133. Время.

- Я просто хотел предупредить тебя. - Говорит тот, что поменьше. - Постарайся быть осторожнее с доверием к Сенджу. Если хочешь дать нам шанс... Будь готов к предательству. Будущее - это не застывшая картинка, оно меняется задолго до того, как ты что-то изменишь, ты ведь знаешь. Я не хочу видеть перемены, которые заставят тебя снова навредить себе. - Сердце Такемичи сильно и резко забилось в груди, повторяя удары другого, потому что их сердца бьются в унисон.

- Я понимаю это. – Парень кивнул, стряхивая воображаемую пыль с плеч ребенка. - Спасибо. Ты мой спаситель. - Он застенчиво усмехнулся, отводя взгляд.

- Да... - И все же его улыбка стала мягче, а рука поднялась в прощальном жесте. - Тогда, возможно, нам пора прощаться?

Такемичи почувствовал, что его зрение затуманивается, и он потер глаза, но это не помогло, образ ребенка и дома вокруг него искажались, как будто они двигались волнами. Даже звук перестал быть четким, вдобавок к тому, что голос Мичи становился тише, на него еще и накладывался странный шум. Такемичи начал замечать, как больше никого не стояло там, где он видел себя пятилетним, тот словно растворился, просочился сквозь границы сна. Как бы он ни старался уловить мельком знакомые детали, не успевал — все тонуло во тьме, даже он сам, начиная с ног. Как только блондин посмотрел на свои руки, тьма начала добираться и до них. И тут Ханагаки проснулся.

Его грудь то поднималась, то опускалась, но как только он осознал себя и почувствовал, что на грудь ничего не давит и воздуха достаточно, чтобы делать большие глотки, парень тут же криво улыбнулся своему учащенному пульсу и одышке. Когда голубые глаза открылись, он уже сидел, хотя и не помнил за собой признаков лунатизма раньше. Тьма все еще затопляла его, но на этот раз из-за ночи за хрупкими стеклянными окнами, проникающей в его спальню через щели. Оттуда доносились приглушенные звуки спального района не такого уж тихого Токио. Такемичи положил пальцы на пуговицы рубашки, чувствуя ритмичные удары. Другой рукой он провел по лицу, пытаясь успокоить нахлынувшие чувства и переживания. Он мог бы сказать, что это всего лишь сон... Но черт возьми, это было не так, он чувствовал истощение и явные ощущения, которые просто не могли быть плодом воображения.

«Остерегайся Сенджу...», Такемичи сжал кулаки, чувствуя, как это предсказание напрягает его. Он скорее поверил бы, что Такеоми предаст его доверие, но в то же время у Сен было сильное чувство вины перед Санзу, а Санзу следовал за Майки. Все уже было, и, если бы не встреча с его вторым «я», Мичи точно не пришел бы к выводу, что Кавараги ведет его к трагедии. Действовать нужно было, но и необдуманно делать выводы он тоже не хотел. Шиничиро уже просил взять Акаши в поход против «Свастонов Канто», а Ханагаки не мог пренебречь младшим ребенком этой семьи. Быть готовым было его единственным правильным выходом. Ведь теперь он знал — Майки только начал с ним играть. Такемичи тяжело выдохнул и положил голову на подушку, намереваясь снова заснуть. Подготовка к экзаменам изматывала его не меньше, чем создание собственной банды, и ради производительности ему нужно было выспаться. Того же он желал и маленькому пьянице, улыбаясь в потолок перед тем, как лечь на бок. Он еще не знал, что может его ждать на следующий день, но старался морально подготовиться ко всему. Парень даже получил согласие Терано, так что остальное уже были мелочи... Мелочи, верно?

***

Для Такемичи мастерская Шиничиро в его доме всегда казалась местом, где воздух пропитан запахом масел, стали и немного тепла, тот самый аналог уюта, а не обозначение температуры в пространстве. Нет, конечно, внутри было душно, учитывая эти летние дни, поэтому они немного потели и Шин часто приспускал комбинезон до бедер, но дело было не в этом, а в атмосфере вокруг мужчины. Шиничиро был солнечным, страстным человеком, хотя с возрастом у него и произошли небольшие изменения в поведении, он все равно оставался яркой личностью, и Мичи, казалось, знал его всю жизнь, это давало ему ощущение комфорта.

Было ли это из-за общих воспоминаний? Долго думать не удалось, грохот ударов по разбросанным инструментам заставил его поднять взгляд на стоящий в углу мотоцикл, который механик модернизировал уже несколько дней. Стол с чертежом деталей на бумаге, который Сано быстро нарисовал, освещала единственная лампа, которая была недостаточно мощной, чтобы быть главным источником света. Ханагаки сидел прямо на этом столе, свесив обе ноги, слегка сгорбившись и держась за край столешницы. Ему пришлось наблюдать, как Сано затягивает гайку на переднем колесе Бабу, умело управляясь с гаечными ключами. Казалось, голубоглазый мужчина снова собирается уйти в себя, но...

- Ты сейчас выглядишь таким серьезным, что мне даже неловко отвлекать тебя своим шумом, о чем ты думаешь, Такемичи? - спросил Шиничиро, не отрываясь от своей работы, в то время как с этого расстояния и ракурса его молодое лицо, застывшее в мыслях, представляло собой весьма привлекательное зрелище. Что было странно, потому что Мичи буквально смотрел ему в спину, а брюнет не оборачивался все время, пока он возился с механизмами. Он просто не мог вычислить эмоции на лице Ханагаки. - Нет, правда, почему такой серьезный посреди дня? - Пальцы мальчика сжались на дереве стола, практически оставляя царапины от ногтей, когда его мысли собрались воедино. Он говорил с некоторой неловкостью, стараясь не думать о том, как это может звучать вне его головы.

- Я хочу привлечь больше людей в группу, сделав ее сильнее, но я не могу рисковать, это может стоить мне жизней людей. - Он сказал, вспоминая разговор с самим собой из сна. Прошло достаточно времени, чтобы он мог подумать об этом сейчас, но мальчик все еще не пришел к очевидным выводам. - А что, если меня предадут, и Майки одержит победу? - Рука Шина замерла, когда он слушал вопрос. - Все-таки, даже при этих сомнениях, я хочу верить всем, кого втягиваю в эту авантюру.

Блондин грустно улыбнулся, и черные глаза заметили это, как только мастер поднял взгляд на говорящего. Отложив инструмент в сторону, Сано медленно выпрямился, по-прежнему загадочно глядя на героя. То, как объяснял всё Мичи, говорило о том, что были основания полагать, что его обманут и предадут в скором времени. Для Шина не было ничего важнее семьи, но в случае с Ханагаки это были не просто пара человек, он многим рисковал, выступая против тьмы, сковывавшей Майки. Поэтому сомнения были признаком осмысленности, но также не стоило забывать, что он далеко не прост, как казалось на первый взгляд. Он понимал, на какие риски идут ради него другие, это было сейчас главным.

- Ты уверен в этом? — спокойным голосом с хриплыми нотками из-за частого курения, и неподдельным интересом в глазах, Шин подошел ближе, но осторожно, словно боясь напугать ребенка. Они продолжали рассматривать друг друга на предмет чего-то, что таилось в их мыслях. Несмотря на то, что напряжение было ощутимым, Ханагаки оперся на руки, слегка откинув корпус назад, показательно расслабившись, чтобы не потерять равновесие в разговоре со старшим или хотя бы сделать вид, что не потерял.

- Да, - он решительно кивнул. - Я хочу измениться... Даже если я выгляжу доверчивым, на самом деле я никогда не полагался ни на кого достаточно после возвращения. Я должен защитить дорогих мне людей, сделав что-то по-настоящему стоящее хотя бы раз в жизни. Я должен стать человеком, за которым следят, но проявлять нерешительность или сомнения в них... - Шиничиро облокотился на верстак, наклонив голову набок, продолжая молча слушать. Этот жест заставил Такемичи отвернуться. «Они слишком похожи...», - прозвучало в мыслях Мичи, когда он бросил взгляд на внешность мужчины. Черные глаза полностью впитали этот жест, Сано старался не сделать ни шагу в его сторону, чтобы, не дай Бог, причинить вред, который мог быть вызван его завистью и злостью. В который раз Такемичи не видит в себе самого Шина, и это не вызывает положительных эмоций у старшего.

- Хм... - Он издал смешок, вместо чего-то другого; лучше было притвориться веселым, чем открыть Мичи истинное положение дел. - Вы с ним такие упрямые, когда думаете о других, а не о себе. Такемичи, оглянись, Майки здесь не потому, что он слишком много на себя берет. - Сано говорил немного грубо. - Не теряй здравый смысл только потому, что хочешь быть для них хорошим лидером. Я знаю, что у тебя есть свои решения и мнения, но разочарования в конце концов неизбежны. Меня тоже много раз предавали, и Майки часто сталкивался с тем же. Его собственные друзья имели разные взгляды на ситуацию, и это приводило к конфликтам, как ты сам помнишь. - Мичи кивнул, он был вовлечен во многие такие инциденты и ясно помнил каждый из них. - То, что ты по какой-то причине кому-то не доверяешь, не означает, что ты плохо с ним поступаешь. Если бы я был тобой, я бы дал другим понять, почему тебя нельзя предавать. Майки демонстрировал дух товарищества, но у него также был пятый отряд для поддержания порядка, а Изана был тираном. Мне не пришлось долго думать, я просто отдал решение Такеоми, так как был слишком лоялен к людям. - Это был хороший совет, и поддержка Шина была приятной, хотя некоторые слова звучали как вызов.

- Я не знаю, каким лидером мне придется быть... Но на этот раз я не отступлю, как и не планировал раньше. И все же я хочу увидеть шок на лице твоего брата, когда он увидит, что я для него приготовил. - Шин ухмыльнулся, что он мог сказать? Он сам едва оправился после инцидента, когда ему пришлось стать свидетелем этого и спасти остальных от нервного срыва. Наряд был специфическим, и Сано в его возрасте подумал, что он слишком стар, чтобы уловить его очарование. Но Изана тоже быстро впал в состояние бесконечного ужаса. Закончив со своими воспоминаниями, Шин на мгновение задумался, а затем спросил:

- Ты не говорил с Такеоми о его присоединении? Я думал, ты сделаешь это лично, хотя и предлагал свою помощь.

- Пока нет... - признался Ханагаки. - Конечно, я хочу, чтобы он был рядом, учитывая, что ты уже спрашивал об этом, когда я рассказывал тебе о «Тысяче зим». В конце концов, он твой друг детства и опытный стратег, нам бы такие люди пригодились в штате. Но, знаешь, мне очень трудно с ним разговаривать. И я также расстроен тем, что он позвонил моей маме, и он, вероятно, не будет рад увидеть форму «Тысячи зим» лично. - Шин кивнул, и у Мичи в голове возник образ другого Акаши. - И Сенджу...

- Сенджу? - Шиничиро пришлось подавить удивление, которое было слишком сильным, но оно не исчезло из его голоса полностью. - Ты хочешь пригласить ее тоже? Я знал, но разве ты не говорил, что слишком беспокоишься о ней как о девушке? - Такемичи пожал плечами.

Ханагаки был обеспокоен, и это показывало, что он все еще думал, что сражаться с такими, как Саус, не для нее. И все же, это всегда было ее волей. Акаши притворялась мужчиной, но теперь он мог дать Кавараги то, что она заслужила, позволить ей не скрывать свою силу и пол от других, потому что он не позволит втоптать ее в грязь и защитит ее от тех, кто будет играть против ее слабостей. Но больше всего Ханагаки беспокоили отношения в семье Акаши и возможное предательство с ее стороны. Он мог только надеяться, что сможет предотвратить последствия до того, как Майки воспользуется ситуацией. На этот раз у него было преимущество знать все заранее, не возвращаясь в будущее.

- Она сама по себе сильна и достойна быть лидером, поэтому я хочу пригласить ее. - Он дал понять это своему собеседнику. - Видя, как она боролась, я могу сказать, что Сенджу хочет большего, и я действительно могу это сделать. Она хочет открыться миру, так разве это не веская причина? - Шин усмехнулся словам Мичи, потому что он говорил довольно расчетливо и в то же время осторожно и с нежностью. - Я не хочу, чтобы Сен держали в тени только потому, что она девушка. К тому же, хотя она та, кого я хочу больше всего защитить, я уже доказал, что могу стоять на месте, пока она сражается. - Брюнет потер подбородок, думая о предложении героя. На самом деле Мичи стоял поодаль, потому что не мог ходить из-за своей раны, так что это был не такой стоящий аргумент.

- Ты тот, кто любит попадать в неприятности, а? - Шиничиро усмехнулся. - В отличие от тебя, Сенджу дерется с самого детства, и она действительно сильная. - Это было обидное замечание, на которое Мичи лишь фыркнул. Сам Шин не был достаточно силен, чтобы так сильно давить на мозоли блондина. - И мне, например, тоже тяжело смотреть, как тебя бьют. Я давно привязался и... - Он сейчас попытался обуздать свое ужасное собственничество. - В тебе есть то, чего я не видел у многих - искреннее желание заботиться обо всех, кто попадает в твое поле зрения. Но ты должен понимать, что это не игра, последствия могут быть необратимыми. Я знаю... Ты привык, что тебе это говорят, но я имею в виду тебя самого. Как только ты встанешь перед Майки, он сам поставит тебя перед выбором.

- Я все знаю, - отвечает парень, спрыгивая со стола. - Я определенно готов к тому, что он будет действовать с особой жестокостью. - Шин внимательно смотрит на него, хотя его больше беспокоит нога мальчика, который пренебрегает покоем своей конечности, даже больше, чем Доракен. Конечно, Такемичи имеет в виду больше, чем говорит. В конце концов, старший сдается и гладит шелковистые пряди подошедшего к нему не совсем подростка, уверенно улыбаясь. Мичи становится горько-сладко от этой улыбки.

- Я же говорил, что не оставлю тебя. Майки - мой брат, так что не ты, а я отвечаю за поступки этого парня, если не он сам. Понял? - Такемичи кивнул, чувствуя, как в груди нарастает тепло. Шаг за шагом это превращалось во что-то большое, и он уже чувствовал себя так, будто стал эпицентром урагана. - Так что тебе нужно поговорить с Такеоми... Честно говоря, я давно его не видел, но могу помочь тебе его найти. Как скоро ты хочешь с ним встретиться?

- Во-первых... Да, я действительно хочу поговорить с Такеоми как можно скорее. - признался Мичи. - Он был твоей правой рукой в ​​«Черных Драконах», и он помогал Сенджу с «Брахманом», так что я не могу недооценивать его заслуги, и, конечно, эти двое не обязаны принимать мою сторону. - Шин посмотрел на Такемичи, словно искушая его взгляд, поэтому Таке слегка отвел его. - Но мне самому следует поторопиться, если я хочу застать Майки врасплох. Я не могу тратить слишком много времени на его уговоры. - Шиничиро молчал, а затем внезапно полез в карман, вытаскивая телефон.

- Ладно, посмотрим, в каком он настроении... - Шин набрал номер по памяти, поднося телефон к уху. После гудков, похоже, на звонок ответили. - Эй, Такеоми, где ты сейчас? Такемичи здесь, спрашивает о тебе. - Наступила тишина, пока, как гром среди ясного неба, с другого конца провода не раздался громкий, медлительный голос, заставивший Шиничиро отодвинуть от себя устройство и поморщиться.

- Что? О, ты, Шин, дружище! - Акаши не было рядом, но Сано уже чувствовал этот запах перегара от своего товарища. - Хочешь выпить со мной сегодня? Мы здесь... с кем? В любом случае, помнишь тот бар, где мы однажды забрали Вакасу у его девушек? Я здесь. - Явно пьяный парень как-то невнятно проговорил что-то в трубку. Шиничиро закатил глаза, желая провалиться сквозь землю от того, что он услышал. Мичи с любопытством посмотрел на него.

- Черт... Он в жопу пьян. - Брюнет со вздохом повернулся к Такемичи. Затем он взглянул на Ханагаки и протянул ему ключи от Бабу. - Пойдем, нам придется забрать этого идиота, прежде чем ты сможешь с ним поговорить. - Такемичи понял что-то еще до того, как понял это сам Шин.

- Куда? – чуть более осторожнее спросил Мичи, сжимая ключи в кулаке. Шиничиро повернулся всем корпусом к парню, чтобы ответить, заметив этот жест.

- В бар, где он, вероятно, уже успел натворить дел, напившись до беспамятства. - Шин вернулся к вытаскиванию своего байка. - Пойдем, мы не можем его там оставить. - Такемичи кивнул, хотя и не хотел видеть пьяного Такеоми, да и счеты с ним у него еще были. Он был готов поддаться разговору о своей банде, но не сейчас, когда он был просто пьян, а советника нужно было вытаскивать. И все же голубые глаза коснулись одежды Сано.

- Шин, - брюнет посмотрел на Мичи, ожидая продолжения. - В этом на улицу ты не выйдешь. Ты всегда так пачкаешься во время работы? - Такемичи даже неловко улыбнулся, заметив, как Шиничиро занервничал, опустив взгляд на себя и заметив пятна на одежде. Лицо у него тоже было грязное, не говоря уже о том, что здесь было душно, и Сано начал обильно потеть. На коже мужчины появился легкий румянец смущения.

- Вот же... - Он почесал затылок, когда Мичи протянул ему полотенце, чтобы вытереть хотя бы руки. - Вообще-то, все время, а я этого не заметил. - Тут Сано вдруг покраснел еще сильнее и спросил расстроенным голосом. - Я сильно воняю, Такемичи? - Ханагаки подошел ближе, немного принюхиваясь, но почувствовал только остатки масла и приевшийся аромат сигаретного дыма. Шиничиро любил перекуривать, поэтому неудивительно было учуять от него именно этот запах.

- Нет, ты пахнешь... - Такемичи было трудно признать, что брюнет пахнет для него слишком хорошо, учитывая, что это были его любимые сигареты. Ханагаки отреагировал на этот запах, как кошки на кошачью мяту. - Даже приятно. - закончил он. - Но все равно, стоит изменить прикид, прежде, чем идти.

Ну что ж, на дорогу ушло приличное количество времени и Мичи даже подумал, что не хочет возвращаться. Бар у входа оказался просто ужасно шумным, полным дыма и пьяных клиентов, что-то обсуждающих на повышенных тонах. Акаши сидел за стойкой, прислонившись к ней, слегка покачиваясь и лениво помешивая лед в своем стакане с остатками чего-то похожего на виски. Бармен заметил приближающихся к пьяной фигуре гостей, облегченно вздохнул, видимо, не хотел торчать здесь с Оми, который явно что-то ему рассказывал. Такемичи, приближаясь, все больше терял настрой на разговор, но Шин вел себя так, будто видел это каждый день. Наверное, Сано уже вытаскивал своего пьяного друга из похожего места, так как брюнет вел себя так, будто следовал инструкции.

- Эй, Такеоми! - Пришлось позвать его громко, чтобы парень услышал Шина. Когда Акаши лениво поднял голову, чтобы посмотреть на обладателя голоса, Шин уже приблизился к нему, остановившись в шаге и прикрыв губы и нос. Поняв, кто перед ним предстал брюнет тот, чьи волосы не были прилизанными, а торчали в беспорядке, расплылся в довольной улыбке и сиял не хуже новенького байка.

- О, Шин! Наконец-то ты пришел! - Радости было хоть отбавляй. - Садись, я тебя угощу. - Бармен с раздражением поставил бутылку, когда Оми сделал этот жест рукой. Но Шин, отрицательно покачавший головой, заставил его убрать спиртное, потому что его друг уже пресытился. Наконец, Такемичи последовал за брюнетом, так что тот оказался в поле зрения бывшего «Брахмана». - Ты? Зачем ты его сюда привел? - Внезапно эмоции мужчины изменились, и он с весьма заметным раздражением хлопнул рукой по стойке. - Ты снова хочешь втянуть нас в проблемы, которые создаешь своим присутствием? - Такемичи почувствовал укол раздражения, глядя на агрессивного парня. - Тц, Шиничиро, если ты не хочешь пить со мной, просто уведи от меня этого шкета. Я не могу находиться с ним в одном здании и пить. - Он поднял стакан, демонстрируя оставшиеся капли алкоголя.

- Нет, приятель, мы пришли проводить тебя домой, - твердо настаивал Сано, взяв его за плечо. - Вставай. Сенджу, наверное, волнуется, пока ты тут шатаешься подвыпивший. И вообще, я же говорил, что у нас с Такемичи важный разговор к тебе.

- Давай, я еще не закончил... - Попытки Оми сопротивляться были слабыми, наверное, потому, что у него кружилась голова, и он боялся упасть. Шиничиро сумел поднять его с сиденья и поставить на ноги.

- Закончил. - Оборвал его бывший лидер «Драконов». - Такемичи хочет поговорить с тобой, но определенно не в таком виде. - Серые глаза метнулись к Таке, ища в нем что-то, что знал только он. Но затем он покачал головой. Шиничиро устал от этого, поэтому потянул мужчину на себя и встряхнул его несколько раз. - Ты выслушаешь, и мне насрать, нравится тебе Ханагаки или нет. Нет смысла убегать от ответственности, Оми, это не вина Такемичи, что мы облажались, и ты забыл извиниться перед ним за то, что проигнорировал предупреждения. А теперь ты ему нужен трезвым. Ему ты нужен! - После этих слов Акаши немного успокоился.

Такемичи помог Шину вытащить более высокого парня на свежий воздух, но это вероятно выглядело забавно, ведь Ханагаки был совсем небольшим в сравнении с двумя остальными. Пока Мичи держал его, Такеоми, казалось, довольно пристально смотрел на лицо парня, и даже становилось жутко, поэтому тот покрылся холодным потом. ​​Стоило им зайти за здания, как брюнета стошнило прямо на улице, поэтому Шиничиро боялся, что он повторит это на куртку во время езды, но обошлось, чему Дракон был искренне рад. Сано остановил свой байк прямо возле неприметного кирпичного здания, поэтому Мичи понял, что они наконец-то добрались до места назначения, радуясь, что это не в его спину ужимался Акаши во время дороги. С трудом удерживая Такеоми, они спустили его с колес, поставив ноги на асфальт, хотя тот покачивался, как игрушка на пружине. Он даже пару раз упал на более низкого Мичи, как-то даже сжимая его за плечи, Шин шлепнул его по затылку, Ханагаки так и не нашел причины этой агрессии. Дом, по мнению героя, в отличие от своего хозяина, выглядел прилично — это оказалось соседнее здание в традиционном стиле с аккуратно подстриженными кустами, стоящее между кирпичным и другим, но менее обустроенным зданием. Мичи уже был здесь однажды, вспоминая попытку познакомить Сенджу с подругами. В некоторых окнах светил тусклый свет, так что стало понятно, что они слишком долго катались по городу. Когда Шин постучал в дверь, все еще держа друга под своим боком, изнутри их встретил тихий голос.

- Брат? – Сенджу вышла, демонстрируя свое лицо гостям, светлые волосы были еще более растрепаны, чем обычно, а изумрудные глаза полны беспокойства. Из-за этого волнения она пока никого не замечала, кроме своей семьи, очевидно, ожидавшей его здесь все это время в полном одиночестве. – Где ты был? Неужели опять пил? – В ее словах сквозил разочарование, которое не услышит только глухой и совсем недогадливый. Такеоми пробормотал что-то бессвязное на это, но Шин, предположив, что его друг может обидеть свою младшую сестру, и не дал ему возможности заговорить более отчетливо.

- Ты не против, если я уложу его спать прямо сейчас? Такеоми не в настроении разговаривать, так что... – Он подтолкнул мужчину вперед, когда Сен, выдохнув от раздражения, шире распахнула старинную дверь, а чуть позже также открыла для него двери спальни своего старшего брата. Она давно заметила присутствие Ханагаки, но могла только стараться не смотреть на него, чтобы не выдать свои чувства по поводу этого. - Такемичи, подожди здесь, я пока спою ему колыбельную. А там посмотрим. - Бросил старший через плечо, волоча Акаши к кровати совсем не так бережно.

Как только парень кивнул, давая знать, что согласен, дверь захлопнулась, и блондин, поддавшись любопытству, огляделся. Внутри он не был раньше. Интерьер был выдержан в спокойных, приглушенных тонах — минимальное количество деталей, строго и с намеком на долгую историю дома. Но за этой умеренностью чувствовалось ощущение холода, словно в этом доме на самом деле никто не жил. Не было ни случайно брошенных вещей, ни приятной мягкости линий, ни, в конце концов, индивидуальности. Это заставило парня разочарованно отвести взгляд от стен. Больше ничего, не могло его интересовать в жилище, которое не отображало душу друзей. Он снова подумал о скором предательстве в случае, если Мичи получит согласие на просьбу вступить в его новую банду. Все же каждый имел право на ошибку, главное — сбавить скорость и не разбиться насмерть. Он думал, что Сенджу точно не разобьется.

- Я не ожидала увидеть тебя так скоро и именно здесь, — напомнила о своем присутствии Кавараги, скрестив руки на груди. Взгляд девушки стал тусклее с того дня, как ее прервал Майки, вселяя страх своим холодным взглядом хищника, не заинтересованного в ней, как в своей добыче. Мичи понимал ее страх и сомнения, знал, что девушке сейчас нелегко приходиться, после той ситуации. И еще он вспомнил, что грызло ее все это время, какое огромное чувство вины разрывало Сен изнутри, напоминая о прошлом едва ли не все время. Он не хотел долго стоять на месте, поэтому решительно встал прямо перед Акаши. В отличие от своего брада, она была трезвой и способной на конструктивный диалог, не говоря уже о том, что в ней ничего не раздражало его, а она не видела проблему в герое.

- Прости, что не спросил прежде чем вот так просто прийти... Шиничиро убедил меня, что нам нужно помочь Такеоми, когда позвонил, и оказалось, что тот пьет. - Сен кивнула, она и так это знала, все было очевидно. Мичи тихо продолжил. - Вообще-то, я хотел поговорить с ним о чем-то важном. Но, как видишь, сомневаюсь, что это произойдет сегодня. - Ее зеленые глаза коснулись лица парня, пока он думал, как бы плавно перейти к важному. - Но у меня есть предложение и для тебя. Я собираюсь создать новую группировку, и на уме у меня уже были люди, которых я планировал позвать, и ты одна из них. Я хотел бы видеть тебя рядом на этом пути. Ты сильная и ответственная, но не только поэтому, еще ты очень мне нравишься, как друг. И на этот раз тебе не придется прятаться или скрывать себя настоящую... - Она замерла, в голове появилось множество вопросов, о том, что именно сейчас произошло. Новая надежда ярко вспыхнула, но в одно мгновение она поняла, что боится обжечься ею. Сен не смогла защитить Мичи, как просила ее Хината, она не смогла спасти «Брахмана», и вряд ли люди, которых собрал Таке, приняли бы девушку в свои ряды, только потому, что так хотелось Ханагаки. Кавараги покачала головой, заставив Такемичи удивиться этому, сильнее, чем удивилась она сама ранее.

- Нет. - Она посмотрела прямо в пораженные глаза парня, который ей нравился. Такеоми был прав, они ничего не могли для него значить, потому что ничего не могли сделать правильно. - Я больше не хочу ввязываться в такие вещи. - Такемичи помедлил, но потом кивнул.

- Я понимаю, и я не могу заставить тебя следовать моим желаниям. - Он замолчал, подбирая нужные слова, а затем продолжил более нежно. - Но я хотел бы знать, почему? - Голубые глаза не дали ей уйти от ответа, и Акаши снова потеряла терпение, слегка покраснев от такого пристального внимания.

- Потому что... Потому что я уже совершила однажды ошибку, которая стоила нам всем слишком дорого. - Голос девушки дрогнул, выдавая ее чувства. - Из-за меня все это случилось, то, что происходит, моя вина.

Она начала говорить, слегка повторяя то, что уже слышала раньше. Историю о том, как Майки впервые подвергся проклятию на глазах у маленького Сенджу. Как она считала это своей виной, потому что она была напугана и лгала о драгоценной игрушке Сано и причине ее поломки. Ей это казалось первопричиной происходящего, потому что она не знала, что на самом деле произошло тогда. Плечи девушки тряслись во время всей истории, а на ресницах собирались слезы. Такемичи чувствовал, что именно эта вина, которую она чувствовала по отношению к Санзу, склонит ее к предательству, и это не позволяло ему расслабиться в ее присутствии. Но сейчас она была просто испуганной девушкой, слабой от своего заблуждения, поэтому Такемичи сделал шаг к Акаши. Его пальцы схватили ее затылок и потянули к себе, пока ее щеки не оказались над его плечом. Очень нежно он произнес имя своей подруге.

- Сенджу. - Такемичи чувствует тепло девушки, прижимая ее ближе к себе, и со временем напряжение в теле Акаши медленно растворяется в комфорте объятий. Сенджу на самом деле было тяжело дышать воздухом, пропитанным запахом его тела, ее пальцы сжались в кулаки, пытаясь не дать себе забыть. Но через некоторое время светловолосая сначала опустила кончики к полу, а затем решила обнять Мичи в ответ. - Это не твоя вина, никогда не была ею. - Слезы снова заблестели на ее глазах.

- Такемичи... - Голос Кавараги дрожал, но в нем была благодарность за все, что он для нее сделал, и за сказанные им слова. - И все же я все равно боюсь, что снова все разрушу. Что я буду недостаточно хороша, чтобы помочь тебе, что я испорчу твой план своим присутствием. Санзу такой только из-за меня... И я не могу противостоять ему, после того, что я увидел в Майки. - Ее слова были не лишены смысла, но у Ханагаки были другие планы, как на Сенджу, так и на судьбу.

- Ты не одинока, - тихо сказал мальчик. - Я не хочу, чтобы ты думала, что во всем случившемся виновата только ты. Все совершают ошибки. Твой брат был неправ, переложив всю ответственность на Хару, ты была неправа, не спросив разрешения и не признав того, что произошло. Хару тоже совершал ошибки, которые не оправданы его прошлым. - Он был достаточно честен и точен, чтобы не позволить Кавараги снова утонуть в чувстве вины ни на мгновение, после чего ею было так легко манипулировать. - Если бы я сдавался каждый раз, когда чувствовал себя беспомощным или был беспомощен на самом деле, я бы давно все это прекратил. - Закончил блондин, слегка отступив и давая девушке время и пространство для раздумий.

Сенджу теперь всерьёз размышляла над словами героя, стоя перед ним с чуть виноватым выражением, действительно анализируя их в деталях. Впервые за долгое время ей хотелось верить, что она действительно не одна и всё ещё может быть частью чего-то большого. Не скрывать себя реальную, а довериться, и показать, чего же она стоит. Что ещё не всё потеряно. И это чувство подарил тот самый человек, который вызвал трепет в сердце девушки, даже не подозревая об этом. Совершенно непонятливый парень, что не видит и намека на искренние чувства Акаши. Прежде чем она успела ответить на его выжидательный взгляд, дверь в комнату Оми слегка приоткрылась. Оба обернулись, застигнутые врасплох. На пороге появился Шиничиро, выглядевший довольно уставшим или даже измученным, даже не ясно почему. Поэтому всё внимание Ханагаки было сосредоточено теперь на нём и его словах, к большому разочарованию Сен.

- Мы идём домой, Такемичи, - дал понять он, скользнув взглядом по двум подросткам. Они явно что-то обсуждали и, судя по их выражениям, это было важно, и Сано всё прервал своим появлением. У брюнета не было сил на раскаяние. - Поздно, я не хочу возвращаться в полной темноте. - После его слов Сенджу немного помедлила, но, поймав взгляд мужчины, поняла для себя, что не готова отпускать их. Она не была готова остаться наедине со своими потрясенными чувствами и прерванным моментом. А Такеоми, когда пьян, просто невыносим, ​​поэтому девушка пришла к решению всех их проблем разом.

- Останьтесь, - предложила она, чуть тише, чем говорила обычно. - Уже совсем поздно, и идти далеко. Вам двоим хватит тут места. А утром вы сможете поговорить с Такеоми, как и планировалось. Похмельем он точно не отделается. - Шиничиро задумался на добрую минуту, и, глядя на Такемичи, который кивнул, наконец принял это решение.

- Хорошо, - вздохнул Сано. - Надеюсь, мы не доставим никаких неудобств, оставшись здесь на ночь. - Акаши в знак протеста быстро покачала головой, а Мичи едва заметно улыбнулся.

- Нет, конечно, - ответила она. - Я только рада, что мне не придется разбираться с братом в одиночку. И вообще, спасибо, что привезли его. Обычно он приходит домой по утрам в плачевном состоянии. - Они просто отмахнулись, не посчитав свои действия такой уж помощью.

Спустя неопределенное количество времени, когда все давно разошлись по свободным комнатам, которых в доме было предостаточно, и воцарилась полная тишина, Мичи понял, что от чего-то проснулся. Шин давно уснул, когда жажда Ханагаки истощила его до предела, поэтому парень осторожно выбрался из гостевой комнаты и направился в сторону кухни, совершенно один. Когда он попытался открыть кран, то заметил, что он в этом месте совсем уж не так одинок, как предпологал. Его взгляд захватил Сенджу, которая сидела за столом, потирая пальцами край чашки с недопитым напитком. Она была в пижаме и сидела на стуле, закинув ноги на стул, что выглядело довольно необычно.

- Не спится? - тихо спросил он, продолжая наполнять стакан. Коснувшись края губами, он повернулся к хозяйке дома.

- Нет, мои мысли мешают. - Призналась она. Не теряя времени, Мичи сел напротив, надеясь продолжить диалог. Конечно, наступило несколько секунд молчания у обоих, но Сенджу все же прервала его. - Я... Может, ты и прав. Я слишком долго верила в свою вину и пыталась убежать от нее или откупиться. - Зеленые глаза поняли и в них уже не было прежнего смущения, только осторожная решимость. - Если тебе действительно не обременительно стоять рядом со мной... Я хочу подумать и дать ответ позже. Если ты готов подождать... - Такемичи нежно улыбнулся, осушая стакан полностью.

- Мне не трудно, Сенджу. Я буду ждать тебя столько, сколько нужно. - После его ответа она смогла расслабиться и даже отхлебнуть чаю. Все это время Кавараги изнутри съедала тревога, но одно его присутствие ее от этого спасало. Ей бы хотелось посидеть так подольше. Такемичи усмехнулся, с легким звоном поставив стакан на стол. - Знаешь, Сен, ты все еще делаешь вид, что передо мной сидит кто-то другой, а не ты сама. Хотя теперь ты хотя бы позволила себе поджать ноги, находясь на своей территории, выглядя безмятежно. Сейчас ты примерно такая же, как и тогда, когда мы впервые поговорили по-настоящему открыто. Тогда ты еще пыталась выглядеть строгой, но сейчас я этого не вижу. Теперь...

- Ну и, - Акаши прервала тишину, возникшую после его слов. - Что теперь? - девушка приподняла аккуратную бровь, ожидая продолжения от блондина. Он умел сильно интриговать, когда вот так вел беседы с кем-то. Возможно, эта сторона Такемичи его подруге тоже нравилась, не меньше его героизма и мягкости. Даже будучи хитрым лисом, Мичи оставался привлекательным.

- Теперь ты выглядишь так, будто можешь уснуть прямо в этой позе в любой момент. - Он усмехнулся, добавив уже тише. - А может, ты так ко мне привыкла? Мы неразлучные друзья, я показывал тебе свое любимое мороженое и даже катал тебя на байке, жаль, что не на моем. Однажды мы это изменим, а может уже завтра, не нужно откладывать то, что можно сделать в ближайшее время. Тем более Шин его починил. - Сен скрестила руки, изображая возмущение.

- Ты слишком самоуверен, Ханагаки. - Кавараги гордо подняла подбородок, а затем заговорила более вкрадчиво. - Конечно, мы друзья, и мне так комфортно с тобой, что я действительно могу так заснуть. Это удобно. - Призналась она с небольшим кокетством в тоне.

- Это удобно? - Попытка сдержать смех не увенчалась успехом. - Ты говоришь так, словно уже пробовала это не раз. Уверен, это не так удобно, как ты утверждаешь. Иначе я бы давно это сделал в школе.

- Это правда так, - сказала Акаши, пожав плечами. - Действительно удобно, только ноги потом немеют, но ради красоты можно и потерпеть. Как с зонтиком ходить. Кто-то скажет, что неудобно и непрактично, а я скажу, что удобно размахивать и пинать.

- Я не знал, я только трубой размахивал... И камнем... Вот это были деньки. - Мичи ностальгически вздохнул. Сенджу ему ничего не ответила, только улыбнулась и снова отпила пару глотков чая. Взгляд ее почти сразу стал более задумчивым, но уже не таким тревожным и избегающим, как раньше. Такемичи проводил девушку взглядом, чувствуя останавливающую легкость, которую проверили на прочность потеря «Брахмана», поражение перед Саусом и Майки, а также неудача в защите Ханагаки. Такемичи вдруг что-то вспомнил, он даже подпрыгнул. - Кстати, насчет твоего брата я на него обиделся. - Вдруг сказал он, тут же откинувшись на спинку стула, становясь более расслабленным. Сенджу не сразу понял, о чем они говорят.

- Обиделся? В чем причина? - Мичи поднял ладонь и сначала загнул один палец на руке.

- Ну, во-первых, он не послушал моего предупреждения и начал войну. - Мичи продолжал с улыбкой загибать пальцы. - А во-вторых, он сказал моей маме, что я в больнице, и она пришла со мной разобраться. - Сен была этим весьма удивлена, но блондин продолжил. - Как только я решил с ним связаться, он оказался совершенно пьяным и из-за этого мне пришлось сначала гнаться за ним по всему Токио до бара, а потом тащить его тушу домой. До этого он вел себя как свинья, послав Шина куда подальше вместе со мной. - Так он не говорил, но Такемичи уже было все равно. - И, в-третьих, он просто бесит меня... - Мичи посмотрел на кулак и драматично нахмурился. Губы Кавараги сложились в линию, но затем она рассмеялась вместе с ним. Ее глаза сверкнули, когда она потянулась через стол к Мичи.

- Ты хочешь отомстить? - Тихо и заговорщически спросила она своего друга.

- Наверное, - хищный прищур говорил о его готовности. - Ты в деле?

- У меня есть план. - Заметно, как заблестели глаза Кавараги, когда она осознала, что они на пару с Такемичи могут свершить месть. Все же, как у его сестры, у Сенджу тоже накипело. Она не была довольна пьянством Такеоми, которого больше никто не урезонил, не друзья, ни мысль, что он нужен их банде. Они потеряли это в один миг, кроме Шина, но тот был более занят. Теперь же Акаши могла сама, с помощью Мичи направить Оми на путь истинный.

***

Утро выдалось для Такеоми не самым приятным, вспоминая, сколько он выпил вчера вечером. С трудом открыв глаза, мужчина почувствовал себя человеком в пустыне, а язык прилип к нёбу и был неприятно сухим. Вспомнив, что Шин дотащил его до дома, Оми был ему благодарен, ведь он хотя бы спал в кровати, а не в кустах. Но брюнету не нравилось, что у Шиничиро была причина прийти в бар, помимо заботы о других. Особенно то, что «проблему» звали Ханагаки Такемичи, и он, как оказалось, чертовски приятно пах, да так, что Акаши даже опьянел больше от этого запаха, чем от виски. Он только надеялся, что не сделал ничего, что могло бы заставить его ненавидеть себя позже. Пока он собирался с мыслями и пытался встать с кровати, что-то показалось мужчине... странным. Это было множество фактов.

В самом начале, когда прядь волос упала ему на глаза, он понял, что оттенок был довольно странным, хотя сначала подумал, что ему это показалось, это было не так... Ярко-розовый. Его волосы, когда он впервые взглянул на них в зеркало, выглядели как что-то скользкое и кислотное, совсем не похожее на оттенок волос Сенджу, но, видимо, воссозданное благодаря ее краске. Помимо решения стилиста по укладке, над ним явно поработал и дизайнер одежды, потому что его любимая кофта оказалась порезанной во многих местах, как и его джинсы, что создавало определенный образ. Сначала Такеоми замер, пытаясь как можно быстрее это осмыслить и принять произошедшее. Но тут, проведя рукой по лицу, он понял, что желание накричать на кого-то прогрессивно растет. Кульминации он достиг, услышав тихий смех из-за двери.

- Сенджу! - Его голос прогремел по всему дому. - Ханагаки! - Ответом был дружный взрыв смеха. Тогда мужчина, не теряя времени, выскочил за дверь, натолкнувшись взглядом на двух подростков. Они бросились бежать, увидев его разгневанное лицо, но все это выглядело забавно, поэтому смех не прекращался. Весь этот шум погони и веселья разбудил Сано.

Шиничиро поймал взгляд на ситуации, как Такеоми с усилием распахивает двери, на большой скорости влетая в коридор с выражением чистой ярости на лице. Его ярко-розовые волосы, взъерошенные после долгого сна, усиливали комичность картины. Брюнет застыл в дверном проеме, желая слиться со стенами этого дома. Сенджу и Мичи бежали от разъяренного мужчины, словно они были спортсменами и им не страшны препятствия на пути. Страх быть пойманными подталкивал их ускориться, а не пытаться успокоить охотника за их головами.

- Вы двое... - Прорычал Акаши, едва не схватив Мичи за край футболки, но упустив его в последний момент. Сенджу оказалась быстрее, резко повернув за угол, подтягивая смеющегося Такемичи за талию. Они пару раз перепрыгнули через диван в гостиной, споткнувшись о подушки и одеяла, но даже это не остановило погоню. Такеоми, уже не сдерживаясь, злобно выругался, пару раз чуть не сломав себе нос, но почему-то продолжал пытаться поймать детей. Или ему это даже нравилось. - Я закопаю вас на заднем дворе! - Рявкнул он, умудрившись поймать опрокинутую через стол вазу. Но с другой стороны начались поддразнивания, ребята совершенно не испытывали угрызений совести.

- Такеоми, тебе так идет этот цвет! - Хмыкнула Сенджу, лихо уворачиваясь от протянутой руки. Тут послышалось замечание и со стороны парня.

- Спасибо потом скажи! - Добавил он, пытаясь заглушить свой смех ладонями. И падает на колени с нереальным грохотом, едва не сломав себе нос, только реакция Сен спасла его. Она просто схватила парня за воротник футболки, в момент потянув его вверх. Это была последняя капля.

Логично, что при таком шуме представление не могло остаться незамеченным. Но Шиничиро был здесь все это время, его просто никто не увидел. Но всему, в том числе и его терпению, пришел конец. Явно недовольный, слегка охрипшим от сна голосом, он отошел от двери. Он довольно громко кашлянул, остановив розововолосого парня от нападения на зачинщиков. Особенно его волновала причина, по которой их вообще удалось поймать, ведь нога Мичи не восстановилась так же, как рука Кена. Такемичи вообще противопоказано было слишком напрягаться, а полоса препятствий не входила в зону «без нагрузки».

- Такеоми, какого черта ты устроил утреннюю пробежку прямо в доме? - Пробормотал Шин сквозь зубы. Отчего Оми напрягся и замер, понимая, как нелепо он выглядит и ведет себя. Он перевел взгляд с виновников инцидента на своего лучшего друга. И все же он пришел к выводу, что Шин должен был знать причины, но его прерывистое дыхание мешало.

- Они... – Начал он, тут же запнувшись. - Это все... - Формулировать предложения тоже было сложно, и, увидев, что они выходят несвязными, мужчина махнул рукой. При том физически закрепив этот жест. К тому же, не было смысла доказывать свою правоту Шиничиро. В любом случае он встанет на сторону детей и только потом будет слушать. В этом плане лучший друг Акаши, был ему не друг. За это время Такемичи с помощью Кавараги поднялся на ноги и невинно улыбнулся, вызвав странные чувства у Акаши, у них обоих. Когда стало ясно, что Такеоми закончил со своими попытками их «оклеветать», заговорил Шин.

- Как я понял, вам есть что обсудить, - усмехнулся Сано, скрестив руки на груди. - Как насчет завтрака?

Чуть позже, когда все шумно проводившие время ранее собрались за столом, Такеоми уже перестал выглядеть таким раздраженным, хотя волосы у мужчины все еще были розовыми, а настроение кардинально упало, где-то ниже плинтуса. Он сосредоточился на кружке ароматного кофе, которую ему в качестве извинения сварил блондин. Оми пытался прийти в себя, отстраняясь от последствий погони и ее причин. Этот момент показался Ханагаки подходящим, чтобы решиться на диалог. Довольно важный для него, если вы помните.

- Такеоми, - начал блондин. Отложив палочки для еды. - Я был раздражен из-за тебя, поэтому Сенджу нашла способ, как мне избавиться от этой злости. – Закончил тот, и Акаши медленно поднял на парня взгляд, прищурив. Он определенно не чувствовал, что сделал что-то неправильно. Ну, он пару раз шмыгнул носом, пока был пьян, может, сказал несколько грязных слов, но он определенно не просил, чтобы его забрали из бара. И в итоге он остался, ладно, без любимой одежды, но с кошмаром на голове точно.

- Из-за меня? - Он скептически приподнял бровь. - Ты покрасил мою голову в кислотный цвет и порвал мою одежду в моем собственном доме. Но виноват в этом я, ведь Сенджу пытался помочь тебе не злиться на меня? Может, я чего-то не понимаю, был недостаточно благодарен тебе, чтобы ты пришел и вытащил меня из бара, куда я сам пришел? Я не думаю, что я виноват в чем-то, о чем даже не просил...

- Нет, не из-за этого, - Мичи выдержала его взгляд. - Есть много других причин, Такеоми. Например, почему ты даже не попытался выслушать меня и подверг опасности сразу многих людей? Хорошо, допустим, ты мне не доверял. Зачем ты спровоцировал Сауса, когда я уже стоял перед тобой? - Серые глаза потемнели под тяжестью вопросов. - Ты оставил «Брахмана», так что Вакасе и Бенкею пришлось обо всем позаботиться. Хотя я благодарен, что ты помог Шиничиро. Дело в том, что ты решил снять с себя ответственность и сказал моей матери, где меня найти. Ей это не понравилось, если честно. Я не судья, чтобы выносить тебе приговор, но я хочу докопаться до сути. - В комнате повисла тишина. Сен и Шиничиро наблюдали за Такеоми, ожидая ответа. Он с громким стуком поставил чашку, помолчав несколько секунд, прежде чем начать отвечать.

- Потому что это оказалось выше моих сил. - Признался он. - Видя, как Сенджу проигрывает, я понял, что это моя ошибка. Но увидев Майки, я понял, что нужно быть монстром, чтобы победить его. Без обид, Шин, но твой брат не похож на человека. - Он только кивнул, Сано и сам знал, что Манджиро безумен. - Хоть мне и было стыдно, я рад, что мы выбрались оттуда целыми. Глупо было делать вид после этого, что все под контролем, когда это было совершенно не так. К тому же, это действительно моя вина, что я тебя не послушал, я просто ошибался во всем. У меня были свои причины не полагаться на тебя, но все же... К тому же я хотел убрать тебя из этого боя, потому что не верю, что все, что ты придумал, сработает на Майки. Это ничего не изменит в детских играх. - Такемичи кивнул, ожидая чего-то вроде этого ответа.

- Может, и правда ничего не изменится, - признался он. - Но что мешает мне попробовать еще раз? У меня не так много сил, но это неважно. - Признался он. - За мной уже стоит много людей, готовых помочь. Но я бы хотел, чтобы присоединились и Сенджу, и ты. Не как хороший стратег и лидер, не как человек, который может собрать для меня людей, а как... Товарищ. Я хотел бы показать тебе, что я чего-то стою. - Акаши горько усмехнулся, но в его глазах все еще мелькал интерес. Он устало потер виски, словно взвешивая предложение.

- Дай мне время подумать, - наконец ответил он. Такемичи не мог не улыбнуться, ведь это уже была половина победы.