Глава 25

«Декабрь 20..5

Понятия не имею, как себя должен чувствовать человек, которому разбили сердце. Наверное, это апатия, без какого-либо желания вести свой обычный образ жизни. Школа, дом, школа, дом - мой распорядок дня. Иззи была в бешенстве, когда узнала, что со мной приключилось за неделю её отсутствия. Но с появлением подруги, окружающие боялись и взгляд на меня бросить.

—Мэйвис, мне нужна будет твоя помощь в магазине, - останавливает меня мама, когда я собираюсь сбежать из дома. Мне не хочется все выходные быть на побегушках у мамы, выполняя её прихоти.

—У меня планы, - бросаю я ей, и начинаю обуваться.

—Значит отмени, - твердо говорит она, глядя на меня в упор. Если б я могла, то провалилась бы сквозь пол, или во мне появилась бы дыра.

—Не могу, - не понимаю, откуда взялась вся эта смелость бросать ей вызов, но когда-нибудь стоит начать.

—Ты что задумала? - пугающе спокойно спрашивает она, скрещивая руки на груди.

—У меня планы с моим парнем, - и вот тут её глаза расширяются, а на лице появляется багровый оттенок. -—Поэтому, сегодня без меня, - после этих слов, я подхватываю с пола рюкзак и выбегаю из дома. Не знаю, чем я думала, выдав ей такое, но явно не мозгами. Она мне точно вечером устроит ту еще взбучку.

Признаться, у меня не было какого-то определенного плана, как провести этот день. Возможно прогуляться в парке, перекусить в кафе, вернуться в парк, сходить на школьное футбольное поле и к девяти вернуться домой. Но и домой мне теперь страшно возвращаться. Может, позвонить Диего? Попросить его о помощи? Ну уж нет, Мэйвис, заварила кашу и расхлебывай её сама.

Три с лишним часа я просидела в парке, закончив читать очередную книгу Шарлотты Бронте. Кажется, такими темпами я перечитаю всю школьную программу, и могу начать писать эссе на целый год вперед. После парка, я купила себе перекусить в каком-то уличном киоске. Часы показывали только шесть часов вечера, и мне надо отсидеться где-то еще. Вставив наушники в уши, и включив Кэти Пэрри медленно двинулась в сторону школы.

Логичным было бы позвонить Иззи и напроситься к ней в гости, но сегодня суббота, она явно не дома, а где-то собирает приключения на свою прекрасную пятую точку. Ну что ж, заряд батареи позволяет мне слушать музыку, значит так и поступим.

Я занимаю самую дальнюю трибуну на поле, устало прикрываю глаза и облокачиваюсь на спинку. Одна песня сменяет другую. Замечаю, как становится прохладно, и ветер играет с моими волосами. Не открывая глаз, укутываюсь в кофту.

—Что за? - взвизгнула я, когда кто-то снял один мой наушник. Райан держал его в руке, с ухмылкой оглядывая меня.

—Что ты здесь делаешь? - спрашивает он и садится рядом со мной. Он вставляет наушник в ухо, и почему-то морщится. —Это Биби Рекса?

—Это плейлист на случай грусти, - фыркнула я, переключая песню. Прекрасно, теперь играет Гранде.

—Почему ты грустишь? - вероятно, это риторический вопрос, или Райан самый глупый человек в мире.

—Потому что хочу, - тихо отвечаю я.

—Ты так и не сказала, что здесь делаешь.

—Ушла из дома. Хотела побыть одна.

—Дай угадаю, теперь ты понятия не имеешь, как идти обратно? - я отвернулась от Райана, не желая ему отвечать, потому что он чертовский прав.

—Она вставит мне по полной.

—Почему она так с тобой?

—Тебе какое дело? - резко отвечаю я, вставая с места. Выключаю музыку на телефоне, и забираю у Райана свой наушник. —Тебе должно быть плевать. Мои проблемы.

—Твои проблемы меня тоже касаются, - спокойно отвечает Кеннет, поднимаясь вместе со мной.

—Нет. Нас ничего не связывает, - бросаю ему, и взяв свой рюкзак, спускаюсь с трибун.

—Нас связывает любовь, большеглазка, - я отмахиваюсь от его слов, и даже не оборачиваясь, показываю средний палец. Это только у меня любовь к таким придуркам, у него уж точно ничего подобного нет. Такие как Райан Кеннет не умеют любить. — Брось, Мэйвис, ты знаешь, о чем я.

—Не хочу знать, - выкрикиваю ему я, выходя из футбольного поля. Мое сердце пропускает удар, когда я замечаю подъезжающую машину мамы. Что она здесь делает? Как она меня вообще нашла?

—Ты чего? - Райан встает рядом, и следит за моим взглядом.

—Мама, - прошептала я. Мама выходит из машины, и тут же направляется к нам. В её глазах полыхает злость.

—Ты где шлялась? Почему на звонки не отвечаешь!? - кричит она, останавливаясь около меня. Проглатываю ком страха.

—Гуляла. Сказала же, что планы, - стараюсь отвечать как можно спокойнее.

—Я тебе что сказала, Мэйвис? Мне нужна твоя помощь в магазине, и это не означало, что ты не можешь просто взять и сбежать. Ты где-то храбрости набралась?

—Прекрати кричать, ладно? У меня что, не могут быть личные дела? Мне всегда около тебя торчать? - мама широко улыбается, словно этих слов и ждала.

—Успела уже к нему в койку прыгнуть? - я с шумом втягиваю воздух, словно меня ударили под дых. Оборачиваюсь на Райана, который стоит с не менее шокированным лицом. Она это серьезно?

—По-твоему я шлюха какая-то? - спрашиваю я маму, и та пожимает плечами с беспечной улыбкой на лице.

—А я не знаю, что еще думать, Мэйвис. У тебя на первом месте должна быть учеба, а не какие-то парни на одну ночь. Я тебя предупреждала, никаких друзей и парней, пока ты не окончишь университет. А ты плюешь мне в душу, после всего, что я для тебя сделала.

Мне хочется рассмеяться. И я смеюсь со слезами на глазах.

—Да пошла ты к черту! - выкрикиваю я, наблюдая, как улыбка слазает с ее лица. — Да, я буду бегать по парням на одну ночь, буду заводить друзей, буду ходить на вечеринки, пить, курить, всё что захочу, потому что это моя жизнь! Слышишь, моя жизнь! Мне решать, что делать. Я устала от тебя, мама, я ненавижу тебя! Ненавижу! - мама резко замахивается, и я инстинктивно жмурюсь, но удара не последовало. Райан перехватил её руку, и та уставилась на него с широко распахнутыми глазами.

—Мне ничего не стоит позвонить верховному судье Бостона и сообщить о насилии в семье, - с полуулыбкой говорит он, намекая на своего отца.

—Ты вообще кто такой, парень? - сквозь зубы, спрашивает мама. Райан резко отпускает её руку, и прячет меня за своей спиной.

—Сын верховного судьи Бостона, - мама с неприязнью оглядывает Кеннета. — Если вы хоть пальцем коснетесь моей девушки, я буду действовать в своих интересах. И не посмотрю на то, что это обычная семейная драма. Никто не посмеет обидеть Мэйвис, - мне почему-то хотелось сказать, что он сам прекрасно справляется с этой ролью, но мне нравилась смотреть на растерянность мамы. Она бросает на меня свой злой взгляд и разворачивается к машине. Вот так просто. Она всегда это делает, когда слишком зла. Прекрасно, домой я точно не вернусь.

—Спасибо, - вполголоса говорю я, провожая  взглядом машину мамы.

—Она не права, - говорит Райан, и я просто киваю.

—Знаю. Мне надо позвонить брату, может смогу у него остаться.

—Останься у меня. Хотя бы до понедельника. Может, она за эти дни остынет.

Не остынет. Она это так просто не оставит.

—Ты назвал меня своей девушкой, - замечаю я, чувствуя тепло внутри себя. Он защитил меня.

—Да? Само вырвалось, - слегка смеется Райан, и берет меня за руку. —Ты мне дорога, большеглазка. Если хочешь поговорить, то давай сделаем это у меня дома, хорошо?

И я кивнула. Меня даже не пугала мысль, что я буду ночевать под одной крышей с Райаном. Снова. Я только и делала, что прокручивала в голове его слова, обращенные моей маме. Назвал своей девушкой. Не посмеет дать меня в обиду. Оказался рядом. Господи, если это сон, то пусть не заканчивается. Мне даже не хочется злиться на маму, и вообще думать о ней. Райан продолжал держать меня за руку, тянув за собой в сторону своего дома. Как же я могла влюбиться в этого парня?»

Я вздрогнула от сильного стука в дверь. Машинально захлопнула блокнот, спрятав в шкафчике с крупами, и села обратно за стол. Учитывая, что я никого не ждала, вероятно это к Бриджит, но и та спускаться не спешит.

—Бри, дверь! - кричу я, выходя в гостиную.

—Это не ко мне, - так же громко отвечает сестра, и я медленно плетусь ко входной двери. Глубоко вздыхая, я открываю её и издаю удивленный вздох. Не ожидала я увидеть на пороге дома братьев Паттерсенов.

—Спасибо Мэйвис, у меня все прекрасно, ты как? Так же спасибо большое, что впустила нас в дом, - вполголоса ворчит Митчелл, проходя мимо меня внутрь дома. Я отхожу чуть назад, предлагая пройти Джиму тоже.

—Что вы здесь забыли? - спрашиваю я, и только потом понимаю, что это прозвучало слегка грубо.

—Хотел спросить с тебя то, почему ты не позвонила мне и не рассказала о Бриджит, - Мич возмущенно сложил руки на груди, и неодобрительно сморщился.

—Слушай Мич, - начала я, присаживаясь на подлокотник дивана. — Я знаю свою сестру семнадцать лет, и я знаю, что ей необходимо было несколько дней побыть одной. Она только недавно присоединилась к моим ночным киномарафонам, и боле менее отошла от разрыва. А вообще, ты как об этом узнал?

—Позвонил ей сегодня, хотел встретится после школы, а она сказала, что неделю уже не ходит туда.

—А причину назвала? - интересуюсь я.

—Рассталась с девушкой, - пожимает Мич плечами, и позади себя слышу, как вздохнул Джейми.

—Рассталась. И ей было необходимо время. Но, если ты здесь, то Бриджит у себя, - Митчелл кивает мне, и забирая пакет у Джима, поднимается на второй этаж. Я провожаю Митчелла взглядом, и только сейчас понимаю, что меня переполняет восторг. Он волновался за нее. Хочет поддержать. Что-то даже купил. И как мне не радоваться тому, что у Бриджит наконец-то появился такой друг.

Я продолжаю сидеть на подлокотнике, пока тихий кашель позади не выводит меня из раздумий. Джим обходит диван и встает около меня.

—Прости, что не писал тебе эти два дня. Мне показалось, что тебе необходимо время после того вечера у Майлза, - я молчу. По правде, мне плевать, что я поругалась с Мэгги, и та обозвала меня, как только можно, после чего выгнала из квартиры ее друга. Майлз пытался разрядить обстановку, и успокоить свою подругу, но Мэгги будто с цепи сорвалась, стала обвинять меня в чем только можно. То я не так с ней общалась, то я сама виновата в том, что случилось, и благодаря Уиллу я должно быть поумнела. Если бы она это не говорила, то может, я бы и смирилась с её внезапной истерикой. Но видит бог, я пыталась. И теперь должна Майлзу пару новых тарелок.

—Не волнуйся, дело в другом, - спустя несколько минут отвечаю я. Джим всматривается в мое лицо, ища подтверждения тому, что меня и правда не волнует ссора с Мэгги. — Честно, Джейми. Дело больше в Диего. Мы с ним не разговариваем. Он рано утром уходит, и возвращается поздно. Немного бесит.

Опять же, я бы так не зацикливалась, если бы Диего после нашего разговора поговорил хотя бы с Бриджит. Он даже не смотрит на нее, обходит стороной. Ладно я, мне плевать, есть старший брат в моей жизни или нет, но Бриджит в нем нуждается.

—Кстати, я бы хотел с тобой поговорить о том, что ты говорила Диего в ресторане, - я на мгновение задерживаю дыхание, в ожидании его дальнейших слов. — Может, он злится от того, что я якобы знаю о тебе всё? Недоволен тем, что ты свои скелеты доверяешь чужаку?

Я хотела начать отрицать и говорить то, что Диего плевать если я кому-то что-то рассказываю, но задумалась. Возможно, в чем-то Джейми и прав. Есть вероятность, что Диего мог именно на это разозлиться. О своих проблемах я не люблю распространяться, даже домашним, и уж тем более не разглагольствую о чувствах, которые меня одолевают. Диего знал о словах психотерапевта, и слишком часто на меня давил, даже если мы говорили по телефону.

—Даже несмотря на то, что я сказала, не везде была правда. Ты не всё знаешь. Так, поверхностно.

—Заметил, - сухо отвечает мне Джим. — И я не давлю, ты знаешь. Мне не важно знать до мельчайших подробностей, чтобы тобой восхищаться. Но есть вещь, которая меня все же интересует, - я резко поднимаю голову, и вопросительно смотрю на Джима. Вместо ответа, он обходит меня и садится на диван. Вздыхаю, и сажусь рядом с ним. — Когда я был с тобой на собрание в группе поддержки, слышал, как ты говорила про психотерапевта. Давай начнём хотя бы с этой истории. Что случилось?

Я отвожу взгляд в сторону, собирая всю свою смелость на этот рассказ. Хотя бы остатки этой смелости. Вздыхаю, и раскрывают рот, чтобы ответить, но слова застревают в горле.

—Ты знаешь, что такое ПТСР? - Джим медленно кивает, и тянется, чтобы взять меня за руку. Я отодвигаюсь чуть назад. В этот раз я хочу справиться сама. Обуздать свой страх. —Посттравматическое расстройство. Оно наблюдается у человека, пережившего страшное событие. Это когда ты становишься заложником собственных мыслей и воспоминаний, - я на несколько секунд прикрыла глаза как будто мысленно вернувшись в тот день, и продолжаю свой рассказ. — Я почему-то была в сознании, когда спасатели доставали меня из машины. Видела, как они распиливают её, чтобы достать тело мамы. Я видела, в каком она была состоянии. Просто не было шансов выжить. Даже не хочу описывать, как сильно она пострадала. И как бы ужасно не звучало, я видела, как закрывают черный мешок, говоря по рации - труп женщины.

—Если тебе тяжело, - я тут же остановила Джима. Знаю, что он переживает за меня, но раз уж мы начали, надо идти до конца.

—Я виню в этом себя. Виню себя в том, что это моё поведение привело к той аварии. Я слишком часто копалась в этих воспоминаниях. Слишком часто об этом думала. У меня просто пропал интерес ко всему. Из-за смерти мамы, из-за того, что я стала инвалидом, и я просто...пыталась с этим покончить, - последнее признание вышло из меня слишком неожиданно. Мне никому не приходилось об этом говорить раньше. Не хотелось рассказывать, как я выкрала у медсестры таблетки, позже выпив все. Никому не доводилось рассказывать о том, как Бриджит застала меня дома уже с другими таблетками. — Я стала агрессивной. Срывалась на всех. Просила не трогать меня, оставить одну, бросить. Перестала спать. Сутки. Двое. Трое. Папа заставлял меня пить снотворное. А потом, в больнице меня направили к психотерапевту. Это пытка, когда тебя каждый раз просят вернуться в тот день, и описать свои чувства. Досконально обо всем рассказать. Представляешь, папа посчитал мое поведение опасным для окружающих.

Я замолкаю, крепко закрыв глаза. Полгода длились эти встречи с психотерапевтом. Полгода длилось медикаментозное лечение, этими антидепрессантами и прочим ядом. Но у меня не было депрессии. Даже намёка.

—Каждый раз засыпая, я переживала всё вновь. Каждый раз рассказывая, я ловила флешбеки, и меня накрывали одни и те-же эмоции. Страх. Вина. Паника. Ужас. Я не могла отличить это от реальности. У меня даже появились триггеры, определенные слова, звук автомобильного сигнала, один вид грузовой машины.

—Мэй, почему группа поддержки? - тихо спрашивает Джим, и я мотаю головой.

—Потому что я не могла рассказать обо всем собственной семье. Не могла с ними поделиться своими чувствами. Психотерапевт сказала, что если я не могу открыться близким, то мне надо попробовать поговорить с незнакомцами. Нашла для меня группу поддержки, записала туда. Я полгода хожу на эти собрания, и еще ни разу не рассказала свою историю. Представь, какая я слабая.

—Боже, нет, Мэй, ты не слабая. Слабые люди не поднимаются после падения, они не ставят перед собой цели, они не думают о том, как бы справиться со всем случившимся. Слабые люди пускают всё на самотек, не борются. А ты, Мэйвис, прошла тернистый путь, чтобы стать той, кем ты сейчас являешься. Ты пытаешься, ты борешься. И твоя борьба приносит плоды, просто ты их не замечаешь.

—Джим, - начала я, чувствуя, как по щекам бегут слезы. — Я виновата в смерти мамы. Пусть, у нас были сложные отношения, и пусть я даже почувствовала свободу после этого, она была моей мамой. Мамой Бриджит, Диего. Любимой женой отца.

—Тогда, я виноват в том, что я мама бросила нас, потому что я был плохим сыном. Митчелл виноват в том, что нас бросил отец, потому что мы были ему не нужны. Мэй, никогда не знаешь, что произойдет с нами завтра. Я могу поехать в университет, и проколоть шину, или порвать свою любимую футболку, врезаться в столб. Со мной может случиться всё что угодно, и в этом нет чьей-либо вины. Ты не можешь быть виновата в том, что случилось. Ты сейчас подумаешь, какая банальная фраза, но есть такая штука как - судьба. Кирпич ни с того ни с сего никому и никогда на голову не свалится.

—Кирпич? - переспросила я, и Джим слегка улыбнулся.

—Метафора тому, что произошедшее все равно бы случилось. Любое событие неизбежно, иначе оно бы не случилось.

—Прекрати говорить как сборник философских цитат, - Джим закатывает глаза, и притягивает меня к себе. Его крепкие руки обвивают мою талию, и я сильнее прижимаюсь к нему. — Не знаю, что и думать, Джейми. От этого не так-то просто избавиться. От навязчивых мыслей, воспоминаний.

—От этого не надо избавляться. От воспоминаний так точно. Но свои мысли ты можешь изменить. А потом, мы вместе наберем новые воспоминания, - я тихо фыркнула, из-за чего Джим рассмеялся.

—Тебя не напугало, что я болела? - тихо спрашиваю, и почему-то боюсь услышать ответ.

—Почему меня это должно напугать? Наоборот, я больше и больше горжусь тем, какая сильная у меня девушка. Сильная духом. Характером.

—Вдруг, ты не прав.

—Я всегда прав, Мэйвис. Прав во всем, что касается тебя. Вот так устроена моя любовь.

—Твоя любовь? - усмехнулась я, поднимая голову. Голубые глаза Джима сверкнули, он поцеловал меня в кончик носа, успокаивающе поглаживая по спине.

—Я люблю тебя, потому что вся Вселенная способствовала нашей встрече, - я задержала дыхание. Это первый раз, когда Джим говорит, что любит меня. Это первый раз, когда я хочу расплакаться от этих слов. Это первый раз, когда я настолько уверена в своих чувствах, что не знаю куда их деть. И я сейчас хочу сказать что-то, что Джим запомнит навсегда.

—Люблю тебя и буду любить, пока не перестану дышать. Я это твердо знаю. Хотя знаешь, слово - любовь, слишком мало говорит. Оно, как капля в море. Мои чувства к тебе гораздо больше. Не описать словами, - в глаза Джима блеснул торжествующий огонек. Одна его рука медленно поднялась к моей шее, слегка сжимая ее. Джим наклонил голову вперед, впиваясь в мои губы жарким, немного грубым, но таким страстным поцелуем. Застонав, я вцепилась ему в плечи, не желая останавливаться. Никогда. Ни за что.