Глава 48. «Глубже»🔞

Он был талантлив. Он давал ей настоящий ЧХС — Чертовски Хороший С*кс.

Стиг ЛарссонДевушка, которая играла с огнём

— Я думал о тебе каждый день, — шептал он, губы касаясь шеи. — Я думал, что потерял тебя... ты даже не представляешь, как дорога мне, Тамирис...

— Я тоже... — выдохнула она, обвивая его тело руками, чувствуя, как его жар разливается по её коже.

В эту ночь мир вокруг исчез. Только они — два тела, два сердца, два дыхания, соединённых огнём и страстью.

— Я не позволю им разрушить нас снова, — сказал Сулейман, прижимая её к себе. — Я заберу тебя отсюда. Мир пусть рушится — я защищу тебя.

— Ты нужен мне, Сулейман. — посмотрела она ему в глаза.

— Твое сердце все также пылает огнем при виде меня, Тамирис? Ты все также любишь меня?

— Люблю...

— Почему ты полюбила меня? Я ведь такой взрослый мужчина, такой плохой...

— Мое сердце оно выбрало тебя, Сулейман. Ты был моим первым мужчиной... — она не успела договорить, как он перебил её.

— И последним. — Сказал Сулейман и тут же впился в её пухлые губы. Он жадно целовал её, кусал губы, шептал неприличные вещи, после чего ворвался в её рот, дразня своим языком её язык и нёбо. Его руки блуждали по её обнаженному телу, их обоих охватила дикая страсть. Он наконец оторвался от её сочных губ, толкнул на кровать.

— Раздвинь ножки, малышка! — Она послушно выполнила его просьбу, раздвинув ноги, Сулейман еле сдерживался, он наклонился и вдохнул её аромат киски, а Тамирис застонала, опираясь руками на изголовье кровати. Когда его язык коснулся её половых губ, Тамирис больно закусила губу, аж до крови, она не могла противостоять этим ласкам...

Языком он начал медленно раздвигать каждую складку, касаясь каждого сантиметра её влажной и эрогенной зоны. Он губами посасывал жаждущий бугорок, после чего пальцами нежно раздвинул шире её киску и начал касаться языком её мокрой дырочки.

— Сулейман! Прошу! - Она задыхалась, - я не могу... я больше не могу!

— Так быстро? Я ведь даже не начинал... — он усмехнулся. Его язык снова коснулся мокрых складок, она застонала во весь голос, понимая, что каждое его прикосновение заставляет её сердце разбиться на сотни тысяч осколков.

— Сулейман! — Она так и желала жадно потереться об его лицо, но он резко привстал.

— На колени! Живо! — Приказал он и она тут же вскочила с кровати. Он расстегнул ширинку брюк и достал свой стоячий колом член, провел покрасневшим кончиком по её пухлым губам. —  Открой широко рот! — Она послушно приоткрыла рот и его член медленно вошел, она старалась держаться, дышать носом и не двигаться лишний раз, так как рвотные позывы могли дать о себе знать. Он обхватил руками её голову и начал сама медленно ускорять темп, вперед-назад, двигаясь в ее рту, представляя, что это её влажная киска...

— Позволь мне войти еще глубже, Тамирис! Я же знаю, ты любишь делать папочке приятно! —Он прикрыл глаза, больше не сдерживал свой горячий пыл и начал грубее толкаться в нее. Он вышел, она откашлялась. Сулейман схватил девушку за плечи и приподнял, толкая её к стене лицом. Он встал позади, прижал её.

— Я часто думаю над тем, что мне стоило бы убить тебя в ту роковую ночь, когда ты отдала мне свою девственность. Ведь, если бы я убил тебе, то, наверное у меня не было бы столько проблем...

— Почему тогда, ты не убил меня?

— Потому что полюбил! — Он разозлился и начал грубо и жестко шлепать её по ягодицам. Тамирис зажмурила глаза и стиснула зубы от боли. Когда он остановился, её ягодицы покрылись бордовыми пятнами, он взял её две половинки и раздвинул их. Тамирис испугалась, она тут же попыталась прикрыть себя рукой, но он ударил её по руке.

—  Ты вся принадлежишь мне, разве ты это забыла? — Он приблизился к ней и его член уперся в её попку. — Хочу в твою тугую дырочку... хочу, чтобы ты стонала от боли и возбуждения. — Он взял в руки свой член, провел его по её мокрой киске, тем самым смазывая свой орган, после чего начал толкаться в её тугую дырочку. Медленно, он вошел в нее. Тамирис закричала.

— Расслабься!

— Ты очень тугая... и вся моя... — он застонал, медленно начал двигаться в ней. Его правая рука полезла к её киске, он начал тереть её бугорок, в этот момент, Тамирис полностью потеряла контроль над своим телом. Она позволила ему взять её грубо и грязно. Он приподнял её ногу, чтобы войти еще глубже. Она стонала вместе с ним. Наслаждение накрывало их обоих.

— Я очень тебя люблю, Тамирис! Я готов свою жизнь отдать за тебя! — Он резко вышел из нее, повернул девушку к себе лицом, подхватил её и резко вошел в её киску. Она обхватила руками его шею и закричала, содрогаясь в безумном кайфе и удовольствии.

— Ты только моя! — Он застонал ей в губы и излился глубоко в её киске.

Тамирис зажмурилась, позволяя себе раствориться в этом моменте. Она чувствовала его каждое движение, каждое прикосновение, как обещание, что теперь они — только друг для друга.

И под шум прибоя, в свете луны, в этом тихом, но полном страсти доме на утёсе, их тела говорили то, что слова не могли передать. Они были вместе — против мира, против предательства, против всех врагов. Они были друг для друга вечностью, которая началась этой ночью.

***

Ночь в Измире была прозрачной, как дыхание моря. Сквозь полупрозрачные шторы в комнату лился свет луны — мягкий, серебристый, словно кто-то пытался осветить их судьбу последним прощальным взглядом.

Тамирис лежала в кровати, Сулейман сидел в кресле и курил сигару. Она встала и подошла к нему, присела на колени. Он обнял её и носом зарылся в её волосы.

— Знаешь, — прошептал он в её волосы, — я думал, что смогу жить без тебя. Но не смог.

— Ты уже говорил это...

— Тогда не понимал, насколько это правда.

Он развернул её к себе. Их взгляды встретились.В его глазах — ночь, усталость, мольба. В её — страх и любовь.

— Я люблю тебя, Тамирис, — сказал он. — Не игрой, не страстью. Ты — моя тишина, мой покой.

— Тогда почему всё так больно, Сулейман? Почему с тобой я всё время плачу?

Он не ответил. Только прижал её к себе и поцеловал. Поцелуй был не мягким, не обещающим — а отчаянным. Как признание вины.Он гладил её волосы, шептал её имя, словно молитву. Она дрожала, но не от страха — от того, что снова позволила себе любить.

Он оторвался от её губ. Заправил пряди её непослушных волос за ухо. И вдруг сказал спокойно, почти мягко:

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Тамирис повернулась к нему.— Что?

Он взял её за руку.— Второй женой.

Тишина ударила в грудь, как нож.Она долго смотрела на него, не веря, что слышит эти слова.

— Второй?.. — повторила она глухо. — Ты серьёзно?

Сулейман вздохнул, опустил взгляд.— У нас другие законы, Тамирис. Так будет правильно. Ты будешь под моей защитой. Я не смогу развестись с Фатимой — у нас дети, семья, имя... Но я дам тебе всё, чего ты захочешь. Я всегда буду рядом.

Она посмотрела на него так, будто видела впервые.— Всё, кроме себя, да?

Он молчал.

— Ты говоришь о любви, — голос её дрожал, — а сам предлагаешь мне место в твоей тени.

— Это не тень...

— А что же это тогда, Сулейман? Благотворительность?

Он резко встал, она сделала шаг назад.— Я пытаюсь защитить тебя.

— Нет, — она покачала головой. — Ты пытаешься защитить себя. Свой комфорт. Свою жизнь.Ты хочешь и власть, и семью, и... меня. Но не любовь.

Он резко схватил её за запястья, притянул.— Замолчи, Тамирис. Я тебя спасал, я ради тебя...

— Ради меня ты убивал. — Она оттолкнула его. — Ради меня ты стал монстром. Чудовищем, у которого руки по локоть в крови. Ты только посчитай скольких ты убил!

Он застыл. В его глазах мелькнуло что-то хрупкое, человеческое, но тут же погасло.

— Тогда, тебе стоит родить от меня ребенка. В таком случае я отпущу тебя.

— Сейчас я рада, что не беременна от тебя, Сулейман.

— Если ты забеременеешь, — произнёс он глухо, — ребёнок будет жить со мной. Это мой долг.

— Что?

— Так надо. Я не позволю, чтобы мой ребенок рос вдали от отца.

Слёзы блеснули в её глазах, но она не заплакала. Только холодно улыбнулась.— Вот она, твоя любовь, Сулейман. Цепи и правила.Ты сломал мою жизнь, а теперь хочешь сломать моё сердце.

Он сделал шаг, но она отступила.— Уходи.

— Тамирис...

— УХОДИ! Я не хочу тебя видеть!

Он посмотрел на неё — долго, тяжело.Потом взял пиджак, бросил взгляд на окно, где дрожало отражение луны.

— Ты пожалеешь об этом, — сказал он тихо и ушёл, не оборачиваясь.

Дверь захлопнулась.

Тамирис стояла, глядя в пустоту. В груди — боль, но где-то под ней рождалась странная лёгкость. Она наконец увидела его без иллюзий.И поняла: любовь, которая требует покорности, — это не любовь.

Она подошла к окну, и ветер развеял её волосы.Где-то вдалеке гудел мотор — он уезжал.Наверное, туда, где его ждала другая женщина, не будь та самая тайная жена Малика.

И в этот момент Тамирис впервые не заплакала.Она просто закрыла глаза и прошептала:— Пусть он уходит. А я начну заново дышать. Я не согласна стать его тенью. Я должна быть его светом, а не тьмой.

От автора:

Всем приветик мои хорошие ❤️ Как вам глава?

Неужели, Тамирис и Сулейман расстались? Это конец их любви?

Что вы думаете?

Остается 3 главы до окончания 🔥

Пишите скорее свое мнение в комментариях ❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️