[#31] Бесконечное счастье Люсиль

Приветик! Сообщение-предупреждение для тех, кто делает заказы на имейджины: не удивляйтесь, если я на вас подпишусь. Мне это нужно чтобы удобнее было отмечать вас под главой!

Поехали!

(Эта глава - просто одна из моих безумных идей, но надеюсь, что вам понравится)

romka444k______________________________________

Люсиль с тяжелым вздохом откидывает ноутбук с колен, закрыв его. Ладонями протирает лицо, стараясь отогнать сонливость. Нельзя думать о сне, когда завтра должна представить важный проект на работе, который решит твою судьбу - останешься ли простым клерком или займешь должность повыше, к которой так давно стремишься. Старый кот мурчит где-то в ногах, свернувшись калачиком, и девушка завидует ему чернейшей завистью. Она так устала, что едва может встать с постели, но если не встанет, то заснет, а утром будет себя за это ненавидеть. Холод комнаты после тепла одеяла ударяет по ступням. Ноги и руки покрываются мурашками.

Включив свет на кухне и зажмурившись от него, кареглазая подходит к холодильнику, чтобы достать яблочный сок, который пьет в избытке из-за ненависти к безвкусной воде, что не очень хорошо сказывается на метаболизме. Уже держа стеклянную бутылку в руке, она вдруг замирает. Живот неприятно сводит, виски напоминают о себе пульсацией.

Ради чего это всё?

Ночи без сна, нервные срывы, проблемы со здоровьем, - всё, чтобы не потерять место на работе, которая тебе ненавистна. Ненавистна по всем пунктам, кроме одного.

— Я должна рассказать ему... — шепчет она, с грохотом оставляя нетронутую бутылку на столе, и сломя голову возвращаясь в комнату.

Здесь Люси включает настольную лампу, хватает ручку и заранее подготовленный листок. Рука девушки сначала трясется в нетерпении, а затем начинает выводить прописные буквы.

"Воскресенье, 03:14Я снова весь день сидела дома, можешь меня за это отругать. Сплю по 2 часа в день, только чтобы не потерять работу. Я очень устаю, много срываюсь и плачу, но...

Зато я могу видеть тебя, могу слышать твой голос и иногда даже прикасаться. Я так сильно тебя люблю, что ты даже представить себе не можешь... Любой твой взгляд на других девушек убивает меня, я начинаю себя ненавидеть. Я почти ничего не ела в последние дни и сбросила 4 кг чтобы выглядеть лучше их всех. Я надела свою лучшую одежду, накрасилась и даже пришла в каблуках, а ты не взглянул на меня... Мне было так обидно, что я проплакала несколько часов дома. Но ты в этом не виноват, мой любимый! Я понимаю, что ты не заметил меня только потому, что я выглядела недостаточно хорошо. В следующий раз я больше постараюсь.

Недавно мы пересеклись в кафе напротив, ты покупал сендвичи и на твоём плече практически повисла какая-то коллега, эта мерзкая белобрысая вертихвостка! Она пристаёт ко всем мужчинам в радиусе километра. Как ты её терпел? Я была очень счастлива, когда услышала твой радостный смешок на замечание другого коллеги о том, что "Она, кажется, взяла больничный". Мои старания не прошли напрасно :>

Помни, что я люблю тебя больше всего на свете! И никто не посмеет отобрать тебя у меня. Любая девушка, попытавшаяся получить тебя пожалеет об этом."

Как после исповеди, девушка блаженно выдохнула, расплываясь в улыбке.

Четыре года она работает в компании ***, куда попала благодаря своему упорству и удаче. Ведь как иначе объяснить то, что у неё просто не осталось конкурентов, претендующих на должность? У компании, переживающей тогда кризис, просто не было выбора и они приняли девушку без опыта.

Дружелюбная и временами болтливая Люсиль сразу вписалась в коллектив таких же молодых и амбициозных работников офиса. Каждый из них просиживал свою жизнь там, за горами документов и отчетов, будто не замечая этого. И Люси была одной из них, - трудолюбивой и очень строгой к самой себе, пока в один день не попала за крупную ошибку в кабинет управляющего своим отделом. Тут-то она и познакомилась с программистом Тимоти Шаламе, столкнувшись с ним в коридоре. Фриэль была готова извиняться миллион раз за свою неуклюжесть, но парень лишь успокоил её и с улыбкой добавил "Ну, с кем не бывает". Уходя по коридору, но повернув к девушке голову, он и сам врезался в какого-то парня, разбросав документы из папок в его руках. Тогда он сказал ей: "Я же говорил" и принялся помогать ворчливому юноше подбирать бумагу с пола. Он посмеивался со всей ситуации и мельком несколько раз поднимал глаза на глупо улыбающуюся и покрасневшую Люсиль. Тогда на нем была белая рубашка, заправленная в брюки и чёрный галстук. Этот его идеальный образ навсегда остался в памяти девушки. Она помнила каждое его слово. С того дня всё и началось...

Где-то сказали его имя? - и Люсиль вдруг оказывается неподалеку; коллеги идут обедать и говорят, что Тимоти уже ждет их в кафе? - тогда девушка обедает там же; он общается с противоположным полом? - Фриэль бросает искры глазами, вскипая от ревности.

Симпатия, а затем и любовь превращается в нечто ужасное, лишь отдаленно напоминающее прошлое светлое чувство, - в одержимость.

Люсиль не может быть спокойна, если не увидела его минимум три раза за день. Она знает его график по минутам; знает, какой кофе он любит и что он всегда поднимается за ним к автомату на четвертом этаже; что обедать уходит в 13:05, а возвращается не позднее 13:45; остается работать по субботам ради премий и доплаты. Шатенка тоже остается по субботам, но только чтобы быть ближе к нему.

Четыре долгих года она не может заснуть, не выговорившись его заброшенному аккаунту в инстаграмме о своих чувствах. Туда же она присылает откровенные фотографии своего тела представляя, что он видит их и лишь играется, когда ведет себя в жизни как ни в чем не бывало.

Она начала писать ему письма: длинные и короткие, они подробно рассказывали о каждом её дне, о неудачах и радостях от встречи с ним и его взгляда, о сложностях и проблемах, о ревности и желании убить мерзких сук рядом с ним. Люси писала их каждый день, а в воскресенье отправляла по его адресу стопку из семи писем. Но в офисе он даже глазами не показывал, что кто-то еженедельно изливает ему душу и буквально боготворит его самого. Кареглазая трактовала его внешнее безразличие по-своему: он уже давно влюблен в неё, но, являясь слишком робким и скромным, просто не может показать это правильно. Фриэль любила невинную улыбку, которая появлялась на его губах после похвалы так же, как любила его милые блестящие глаза после её просьбы помочь разобраться с новой программой компьютера. О! она просила его о помощи всякий раз, как выпадал случай, и этот милый парень, совсем недавно мальчик, никогда не отказывал, а наоборот охотно помогал и разговаривал с Люсиль в процессе и после до тех пор, пока его не звал кто-то ещё.

Ей хотелось касаться его каждую минуту. И в редких случаях она могла утолить свою жажду по касаниям к нему: передавая что-то из рук в руки, Люси будто бы случайно касалась его пальцев; смеялась и похлопывала его по плечу, когда он шутил. Но этого всегда было мало.

Она придумывала тысячу способов ему понравиться, чтобы однажды он сжал её в нежных объятиях или страстно прижал к стене прямо посреди рабочего дня в коридоре четвертого этажа, где нет камер. Одеваясь максимально притягательно, Люси привлекала внимание остальных коллег мужского пола, но никак не его. Он видел её похудевшие стройные ноги, но молчал, хмыкая на толчки локтями от друзей, которые указывали в сторону девушки и говорили: "Ты видал, как Люсиль вырядилась? Соблазнить кого-то решила?". Просиживая на работе сверхурочно и являясь самым продуктивным работником нового набора со своего отделения, Фриэль неоднократно слышала от Тимоти замаскированную похвалу и одновременно осуждение: "Босс ценит упорных работников, но обычно эти работники очень скоро увольняются от нагрузки". Значит, ум ему нравится больше, чем внешность... - рассуждала Люси, как обычно задумчиво выписывая заметки о Тимоти в свой блокнот...

***Девушка проснулась в 6:40 утра, приняла душ, накрасилась, в   сумку сложила пиджак, если вдруг похолодает, надела свежую глаженную рубашку и черную юбку. Дресс-код соблюдать надо, как никак.

Сегодня у их отделения должна состояться совместная работа с отделом программистов, и Люсиль едва ли не дрожала от нетерпения и радости, предвкушая как будет работать с Шаламе. Можно спросить: "А с чего бы ей радоваться? распределяют-то не так, как захотят того работники, а в рандомном порядке. Листочек со списком был у Арчи...". Ключевое слово "был", ведь Люси его "позаимствовала", чтобы перепечатать и поставить свою фамилию рядом с заветным "Шаламе". Но для этого ей пришлось неумело пофлиртовать с помощником Арчи чтобы тот согласился помочь. Фриэль ещё долго стыдила саму себя за эту "измену" её единственной любви, и даже слезливо рассказала об этом Тимоти в письме, которое, в итоге, не положила в стопку остальных писем на неделю, ведь тем самым она могла выдать свою личность.

На собрание в зале совещаний с прозрачными стенами, где сидели представители обоих отделов, - Люси, позорно для самой себя, опоздала из-за автобуса, застрявшего в пробке. Её длинные волосы растрепались на ветру и перестали выглядеть аккуратно из-за развалившейся прически; пуговицы рубашки оторвались на груди и сама ткань до того измялась во время бега, что девушка просто не позволила себе явиться в ней, потому предварительно переоделась в пиджак, под которым, к ужасу Люси, не было ничего, кроме белого домашнего топа, оголяющего и ключицы, и плечи, и грудь. Когда дверь при открывании скрипнула, абсолютно все обернулись на звук. Люси едва не тряслась от страха, выдавливая из себя извиняющуюся неловкую улыбку. С условием того, что во всем зале было всего 8 девушек, не считая опоздавшую, - напряжение прямо-таки ощущалось в воздухе. Ну вот секундная заминка прошла, и куратор недовольно кивнул девушке, давая разрешение войти.

Не глядя упав на свободный стул и разложив перед собой блокнот с ручкой и готовый отчет в папке, шатенка выдохнула от того, что её персоной больше не интересовались. Но зато сама она быстро перебегала глазами с одного лица на другое, выискивая  личность, интересующую лично её.

Кто-то совсем близко шепотом окликнул её, пока в зале шел громкий разговор. Кареглазая не предала значения и второму оклику, пока, разочаровавшись в том, не нашла парня среди работников, она не подняла взгляд на голос.

Как можно настолько сильно облажаться?!

— Люси, — он приветливо помахал ей рукой и поманил жестом под стол.

Девушка едва ли не растеклась по стулу лужицей от одного только своего имени его шепотом. В голову сразу начали лезть не самые приличные мысли.

Послушавшись, она наклонилась под стол. Тимоти был похож на мальчишку, совершающего шалость, и это только удваивало его очарование.

— Сегодня в отеле "***" мы будем праздновать двадцатипятилетие компании. И... я подумал... — он смущенно прикусил губу, — Раз уж мы в одной команде, может, пойдем вместе?

Люсиль почувствовала, как жар сковал всё её тело, начиная от сердца и заканчивая кожей щек. Она едва сдерживалась чтобы не заплакать от умиления прямо здесь, на глазах у всех. О-о, и ведь даже в письме о таком не напишешь! Как же её распирало от любви к нему в тот момент - это просто неописуемо. Ей хотелось обнять его так крепко, чтобы затрещали ребра; поцеловать так горячо и страстно, чтобы покраснел теперь уже он; снять с его шеи этот омерзительно-тугой галстук, чтобы оголить и зацеловать нежнейшую кожу плеч и ключиц; сделать так, чтобы он навсегда остался рядом с ней, и только с ней.

Но вместо этого всего она просто и спокойно ответила:

— Я не против.

***"Понедельник, 17:49Я так хочу тебя увидеть. Пожалуйста, прошу, поцелуй меня! Обними! Потанцуй со мной на этом идиотском празднике!

Я никогда прежде не видела такой мягкой улыбки на твоих нежных губах и я до смерти хочу искусать их. Пожалуйста, позволь мне это, мой милый, любимый Тим! ♡♡

Я хочу провести эту ночь с тобой! Обещаю, я сделаю всё этим вечером, чтобы мы занялись любовью!! О, это самая настоящая любовь!♡ Я принесу с собой немного хлороформа и, когда ты как настоящий воспитанный мальчик будешь провожать меня до моего номера - я воспользуюсь своим козырем и ты останешься со мной! Мы проснемся вместе, ты можешь себе это представить? Это вершина моих мечтаний!

Совсем скоро ты зайдёшь за мной, я не могу терпеть и ждать!! Хочу обнять тебя, услышать твой запах и зацеловать до смерти!♡♡♡♡♡♡♡♡"

На её лице сияла широкая улыбка, кисть руки мелко подрагивала над исписанным листком.

К чёрту! Она отправит ему всё! Полностью черновики и выдуманные истории с их участием, все слезливые письма, всё!

Резко распихивая более тридцати сложенных листов по конвертам, она не прекращала улыбаться. Осталось лишь подкинуть конверты соседке-пенсионерке, которая каждое воскресенье и понедельник ходит на почту, и отправляет всё без разбора. Так она и поступила. Уже через минуту прозвучал стук в дверь.

Быстро посмотревшись в зеркало, Фриэль открыла дверь и приветливо пустила парня в прихожую. Он был одет в белую рубашонку с идеальным воротничком и черный простой костюм. Никаких галстуков и бабочек. Неужели надоела теснота в области кадыка? Бедный мальчик, как же поздно ты спохватился!

— Минутку, я только сумочку возьму, — улыбаясь проворковала кареглазая, прошмыгнув в свою спальню.

Оглянувшись по сторонам, она с гордостью осмотрела три стены, полностью увешанные его фотографиями. Везде он улыбался и был счастлив. Везде был только он. Все остальные люди, некогда запечатленные на фото, были грубо вырезаны, иногда оторваны (в частности девушки).

— Можем идти.

Тимоти быстро и почти незаметно поставил на тумбочку прихожей какой-то флакончик и согласно кивнул, пряча зеленые глаза под ресницами. Кажется, что он не ожидал скорого возвращения девушки и потому развлекал себя исследованием окрестностей.

Он что, нюхал мои духи? - спрашивала Люси саму себя, - Ох, мой маленький котенок, я тебе это ещё напомню.

Они шли по освещенным улицам не замолкая. После насыщенного дня, проведенного вместе за работой, Тимоти ещё больше привык к обществу девушки и стал чувствовать себя максимально комфортно рядом с ней. Она была прекрасным слушателем и расспрашивала о всех его интересах, смеялась с шуток, могла поддержать любую тему, какую только заводил Шаламе.

На самом мероприятии им не суждено было провести уйму времени вместе, как того желала шатенка, но и наблюдение за ним приносило удовольствие. Он был так красив, юн и идеален.

Но толпа, окружавшая его, вдруг расступилась, спеша поглядеть на шумиху у бассейна, к которому, из-за своей боязни (Люси уже давно об этом знает) воды Тимоти не пошел, и потому девушка с улыбкой до ушей поспешила к нему.

Они встретились глазами, и расстерянность сошла с его лица, ведь он теперь будет не один. Оглядев пустую деревянную беседку за спиной парня, Люси начала соображать... Есть ли шанс незаметно увести его к себе? - думала она.

— Я так рад тебя видеть, — негромко сказал он, и мимолетно улыбнулся, опуская взгляд.

Одна из его кудряшек закрывала лоб закрученным локоном и руки девушки начинали неистово зудеть от одного только взгляда на его волосы. Ей хотелось впиться в них пальцами, тянуть, гладить, оттягивать - да что угодно!

— А я ещё сильнее, — честно призналась Фриэль, нежно прикасаясь к его щеке. Он даже не шелохнулся, а только улыбнулся, — Ты хочешь поцеловать меня?

Зелёные глаза лукаво заблистали. Пальцы девушки задрожали на его лице от потрясивающихся мышц лица из-за смеха. Его приятного, как музыка смеха.

— Почему ты убила Блейза? — спросил он. Лицо его стало безразличным и холодным, как и глаза.

— Что? Какого Блейза? Ты о чем, Тимоти? — отстранившись на шаг, спросила она с нервным смешком.

— Почему. Ты. Убила. Блейза?

Карие глаза в панике забегали по его лицу. Его черный костюм вдруг начал белеть, задний план с деревянными балками меняться, музыка и разговоры на фоне сменились тишиной....

Она открыла глаза.

— Отвечай.

Белые стены, белый потолок и пол. Идеальная чистота и стерильность.

Тимоти. Такой серьёзный и такой привлекательый. Прямо перед ней. В метровой доступности.

Дернувшись к нему рукой, Люсиль услышала звон кандалов, который разрезал молчание. Она хваталась пальцами за воздух прямо перед его лицом и Шаламе снова не шелохнулся, а лишь слегка склонил голову набок, будто заинтересовавшись.

— Но Тимми... Где... где праздник? — хрипло спросила она.

Мужчина со смешком опустил глаза чтобы резко поднять взгляд и проткнуть сердце девушки насквозь.

— Праздник есть только в твоей голове. Вся твоя жизнь, начиная с подачи документов в компнию "***" - это не более, чем галлюцинация. Ведь тебя не приняли. Ты убила своего соседа Блейза потому, что тот купил себе место, которое честным путем могла получить ты. Ярость плюс твоё психическое расстройство ни к чему хорошему привести не может, Люсиль. Почему ты его убила? Когда ты признаешься мне, я обещаю, что ты перестанешь раз за разом переживать свою выдуманную жизнь. Тебе не придется мучиться, я обещаю.

— Но я не.... Нет. Нет!! Я хочу вернуться! Хочу своего Тимоти назад, пожалуйста, хватит обманывать меня, умоляю!! Прекрати прекрати прекрати!! Хватит!

Шатенка билась в истерике. Её слова резко превратились в рыдания, пока она дергалась как под ударами тока. Метал кандалов больно впивался в запястья, натирая их, как обычно, до крови.

Тимоти Шаламе одернул рукава белого халата, неторопливо поднялся, и, взяв стопку писем и ручку со стола, вышел из допросной, давая коллегам добро вколоть сумасшедшей успокоительного.

В своем блокноте он начеркал короткую заметку: "Л.Ф358, попытка #11 оказалась неудачной. Количество писем - 32, разборчивые, одержимого характера. Во время сеанса ведёт себя спокойно, иногда посмеиваясь и долго улыбаясь. Пришла в себя в 15:20, но, не совладав с реальностью, сдалась. Увеличить количество доз препарата "P" и не тревожить 3 дня. Дать галлюцинациям завладеть ею снова".