Глава 37

Солнце прячется за тучами, на улице делается пасмурно, вероятней всего намечается дождь. На улице ветер, который бьётся морозом в лицо. Пока не начался дождь, я бегу к Тому. Но видимо, я не успею. Начинает капать.Везение - это не моё. Я бегу со всех сил, мне остаётся совсем немного. Добегаю к дому и стучу. Побыстрее бы он открыл эти чертовы двери, не хочу мокнуть под дождем. Дверь открывается. Я вхожу.

— Привет, — целую парня, и начинаю разуваться.

— Может переоденешься? Я же тебе говорил, что давай я за тобой приеду, а теперь ты вся мокрая, а могла быть мокрой только... — перебиваю Тома.

— Том, я забежала ещё к отцу. Кстати, ты у него давно был?

— Недавно, а что? Ты выглядишь встревожено, что-то случилось? — мы проходим дальше.

— Тогда ты должен знать, что у него происходит на личном. Я не слепая, и вижу, что он стал более весёлым. У него по дому появились женские вещи, которые точно не мои. Естественно он мне ничего не говорит, но я догадываюсь, что у него кто-то есть. Я права? — тараторю я.

— Эм... ну... наверное.

— О Господи, больше ничего не говори. Я не желаю знать кто она. Точнее желаю, но боюсь. Ты же всё знаешь, тогда не я пойму. Почему я, ничего не знаю?

— Потому, что это личное Алекса, и если он захочет, то всё расскажет сам.

— Но ты знал, и даже не намекнул мне. Я понимаю, что это личное отца, но мы с тобой не чужие, и я думала, мы делимся всем, что происходит вокруг нас. — Том подходит ко мне и обнимает, вдыхая мой аромат.

— Ты желаешь знать, что за девушка появилась у Алекса?

— Да, точнее нет. Прошу, не говори, я не смогу это принять. Я настолько привыкла к тому, что отец только мой и больше ничей, что в голове не укладывается, что он может быть с кем-то ещё помимо меня.

— Все мы люди. Каждый хочет быть любимым и самим любить. Ты думаешь, он легко на нас может смотреть? Алекс смирился, смирись и ты.

— Не могу, Том. — проныла я.

— Ты об этом хотела поговорить? Просто мне казалось, что это касается нас.

— Да, нас. — мы сели на диван.— Разговор будет тяжёлым и возможно мы поссоримся, но это только в худшем случаи, зная твой характер.

— Та-а-к, я тебя слушаю. Что снова не так? — я закрываю глаза, и делаю вдох.

— Том, я против того, чтобы ты играл в хоккей. Каждый раз, когда я вижу, как тебя там прессуют, я понимаю, что это игра, и это игровые моменты, но смотреть на это — я не могу. Я постоянно закрываю глаза, когда возле тебя кто-то есть. Я и вправду старалась молчать и делать вид, что всё хорошо пять игр подряд, но я больше так не могу. Очень сильно за тебя волнуюсь. Перед глазами та жуткая картина из Казахстана. Я очень боюсь тебя потерять. Очень боюсь представить тебя в инвалидной коляске. Пойми, ты ходишь по острому ножу. Одно неверное движение и ты овощь. У меня есть основания переживать и бояться, я люблю тебя и никогда в жизни не прощу себя, если с тобой, что-то случится.

— Аманда, мы разговаривали с тобой на эту тему и не раз, ты же знаешь, что я выйду на лёд, чтобы со мной не случилось. Мне сделали операцию, док меня осмотрел и допустил к игре, а это значит, что повода для паники, у нас нет.

— Есть! Том, извини, но я реалист и даже песимист. Что мы будем делать, если с тобой, что-то случится?

— Скажи, ты к чему ведёшь? Если ты хочешь, чтобы я бросил хоккей — этого не будет. И ты, это прекрасно знаешь!

— Однажды может случить страшное, и ты будешь сидеть в инвалидной коляске, что тогда? Ты подумал про меня?

— Если ты не хочешь мужа, не знаю там, парня инвалида, то ты можешь в любой момент уйти, бросить меня. Сделай это, пока не поздно.

— Хорошо, тебе насрать на меня, тогда подумай про своего сына! Ты для него авторитет. Он мечтает быть похожим на тебя, а ты? Что тогда будет?

— Блять, Аманда, мы заканчиваем этот разговор. — Том встаёт из дивана и уходит на улицу, громко хлопнув дверью.

Я знала, что так будет. Знала к чему приведет этот разговор. Но я же для него хочу как лучше, я желаю ему только лучшего. Даже если он будет инвалидом, я буду с ним, я очень сильно его люблю. Мне кажется, что жить без него — я уже не смогу. Встаю из дивана, и выхожу на улицу к Тому. Он стоял возле двери и курил.

— Угостишь? — спрашиваю я.

— Ещё чего. — рявкнул Том. Скрестив руки, я цокаю языком.

— Тебе тоже нельзя, у вас игра на носу, а ты куришь. Ты никогда не куришь перед играми, что сейчас изменилось? Я перестаю тебя узнавать.

— Мне нужно было это сделать. — Том делает затяжку. — В твоих глазах, я опустился?

— Что? Нет конечно. — я обнимаю парня, он в ответ обнимает меня одной рукой.  — Просто в последнее время, ты сам не свой. Я не понимаю, что с тобой происходит.

— Давай выпьем? — Джонс устало смотрит на меня.

— У тебя игра. Какой нахрен алкоголь? Единственное, что тебе можно, так это фруктовые чаи, которые очень полезны для здоровья.

— Один раз. Ничего не будет. — целуя меня, упрашивает Том.

Долго сопротивляться, я не смогла. Почти сразу я согласилась. Том прав, из-за одного раза ничего не будет, но если кто-то узнает из наших, что мы принимали алкоголь, для нас всё может закончится печально. Я тоже хочу выпить, мне тоже нужно расслабиться. Может в алкогольном состояние, я смогу уговорить Тома бросить хоккей. Шансы невелики, но я попытаюсь.

Том открывает бутылку виски и наливает нам в стаканы. Виски мне нравится, но я бы предпочла, что-то не такое крепкое, но я молчу. Мне нужно вывести на разговор Тома, а виски, мне в этом поможет. Мы сидим друг на против друга. Не зная, что друг другу говорить, мы молча выпиваем по пару стаканов. Я отвыкла пить крепкий алкоголь так часто, поэтому меня накрывает с первого стакана. В голове всё кружится, в глазах темнеет, разум отключается, мне делается весело и кроме как танцевать, больше ничего не хочется. Та и настроение портить себе бессмысленным разговором, я не хочу. Мы затронем ещё тему хоккей и не раз, но точно не сейчас.

— Том, давай потанцуем. — тяну его со стула, чтобы пойти танцевать.

— Нет, я не умею. Ты танцуй, а я смотрю.

— Пошли на диван? Там места побольше. — говорю я и ухожу, Том что-то бубнит себе под носа, но идёт следом за мной.

На телевизоре играет музыка. Чувствую себя в своей тарелке, поэтому не сажусь на диван, а начинаю петь песню и танцевать по дому. Том сидит на диване, пьет с бутылки виски и смотрит на меня. Его глаза блестят, а это говорит о том, что он уже пьян. Я закрываю глаза, отдаюсь полностью музыке и танцую, ощущая себя на танцполе. Представляю себя на большой сцене, там где мне все хлопаю и хотят быть похожим на меня. На смену веселой музыке, приходит спокойная и грустная. Сажусь на руки Тому, обвиваю руками его шею и целую. Его руки отказываются на моих ягодицах, крепко их сжимая. Я начинаю стонать, пытаюсь завести его, медленно двигаю бедрами.

— Хочешь сделаю тебе приятно? — игриво спрашиваю я. Том усмехается и начинает пить, передает мне, и я делаю глоток.

— Как? — спрашивает парень.

— Сейчас увидишь. — целую его в губы, встаю с его колен, и сажусь на пол.

Растёбываю штаны Тома и спускаю до колен. Вижу как у него встал стояк. Меня это ещё больше заводит, я снимаю с него боксеры. Том смотри на меня, будто он меня заставляет.

— Малыш, ты уверена?

— Да. Я хочу попробовать. — отвечаю. — Управляй мной.

Я беру в свои руки его член, Том закрывает глаза и тяжело вздыхает. Я медленно и не очень сильно провожу вверх, после чего вниз. Из Тома вылетают стоны, я улыбаюсь. Нагибаюсь сильнее и беру в рот. У меня появляется рвотный рефлекс, но пытаюсь на этом не сосредоточиваться. Я перешагну себя, перетерплю всё, чтобы сделать Тому приятное. Нежно провожу языком по всему члену, Том наматывает мои волосы себе на руку, он начинает мне помогать двигаться. Он сидит с закрытыми глазами, с его уст вылетает моё имя, что мне доносит большое удовольствие. Пытаюсь не зацепить его член зубами.

— Малыш, ты не против, если я кончу тебе в рот? — часто дыша, спрашивает Том. Я согласительно качаю головой.

Продолжаю водить языком вверх, опускаясь на низ, помогая себе руками. Том мне помогает и тогда, когда нужно корректирует мои движение. Я чувствую, как Том напрягается, все его мышцы напряглись, всё делается твердым. Я начинаю ускоряться, чтобы процесс шел быстрее.

— Аман... — Том не успел доказать.

Жидкость льется мне в рот, я её сглатываю. Всё кончается, я поднимаюсь и вытираю рот рукой. Том усаживает меня на свои колени и целует. Я думала, что парни брезгуют после этого дела целоваться. Видимо я ошибалась.

— Мне так хорошо, ещё никогда не было. — сквозь поцелуй, говорит Том. Я улыбаюсь. Рада, что ему понравилось.

Том кладет меня на диван, повисая сверху. Наш поцелуй скаждой секундой превращается в страстный и жадный. Его руки залезают мне под кофту, сжимая мою грудь. Я скидываю с себя кофту и кидаю её куда-то в сторону. Джонс умело снимает с меня бюстгальтер. Начинает целовать мою грудь, нежно покусывая соски. Я начинаю выгибаться, внизу начинает болезненно пульсировать. Снимаю с него футболку и принимаюсь целовать его торс, проводя рукой понизу живота. Том снимает с меня штаны. Его пальцы делают мне приятно. Я начинаю тихо стонать, мне перестает хватать воздуха, в комнате кажется ужасно жарко. Том целует тыльную сторону бедер, доходя к чувствительному месту. Его язык начинает делать со мной такое, что я готова сделать всё, чтобы это не прекращалось.  Том наводит головку члена и начинает входить меня. С меня вылетают стоны, Том глушит их поцелуями. С каждым толчком он становится быстрее и грубее. Мне безумно это нравится, я теряю голову. Молю, лишь бы это не заканчивалось.Всё внутри каменеет, я крепко сжимаю плечи парня. Мне нужно за что-то держаться.

— Давай малышка, кончай. — часто дыша говорит парень.

Я закрываю глаза, наслаждаюсь этим. Внутри будто происходит ураган, мне делается приятно, по телу приятная дрожь. Том закатывает глаза от того, что ему нравится. Его толчки делаются ещё быстрее, хотя кажется, что быстрее уже и невозможно. Том стонет, и выходит с меня. Его сперма разливается по полу. Он ложится возле меня, убирает мои налипшие волосы со лба и целует в висок. Между ног всё пульсирует. Мы с Томом тяжело дышим. Пока никто не может отойти от того, что было только что.

— Я надеюсь ты успел? — часто дыша, спрашиваю я. Ведь Том снова был без презерватива.

— Боишься? — целует меня в щеку и улыбается.

— Том, ты успел? — более настойчивее спрвшиваю я. Меня не устраивает его ответ.

— Успел. Нужно здесь прибрать. — Джонс встаёт, делает глоток виски, одевается и начинает убирать. Я тоже одеваюсь и смотрю на то, как Том убирается.

— Мне нужно сходить к врачу. Потому что однажды, мы с тобой доиграемся. Пока не поздно, нужно начать пить таблетки.

— Может задумаемся, чтобы стать одной семьей?

— Том, какая семья? У нас и так всё хорошо. Через месяц я уезжаю, ты будешь здесь, а я там, мы перестанем часто видеться. Ты знаешь, что я не люблю эти свадьбы и всё, что к ним относится. — Том садиться возле меня и обнимает. Я кладу свою голову ему на плечо, обнимая Тома за талию.

— Давай распишемся?  — говорит Том. Я поднимаю свой взгляд на парня.

— Такое ощущение, то, что я только что рассказывала не тебе, а стене. Том, я не хочу жениться.

— Мы просто распишемся. Не хочешь свадьбы, прекрасно, её не будет. Но когда ты уедешь, я буду спокоен. Буду знать, что ты замужем, и тебя там никто не тронет и пальцем.

— Я как и любая девушка, желает красивого предложение руки и сердца. Как романтично, пьяный Том, после секса решил сделать предложения. Детям так и будем рассказывать?

— Хочешь красивого предложение, хорошо, будет, только не сейчас. Пока ты ещё здесь, мы распишемся, а потом после всех соревнований, я обещаю, что устрою, что-то грандиозное.

— Нет, я так не хочу. Мы с тобой будем каждый день созваниваться, ты ко мне будешь приезжать, когда я смогу, буду я приезжать, всё будет хорошо.

— То есть ты категорически не хочешь расписываться? — Джонс встаёт.

— Не сейчас, может позже. Джонс, ты обещал, что ты больше не такой, какой был. Ты больше не собственник и не абьюзер, но сейчас, я вижу перед собой именно такого Тома.

— Да, я такой! И меня, уже не изменить. Если ты не хочешь семью сейчас, то уже завтра будет поздно.

— Что значит завтра будет поздно? — не понимаю я.

— В прямом! Всё может легко измениться по щелчку пальцев.

— Супер! — встаю из своего места. — Может нам вообще разойтись? Мы разные, мы очень с тобой разные.

— Да, знаешь, а ты права. Нас ничего не связывает. Ты уедешь и наши пути разойдутся, нет будущего.

Неприятно слышать эти слова от Тома. Да, может я немного вспылила, но я ведь права. Я не хочу расставаться, но и расписываться, я тоже не хочу. Том не изменился, он как был абьюзером, так и остался, а в таких отношениях — я не собираюсь быть. Темболее за такого человека, я не собираюсь выходить замуж. В таких отношениях - нет будущего.

— Супер! — говорю я. Забираю свои вещи и ухожу, громко хлопнув дверью.

Если Том не одумается, то нашим отношениям пришел конец. Всё не вечно, всё рано или поздно заканчивается.Мы оба вспылили. Нам нужен отдых друг от друга. Я слишком его люблю, чтобы потерять. Мы обязательно поговорим ещё раз на эту тему. Мне нужно всё обдумать, и возможно тогда, я соглашусь, чтобы расписаться. Но пока, я не готова к этому. Для меня, это слишком большой шаг. Я не готова с ним жить под одной крышей, что говорить о замужестве? Том очень спешит. Он остынет, и мы поговорим с ним нормально, без скандалов.