Юзуха/Такемичи Стальная леди.

Вот уже как три недели по приезде в Японию и две в Токио, Юзуха посещает свидания с немного странными, разными и совершенно далекими от нее самой мужчинами. Сегодня ресторан украшен как нельзя дорого, со всеми этими висящими хрусталиками люстр-капелек, тяжелыми шоколадными и виридиановыми, темным зеленым оттенком, портьерами. Высокими окнами и местами оборудованными весьма броской гарнитурой. Резные спинки из ольхи, бархатные мягкие вставки зеленого цвета с темными узорами, как из эпохи барокко. Отливающая бронзой этажерка в четыре уровня, полная десертов, привычных в Европе, стоит на столе.

Волосы у Юзухи непривычно распущены, как было в юности. Они выглядят как карамель в сладких угощениях. Девушка, что уже долгое время является менеджером Хаккая Шибы, известной модели для многих стран, прекрасно владеет своими манерами. Она аккуратно и одета весьма изящно, в повторяющее ее силуэт светло-зеленое платье, прекрасно смотрящееся на девушке, напоминая особу из штатов 30-х годов. Шиба была красавицей, но также той, кого легко назвать стальной леди. Она не нуждалась в поддержке и была холодна даже к тем, с кем могла спровоцировать роман. Как и теперь.

- Я впервые встречаю такую начитанную и, откровенно говоря, осознанную и успешную девушку, Шиба, ты на самом деле мой идеал. - Произнес этот весьма простой парень. Юзуха поднимает взгляд. Человека перед ней зовут Ита Йоичи. Он журналист из большого издания в Токио, автор популярных статей. Носит квадратные очки, одет как человек с тонким вкусом, укладывает каштановые волосы набок и предпочитает сладкое. - Я был крайне счастлив, когда ты приняла мои ухаживания, мы станем прекрасной парой и...

- Ита, я приняла приглашение на свидание, потому что ты был слишком настойчив. Я никогда не говорила, что питаю к тебе симпатию или готова к отношениям. - Девушка посмотрела на экран телефона и внезапно подскочила со своего места. - Прости, я собираюсь покинуть тебя сейчас. Обсудим этот вопрос позже. - Шатенка схватила свою белую сумку с узорами кремовых роз и выскочила на своих высоких белых шпильках из ресторана, подхватив пальто на сгибе руки.

- Постой, - Он выскочил за девушкой следом, собираясь узнать причину такого поспешного побега. Пусть он и был не прав в своей идее, что получил ее внимание, Юзуха никогда не была настолько грубой. Он имел уверенность в том, что такому странному поведению должна быть причина. - Шиба... - Он видел ее изящную фигуру, но остановился в нескольких метрах.

Припаркованный автомобиль среднего класса имел темный синий окрас. И менеджер известной модели прямо-таки стояла рядом с этим транспортом. Мужчина в черном вышел, чтобы открыть двери для нее, но стоило шатенке робко приблизиться, как с пассажирского сидения вышел другой парень. Он дождался, когда Шиба займет место на заднем сидении и протянул ей пакет с дорогим брендом обуви. Йоичи знал этот бренд, ведь его друг был директором компании, специализированной на спортивной и около спортивной тематике. И с виду обновленный логотип указывал на последнюю коллекцию стильной и практичной обуви для активных передвижений.

Юзуха улыбнулась этому парню столь нежно, пока ее глаза были полны тепла, что вынудило Ита перевести взгляд на мужчину. Молодой парень с блестящими черными с синим переливом завитками, выразительные синие глаза, худощавый и невысокого роста. На нем было бежевое пальто, украшенное золотистым шарфом с синими цветами, на нем был простой синий костюм, на руке браслет и часы. Он обернулся и, заметив мужчину, что-то спросил у бывшей спутницы Йоичи. Затем брюнет в неторопливом темпе приблизился к журналисту и заговорил с ним, пока Ита был так растерян.

- Приветствую, вы тот самый господин Йоичи, с которым Юзуха проводила встречу ранее? - Шатен кивнул, находя присутствие рядом с собой этого юноши слегка странным. Он так же смог разглядеть на его шарфе именно синие ирисы с узором бабочек. Следом мужчина сделал вежливый поклон. - Представлюсь сперва, меня зовут Такемичи Ханагаки. Прошу прощения за то, что отнял ваше с ней время. Это не было слишком вежливо. Но брат Юзухи забыл упомянуть, что она занята, прося меня отвезти ее на семейный обед. Мне правда жаль.

- Что вы... Все в полном порядке. Если это семейная встреча, кто же не поймет.

Обворожительная улыбка появилась на губах незнакомца, заставив Иту даже чутка покраснеть, а после побледнеть от того, что его ранее активная способность держать непредвзятое отношение только что прекратила работать из-за этого странного, но обаятельного парня. Скажи он Ите о том, что тому нужно вступить в какую-либо секту, он бы незамедлительно это бы сделал. Что-то в голубых глазах говорило о способности быть внушающим. Тот парень что-то сказал, вроде бы поблагодарил, но все оборвалось голосом Шибы. В этот момент тот самый брюнет отошел и направился к машине, ни разу не оглянувшись на прошлого собеседника.

Юзуха сидела на заднем сидении все это время, наблюдая за мужчиной, что ранее рассуждал о ней как о своей паре и вот, встретив Такемичи, почти упал к его ногам. Шиба не была заинтересована в подобных Ита Йоичи персонах, ей не нравились настолько простые, без искренности или загадки парни. После того, как она окликнула Ханагаки, тот еще какое-то время стоял подле другого мужчины. Кленово-медовые глаза опустились на телефон Мичи, замечая на нем открытую вкладку с сообщением от Хаккая. Мичи написал ей ранее об ужине, что заставило девушку поторопиться на выход. Она набрала номер младшего брата.

- Больше не пытайся строить этот взгляд молодого олененка передо мной. Ты знал о том, что я ухожу на свидание, Хаккай, и все равно подослал Такемичи. - Произнесла она в трубку, зная, что это был хитрый план брата, чтобы оборвать ее встречу. - Что ты будешь делать с Тайджу? Вряд ли он собирается организовывать для меня семейную встречу, пока идет собрание о вопросе его ресторанного бизнеса.

- Сестренка, - прозвучал милый голос модели, - ты недооцениваешь желание брата посмотреть в голубые глазки Такемичи. Он уже сделал то, о чем ты говоришь. После ужина он заставит его остаться в отеле наверху. Действуй. - После чего связь оборвалась.

- Вот же желторотый птенец! - Двери внезапно приоткрылись и Шиба увидела, как Такемичи падает на сидение подле нее, хотя ранее и ехал со своим водителем. От Ханагаки пахнет мятой и розами, второе, вероятно, духи его жены.

- О ком это ты? - Улыбается Мичи, показывая задорный интерес в сторону услышанных ранее комментариев. - И я не знал, что тебе так уж нравится сладкое. Думал, ты любишь более горькие десерты. Шоколадный торт с черникой...

- Не тревожься, - Шиба уперла руку в свою щеку, поглядывая на откровенно обеспокоенного Ханагаки, что явно думал о многом теперь. - Между нашими встречами не прошло так уж много времени, чтобы я пересмотрела свои предпочтения. Я все еще люблю шоколад, морских обитателей и звук гитары. Но вот что доставляет дискомфорт, так этот тот факт, что ты просто обольщаешь даже моих потенциальных ухажёров, Таке. - Мичи удивленно уставился на шатенку.

- Это совсем не является правдой, Юзуха. - отвергает это брюнет, поглядывая в сторону окна. - И почему ты ранее не сказала, что этот парень - возможный партнер? Боже, это не очень-то приятно. И вообще, я никого и никогда не обольщаю, это вежливость. - Его слова оборвал Гин, указывая на фигуру журналиста.

- Что ж, его явно зацепила твоя вежливость. - Мичи цыкнул на своего ассистента. - Поторопимся? - После короткого кивка Гиндзи отъехал от ресторана, где находилась Шиба ранее.

- Ты собираешься остаться на ночь? - Уточнила девушка, посматривая на друга, печатавшего что-то в своем телефоне. Мичи убрал его почти сразу после вопроса и задумчиво уставился на ее волосы.

- Ранее не планировал, но разве это не то, чего бы ты от меня хотела? - Его глаза блестели азартом, что напоминало самые настоящие драгоценные камни и морские волны, в которых так долго она тонула. - Я собираюсь остаться сегодня, Юзуха.

- Вот как... Хорошо. - Она проверила пальцами руки, не было ли ее лицо пылающим от смущения.

Машина плавно скользила по ярким улицам Токио, превращая огромные рекламные постеры в череду непрерывных линий. В салоне все пропахло их духами и немного сладким, которое осталось на одежде Шибы. Гин включил какой-то ненавязчивый трек, который звучал приятно и довольно живо. «Blinding lights» - если Мичи помнил правильно его название. Юзуха, стараясь казаться равнодушной, смотрела в окно, но чувствовала на себе взгляд Такемичи. Он был таким же неотразимым и неудобным, как всегда. Невероятно ярким и ослепительным.

- Ты не ответила на мой вопрос, - тихо проговорил он, нарушая тишину. Голос, обычно такой уверенный, сейчас звучал почти неузнаваемо мягко. - Почему ты не сказала, что этот Йоичи - потенциальный ухажёр? - Юзуха медленно повернула к нему голову. Его синие глаза в полумраке салона казались бездонными. Было бы проще, если бы он носил очки, и прямого контакта никогда не случалось. Но у Ханагаки было безупречное зрение.

- А зачем? Чтобы ты примчался ещё быстрее? - в её голосе прозвучала лёгкая насмешка, но беззлобная. - Ты и так появляешься по первому зову Хаккая, стоит ему сделать этот жалостливый взгляд, как джинн из бутылки. Мне не хотелось добавлять масла в огонь, утверждая, чтобы сорвал мою встречу с более романтическим уклоном, чем тебе казалось.

- Огонь? - он приподнял бровь, и уголок его губ дрогнул в намёке на улыбку. - Я бы сказал, что это ты устроила сегодня небольшой пожар, сбежав так эффектно. Он выглядел совершенно разбитым. Мне теперь даже жаль, что я отнял его возможность произвести на тебя впечатление, Юзуха.

- Он был... не в моём вкусе. Слишком настойчивый. Слишком уверенный в своём успехе. - Девушка поправила свои красиво уложенные волосы. Ей хотелось, чтобы Мичи не думал об этом. - Мне не нравятся люди, которые считают, что могут меня заполучить, просто потому что я согласилась на одно свидание.

- Понимаю, - брюнет откинулся на спинку сиденья, и его плечо почти коснулось её. - Но, знаешь, иногда то, что кажется настойчивостью, - всего лишь отчаянная попытка достучаться до кого-то, кто всегда за бронированной дверью. Не то чтобы ты давала ему какой-то шанс, тогда зачем приходила на заведомо бесполезное свидание, когда можешь провести его лучше? - Его слова повисли в воздухе, тяжёлые и многозначительные. Юзуха почувствовала, как учащается её пульс. Он всегда умел задеть самые потаённые струны.

- Немного странное сравнение, но если ему следовать, я могу сказать тебе другое. Мои двери закрыты не для всех, - парировала она, глядя Ханагаки прямо в глаза. - Просто нужен правильный ключ. Те, у кого есть связка разнообразных ключей на любой вкус, значительно уступают тому, у кого есть этот необходимый ключ.

Взгляд их скрестился, и на мгновение мир за пределами автомобиля перестал существовать. Даже Гин, бесстрастный ассистент Такемичи, кажется, затаил дыхание. Электрическое напряжение между ними было почти осязаемым. Ток мог бы и убить, но этот разряд бодрил и вызывал интригу. Он стал блеском в глазах, чувствовался под кончиками пальцев, под ногтями. В этой истории они были не самыми везучими. Иногда жизнь преподносила сюрпризы. Юзуха не могла доверить свою жизнь ни одному мужчине, особенно властному, а Такемичи не мог быть только с одним человеком.

- А у меня он есть? - прошептал Мичи, наклоняясь к ней так близко, что девушка почувствовала лёгкое дуновение его дыхания.

Это сперва вызвало небольшую растерянность, словно она оказалась совсем не в том месте, где находилась все это время. Будто это не задние сидения авто, а самый настоящий греческий храм и Такемичи был плодом ее воображения, невероятно прекрасной статуей. Юзуха не отводила взгляда. Её разум кричал, что это опасно, что Такемичи Ханагаки - ходячая катастрофа для её спокойной, выстроенной жизни, что за ним всегда следует хаос, страсть и боль. Но её сердце, предательское и глупое, бешено колотилось в груди, требуя поддаться. Требуя оживить плод фантазии.

- Скорее отмычка, - наконец выдохнула она, и её голос прозвучал хрипло. - Ты всегда умудряешься найти лазейку. Даже, если бы я попыталась повесить на дверь еще ряд замков, Такемичи бы легко с ними справился. - Усмешка Такемичи стала шире, победоносной и в то же время нежной. Он медленно, давая ей время отстраниться, протянул руку и убрал прядь её карамельных волос с щеки. Его пальцы едва коснулись кожи, но по телу Юзухи пробежали мурашки.

- Это потому, что я эксперт, Юзуха. Я изучал их годами, эти ваши крепостные сооружения. Грубая бескомпромиссность Тайджу, кроткое смущение Хаккая и эту твою привычку избегать того, что, как ты думаешь, будет разбито даже с твоими усилиями это сберечь. - Машина плавно остановилась перед роскошным отелем, где Тайджу, её брат, арендовал апартаменты. Гин вышел, чтобы открыть дверь, но Такемичи не двигался с места, всё ещё глядя на неё. - Ну что, пойдём? На этот «семейный ланч», которого, как я подозреваю, даже не существует? Но, кажется, я стал причиной многих событий, и немного рад. - Юзуха глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Её броня дала трещину, и он это видел. Но, возможно, сегодня она и не хотела её чинить.

- Ладно, - она взяла свою сумочку и новый пакет с обувью, который он ей подарил. Вытащив кроссовки, Шиба переобулась, положив в него свои шпильки. - Но готовься. Хаккай будет невыносим. Он добился своего – заполучил тебя на этот обед. Разве тебе не стыдно быть так нагло обманутым?

- О, я уверен, я справлюсь с твоим братцем, - он беззаботно улыбнулся, выходя из машины и подавая ей руку. - Гораздо больше меня волнует, справлюсь ли я с тобой.

Они вошли в сияющий лобби отеля, плечом к плечу, и Юзуха поймала себя на мысли, что впервые за долгие три недели в Японии она наконец-то почувствовала себя там, где должна быть. В эпицентре надвигающейся бури по имени Такемичи Ханагаки. И, к своему удивлению, она ждала этой бури с нетерпением. В одном из якобы отельных этажей был размещен просто шикарнейший ресторан с огромным подводным бассейном в центре, где плавали рыбки, а еще большим аквариумом у стены, также огромные окна демонстрировали вид на город. Даже днем этот вид впечатлял.

- Похоже, «семейный обед» успел перерасти в нечто большее, - сухо заметил Мичи, снимая пальто и передавая его подошедшему слуге. Ресторан, что обычно открывался только вечером, сегодня был открыт для большого количества людей. Было ли это сделано, чтобы унять тревожность кого-то из них? Если да, то странный выбор.

Юзуха молча взяла его под руку. Ее пальцы легонько сжали локоть — жест, одновременно и просьба о поддержке, и молчаливое сообщение «держись рядом». Он ответил легким нажатием. Зал был полон людей. Мужчины в безупречных костюмах, женщины в вечерних платьях. И в центре этого водоворота, прислонившись к массивному бару, стоял Тайджу Шиба. В его осанке читалась привычка к безраздельному авторитету. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по сестре и задержался на Такемичи. В его глазах мелькнуло нечто острое, колючее. Любопытство хищника, изучающего свою добычу, на которую уже давно вел охоту.

- Юзуха. Наконец-то. Мы начали беспокоиться, что твой... журналист... задержал тебя надолго, - его голос был гладким, как полированный мрамор, но каждый звук имел вес. - Хотя вижу. Такемичи спас тебя от этого весьма неизобретательного человека. Случилось чего важного?

- Ничего существенного, - парировала она, ее голос вновь обрел стальные нотки «менеджера Шибы». - Ты заставляешь Такемичи ожидать, брат. - Мичи неловко улыбнулся, застревая между тремя ревнующими любовниками из одной семьи. Хуже только сложные отношения Сано, от ненависти до самой жертвенной любви.

- Я не то чтобы умираю с голоду. Спасибо, что сделал приглашение и для меня. - Тайджу медленно выпрямился, его взгляд скользнул по дорогому, но скромному костюму Мичи, предполагая, что его выбрал кто-то другой. Судя по ирисам на шарфе, возможно, Мицуя.

- Благодари за все Хаккая, это его методы свели нас. И как на зло, он учел все до мельчайших подробностей. И то, что я не смогу оказаться подле тебя и даже свидание Юзухи. Этот манипулятор слишком много себе позволяет в последнее время. - В воздухе повисло напряженное молчание. Мичи понял, что его спасли от продолжения со старшим Шибой, изначально подготовив почву для любимой сестренки. Прежде чем кто-либо успел ответить, из-за спины Тайджу появился Хаккай.

- Сестра! Наконец-то! - Он пару раз похлопал Тайджу по плечу, словно отмахиваясь от его тона, и стремительно подошел к ним. Его модельная внешность и лучезарная улыбка казались инородным телом в этой строгой атмосфере. Он тут же обнял Юзуху, а потом беззастенчиво уставился на Такемичи, его темно-синие глаза сияли восторгом. - И ты заглянул к нам! Я же говорил, Тайджу! Он не сможет устоять перед семейным ужином.

- Хаккай, - Мичи мягко улыбнулся, явно расположенный к младшему Шибе даже с его глупыми провокациями. - Ты выглядишь... ярко, как всегда.

- Ага, а ты пахнешь Хинатой, - без тени смущения заявил Хаккай, подмигнув. - Это хороший знак. Значит, она отпустила тебя на встречу. Значит, встреча того стоит. - Он тут же перевел взгляд на Юзуху. - А твой журналист? Ушел с миром или пришлось применить «взгляд стальной леди»?

- Его убедительность превзошла все мои взгляды, - сухо ответила она, кивнув в сторону Такемичи. Тайджу, наблюдавший за этой сценой с каменным лицом, наконец, сделал шаг вперед.

- Значит, снова пришлось красиво улыбаться? - Произнёс он, - Что ж, пока ты здесь прямо сейчас, есть время обсудить один вопрос. Мой брат, - Тайджу бросил короткий взгляд на сияющего Хаккая, - специально создал эту ситуацию, исходя из своих впечатлений. Но как раз именно в этом промежутке времени кто-то вроде тебя оказался весьма кстати. А именно твоя... уникальная способность улаживать конфликты может быть полезна для моего нового ресторанного проекта в Роппонги. Место столкнулось с некоторым... непониманием со стороны местных деловых кругов. И я хотел, чтобы ты заставил двоих известных нам обоих людей посодействовать в моих планах. - Такемичи внимательно посмотрел на Тайджу, а потом на Юзуху. Она едва заметно пожала плечами «Разве ты не привык к тому, что они не ладят?».

- Почему бы тебе просто не попросить их лично? Я ведь не занимаюсь подобными вещами на профессиональной основе. Хайтани не обязательно послушают мое мнение. Им нужны аргументы в сторону личной пользы.

- Все в этом мире имеет свою цену, - Тайджу, делая глоток виски, посмотрел на Мичи. - И я готов ее платить, Такемичи. Да только не всегда люди способны находить контакт к этому располагающий. Хайтани для меня сложные противники, но их роль в будущем бизнесе неоспорима. Я хочу хотя бы наладить отношения, но вряд ли даже приближусь к ним без тебя. И хватит пороть чушь о том, что ты не управляешь их мнением. Ты заставил Юзуху много раз менять свои решения и считать тебя самым очевидным мастером в налаживании связей, и она не ошибается в людях. Кроме, возможно, выбора свиданий.

Его слова висели в воздухе, как лезвие. Возможно, оно слегка задевало сестру, но девушка даже носом не повела, оставаясь холодной. И все же она напряглась. Хаккай заерзал, понимая, что игра зашла слишком далеко. А Тайджу стоял и наблюдал за Мичи, который лишь ему улыбнулся. Та же самая, обезоруживающая, светлая улыбка, что свела с ума Ита Йоичи сегодняшним днем. Девушка рядом почти прикрыла лицо от того, как он быстро переключается в этого делового и манипуляторного парня, разом потеряв всю свою искренность.

- Ты прав, Тайджу. У всего есть цена. Но дружба и помощь - не товар. Если хочешь получить помощь и укрепить лояльность с Раном и Риндо, тебе стоит быть готовыми к их отказу и попытаться заслужить его сперва без моей помощи. Так они хотя бы поймут, что ты готов работать для общего дела. Что насчет возможного отказа или рисков, уверяю, что они не обманут тебя, и если твой бизнес окажется им все же не так интересен или они дадут отказ прямо, я попрошу их тебе подсобить. - Тайджу кивнул. Это было даже много от Ханагаки после такого прямого мухлежа. Он ненавидел, когда связью «Алых нитей» пользовались неправильно. - Ах и еще... Что касается свиданий Юзухи... - он повернулся к ней, и его синие глаза смягчились, - я думаю, она сама прекрасно справляется с их фильтрацией.

- Боже, где я оступился? Такемичи, хотя бы при мне не строй глазки Хаккаю и Юзухе. - Он выдохнул, указывая на выход. - Я обещал ланч в кругу семьи, но, осознавая, что ты все давно расскусил, я прошу прощения. Собираюсь вернуться к делу, пока все еще идут эти переговоры, Хаккай сопроводит вас двоих на второй уровень, там есть приватные зоны. Что касается моей просьбы....

- Что касается твоего предложения, я выслушаю детали от Гина, тебе стоит передать ему документы. Я отмечу то, что может заинтересовать Рана, он более близок к вопросам бизнеса и управления. - Взгляд Тайджу изменился. Он кивнул.

- Хорошо. Буду ждать. И мне по духу твое нововведение. Этот Гиндзи прекрасно справляется с работой.

- Для того чтобы это понять... Не обязательно было бить его на прошлой встрече. Или хотя бы в этот раз принеси ему извинения. - Шиба-старший вяло кивнул. Хаккай, сияя, схватил Мичи и Юзуху под руки.

- Отлично! А теперь идемте есть торт! Я заказал шоколадный с черникой, тот самый, что ты любишь, Юзуха! - После этого он потащил их на тот самый второй уровень.

***

Несмотря на то, что они провели время в компании Хаккая, это почти ничем не отличалось от встречи наедине. Шиба продолжала видеть своего красивого друга, освещенного подсветкой фиолетовых ламп, а также уже слегка расслабленного. Он, к удивлению, выпил только один бокал, хотя часто напивался, не останавливаясь, поэтому Юзуха пила наравне с братом. И вскоре опьянела. Очнулась девушка в постели выделенного номера, пока ее касалась теплая рука Такемичи. Он убирал ее волосы со лба. Трезвость вернулась в жизнь стальной леди.

- Ты можешь все еще спать. Если чувствуешь слабость, Юзуха. - Такемичи звучал очень мягко, сидя подле уснувшей подруги с самого начала. - Я принес тебя сюда после того, как тебе стало слишком плохо. Позвонил, и Тайджу передал мне ключ-карту для тебя и Хаккая. Что заставило тебя так много пить? - Он беспокоился, и шатенке стало от этого стыдно.

- Надеюсь, что меня не вырвало прямо при Такемичи. - Произнесла она, затем более громко добавила. - Не беспокойся обо мне, я не хочу, чтобы ты счел меня слабой и требующей опеки. Ты можешь не заботиться обо мне с таким усердием.

- Разве я настолько же навязчив, как тот мужчина, что был с тобой сегодня? - С небольшой долей ревности в голосе произнес Такемичи. - Мне казалось, что правильно проявлять заботу о дорогом мне человеке, и ее границы мы можем обсудить, если тебя это раздражает. Юзуха, мне не сложно быть рядом с тобой, я обещал Тайджу и Хаккаю, что не покину пределов этого здания сегодня. Ты же помнишь?

- Ты должен перестать быть таким милым со мной. - Голос Шибы был пугающе безразличным. Мичи встретил ее взгляд, даже несмотря на то, что его зрачки сузились от предложения собеседницы. После он стал выглядеть взволнованно и непонимающе. - Так я не буду страдать из-за высоких ожиданий от партнеров. Я не буду думать о сравнениях с Хинатой, чтобы намеренно копировать что-то из ее стиля. Тебе нужно стать жестоким, чтобы я была в тебе разочарована. - Шатенка была на грани того, чтобы заплакать, но оставалась стойкой.

- Это невозможно, - Юзуха с шоком поднимает взгляд, пока Мичи ей все так же нежно улыбается, - будет только больнее нам обоим, если я поступлю так. Прошли те дни, когда я бездумно шагал по жизни, не беря никакую ответственность даже за самого себя. Мне жаль, что смотреть на меня может быть неприятно из-за этих чувств. Я никогда не хотел ранить Юзуху. Всегда желал вам только счастья. И я обещал, что буду нести ответственность за ваши чувства тоже... Мы друзья.

- Если ты продолжишь, я разозлюсь. Твои слова приводят меня только к тому, что я недостаточно сильно этого хочу, чтобы ты был и моим. Но это не так! И прямо сейчас...

Шиба не смогла закончить мысль, тень Такемичи накрыла ее на постели. Его глаза сияли древней стихией, снося все на своем пути. Юзуха подумала, что он на самом деле мог бы быть самым умелым демоном искушения, вот так нависая над ней с полуулыбкой и бережливостью во взгляде. Ее глаза, оранжевые, как камелии, были распахнуты, наблюдая за Ханагаки, который прижимал плечи девушки руками к постели. Он же буквально держал ее на месте насильно, но в то же время в руках не было силы, которую бы Юзуха не преодолела. Но двинуться все же не сумела.

- Я не хочу покидать тебя, Юзуха.

Она видела его радужку так близко, что смогла различить узор. Ровно перед тем, как горячие настойчивые губы не сжали ее. Несмотря на неожиданность, они оба прикрыли глаза и даже ощутили движение ресниц о кожу. Через время она ощутила непреодолимый жар, взгляд помутнел. А язык выскользнул, чтобы коснуться чужого в том же положении. Чуть после это почти стало капитуляцией Шибы, позволяя рукам Мичи менять положение лица девушки и всячески углублять поцелуй.

- Сегодня ты куда настойчивее... - Нахмурилась девушка, рассматривая потемневшие глаза партнера, когда он позволил ей дышать, голос дрожал, одышка мешала. - Есть причина?

- Потому что Шиба Юзуха хочет оборвать даже самые чистые дружеские взаимодействия между нами? - Такемичи высунул язык, чтобы еще раз обвести красненькие губы сестры Хаккая и Тайджу. - У тебя вкусные губы, что-то цитрусовое?

- Мой блеск для губ не такой, как у Хинаты.

- Это не важно, я просто считаю это приятным и милым. Или ты думаешь, я вижу во всех, с кем бываю, кого-то еще? За все эти годы у тебя сложилось такое впечатление обо мне?

Девушка попыталась уйти, когда он сел на постели, давая больше пространства. Она думала, что на этом все, конец. Немного грусти проступило на лице. Но Такемичи никогда не говорил, что сегодня это закончится поцелуями. Он схватил ее, обняв со спины. Зарылся носом в шею и волосы, которые так же приятно пахли лаймом. Он считал, что у семьи Шиба шикарные блестящие локоны, такие великолепные. А так как Юзуха была девушкой, ей шло это еще больше. Он был рад, что, несмотря на жесткую натуру, она их не обрезала, хотя говорила, что сделает.

В какой-то момент она просто смирилась с тем, чтобы поддаваться нежным рукам Такемичи. Даже когда он ее раздевал, когда без зазрений совести прикасался, Шиба вспоминала первую встречу. Его похвалу красоте ее волос, то, как он был ласков с Хинатой, как защищал ее от Тайджу, не зная подробностей. Еще тогда сердце Шибы стало замирать, а чуть позже ей показалось, что оно бьется только для Такемичи. Ради его прощающей улыбки, ради спасения, что дарили его поступки, приятного на слух голоса и теперь этих ласк. Немного отчаянных из-за ее просьб уйти из жизни, в которой он бесцеремонно поселился так давно.

- Ты немного изменился. - Длинные ногти провели по плечу, а вторая рука погладила пресс, начиная с грудной клетки. - Приобрел еще больше мужественности. - Томно произнесла шатенка, ощущая, как бедра непроизвольно подрагивают. - Красиво.

- Я привык делать то, что сделает счастливыми моих любимых. Но иногда и я могу становиться жаден, Юзуха. Позволишь? - Они уже были обнажены, как в таких условиях от очарованной им женщины мог последовать отказ. И он знал об этом условии. Поэтому ждал. Даже после кивка он ожидал слов.

- Я... разрешаю, - прошептала она, и голос ее прозвучал хрипло и непривычно покорно. - Такемичи... Я разрешаю. - Это было требуемым Ханагаки ответом, так что он действительно дождался его.

Его губы вновь нашли девушку в полумраке, но на этот раз поцелуй был другим - не стремительным и доминирующим, а медленным, исследующим, почти благоговейным. Он был сладким, как тот шоколадный торт, что она так и не попробовала, и горьким, как осознание всех непрожитых лет между ними. Его руки скользили по желанному телу, не спеша, запоминая каждую линию, каждую кривую, каждый шрам от слишком тугой шнуровки платья или невидимой брони, которую она носила каждый день.

- Ты всегда была красивой, - его губы перешли к ее шее, оставляя влажные, горячие следы на коже. - С самой первой встречи. Такая сильная... Такая недоступная. Чуть позже это стало сводить меня с ума. Ты можешь быть права, что я безразмерно люблю Хинату, но это, к печали, никогда не останавливалось на ней. Мне тоже стыдно, что я желаю тебя, Юзуха. Прости или накажи меня за этот грех, но не отнимай возможность появляться рядом. Это невозможно.

Его слова обжигали сильнее, чем прикосновения. Стальная леди закрыла глаза, позволяя ощущениям захлестнуть себя с головой, поддаваясь мужчине, которого считала единственным важным помимо семьи и Такаши, который так же спасал ее и был примером. Его пальцы, грубоватые от былых драк, были на удивление нежны. Они ласкали ее кожу, будто боялись повредить хрупкий фарфор, и в то же время в каждом прикосновении читалась уверенность человека, который знает, чего хочет, и не боится это взять. Мичи изменился.

- Перестань... говорить, - она с трудом выговорила, когда его ладонь скользнула по ее бедру, заставляя все тело содрогнуться. - Просто... не останавливайся.

Брюнет послушался. Его молчаливая ласка была еще более интенсивной. Каждый вздох, каждый стон, вырывавшийся из ее губ, казалось, только подливал масла в огонь. Он не спешил, заставляя ее изнывать от желания, доводя до того состояния, когда гордость и стальные принципы растворялись без остатка, оставляя лишь первобытную, жгучую потребность. Грудь. Выше и ниже, спина, плечи, даже ее пальцы, что он позволял себе взять в рот, обхватывая и лаская языком, хотя ее маникюр мог бы поцарапать губы и плоть за ними.

После прелюдий, которые заставляли терять рассудок... Когда он наконец вошел в нее, Юзуха невольно вскрикнула, впиваясь ногтями в его спину. Это не было больно. Это было скорее наполненностью, настоящим схождением. Ощущением, что какая-то часть ее, годами остававшаяся пустой и холодной, наконец-то обрела тепло и покой. Она чувствовала каждое его движение, каждый вздох, каждый стук его сердца, будто их тела стали одним целым. И пусть она принимала таблетки, благоразумно избегая становиться матерью, если Такемичи выбрал только ее, Юзуха бы позволила ему оставить семя для роста. Она бы защитила его детей, как это делает Хината сейчас. Но у них было одно условие. И Шиба его придерживалась.

- Смотри на меня, - тихо приказал Ханагаки, и его голос был низким, хриплым от страсти. - Я хочу видеть твои глаза. - Мысли отошли сразу на второй план.

Девушка с трудом разлепила веки. Его синие глаза в темноте горели, как два сапфира, отражая отблески городских огней за окном и ее собственное потерянное лицо. В них не было ни насмешки, ни торжества. Была лишь сосредоточенная, всепоглощающая интенсивность и какая-то древняя, дикая нежность. Печально было бы уходить глубоко в поток сожалений, пока в руках такое сокровище, подумалось Шибе. И она все же ощутила гордость из-за того, что к ней Такемичи относится в значительной степени лучше. Он не сбежит, как от Тайджу, не будет играть с чувствами, как в случае с Хаккаем.

Женщина не могла отвести взгляд. Она тонула в этом море, и на этот раз ей не хотелось сопротивляться. Ее тело двигалось в унисон с его ритмом, ее пальцы впивались в его волосы, срывая с них лак, ее губы ловили его дыхание. Мир сузился до размеров этой кровати, до звуков их тяжелого дыхания, до ощущения его кожи под ее ладонями. Юзуха ощущала дикость, испытывала жар повсюду, словно шла по пустыне. Его руки дарили странную прохладу, язык был полон влаги, это казалось убирало и питало жажду в одно и то же время.

Пока они цеплялись друг за друга, время летело вперед. Это было не просто физическое соединение. Это было сражение и капитуляция, вопрос и ответ, долгожданное воссоединение двух человек, слишком долго боявшихся признать друг в друге что-то целое. Иногда это безумие перекатывалось в поклонение, иногда в дикое сопротивление. Они стали морем, штормом, срывающим яркие солнечные плоды с ближайших островов. Это был тонущий закат. Юзуха впервые почувствовала пустоту в своей обычно переполненной голове.

Когда волна накрыла ее, она закричала, прикусив губу, чтобы звук не вырвался наружу, но это было бесполезно. Тело Юзухи взорвалось миллионами искр, сотрясаясь в конвульсиях абсолютного, всепоглощающего наслаждения. Сигнал бедствия был проигнорирован ее разумом, давно ничего не решавшим в этом комке чувств и наслаждения. Через мгновение ее догнал и он, с тихим, сдавленным стоном, произнеся ее имя - Юзуха, - и это прозвучало как самая искренняя молитва. Девушка ощутила, как за спиной проявляются крылья.

Парень ощутил, как теряет самообладание, но очнувшись рядом с горячей кожей одной из возлюбленных, предпринял несколько действий: прикрыл ее простыней, чтобы сохранить тепло и предотвратить простуду, избавился от остатков грязи с себя и ушел, чтобы набрать ванну. Воздух в комнате был густым и сладким, пахнущим сексом, дорогими духами с лаймом. Такемичи поднял Шибу на руки, оставив в ванной, сам смывая пот и страсть с кожи в соседней душевой. Это была довольно комфортная комната по меркам любовников, наблюдавших друг за другом якобы незаметно.

Такемичи первым нарушил тишину. Он повернулся к ней и, намотав на бедра полотенце, приблизился, чтобы, не говоря ни слова, мягко убрать влажные пряди волос с ее лба. Его прикосновение было таким же бережным, как и в начале ночи, когда она была пьяна и беспомощна. Теперь она была трезва и так же беспомощна перед ним, но по совершенно иной причине. Вода была все еще за пределами тепла, даже немного горячей для кожи, абсолютно продумано для ее слишком возросшей температуры, намекая о его заботе.

- Ну что... - его голос был тихим и немного уставшим. - Получилось у меня стать жестоким? - Юзуха медленно повернула к нему голову. На ее лице не было ни злости, ни сожаления. Лишь глубокая, непривычная умиротворенность.

- Нет, - прошептала она. - Ты был... ужасно нежен. И в этом твоя главная жестокость, Такемичи. Теперь я знаю это. - Он не ответил. Просто притянул ее к себе, и девушка, нарушив все свои правила, позволила себе прижаться к его груди, слушая ровный стук сердца Мичи. Битва была проиграна. И она ни о чем не жалела.

***

Прошло два дня с тех пор, как она уснула в объятиях любимого. Юзуха сидела в уютной, тихой кофейне недалеко от офиса, залитая мягким послеобеденным солнцем. Филиал агентства, которое разрослось после того, как Хаккай стал популярен. В руках у девушки был планшет - она просматривала расписание Хаккая на следующую неделю, но мысли постоянно возвращались к той ночи. К теплу его рук, к шепоту в темноте, к чувству полного растворения, которое одновременно пугало и окрыляло. Она хотела бы никогда не терять это чувство в себе.

- Прости, Шиба? - Она вздрогнула и подняла голову. Перед шатенкой, нервно переминаясь с ноги на ногу, стоял Ита Йоичи. Он выглядел помятым и невыспавшимся, в его глазах читалась смесь вины и решимости. Девушка никогда не видела его таким растерянным ранее перед собой.

- Ита, - ее голос прозвучал ровно, без дружелюбия, но и без прежней холодности. - Что привело тебя сюда?

- Я... я узнал, что ты часто бываешь здесь после обеда, - он сглотнул, теребя ручку портфеля. - Мне нужно было извиниться. Лично. За ту... настойчивость на свидании. Я вел себя неподобающе и допускал неуместные предположения. - Он говорил быстро, словно боялся, что его прервут. Юзуха молча указала на стул напротив. Он неуверенно опустился на него. Как она заметила про себя ранее, этот парень не был таким нервным.

- Воды? - Он покачал головой на ее жест с протянутым стаканом.

- Я много думал эти два дня. Ты была права. Я позволил своему восхищению и... эго... взять верх над здравым смыслом. Я построил в голове образ, не имеющий ничего общего с реальностью. Прошу прощения за причиненное беспокойство. - Его извинения звучали искренне. В позе молодого человека не было и тени той самоуверенности, что была в ресторане. Теперь он был просто человеком, осознавшим свою ошибку.

- Извинения приняты, Ита, - сказала она, откладывая планшет. - Я ценю, что ты нашел в себе смелость сказать это. - На лице журналиста мелькнуло облегчение.

- Спасибо. И... если позволь, еще один вопрос. Тот молодой человек... Ханагаки? Он... твой партнер? - Юзуха почувствовала легкое жжение на щеках, но ее взгляд оставался непроницаемым.

- А это уже не твое дело.

- Конечно, прости! - он тут же попятился. - Просто... он произвел сильное впечатление. Я никогда не встречал человека с такой... магнетической аурой. Казалось, самая суть вещей меняется, когда он рядом. Даже моя обида и смущение куда-то испарились после разговора с ним. Он... особенный. Я решил, что хотел бы узнать о Ханагаки больше...

Уголки губ Юзухи дрогнули в едва заметной улыбке. Она посмотрела в окно, где по тротуару шел тот самый «особенный» человек. На Такемичи были простые темные джинсы и свитер, но он шел с такой непринужденной грацией, что казался центром вселенной. В руках он держал два бумажных стаканчика с кофе. Ведь он попросил встретиться с Юзухой, чтобы снова в более располагающей обстановке обсудить их близость. К тому же он был с Тайджу по вопросам бизнеса ранее и планировал расслабиться и заставить девушку все же отдохнуть от работы в офисе. Правда теперь она работала, ожидая его, стоящего в очереди.

- Да, - тихо согласилась она, глядя на приближающуюся фигуру. - Он именно такой.

Отступая от стойки, Такемичи сразу заметил их. Его взгляд скользнул по лицу Юзухи, затем по сидящему к ней спиной Ита, и на его лице не появилось ни удивления, ни ревности. Только спокойное понимание. Он направился к их столику. Девушка жестом предупредила журналиста, чтобы его сердце все же не выскочило в этот момент. Так что он обернулся, увидев Ханагаки, в котором прослеживал все это время чуть ли не путеводную звезду. В чем он был немного прав, вспоминая роль Мичи среди его знакомых.

- Юзуха, - кивнул он ей, затем вежливо поклонился журналисту. - Господин Йоичи. Рад вас снова видеть. В прошлый раз пришлось похитить вашу спутницу прямо со свидания, надеюсь, вы не затаили обиду. - Йоичи вздрогнул и вскочил, словно перед ним появился не молодой человек с кофе, а особа королевских кровей. Шиба от этого почти издала смех, все же сдержавшись.

- Ханагаки! Добрый день!

- Прошу, не тревожтесь так, - мягко улыбнулся Мичи и протянул один из стаканчиков Юзухе. - Твой капучино, без сахара, как ты любишь. - Она взяла стаканчик, и их пальцы ненадолго соприкоснулись. Мимолетное прикосновение, но его было достаточно, чтобы по ее телу пробежала волна тепла. - Я не помешал? - его синие глаза перешли с Юзухи на Ита, выражая лишь вежливый интерес.

- Нет, вовсе нет! Я как раз уходил! - поспешно сказал журналист, хватая свой портфель. Он снова поклонился Юзухе. - Еще раз прошу прощения, Шиба. И... спасибо. За урок. - Затем он поклонился Такемичи. - Было честью. - Он почти бегом направился к выходу, оставив их вдвоем. Такемичи молча опустился на стул, который только что освободил Ита, и сделал глоток из своего стаканчика.

- Ты немного опоздал. Смог бы застать момент, когда он говорил, что ты «особенный». Что твоя аура меняет суть вещей. - Такемичи фыркнул, смутившись. Но Юзуха прервала его речь о глубине. - У него хорошо получилось это чувство описать, не зря работает журналистом. Это... твоя сущность. Ты меняешь орбиты людей, Такемичи. Заставляешь их смотреть на вещи иначе. Даже меня. - Он встретился с ней взглядом, и в его глазах заплясали веселые искорки.

- И? И как новая перспектива, Юзуха? - Она отпила кофе, давая себе время подобрать слова. Горьковатый вкус идеально сочетался со сладким послевкусием их недавней близости.

- Она... пугает. Но я не хочу от нее отказываться. - На его губах расцвела та самая улыбка - теплая, прощающая, та, что заставляла ее сердце биться чаще. Улыбка, ради которой стоило рискнуть, сломать свои собственные правила и позволить кому-то встать на ее орбиту. Навсегда.

- Что ж... Видимо, теперь слишком поздно говорить, что я получил досье на этого журналиста. - Шиба почти подавилась, уставившись на Ханагаки. - Иногда я делаю так, когда границы переступают совсем не известные мне люди.

- От тебя подобные методы - неожиданность. - Поделилась впечатлениями девушка. - Что-то интересное попалось на глаза? Думаешь, такой простодушный парень – лисица? - Такемичи улыбнулся любимой подруге.

- Юзуха, он никогда не был никем иным, раз находится в подобной сфере. Но ты и правда хорошо чувствуешь людей. Этот парень был безопасен. Кроме того, Ямагиши упоминал, что они коллеги. - Девушка кивнула. Этот разговор о компетентности информаторов Мичи ее не очень радовал, если оставаться честной. - Погуляем сегодня? - Медовые глаза уставились на мужчину. - На тебе сегодня красивое белое платье.

- Кажется, ты ошибся, - смеется Юзуха, - Лис - это ты, Такемичи. Конечно, давай устроим прогулку.

(Tw:@hanimospi)