Глава 38

Стучу в дверь отца. Перед игрой, хочу с ним поговорить. Мы с ним не виделись две недели, я за ним соскучилась. Он не звонит и не приходит ко мне, потому что я уверена, что у него кто-то появился. Я буду счастлива за отца, но пока, я не желаю знать кто она. Дверь открывается. На пороге стоит отец. Я захожу и целую его в щеку.

— Привет. — говорю я.

— Привет, проходи. Что-то пить будешь? У меня как раз чайник закипел.

— Ну раз так, то давай. — мы проходим на кухню. Отец делает нам кофе. Я сижу и смотрю, как он делает.

— Ты бледно выглядишь, что-то случилось? — спрашивает отец.

— Нет, всё хорошо. В последнее время плохо сплю, наверное из-за этого плохо выгляжу. Сегодня последний мой рабочий день, и мне жутко грустно.

— Когда у вас вылет?

— Черед десять дней. Уже не дождусь когда мы улетим.

— За десять дней у нас будет ещё как минимум пять игр, вы будете танцевать ещё три матча, а дальше у нас выездные идут. Почему ты говоришь, что сегодня твой последний день?

— Вчера мы написали заявление об уходе, сегодня наш последний день. Пока мы здесь, Настя приводит новых девочек в группу поддержки, и после сегодняшней игры выбирает нового лидера. Нам просто некогда танцевать. Мы всё время будем тренироваться и убивать все силы на будущие соревнования. Поэтому мы больше не будем танцевать на матчах.

— Ясно. А Том как относиться, что ты совсем скоро уезжаешь?

— Не знаю. Мы с ним не общаемся, уже как две недели. Я хочу сегодня с ним поговорить, но не думаю, что он захочет.

— Снова поссорились? В этот раз из-за чего?

Говорить отцу причину нашей ссоры, я не буду. Потому что знаю, что могу сделать ещё хуже.

— Неважно. — перевожу тему. — Я приехала к тебе по-другому поводу. У тебя кто-то появился, я права?

— С чего ты взяла? — глаза отца забегали по комнате. 

— Пап, я не слепая. Я же вижу, что по дому новые вещи, которые точно не мои. Я вижу, как ты стал более веселее и разговорчивей, это же не просто так. Когда я спросила Тома по поводу тебя, он замялся, значит он что-то знает, но не говорит мне. Я уверена, что у тебя кто-то есть.

— Ты как Шерлок Холмс. — отец вздыхает и поднимает свой взгляд на меня — Ты хочешь знать кто она?

— О нет-нет, прошу не говори. Я боюсь. Я ещё не привыкла с той мыслью, что у тебя кто-то может быть. Пусть это остаётся в тайне. Просто скажи, что у тебя кто-то есть, но не говори кто она.

— Я ничего не буду говорить, потому что сам ещё пока ничего не знаю.

— Ладно, хорошо. — встаю из-за стола, отец встаёт следом за мной. — Мне пора. У нас скоро тренировка.

— У тебя точно все хорошо? Такой бледной, я тебя еще не видел.

— Всё хорошо. Просто сплю плохо и есть начала нерегулярно. Ничего, со временем все пройдет.   — У нас выездной матч с пригласительными, через восемь дней, ты как? Едешь? Ты прекрасно успеваешь посетить ещё одну игру.

— Если всё будет хорошо, то я с огромной радостью еду с вами.

— Хорошо, встретимся на игре. — отец целует меня в щеку, я ухожу.

***Сегодняшняя победа Волков принесла много радости. Они бились за победу до последнего. Овертайм стал ключевым в победе. Эта игра принесла много эмоций, радости и воспоминаний, которые я не забуду. Это предпоследняя игра, которую я  посещаю. И это последняя игра, на которой я танцую. Мне становится грустно от одной мысли, что это последний раз, когда я танцую здесь в ледовом дворце на матче у Волков. Теперь я буду приходить сюда в качестве болеющего за Волков. Грустно прощаться со своей командой. Надеюсь мы ещё встретимся, возможно я сюда ещё приду, чтобы потанцевать.

— Девочки, вы все молодцы. Продолжайте в том же духе, и не подводите Волков. — с нотой грусти говорит Настя.

— Мы сделаем всё, чтобы не подвести тебя.

— А теперь наверное самая интересная часть вечера. Девочки, сейчас нам нужно выбрать новую чирлидершу, а потом завтра приедут новые девочки, и уже вы сами, будете выбирать себе новых.

— Печально расставаться с вами. Мне так хорошо здесь было. Здесь столько воспоминаний, что не хочется совсем отсюда уходить и со всеми расставаться. —  сентиментальничаю.

— Надеюсь это ещё не конец, мы ещё обязательно с вами встретимся.

— Так, девочки, давайте без слёз, а то я сейчас заплачу, — машет руками возле своего лица Настя.

Настя достаёт коробку. Кладёт её на стол, даёт нам куски бумаг. Сейчас каждый из нас должен сделать выбор, который повлияет на всех нас и на окружающих людей. Нам нужно не ошибиться, и выбрать ту, которая выведет команду на уровень выше. Я голосую за Мэтти, потому что мне кажется, что она сильнейшая из тех, кто остаётся здесь. Она пунктуальная, ответственная и довольно сильная девушка, она справится с группой поддержки. Каждая девчонка кладёт в коробку кусок бумаги, с именем той, которая сегодня станет на должность вместе Насти. 

— Ну что, готовы? — спрашивает Настя и берет в руки коробку.

— Да. — отвечаем все мы.

Настя начинает вытаскивать наши голоса, которые написаны на бумаге, и откладывает их. Мы все нервно сидим и ожидаем ответа Насти, она всё подсчитывает. Девушка переводит на нас свой взгляд и улыбается. Каждый волнуется, сейчас решается судьба нашей группы поддержки.

— Моника, я тебя поздравляю, с сегодняшнего дня, ты становишься лидером группы поддержки!

Моника начинает прыгать и хлопать в ладоши. Каждый начинает её обнимать и поздравлять с новой должностью.

— На втором месте Мэтти, тебе не хватило двух голосов до победы.

— Ничего страшного, я рада за Монику, я тоже за неё голосовала. Моника, ты заслуживаешь это место. — Мэтти начинает плакать, Моника её обнимает. Я не сдерживаюсь, начинаю тоже плакать, вижу, что у Насти тоже идут слёзы, смотрю всех девчонок, и вижу, что все девочки ревут.

— Всё, девочки, успокаиваемся. Ничего печального, не произошло. — Настя вытирает слезы.

— Может пойдем перекусим? Я так проголодалась, что съем пол буфета. — говорю я.

Думая про еду, мне становится плохо. Начинает сразу тошнить, но при этом ужасно хочу есть. Я закрываю рот рукой, чтобы не вырвать. Закрываю глаза, пытаюсь привести себя в норму. Несколько минут проходит, мне легчает.

— Нет. Извините, у меня ещё дела.

— Девочки, те кто едет, подойдите ко мне.  — все мы подходим к Насте.

— Совсем забыла сказать, чтобы принимать участь в соревнованиях, нам нужно пройти медобследование, и как можно скорей.

— Без проблем. Это всё? — спрашивает Марина.

— Да. — Настя переводит свой взгляд на меня. — Аманда, у тебя всё хорошо? Ты не болеешь?

— Всё в порядке, просто устала.

— Хорошо. Не затягивайте с обследованием, потому что если вы больны, есть шансы, что вы окажетесь вне игры, и нам придется искать вам замену.

— Почему мы узнаем об этом, только сейчас? Мы должны были его пройти, как недели две уже. — возмущается Лейла.

— Забыла, извините, замоталась. Всё, а теперь прошу всех извинить, я ухожу.

Никто со мной не захотел идти в буфет, но я ужасно проголодалась и иду туда одна. Я сейчас готова съесть всё, что попадётся мне на глаза, а ещё помимо еды, я хочу поговорить с Томом. Мы не разговаривали и не виделись больше двух недель, я по нём безумно скучаю. Надеюсь он ещё не ушел с ледового дворца.

Захожу в буфетную, здесь довольно людно. Беру себе много еды, такой голодной давно себя не ощущала. Такое ощущение, что я не ела пару дней. Не знаю, что со мной происходит, но я и вправду сама не своя. Возможно у меня, что-то с желудком, потому что я начала очень много есть и набирать вес, чего мне категорически делать нельзя. Мне нужно сходить к врачу и обследоваться, а если я так много буду есть, меня разнесёт в два раза больше.

Вижу в холле Тома. Я поднимаюсь со своего места и бегу к нему. Нам нужно поговорить, я больше так не могу. Если он хочет расписаться, то мы обязательно распишемся, но немного позже. После того, как немного освоюсь в Лос-Анджелесе и смогу пройти первый тур, а потом всё, как хочет Том.

— Том, привет. — машу рукой, выдавливаю из себя улыбку.

— Привет, ты ещё не ушла?

— Как видишь. Я ужинаю в буфете, не составишь мне компанию? Нам нужно поговорить.

— Пошли. — поправляя свою сумку, отвечает Том. Я улыбаюсь и начинаю уходить, парень идёт следом за мной.

Мы садимся за столик. Я принимаюсь доедать свою еду, сколько бы я не съела, мне всё равно мало.

— Том, — начинаю я, беру его за руку и смотрю ему в глаза. Наши взгляды встречаются, и Том нежно улыбается. — я скучала. Я не могу без тебя, и я не представляю, как я буду, если мы расстанемся. Если ты хочешь расписаться, то я согласна, но немного позже, не сейчас. Я очень тебя люблю.

Чтобы это понять, мне понадобилось две недели. Я две недели не спала, не ела, думала о том, что буду делать без него, и как я буду жить дальше. Без Тома, я не вижу своей жизни. Если он хочет жениться, то пусть так и будет, рано или поздно это всё равно случится.

— Я рад, слышать эти слова от тебя. — он целует мою руку. — Ты извини и меня, я тоже погорячился. Я не хочу расставаться, мы ссоримся из-за таких пустяков. Пусть будет, как будет.

— Спасибо, что понимаешь меня. Кстати, с победой!

— Спасибо. Я раньше не замечал, что ты так много ешь. Аппетит хороший стал?

— Да. В последнее время ем, как не в себя. По началу аппетита совсем не было, а теперь ничего не делаю, как ем и ем. Даже немного поправилась. — слегка бью себя по животу. 

— Я буду любить тебя, даже есть ты будешь больше меня. — Том смеётся. Я бью своей ногой по его ноге.

— Том, не смешно. Мне поправляться нельзя. У меня что-то с желудком, мне срочно нужно обследоваться.

— Без проблем, давай после выездного матча, сходим с тобой в поликлинику?

— Это слишком поздно, мне нужно до того уже обследоваться.

— Ты поедешь с нами? Вы же ещё будете в городе.

— Да, я еду с вами. С Нью-Йорка, мы как раз и улетим. Губернатор нам уже купил билеты.

— Я буду очень скучать.

— Как будет время, я обязательно буду приезжать. Том, когда я приеду насовсем, — замялась. — давай жить вместе?

Да, я решилась на этот огромный шаг. Для меня это многое значит, и я не так просто на это решилась. Я обдумала всё, и решила, что уже время. Пришло время, чтобы нам съехаться. Раз мы любим друг друга, то пора делать новые шаги, и что-то менять в наших отношениях.

— Ты правда на это решилась?

— Да. Если мы любим друг друга, то пора делать новые шаги. Давай вместе поживем, а если всё хорошо, то и распишемся.

— Я думал, этого уже никогда не случится. — Том тянется за поцелуем, я целую его. — Так чего ждать? Давай прям сейчас, мы отвезем все твои вещи ко мне?

— Том, после того, как я вернусь из соревнований. Сейчас мне нужно готовиться к ним и на них сосредоточиться, а с тобой, у меня это не получится.

— Хорошо, я не буду настаивать. Тебе кто-нибудь говорили, что ты чересчур бледная? Ты не приболела? — Джонс прикасается своей тыльной стороной ладони к моему лбу.

— Нет, я не больна. Просто столько всего навалилось, наша ссора, плохо сплю, все мысли о том, как я буду в Лос-Анджелесе, для меня это очень волнительно. Переживаю так, как ещё никогда. 

— Всё будет хорошо. Я буду смотреть каждую серию с тобой, отдавать все голоса за тебя, чтобы ты победила. Кстати, у нас две игры в следующем месяце в Лос-Анджелесе.

— Супер! Жаль, что так мало, но думаю мы будем видеться намного чаще.

— В каждое свободное время, я буду приезжать к тебе, как только смогу. — я встаю, Том встаёт следом за мной. 

— Я люблю тебя. — говорю я, и целую парня. Том прижимает меня ближе к себе и отвечает на поцелуй.

— Воу, ребят, давайте не при мне. Том, ты рискуешь получить в лицо. — перед нами стоит отец. Мы с Томом начинаем улыбаться, парень берет меня за руку и крепко её сжимает.

— Мы не ожидали тебя здесь увидеть. — отвечает Том.

— Так же, как и я вас не ожидал здесь увидеть. Вижу вы уже помирились?

— Да, всё хорошо. — отвечаю я, и шире улыбаюсь.

— Вы уже ели?

— Я да, а Том нет. Но я не против, чтобы ещё раз поесть. — отец и Том непонимающе на меня смотрят. Переглядываются между собой, Том пожимает плечами.

— Всё хорошо? Просто я никогда не видел, чтобы ты так много ела. — говорит отец.

— Всё хорошо. Хватит спрашивать. Наверное каждый сказал, что со мной что-то не так. Всё так, просто сейчас у меня важный период в жизни. Я много ем на нервной почве.

— Та мы же не против, просто у кого-то уже щеки появились. — отец щипает меня за щеки. Том смеётся и садится напротив меня.

— Я обязательно вернусь в свою форму, просто у меня такой период. И вообще, вы должны меня поддерживать, а не стебать. — хмурюсь, Том меня обнимает и целует в щеку.

— Мы любим тебя, какой бы ты не была. Ешь на здоровье. Сколько влезет, столько и ешь. 

— Том, ты бы отсел от неё и не целовал бы. Я не пойму, у тебя есть лишние зубы?

— Тебе пора привыкнуть. Мы с Амандой планируем жить вместе. — Том самодовольно улыбается.

Я шокированными глазами смотрю на Тома. Я не хотела пока говорить отцу. Ещё слишком рано. Отец смотрит на меня, иногда на Тома. Его челюсть сжимается, он сжимает кулаки до побеления костяшек. Я вижу, как темнеют глаза отца. Мне делается не по себе, нужно выходить из этого положения.

— Мы кажется есть хотели, а не о личном говорить. — смотрю на Тома. Хочу передать ему взглядом, что ему конец.

— Аманда, это правда?

Тон отца, мне не нравится.

— Да, но это после соревнований. То есть если всё будет хорошо, то только через год. — Алекс облегчённо выдохну.

— Ну тогда я спокоен. За год может многое изменится. В том числе и ваши отношения. 

— Если наши отношения изменятся, то только в лучшую сторону. Большего - ты ничего не дождешься.

— Том, а тебе не кажется, что некрасиво с отцом твоей девушки разговаривать на ты? Где твои манеры, Джонс?

— Если вы так желаете, мистер Робби, — Том самодовольно улыбается, за его улыбку, мне хочется его прибить. — то я не против.

— О нет, с твоих уст это ужасно звучит. Аманда, я желаю другого зятя.

— Пап, никакого зятя. Я не пойму, мы вообще будем есть? Хватит болтать, начинайте есть, а то одна я, из вас ем.

— Всё, мы молча едим. — отвечает Том, и смотрит в свою тарелку.

— Каблук. — рявкнул отец.

— Кто каблук? Я?

— Ну а кто, не Аманда же. Кроме тебя, я больше никого не вижу. — отец начинает смеяться.

— Та ты на себя посмотри, сам такой же. Я не каблук. Я соглашаюсь с Амандой, потому что я с ней согласен. У меня есть своё мнение!

— Конечно есть, то что скажет Аманда, то скажешь и ты. — уже во весь голос начинает смеяться отец, я не сдерживаюсь и начинаю тоже смеяться.

— Мы пришли сюда, чтобы есть. Начинайте ужинать, люди ждут пока вы свалите, чтобы поскорей уйти домой, а вы тут не тем заняты. — обижено говорит Том.

— Не обижайся. — говорю я, и целую его в щеку. Отец презрительно на меня смотрит. Я отвожу свой взгляд в свою тарелку. Поцелуй был лишним.