Глава 16. Что нам было делать?

В одном из портов (отверстие в борту для пушек, прим. авт.) блеснул огонёк, и оно, со свистом пролетев над нашими головами, упало в двух ярдах от левого борта нашего ялика.

Нас окатило волной, ялик перевернулся, и мы полетели в воду.

Я чуть не захлебнулся. Всплыть мне мешали висевшие на мне два мушкета. Я, хоть и с трудом, но всё же скинул их, и, вынырнув, поплыл к берегу.

Итак, все наши грузы безвозвратно пропали. Бочонки с порохом, быть может, и всплыли бы, но они были уже откупорены, а значит и негерметичны, и поэтому утонули.

Выбраться на берег было нелегко - ведь там были камни. Я нашёл самое низкое место, где глыба возвышалась над водой всего на два фута - на протяжении остальной береговой линии были валуны от одного до четырёх ярдов высотой. Несколько раз я пытался ухватиться за влажные выступы, несколько раз пытался оттолкнуться ногой от поросшей какими-то зелёно-бурыми водорослями подводной части глыбы, но каждый раз срывался. В мой нос бил запах гнивших на камнях моллюсков, в волосах запуталась какая-то мелкая и очень противная, похожая на волоски морская растительность.

Наконец мне удалось ухватиться за нависавшую над водой ветку куста, и, чудом не сорвавшись, выбраться на берег. С меня ручьями стекала вода, на мне висели водоросли... Одним словом, я выглядел, как вынутый из моря морской царь.

На секунду я забылся, но прогремевший пушечный выстрел заставил меня очнуться. Мне срочно надо было где-то укрыться.

Я услышал крик:

-Джек, сюда давай!

Посмотрев наверх, я никого не увидел.

-Сэр, где вы? - громко спросил я.

-Джек, идиот, мы здесь!

Прямо надо мной, из-за самого большого куста, высунулась голова Блэка.

-Мы здесь! - заорал он так, что у меня зазвенело в ушах.

Однако этим всё не закончилось. Пока я, сдирая в кровь пальцы и оцарапывая ноги о камни, карабкался наверх, к кусту, Блэк осыпал меня ругательствами. Я не знаю, почему он так злобствовал, видимо, из-за досады на потерю шлюпки и купание в довольно-таки холодной воде с гниющими водорослями, но в конце концов вся его брань привела к тому, что у меня тоже испортилось настроение.

Однако, надо сказать, что, если честно, я думал вовсе не только о том, кто раздражал меня руганью и слушал вовсе не только его слова. Гораздо больше внимания я уделял ядрам, которые испанцы посылали с завидной переодичностью - примерно раз в минуту из ствола какой-нибудь пушки галеона вырывался этот тяжёлый чугунный шар. Каждый раз, когда мои уши вновь начинал резать свист летящего ядра, я прижимался к камням и замирал. Ведь сейчас было достаточно одной, самой простой случайности, и я никогда не написал бы этих строк.

-Чёрт бы вас побрал, сэр! - сказал я моему командиру, когда мне наконец удалось усесться на маленькой площадочке за кустом. - Орётё и ругаетесь так, что, я думаю, даже испанцы вас слышали!

-Но-но, щенок! - прикрикнул он на меня. - Своё место знай!

Я замолчал - ведь действительно, если хочешь сохранить среди пиратов хоть какое-то подобие человеческого достоинства, то надо, как минимум, не переходить на их уровень общения.

Вокруг свистели ядра, гремели взрывы, а мы сидели за кустом, и чувствовали себя так, будто бы сидим в каком-то подземелье. Почему эта "ограда" из растительности, всего лишь скрывшая нас от глаз испанцев, но никоим образом не защитила нас от ядер, вдруг вселила в нас такую уверенность? Почему нам казалось, что эти кусты - железная стена, за которой нам нечего бояться? Почему? До сих пор не знаю.

Однако испанцы, я думаю, примерно знали, где мы находимся. Поэтому Далтон предложил ползком передвинуться за огромный валун ярдах в пятнадцати отсюда - ведь если нам удастся сделать это незаметно, то с галеона будут стрелять в пустое пространство. Мы, разумеется, одобрили его идею, и через минуту были уже за настоящей каменной стеной.

Лайонс, попросив у неискупавшихся в воде матросов табака и спичек, закурил трубку. Я просто сидел на холодном камне, приводя в порядок мысли. А тем временем между предводителями двух соединившихся команд (т. е. Между Блэком и матросом с «Молнии» - Голденом) уже завязался разговор.

-Послушай, Нед, - сказал Блэк. - А что мы будем делать, если испанцы начнут высаживаться?

«Интересный вопрос! - подумал я. - Вы же сами, мистер Блэк, говорили, что мы подберёмся куда-то там поближе, а потом внезапно выскочим и всех победим! Говорили? А теперь, под ядрами, что, испугались?»

Разумеется, свои размышления я не стал высказывать вслух - как никак, он был старше меня, да и, если я его сильно разозлю, он просто может меня убить, а потом сказать, что я погиб от шальной пули!

-Как что? - пожал плечами Голден. - Стрелять, разумеется! Я, правда, не совсем понимаю, почему вы ушли с полуострова, если вам одноглазый сказал там быть? Почему?

Блэк, видимо, уже осознавший ошибочность принятого им решения, решил проигнорировать этот вопрос.

-Ты говоришь, что мы будем стрелять? - переспросил он.

Голден кивнул. Пожал плечами.

-А есть ещё какие-то варианты?

-Нет, что стрелять, так это понятно, - сказал Блэк. - Один только вопрос. Из чего мы будем стрелять? Из пальца? Оружие ведь вон там, внизу вы сложили!

-Мы успеем добежать!

Голден с сомнением покачал головой. Я полностью разделял его неуверенность.

-Кстати, - сказал Блэк, по-видимому, хотевший сменить тему разговора. - Что вообще случилось? Почему эти испанцы здесь? И почему мы с нашими денежками не уплываем отсюда?

Я вкратце рассказал ему о том, что никаких денежек у нас, на самом деле, нет и не будет, рассказал про гибель его товарищей по команде... Одним словом, поведал ему всё, что мог.

Матросы выслушал меня молча, а когда я окончил, ещё с минуту сидели неподвижно. И я понял, что у любого человека, даже у пирата, могут быть какие-то человеческие чувства.

А вокруг свистели ядра... После очередного выстрела послышался какой-то страшный треск, будто вдалеке, сломавшись, падало какое-то дерево. Я выглянул из-за камня и увидел, что это испанцы расстреливают из пушек наш сруб.

У него уже обвалилась одна стена, и вот-вот готова была рухнуть вторая. Ядра быстро довершили разрушение, и наше недавнее убежище развалилось по брёвнышкам.

От грохота выстрелов и взрывов у меня заложило в ушах, а от ужасной жары болела голова.

Мы лежали за камнем, в прохладной тени. Но мне всё равно было плохо. Перед глазами всё расплывалось, к горлу подкатывала тошнота.

Кто-то закричал:

-Шлюпки!

Я нашёл в себе силы выглянуть из-за камня. И то, что я увидел, заставило меня упасть обратно.

От галеона отделились две шлюпки. Видимо, Алварес (сомневаюсь, чтобы владелец галеона - Ортего - участвовал в управлении боем) решил, что теперь, после того, как укрепление на полуострове разрушено, можно высадить туда десант.

Мне стало понятно, что боя не миновать.

-К оружию! - крикнул Голден, и, вскочив, кинулся к кустам, туда, где было спрятано наше оружие.

Остальные повскакали на ноги и, прыгая по камням не хуже горных коз, «направили свои стопы» туда же.

Я не мог оставаться лежать. Огромным усилием воли я заставил себя встать и последовать примеру своих товарищей.

Мы схватили в руки оружие - кому что первым попалось - и понеслись по склону вниз. Тут же раздались сразу три пушечных выстрела, слившиеся в один залп. Нам стало ясно, что испанцы уже давно были готовы к тому, что мы выскочим из своих укрытий. И теперь их ядра посыпались на нас.

Двум молодым парням, бежавшим с краю, не повезло. Одно из ядер попало в большой валун рядом с ними. Ядро срикошетило, упало прямо к ним под ноги и взорвалось... Не стоит описывать, что осталось от этих ребят.

Мы, не сбавляя темпа, перебежали перешеек, и повалились в заросли первых же кустов. Вокруг нас падали ядра, один раз взрыв произошёл на таком близком расстоянии от меня, что мои ноги полностью засыпало землёй.

Это было очень страшно - лежать под обстрелом в кустах. И больше всего угнетала невозможность сделать что-либо для своей безопасности - ведь испанцы палили практически наугад, они знали только наше примерное местоположение. А нам оставалось только вжаться в землю и надеяться, что их ядра минуют нас.

-Ребята, не робеть! - кричал где-то вдалеке Голден. - Испанцы уже рядом!

«Убедил! - усмехнулся я про себя. - Раз уж испанцы рядом, тогда бояться нечего!»

-Сейчас не стрелять! - продолжал Голден. - Стрелять будем после того, как встанем на ноги. А встанете на ноги вы по моей команде. Выстрелим, а потом кинемся врукопашную! Ясно?

Кажется, всем всё было ясно.

Я приподнялся и посмотрел сквозь переплетения веток и гущу листьев на море. Две шлюпки, полные наших врагов, всё более и более приближались, однако пока что были вне досягаемости наших мушкетов.

Ожидание тянулось невыносимо медленно, и мне казалось, что я лежу в кустах уже несколько часов.

Невдалеке от меня снова взорвалось ядро, и меня не только оглушило, но ещё и практически всего засыпало землёй.

Отряхиваясь, я услышал голос Голдена. Он доносился как-будто откуда-то издалека и был еле слышным. Я догадался, что так происходит из-за того, что меня оглушило взрывом.

-Готовьтесь, ребята! - кричал Голден.

Я уже видел, как две шлюпки, в каждой из которых сидело по восемь испанцев, воткнулись носом в песок...

- Готовы? Вперёд!

Мы вскочили и, с мушкетами наперевес, понеслись в атаку.

Эффект внезапности сыграл злую шутку с нашими врагами. Наш расчёт оказался правильным - испанцы, смешавшись, не сразу поняли, что надо делать.

Остановившись на бегу, я разрядил своё оружие в снимающего с плеча мушкет испанца.

Послышалось ещё несколько выстрелов, и три наших врага упали на песок.

Только тут испанцы наконец поняли, что делать. Они кинулись на нас, врукопашную.

Они выхватили свои тесаки. У нас же не было ничего, кроме кортиков и разряженных мушкетов.

На меня налетел какой-то головорез. Он чуть не зарубил автора этих строк, но мне удалось увернуться. Он снова замахнулся. Я, однако же, успел выставить приклад мушкета, как защиту. Тесак моего врага, ударившись об него, - только подумать, какая была сила удара! - разломился напополам. Головорез, видя, что проиграл, бросил остаток своего оружия на землю, и кинулся наутёк, к воде. Я не стал преследовать его - мне надо было помогать своим в борьбе с оставшимися испанцами.

Однако этой борьбы как таковой, по сути, уже и не было. Мы опрокинули врагов, и они в беспорядке бежали в воду, зная, что туда за ними «сунуться» мы не рискнём. Стрелять в них нам было нечем: разряженные мушкеты могли служить только холодным оружием.

-Назад! - крикнул Голден, видя, что победа за нами. - Убегаем, ребята!

Мы во весь дух кинулись бежать к перешейку. Нам всем было понятно, что пока рядом с нами, в воде, есть испанцы, то с галеона не решатся стрелять - слишком уж велик риск попасть в своих. Поэтому нам надо было спешить поскорее, пока наши враги ещё были рядом, «убраться» отсюда.

По пути из наших рядов выбыло ещё трое - перед ними взорвалось шальное ядро.

Я видел, как эти несчастные, окровавленные, покатились по земле - их отбросила взрывная волна. Я хотел было остановиться рядом с ними, и, если они не убиты, помочь им. Но пробегавший мимо Блэк крикнул мне:

-Джек, они умрут, это точно! Шевели ногами! Свою шкуру спасать надо!

Я послушался и понёсся дальше.

Вскоре мы уже сидели за камнями на мысу. От нас отстал только какой-то матрос - он был ранен в правую ногу, и, волоча её за собой, прыгал на левой.

-Ложись, олух! - заорал Голден. - Ползком надо! Убьют же тебя!

Но было уже поздно. Сзади него взорвалось ядро, и он упал ничком, лицом на гальку.

Только тут мы, осмотревшись, увидели, что победа нам досталась недёшево. Нам недоставало шестерых человек - ровно половина нашего «заградительного отряда» погибла. Кроме того, у нас был ещё и раненый в левую руку Симпсон.

А нам, быть может, предстояло отразить ещё много попыток врагов высадиться на остров Одноглазого Краба.

Что нам было делать?