Карьер

Мы отъехали от дома. За окном сменялся пейзаж, а девочки вовсю орали песню. Когда песня закончилась, Вики выключила магнитолу и, повернувшись ко мне, спросила:  — Ты звонила Лили? Она уже выходит? Мы подъезжаем. 

Спустя пять минут раздался звук тормозящих колодок, а ещё через секунду — девчачий писк: они радовались, что снова воссоединились и едут отдыхать вместе на карьер. 

— Ави, ты что такая озадаченная? Как у Малека дела? — спросила Лили, захлопывая за собой дверь машины. 

Лили меньше всего мне нравилась из нашей компании. Мне всегда казалось, что ей нравится Малек, хотя у неё есть парень — Лестер. Но не нравилась она мне не из-за этого, а потому что была очень конфликтной, любила поспорить и вообще от неё часто разило негативом. 

— А, да нет, всё хорошо. Просто папа уже пятый год подряд настаивает на том, чтобы я поменяла школу, — сказала я, открыв окно со своей стороны в надежде, что её любопытство сдует порывом ветра. Не дав ей развить эту тему дальше, я добавила: — Кстати, девочки, нужно ещё за Анной заехать, она тоже сказала, что поедет с нами. 

— Ой, ну нет, Анна не вписывается в нашу компанию. Она слишком правильная, да и вообще с чего это вдруг она захотела с нами поехать? — заныла Джессика. 

— Ну хватит! Хоть она и не вписывается, ей тоже нужно с кем-то гулять, а не тухнуть дома, — твёрдо, почти с агрессией ответила я. 

— Пусть с кем-то и гуляет, а от нас отстанет, — ворчала Лили и показательно отвернулась к своему окну. 

— Вики, её дом всё равно по пути, давай заедем, пожалуйста, — мягко сказала я, посмотрев на неё через зеркало заднего вида. 

— Хорошо, — так же мягко и по-матерински ответила она, вернув взгляд на дорогу. 

До дома Анны мы ехали около десяти минут, и за всё это время никто не проронил ни слова — лишь тихо играла фоновая музыка. Мне на мгновение показалось, что они общаются силой мысли и обсуждают моё «идиотское» решение взять Анну с собой. Знали бы они, что накануне я умоляла её поехать, — они бы ещё больше надулись. 

Я позвала Анну, потому что хотела увидеться. Хоть мы и учимся в одной школе, но уроки у нас в разное время, и мы не виделись уже около месяца. 

— Девочки, приветик! — сказала Анна, садясь в машину. 

Девочки лишь вяло промяукали в ответ. Анне тоже было не совсем комфортно среди них, но ради меня она всё же поехала. Мы с ней знакомы с одиннадцати лет, наша дружба прошла через годы. Анна очень тихая и скромная, я считаю её своей сестрой — только с ней могу разделить переживания и доверить тайны. 

С Джессикой, Вики и Лили мы знакомы не больше года. Вместе ходим на черлидинг, и нас связывают в основном тусовки. Я редко делюсь с ними чем-то личным — не знаю, на что они способны. 

В это время мы уже подъезжали к карьеру. Голубая вода виднелась среди высоких зелёных деревьев, вокруг не было ни души. Порой мне казалось, что об этом месте знаем только мы: оно спрятано за горой, и чтобы дойти до воды, нужно сначала обогнуть её по непроходимой дороге. Конечно, пешком — Вики не будет убивать свою машину. 

— Конечная, — строго сказала Вики, ставя машину на ручник. 

— Как мы сейчас оторвёмся! Я уже в предвкушении! — не прекращала визжать Джессика, расстёгивая ремень и вылетая из машины. 

Мы разобрали из багажника алкоголь, покрывало и надувные матрасы. До места отдыха идти ещё около получаса через лес и гору. Наверное, не самое безопасное место для пятерых хрупких девушек. Если бы мои родители знали, в какой глуши этот карьер, вряд ли бы меня отпустили. 

Мы нашли это место с Вики, когда катались ночью на её машине. В ту ночь она рассталась со своим парнем, и я её поддерживала. Вики была пьяна и за рулём — тогда она не думала ни о какой ответственности, и её привычная модель поведения «мамочки» исчезла вместе с алкоголем из багажника. Мы доехали до карьера и поцарапали весь передний бампер. Наверное, она до сих пор злится на себя за это, поэтому и сказала так грубо, что пойдём пешком. 

Спустя полчаса по труднопроходимой дороге, исцарапав ноги о торчащие ветки, мы добрались до места. 

— Где здесь можно переодеться? — спросила Анна. Она знала ответ, но своим вопросом дала понять, что не понимает, зачем мы тащились в такую глушь, если можно было поехать на пляж. 

— Где хочешь, тут всё равно никого нет, чего стесняться? — сказала Лили и демонстративно сняла футболку. Все засмеялись над её выходкой, кроме Анны — ей явно было некомфортно. 

— Пойдём за куст, я прикрою тебя полотенцем, а ты переоденешься, — улыбнулась я. 

— Идём, — сухо ответила Анна. Мысль о переодевании за кустом напрягала её ещё больше. 

Когда смех Лили и визг Джессики остались позади, мы с Анной переглянулись и рассмеялись. Возможность переодеться мы использовали, чтобы побыть вдвоём и поговорить. 

— Как мама? — начала я издалека, натягивая полотенце между руками, чтобы прикрыть Анну. 

— Всё хорошо, работает, — ответила она, снимая футболку и шорты. Она жила с мамой вдвоём, отца не было — он умер, когда ей было пять. Её старшему брату двадцать восемь, он живёт отдельно с девушкой, и они редко общаются — только по праздникам. 

— Твои как? — спросила она из вежливости, пытаясь завязать купальник на спине, пока ветки куста царапали ей щёку. 

— Папа настаивает, чтобы я поменяла школу. Говорит, что до нашей ехать сорок минут, а до школы в нашем районе — десять минут пешком или три на машине. 

— Ави, он переживает за тебя, не злись. Сама понимаешь: в этом году поступление, экзамены, времени и так мало, а ты его ещё тратишь на дорогу, — мягко сказала подруга и жестом показала, что переоделась. 

— Да, понимаю... Но я не уйду. У меня там столько друзей, черлидинг, учителя стали родными... Я тоже переоденусь, — сказала я, вставая к кусту, чтобы Анна прикрыла меня полотенцем. 

— Хорошо, — ответила она. Это слово относилось только к первой половине моего предложения. 

Мы переоделись и пошли обратно. Вдалеке Джессика снимала сторис для Инстаграма, Вики надувала матрас, а Лили, не дожидаясь никого, открыла первую банку пива — возможно, она снова поругалась с Лестером и хотела заглушить мысли. 

Подножие карьера было каменистым, и в любой момент можно было споткнуться и упасть в воду или больно удариться. Но здесь было очень красиво и тихо — ни машин, ни людей, будто мы остались одни в мире. 

— Ну что, выпьем за приезд? — радостно сказала Джессика, как только мы подошли. — А, ты уже? Ну ты даёшь! — добавила она, увидев, что Лили уже пьёт. 

— Да вас дождешься — от скуки помереть можно, — вяло ответила Лили. 

Она точно поругалась с Лестером — может, даже расстались. Их отношения были странными: за год они расходились и сходились раз пять, с кучей измен с обеих сторон. Не понимаю, почему они снова вместе. Неужели может быть такая зависимость от эмоциональных качелей? 

— За приезд! Юхуу! — прокричали мы, чокнувшись банками. 

Мы уселись на покрывало, и Джессика первая завела разговор: 

— Слышали, Крис с Одри расстались? — сказала она с такой улыбкой, что можно было подумать, будто она выиграла миллион. 

— Чего?! — хором воскликнули я, Вики и Лили. Анну передёрнуло. 

Крис — друг Малека, и когда мы только начинали встречаться, он пытался подкатить к Анне, но она его отшила — он был слишком резким для неё.  Джессика засмеялась и продолжила: 

— Мы вчера гуляли вместе. 

— Чего?! — снова хором. 

— По словам Криса, эти отношения выжали его. Ему стало скучно, не было любви — только ссоры и «вынос мозга». 

— А с тобой он зачем пошёл гулять? — Вики явно не нравилась эта история.  Джессика три года была влюблена в Криса, а он звонил ей только пьяным после ссор с Одри. 

— Я... не знаю... Наверное, хотел, чтобы я его поддержала... — растерялась Джессика, и улыбка с её лица наконец пропала. 

— Ну и бред, — не отрываясь от телефона, сказала Анна. Она посмотрела на нас, и в глазах мелькнуло чувство вины — она не хотела говорить это вслух. 

— Да почему бред? Может, он тоже всё это время был влюблён в меня! — оправдывалась Джессика. 

Её глаза наполнились грустью, и казалось, вот-вот заплачет. Меня всегда удивляла её переменчивость. Мы переглянулись — объяснять что-то было ей бесполезно. 

— Джесс, поступай как знаешь. Но если будет больно — отвечать тебе, а не нам, — попыталась я сгладить ситуацию. 

— Да почему сразу больно? Мы просто погуляли! — обижалась Джессика. 

— Хорошо, гуляй. Только потом ночью в слезах не звони, — строго сказала Вики и плюхнулась в воду. 

Джессика и Вики знакомы с детства, как мы с Анной. Их дружба всегда напоминала отношения мамы и дочки, но Вики это начало надоедать. 

Допив банку, я взяла матрас и пошла в воду. Вики уже уплыла к центру. Я не особо любила купаться — мне нравилось лежать на воде, чувствовать, как она бьётся о матрас, а солнце припекает сильнее, чем на пляже. 

— Залезай ко мне, замёрзнешь! — крикнула я Вики. 

Она неуклюже забралась, и мы легли вплотную — матрас был рассчитан на одного. 

— Она специально это делает? — с отчаянием спросила Вики. 

— О чём? — сделала вид, что не понимаю. 

— Джесс... Зачем она так? Она же знает, что мне больно смотреть, как она страдает. 

— Вики, отпусти. Ты не её мама. Пусть сама разбирается. 

— Думаешь, стоит? 

— Конечно. 

Мы помолчали. Вики обдумывала мои слова, а я решила продолжить: 

— Не скучаешь по нему? 

— Чуть-чуть, — тихо ответила она, будто боялась, что эти слова услышит ещё кто-то помимо меня.

— У тебя всё впереди. Наслаждайся одиночеством. 

— Говорит человек, который три года в идеальных отношениях, — обиженно сказала она. 

— У нас с Малеком не всегда все  гладко, — ответила я, и обида из-за нашего с ним утреннего разговора снова всплыла. 

— Ладно, поплыву к Анне, а то она сейчас повесится с этими двумя дурами, — сказала Вики, глядя на берег. 

Джессика и Лили орали песни, а Анна раздражённо наблюдала за ними издалека. 

— Давай. 

И вот я осталась одна. Наконец-то. Солнце одаривает меня своими поцелуями, и кожа загорает. Как же хорошо. Так тихо, только вдалеке слышно, как Джессика с Лили поют песни и танцуют, а Вики с Анной нашли общий язык и мило общаются на пледе.Посреди карьера, лежа на матрасе, как у себя дома на кровати несколько часов назад. Можно опять помечтать. На самом деле, это не совсем мечтания, это больше просто мысли. Мама всегда мне говорила, когда я задумывалась: «О чем мечтаешь?» Я думала о Малеке, о наших отношениях. В голове крутились слова Вики: «сказал человек, который три года в идеальных отношениях». А действительно ли это так? Да, мы с Малеком уже три года вместе. Нам было по 15, когда мы начали встречаться. Мы знакомы ещё лет с 8, но никогда близко не общались, а осенью девятого класса мы оказались в одной компании, так и познакомились. Это мои первые отношения, этот человек дал мне много опыта. С ним я первый раз поцеловалась, и с ним у меня была первая близость.

Малек — один из самых популярных парней в школе, он входит в сборную нашей школы по баскетболу. Он нравится многим девушкам, и он это знает. У него короткие волосы, под 0,5. Квадратное лицо, голубые глаза, широкие плечи и высокий рост. Малек хочет поступить в колледж на юридическую специальность, в будущем стать хорошим адвокатом. Он хорошо учится и довольно умный сам по себе парень. Такому идеальному парню идеально подходит девушка с длинными до талии волосами, карими глазами, худой подтянутой фигурой, и которая, конечно, занимается черлидингом и тоже хорошо учится. Идеальная жизнь. С идеальными людьми. Что может пойти не так? Может. А что — я пока не знаю.

Как я сказала, Малек — довольно умный парень. Он тоже понимает, что последний год наши отношения превращаются во что-то нам непонятное, только он почему-то ничего не делает и не пытается решить этот вопрос. А я как раз хотела поговорить с ним об этом сегодня вечером, а он уехал... Может, ему это и не надо вовсе. Он знал за месяц, что уедет, но мне ничего не сказал, потому что боялся, что я начну этот разговор. Он избегает меня. Какой же козел. Внезапная вспышка агрессии охватила меня, и, боясь остаться наедине со своими мыслями, я поплыла к берегу.

Спустя ещё три часа на карьере, которые прошли на удивление хорошо, мы начали собираться. Мы пили, закусывали приготовленными Вики бутербродами, орали песни и брызгались водой. Я чувствовала себя счастливой, живой. Правда, иногда я забывала про еду, и от алкоголя на жаре становилось нехорошо. 

Солнце уже спряталось за горой, когда Вики объявила:  — Всё, девочки, пора домой. 

— Хорошо отдохнули, — подвела итог она, как только мы уселись в машину. 

Обратная дорога прошла в молчании — все устали, и на лицах читалось удовлетворение и умиротворение. Вдруг я вспомнила Итана и того парня, который разговаривал с ним утром. Тот парень, ровесник, выглядел так, будто сошёл со страниц книги: тёмные кудрявые волосы, светлая кожа, выразительные скулы. Одет был стильно — чёрные брюки, белая футболка, поверх неё бежевая рубашка и такие же кроссовки.  Он стоял расслабленно, руки в карманах, будто не слушал Итана, а думал о чём-то своём. Кто он? Почему я никогда его раньше не видела? 

Вики высадила меня у дома. Я обняла её на прощание, забрала сумку из багажника и направилась к входной двери. Итана и таинственного незнакомца во дворе не было. 

— Мам, пап, я дома! — крикнула я, заходя в прихожую. 

— Аврора, подойди, пожалуйста, — раздался папин голос из гостиной.  Родители редко называли меня полным именем — только если я провинилась. Сердце ёкнуло.