Глава 33

Джейми

Я сижу в закрытой спальне, опустив голову вниз, крепко сжимая свои волосы. Из кухни доносится тихая музыка, и бренчание посуды. Даже закрытая дверь не заглушает все звуки, доказывающее её присутствие.

Мэйвис ушла вчера утром, взяв с меня обещание, писать ей как можно чаще о том, что происходит. Но Мэйвис сама мне пишет каждый час, и телефон не издает никаких уведомлений только ночью. Единственное, что я у неё спрашиваю, это о том, как Мич. Иронично, что именно возвращение этой женщины, помирило Митчелла и Бриджит.

Мистер Дарен вошел в наше семейное положение, и взял под свое крыло Митчелла на несколько дней. Точнее, пока она не соберет свои вещи и не выйдет за дверь.

—Привет, Джейми, - я протираю свои глаза, отгоняя остатки сна. Надеваю очки, и хочу провалиться в преисподнюю Ада, узнать у самого дьявола, за что он меня наказывает.

—Мама? – светлые, кудрявые волосы женщины подпрыгивают от того, с какой интенсивностью она кивает мне. В одной руке она держит дорожную сумку, в другой пакет от продуктового. — Майкла здесь нет. Он переехал из-за работы.

—Я знаю, - так беспечно говорит она.

—Тогда что ты здесь забыла? – её глаза расширяются от удивления. — Не неси пургу, что в кои-то веки захотела увидеть своих детей.

—Хорошо, - уверенно отвечает она. — Мне на три дня нужна крыша над головой. Кроме вас мне некуда пойти.

—Вокзал? Аэропорт? Гостиница в конце концов, - мама недовольной цокает языков, как будто я сказал что-то оскорбляющее. Она бесцеремонно проталкивается внутрь, и сразу же уходить в ванную комнату.

Я крепко сжимаю в руке телефон, читая новое сообщение от Мэйвис. Если я опять напишу ей слово «порядок», она мне голову откусит. Поэтому, в этот раз я отвечаю ей правду.

Джим:Не знаю, сколько я выдержуОна ведет себя так, будтоне бросала нас 17 лет назад.

Мэйви:Так и знала, гнусный лжец. Открой мне дверь!

Как только получаю её сообщение, раздается дверной звонок. Скорее выбегаю из комнаты, чтобы мама не успела открыть дверь. Вчера утром, Мэйвси ушла, так и не встретившись с этой женщиной, но раз она тут, встречи не избежать. По правде говоря, Мэйвис злее, чем я. Разговаривая со мной по телефону, она высказала всё, что думает о ней, а я слушал с глупой улыбкой.

Встречаю мамин пронзительной взгляд зеленых глаз, и жестом велю скрыться в кухне. Наверное, не стоит упоминать, что мы даже не разговариваем друг с другом?

—Я скоро с ума сойду, если не поговорю с тобой в живую, - тараторит Мэйвис, заходя в квартиру. На ней красивый зеленый сарафан, длиной до средины бедра. Высокие белые гольфы, и кроссовки темно-зеленого цвета. Хоть гольфы и достаточно длинные, протез ей не удалось спрятать. Под самим сарафаном, Мэйвис надела базовую белую футболку. Волосы она собрала в высокий хвост, и видимо попыталась уложить непослушную челку.

—Ты просто великолепно выглядишь, - глубоко вздыхая говорю я, и Мэйвис от смущения отводит взгляд.

—Так, я пришла говорить о тебе, а не о моем внешнем виде. Но приятно, - улыбается она, и я наклоняюсь, чтобы поцеловать её в щечку.

—Как Мич? – спрашиваю, и Мэйвис немного грустнеет.

—Сложно. С ним Бриджит, она пытается его уговорить сходить домой, хотя бы за вещами. Но он против. Сказал ни за что не переступит порог этой квартиры, - я понимающе киваю. Когда я ему позвонил, и сказал о незваном госте, Мич просто попросил сообщить, когда она снова исчезнет.

—Почему это мой сын не хочет прийти домой? – мама появляется в проходе, держа в руках полотенце, и сканируя взглядом Мэйвис. Вижу, как её лицо морщится, когда видит протез. Кто черт возьми придумал, что женщин бить нельзя!?

—А сама не в силах догадаться? – с ноткой ненависти проговорил я. Ладонь Мэйвис скользит по моей руке, переплетая наши пальцы.

—Джейми! – сказала она тихо, но грозно.

—Да, Элла? – в тон ей отвечаю я, и она вздергивает подбородок.

—Ты со вчерашнего дня со мной не разговариваешь, а тут при чужом человеке решил утроить скандал? – усмехнулась она.

—Нет, что ты. Но я жду не дождусь, когда в понедельник утром ты снова исчезнешь из нашей жизни. И желательно навсегда! – я крепче сжимаю руку Мэйвис, и веду её в свою комнату. Мама что-то еще говорит мне в спину, но я перестаю её слушать.

В комнате закрываю дверь, и устало утыкаюсь в неё лбом. Мэйвис поглаживает меня по спине, и целует в плечо.

—На сколько она тут?

—Сказала три дня. В понедельник свалит. Сам соберу её вещи, - отвечаю я, и сажусь на кровать. Мэйвис устраивается рядом со мной.

—Она твоя мама...

—Знаешь почему она тут? Не из-за меня или Митча. Она тут, потому что к мужику, с которым она спит, приехала жена, и ей нужно было где-то скрыться. Она любовница богатенького кошелька, и живет в Далласе, Техас.

—Даллас далеко, - шепчет Мэйвис. — Что же она делает тут?

—У её кошелька тут какая-то конференция. Вот и приехала. Но, жена нагрянула так же неожиданно, как и она на пороге этой квартиры. В общем, - вздыхаю я, прикрывая глаза. —Скоро она уйдет и всё придет в норму.

—Вы больше с ней ни о чем не говорили? Например..

—Почему она нас оставила? – Мэйвис кивает, и я грустно улыбаюсь. — Эту историю я знаю от Майкла, моего дяди.

—Ты знаешь историю от его лица, вдруг, все намного сложнее, - я мотаю головой, отказываясь от её слов. Майкл не мог мне соврать. Элла начала встречаться с каким-то парнем, но тому не нужны были чужие дети, и она просто оставила нас. Во-первых, она оставила одних в квартире. Представьте, пятилетний я, и Митчелл, который месяц назад родился. Во-вторых, если бы Майкл не пришел чинить раковину, бог знает сколько мы бы находились одни в квартире.

—Она никогда не приезжала, чтобы увидеть нас. Не звонила, не писала сообщения, даже чертовы подарки на дни рождения не отправляла. Как думаешь, я хочу её оправдывать? – Мэйвис шумно вздыхает.

—Ты прав, она не заслуживает твоих оправданий, - тихо говорит она, утыкаясь лбом в мое плечо. — Тебе больно. Я это вижу, Джим.

—Наверное, - усмехнулся я.

—И ты сказал, что не спал со вчерашней ночи, - я опять киваю, не отрывая взгляда от рабочего стола.

Я не могу уснуть, не потому что, боюсь, что Элла вынесет все имущество, мне просто хочется быть начеку. Митчелл бросил меня одного, выбрав свое душевное спокойствие, чего не скажешь обо мне. Я прислушиваюсь к каждому звуку в квартире, к каждому её разговору по телефону. И плевать я хотел на личные границы.

—Не хочу спать.

—Это не так. Давай ты сейчас дашь себе передохнуть, а я посторожу твой сон. Буду охранять тебя и всю технику, - вяло смеётся Мэйвис, заставляя меня улыбнуться. Я коротко целую её в губы, и укладываюсь на бок на кровати.

Опять слышу тихую музыку, доносящуюся из кухни. Меня поражает собственная мысль, что на моей кухне находится совершенно чужой человек. Элла. Моя мать. Но была ли она вообще мне матерью? Она лишила нас с Митчеллом всего. Полноценной семьи, отцовской любви, и в конце концов, собственной матери. Митчелл рос не зная, какого это когда его обнимает мама. Он не знал, для кого должен рисовать подарок на «День матери». Мы понятия не имели, кого нам звать на наши школьные праздники, кроме Майкла.

Майкл стал всем для нас. Он родной брат Эллы, и после её исчезновения, забрал к себе. Оформил опеку, и стал воспитывать нас. Майкл стал и отцом, и матерью в наших глазах.

Однажды я поклялся себе, если когда-нибудь встречусь с ней, пройду мимо, показывая всем своим видом, что прекрасно справился без неё. И я справился. Главное, кто сейчас рядом со мной. А рядом Мэйвис.

Мэйвис

Через двадцать минут дыхание Джима стало размеренным. Он расслаблено лежал на спине, и я аккуратно накрыла его пледом. Еще немного понаблюдав за этой сонной картиной, вышла в гостиную, с мыслью, что самой необходим кофе. Я знала, что Джиму слишком не легко находиться один на один с женщиной, которая ушла много лет назад, но не могла предположить, что он будет так себя изводить.

Зайдя на кухню, встречаюсь с недовольным взглядом Эллы. Она стояла у раскрытого окна, держа между зубов сигарету.

—Джиму не нравится сигаретный запах, - беспечно говорю я, и достаю из верхнего ящика кружку. Элла снова сканирует меня взглядом, буквально прожигая мои ноги. — Последствия аварии.

Я поворачиваюсь к Элле, и та удивленно на меня уставилась.

—Что? – переспросила она.

—Вы смотрите на мои ноги. Это последствия аварии, - она молча кивает, и тушит окурок, выкидывая его в урну.

—Мэйвис, правильно? – я молчу. — Скажи мне, Джейми, он какой? – я вопросительно приподнимаю брови. Элла заправляет выбившиеся пряди светлых волос за ухо, и садится на стул у входа. — Какой Джейми брат? Какой он друг и твой парень?

—Вам правда интересно? – она пожимает плечами. — Джим он, хороший человек. Чуткий, понимающий брат. Всегда защищает Митча, поддерживает его, даже когда тот неправ. Он очень любит его.

—А как к тебе относится Джейми? – снова спрашивает Элла. Делаю глоток горячего напитка.

—Если бы не поддержка Джима и его понимание, я бы утонула в своей тьме. Он тот, к кому всегда будут тянутся люди. Общительный, веселый парень с фотоаппаратом в руках, потому что фотографии его страсть. Знаете, какая у Джейми мечта? Открыть свою фотостудию, и курсы для начинающих фотографов. И я уверена, он воплотит эту мечту в жизнь, - Элла грустно улыбается, и начинает часто моргать, словно стряхивает набежавшие слезы.

—Митчелл такой же? Представляешь, я его ни разу не видела взрослым, - Элла проводит рукой по волосам, и смотрит на меня полным надежды взглядом. Какой бы плохой она не была матерью, она хотя бы жива. Вот чего Джим и Мич никогда не поймут. Их мать жива.

—У Митчелла сложный характер, - я сажусь напротив Эллы, с кружкой кофе в руках. — Взрывоопасный, но он учится себя контролировать. Мич очень смешной, называет меня красавицей и считает себя моим старшим братом. Он тоже очень чуткий, всегда будет поддерживать тех, кто ему дорог. Он любит эту жизнь, и не вините его в том, что он не хочет вас видеть.

Элла хмыкнула.

—Я не виню их в этом, Мэйвис. Знаешь, у меня не было примера, какой должна быть семья. Моя мать вечно пила, а отец появлялся дома только, чтобы переночевать. Майкл за мной ухаживал. Ни родители, только он. И когда я забеременела в семнадцать, была четко уверена, что справлюсь.

—Почему? – тихо спрашиваю я.

—Я слепо верила, что отец Джейми хороший парень и не бросит нас. Но он бросил, когда я была на восьмом месяце беременности. А через четыре года я встретила другого мужчину, но не успела сказать о своем положении, как тот испарился. Майкл не дал мне сделать аборт, сказал, что это его племянник. Но второй ребенок был для меня слишком, - Элла замолчала, закрывая глаза, из которых уже текли слезы. — После рождения Митча, я познакомилась с одним солидным мужчиной, наивно полагая, что моя жизнь и жизнь моих детей может круто изменится. Но он сказал, что чужие дети ему не нужны, и заставил выбирать.

—И вы выбрали его, - Элла сильно закивала, и светлые локоны спали ей на лицо.

—Я хотела выбраться из этой ямы саморазрушения, в которую засунули меня мои родители. Я ушла, зная, что Майкл их заберет. Они ни в чем не будут нуждаться. Есть люди, которые не должны становится родителями, и я одна из них. Быть матерью, просто не мое.

Воцаряется неловкое молчание. Я допиваю свой кофе, не зная, что сказать или еще рассказать. В чем-то она и права. Её детство было не лучшим и ей хотелось сбежать от этого. Но в тот же момент, она не хотела, чтобы её дети страдали так же. Не думаю, что Элла плохая мать, просто да, не все должны становиться родителями.

—Он меня никогда не простит? – спрашивает она, глядя на меня стеклянным взглядом.

—Не знаю, - пожимаю плечами. — У Джима мягкий характер, но мне неизвестно, настолько глубока его травма детства.

—Наверное, он прав. Я должна исчезнуть из их жизни раз и навсегда, - глубоко вздыхает она, и встает со стула. — Ты милая девушка, Мэйвис, - легкая улыбка её губ трогает меня.

Элла уходит в гостиную и ложится на диван. Я возвращаюсь в комнату Джима, удивленно замечая, что тот не спит. Он просто лежит на спине, уставившись в потолок.

—Маленький засранец подслушивал наш разговор? – с прищуром спрашиваю я, забираясь на кровать и ложусь с ним рядом.

—Вы просто громко говорили, - Джим крепче прижимает меня к себе, и я укладываю голову на его грудь.

—И что ты думаешь?

—Я не знал о их детстве, - тихо говорит он. — Но знаешь, от её версии мне лучше не стало. Да, может её детство было жестоким, но это разве оправдание? Не думаю.

—Джим, - вздыхаю я. — Знаешь, что из этого я поняла? Она хотела лучшей жизни для себя и для вас тоже. Элла знала, что даже если уйдет, вы будите не одни, она доверяла своему брату и верила, что он даст вам то, чего сама не могла. Ты же не жалуешься на навыки воспитания Майкла?

Джим что-то бормочет, и качает головой.

—Нет. Хочешь дать совет мне простить её, и начать общаться? – со странной интонацией спрашивает он.

—Вовсе нет, просто хотя бы жить без ненависти к ней.

В воздухе повисает убаюкивающее молчание. Веки плавно закрываются, и вот я уже не в реальности, а где-то далеко в своих снах. В тех самых, где мы с Джимом выстроили свой райский уголок и больше никого нет. В тех самых снах, где мы не знаем боли, кроме той злосчастной царапины из-за велосипеда. В нашем райском уголке мы делимся историями о любящих родителях. И в этих снах, наша жизнь протекает без проблем и скорби. Но это сны. Всегда только сны.