировка, которая собирает Падших, и они решают, что дальше им делать? Чёрт.

Я вылез из кустов, подняв руки вверх. Чудо обернулся, паря в воздухе, словно призрак, и когда до него дошло, кто скрывается во тьме, он захлопал в ладоши.

— О, козлик!

— Я наполовину баран.

— Разве вы обычно не козлы?

— Нет, я необычный фавн.

— Вот дела-то.

Чудовище сначала удивленно меня разглядывало, а после улыбнулось, сощурившись, и опустило оружие.

— О, так это и есть тот самый фавн? Надо же, упомяни солнце — оно снизойдёт к тебе с небес.

— Да уж, забавное совпадение, — я понял, что при разговоре с реальными существами у меня снова начал дрожать голос, но меня это не волновало. — Можно присоединиться к вам?

Чудовище переглянулось с Монстром, тот смотрел угрюмо или, скорее, безразлично из-под своей серой маски-волка, потому Чудовище улыбнулось и кивнуло.

— Конечно. Добро пожаловать на наш Падший борт!

Никто

Сюрпризы Небо, конечно, любил, но не такие. Почему-то Монстр и Чудовище быстро забыли о нём после знакомства, а вот Чудо летал вокруг Неба и расспрашивал обо всем. Но Небу тоже удалось узнать новое — оказалось, что Чудо решил, раз не может найти Вдохновение, то он сможет собрать Падших, чтобы потом Вдохновению стало очень и очень плохо. Он искал потерявших свои сказки и помогал Падшим сбегать от стражи, укрывая в своём скрытом лагере. Небо задумался над тем, так ли уж Чудо и ужасен.

Когда они добрались до выбранного места, не решаясь показывать Небу окрестности — только главный штаб, Монстр и Чудовище удалились.

Лагерь представлял собой отдельную сказку — видимо, хозяин её сам Падшим не был или Чудо просто предложил ему «отдохнуть». Это был не слишком крупный дом — мраморные стены, небольшие колонны. Чудо провёл Небо внутрь, где почти сразу Небо увидел другого Падшего, но тот молча прошёл мимо. Другая, не менее неприветливая, задела Небо плечом, что-то шепча себе под нос. Оборачиваясь по пути на уходящих куда-то существ, Чудо окликал их, и, к удивлению Неба, они довольно скоро возвращались обратно. Они вновь оказались на улице, выйдя через другую сторону дома во двор. Там их уже ждало пять существ, сколько насчитал Небо, но видел он не всех — некоторые сидели в тени или укрывшись своими плащами. Позже пришли ещё двое. Небо тут был восьмым Падшим. Он оглядел помещение более сосредоточенно и наконец увидел фигуру, прячущуюся в тени колонн, которые держали крышу над их головами, напоминая беседку без пола. Чёрные одеяния, закрытые повязкой глаза.

Принц смотрел на Небо, хоть взгляда его видно не было — фавн просто чувствовал. Он в лёгком ужасе и настороженности прижал бараньи уши к голове и нахмурился. Именно Принц отдал приказ об изгнании Неба с Площади, где вечно гуляют выжившие, и это было разумно — одна прорицательница предсказала ему, что он вскоре совсем потеряет рассудок и будет слышать голоса в голове. Быть может, она была права, но изгнать существо ради безопасности других, даже не зная правдивости причин такого заключения, казалось Небу несправедливым решением. Может быть, кто-то ослушался Принца или исковеркал приказ? Кто знает, но как бы там всё ни складывалось, бывшего верховного правителя сказок остерегаться стоило.

— О. Само Небо тоже пало. Кажется, мольбы других небу и звёздам всё же не были услышаны. Забавно, какие мы! Неуслышанные небом.

Фавн сжал кулаки, борясь с желанием врезать Принцу. Последний же сочувственно покачал головой.

— Довольно. Пора принять решение.

Небо попытался отвлечься от нелюбви к тому, кто выкинул его из общества, как облезлую крысу, и оглядел собравшихся вновь.

Один был молодым парнем с болезненно-зеленоватым оттенком кожи. Из таких же зелёных коротких волос у него росли цветы, грибы и прочие растения. Не только из волос — руки и одежда были словно плодом гербария, а волосы на руках напоминали редкий мох.

Вторая Падшая — пухлая девушка, коротко стриженные волосы цвета теплого коричного шоколада, глаза — темнее, уже как горький шоколад, который создают гномы. На ней были ободранные до колен штаны, ноги разодраны, на симпатичном лице — синяк, и смотрела девушка угрюмо и отстранённо.

Третий Падший — кентавр с грубыми чертами лица, бородкой и лиловым оттенком волос, а четвёртая — маленькая девочка-эльфийка с умными серыми глазами и чернильными волосами.

Пятый — молодой человек-альбинос в обществе пауков, свисающих на паутине с его шеи, волос, одежды, и, наконец, шестая — девушка со светлыми глазами, хрупкой фигурой, волосами цвета нежных роз и красивой, доброй улыбкой, как могло показаться с первого взгляда. Нимфа? Небо невольно загляделся на последнюю Падшую — она была единственной в этой комнате, кто улыбался. Его обзор прервали чужие голоса.

Кентавр начал первый:

— Он что, глух, как и Ил?

Небо аж привскочил, цокая копытами и оборачиваясь к собранию Падших. Он даже не заметил, как отключился от реальности, как вновь ушёл в мир собственных мыслей. Но разглядывать других было намного лучше, чем разглядывать собственные иллюзии. Кентавр, кажется, был удовлетворён реакцией Неба.

— В общем, этот бандит способен стирать нашу память. Только вы двое, Принц и Небо, помните о нём всё, что знали и раньше. Это странно. В нашем же случае он гипнотизирует, таким образом заставляя терять рассудок и отдавать ему ключ от сказки. Это похоже на вашего, хм, Вдохновение?

Принц молчал, пялясь в пол сквозь свою чёрную повязку. Тогда слово взял Небо.

— Нет. Вдохновение, позвольте заметить, заставляет проникнуться ненавистью к себе, давит с помощью своего дара красноречия на самое больное. Так он и отбирает ключи.

— То есть у нас тут два психа в союзе Падших? Кроме Чуда, конечно. С ним и так всё давно ясно, — на этот раз голос подал альбинос.

— Очень смешно! — улыбнулся Чудо ему в ответ, поднимая руку и грозя применить свою сладостную магию.

— Нет, — прервал их Принц. — Это значит, что...

Его в свою очередь аккуратным взмахом руки остановил мальчик-растение по имени Ил, жестами своего языка глухонемых заканчивая очевидный вывод.

«Их двое».

Тех, кто лишает своего дома — своих сказок, остальных.

Океан сидел на кухне и в сотый раз перечитывал записку, оставленную Небом.

«Дорогой Океан!

Я вынужден отлучиться, но постараюсь вернуться ближе к вечеру. Ну, максимум через день-другой буду дома! Настоятельно рекомендую тебе взять небольшой выходной от работы, я переживаю за твоё здоровье. 

Пожалуйста, не ищи меня, если я пропаду. Я вернусь».

Он не спал с тех пор вообще. «Четыре-пять дней, вроде. Или больше», — как думал он сам. Океан ощущал ответственность за брата. Он в последние дни места себе не находил — Неба не было около четырех дней. Кажется, Небо сам там потерял счёт дням, а может быть, с ним что-то и приключилось. Он же Падший. Их ищут, пускай ситуация в главном дворце не особо радует стражу и прислугу. Об этом Океан тоже был осведомлён. Ему пришлось взять отгул с работы. Море его заменит. И он напёк столько всего — шоколадный торт, клубничный кекс по рецепту эльфов, ягодно-молочный пирог. Это успокаивало, отвлекало. Но ждать ещё дольше он не мог. Надо работать. Надо помнить о времени. Надо заботиться о тех, кто всё ещё рядом.

Океан встал и убрал записку под банку с вишнёвым вареньем. Пройдя в гостиную, он лёг на диван, устало массируя пальцами переносицу.

В дверь постучались. На долю секунды... нет. Это было нереально — Небо не стучит так сильно, и он бы представился.

Океан поправил рубашку, подошёл к двери и открыл её — сказка тут была мирная, никаких происшествий. Но «миру» доверять тоже не стоит. С ним учтиво поздоровались, Океан ответил тем же. Спросил, чем обязан.

Незнакомец ответил, что ничем, и ударил Океана по голове чем-то напоминающим увесистый кусок дерева, вырезанный и обработанный как оружие. Океан успел только подумать, что у незнакомца довольно необычные глаза и от него пахнет болью. И тоской. Ненависти было в нём мало. Несмотря на то, что Океан потерял сознание от тяжелого удара — злобы его нос не учуял.

Такое случается — боли много, и все почему-то хотят с ней вежливо поделиться.