Глава 16 [2]

На фото Со Ёнсок———————————————От лица Ынхи

День рождение Чонука прошло удивительно хорошо. Сложно поверить, что это была только малая часть его родственников, и сложно представить, что так происходит у него каждый год. Пока я молча сидела и наблюдала за всеми, я поняла, насколько всё это время была одинока. Белая зависть всё это время не давала мне покоя, но я была рада, что у людей, которые старше меня, всё ещё есть желание справлять этот день. В моём случае я полностью отказалась от дня рождения. Не потому что никто не приходил, а скорее потому, что мои родители погибли именно в день моего рождения. Одна лишь мысль об этом дне навивает на меня тоску и стыд за то, что «убила» их в свой день.

Семья, сёстры и братья, настоящие друзья — разве это не лучшее, что есть в жизни? Только однажды потеряв можно осознать всю плачевность. Только ощутив на себе, можно понять эту боль и то, почему многие люди завидуют богатеньким детям. Да, возможно, и тем отчего-то больно, но у них есть семья. Разве это не самое важное? Какими бы они ни были, они всегда остаются самыми, пусть и не по духу, но родными людьми. Честно признаться, иногда кажется, что жизнь Чонука до жути идеальная, однако все свои возможности он использует совсем не в нужное русло.

Сынхё и тётя Серри все время старались развеселить меня, но я всё равно чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому попросилась уйти. Моё присутствие значило для всех (и даже для меня) ровным счётом ничего. Мне было стыдно просто оттого, что вообще заявилась в дом Чона без приглашения. Только благодаря Джиёну я оказалась здесь. Если бы я знала именно вчера, что сегодня должно было быть день рождение Чонука, то давно бы сбежала домой.

Сейчас–же уже понедельник, и я сижу в библиотеке с самого окончания лекций. За сегодняшний день я видела элиту несколько раз. По их физиономиям можно было с уверенностью сказать, что они ещё очень долго и много пили. А в тот день я даже толком ничего не сказала Чонуку, не поздравила по-человечески с днём рождения, не сказала тост и не пила за слова остальных, только сидела на одном месте на том–же диване, помогала тёте с едой, а большую часть времени проводила за раковиной, где безостановочно мыла посуду, дабы не смущать гостей и самого именинника своим присутствием.

Сейчас–же время было совсем позднее, почти никого больше в библиотеке не осталось. А мои мысли были по сей день забиты словами одногруппников и преподавателя. Они в буквальном смысле не давали мне наслаждаться покоем. Вроде всё это давно закончилось, но люди продолжают давить на меня. Честно, я никогда не была такой, кто будет идти на поводу у чужого мнения; я всегда слушала, но никогда не старалась исправить что-то или сидеть в библиотеке с обеда до ночи, уставившись в толстые книжки. Чьи-то слова никогда не заставляли поменять что-то в себе: ни в школе, ни на ринге; никогда не приходилось переживать дурацкие слухи и столько проблем. Всё, что касалось меня и моей личной жизни, было тесно связано с моим прошлым, а прошлое вспоминать мне хотелось меньше всего на свете. Я ненавижу то, что происходило со мной несколько лет назад. Чёрная полоса слишком долго шла вперёд, но приехав в Корею, я была уверена, что она закончилась и появится совсем не скоро. Но это была моя самая большая ошибка в жизни. Не прошло и месяца, как белая полоса оборвалась и за ней началась новая – чёрная. В мои шестнадцать я уже считала, что жизнь слишком несправедлива по отношению ко мне, ведь этот адский путь длился почти полгода. За эти полгода я успевала многое сделать с собой. И в моральном, и в физическом смысле. Я ненавидела себя. Только бабушка дала мне толчок к тому, чтобы жить дальше. Она, как никто другой, знает меня. Пока у неё не случился инфаркт, из-за которого она даже думала, что я Алекс.

Кстати на счёт Алекса... Кажется, он тоже обижен, но не может смириться с тем, что над его младшей, пусть и сводной, сестренкой, издеваются старшекурсники. Именно поэтому он срывал со стен университета мои фотографии и спорил со своими преподавателями и одногруппниками. Но я уверена, что не будь я его сестренкой и не попадись я в переполох с Со, он бы тоже отвернулся от меня. А о Чонуке вообще говорить нечего. После того случая в столовой, он даже не смотрел в мою сторону, ему было плевать с высокой колокольни. Но я совсем не виню никого из них, потому что заслужила такое отношение к себе.

За то время, пока я не ходила «На ринг», я решила заняться учёбой. Учёба в университете сложна, а я думаю только о своих проблемах, а не за то, каким образом буду позже сдавать файналы. Уже который день я пропускаю бои. С прошлого раза мне не хотелось больше появляться в этом месте, находиться в помещении с тем человеком. Как бы я не пыталась пойти на встречу, он все равно пытается превратить меня в посмешище, уничтожить, хотя мы уже давно разошлись по разным путям. Я правда устала. Устала от его дикости и чрезмерного чувства собственности ко мне, хотя не являюсь его игрушкой.

Тепер единственное, что мне оставалось сделать за сегодняшний день, это пойти домой. Я шла медленно, расслабленно, думала о плюсах жизни и наблюдала за тем, как смешно мои ноги передвигаются вперёд. Чтобы случайно не встретиться с Чоном, мимо дома которого приходится постоянно проходить после поездки на метро до района, я заворачиваю за угол, однако неожиданно натыкаюсь на курящего мужчину, что сидел, прижавшись спиной к стене.

Я пугаюсь так, что сердце в пятки проваливается, но не подаю виду. Пытаюсь спокойно пройти мимо, но за следующим поворотом оказалось ещё трое сидящих парней. Тогда я вновь оборачиваюсь, но прямо передо мной оказался тот же мужчина. Самый ненавистный мужчина, которого я когда-либо знала. Вполне ожидаемо, что он появился именно тогда, когда я вспоминала о нём.

Со Ёнсок. Ненавижу всеми фибрами. Всем сердцем ненавижу. Он человек, который любит сыпать соль на раны, ломать чужие жизни; человек, в бое с которым Чонук когда-то надолго получил ходьбу с загипсованной ногой, а также первый боец после его долгого перерыва; человек, с которым я дралась множество раз и каждый раз выигрывала; человек, который был...

— Куда собралась, Хан Ынха? — внезапно мои мысли прерывает знакомый голос и мои конечности полностью начинают окаменевать. Чего я ни разу не ожидала, так это его появления с глазу на глаз. Как я могла не понять, что это засада? — Давно гуляешь?

Кто бы мог подумать, что мой конец придёт именно по дороге домой в темном переулке?

— Ты следил за мной?

— Я – нет, а вот эти молодые парни... — Со указывает рукой за меня и, когда я оборачиваюсь назад, эти лица оказываются до жути знакомыми. Это были парни из нашего университета, которые издевались надо мной не меньше остальных. В одном из парней я вспомнила лицо того самого беглеца. Неужели и это они посмеют заснять на камеру..?

— Прости, но мне нужно идти, — я пытаюсь пройти через Со, но внезапно он хватает меня за воротник кожанки и толкает настолько сильно, что я не удерживаюсь на ногах и ударяюсь спиной о грудь одного из парней, а позже приземляюсь на землю.

— Куда тебе торопиться? Тебя все ещё кто-то ждёт дома? Я думал та старуха уже давно скончалась. Помнится мне, пару лет назад тебя никто из твоих «родственничков» не искал.

— Не нашёл ещё не значит, что не искал, — я встаю с места, поднимая за собой рюкзак. — Со, давай забудем уже о нашем прошлом и разойдёмся по своим путям. Мы оба взрослые люди, почему ты ведёшь себя как обозлённый ребёнок?

Я говорила это с неподдельным страхом в голосе, но и не могла не сказать ему об этом. Я старалась говорить с ним искренне, даже зная, что это ничем не поможет мне, но грубить ему — значит пойти на верную смерть. Я и так переступила через себя, посмев выступить против него «На ринге», после побега. Не знаю, что двигало мною в тот момент, но больше за меня действовала злость, а не страх. Но теперь он становится всё сильней и совсем не жалеет меня как бойца женского пола, остался только страх. Здесь никто не поможет мне и не позовёт на помощь. 

— Ты сейчас серьёзно?

— Что тебе нужно от меня? — сразу перехожу на другую тему. Спорить с ним — это бесполезная трата времени. Либо умереть по–быстрому, либо мучительно.

— Вернись ко мне, — я сама почувствовала, как мои зрачки мгновенно расширились, а сердце в который раз уходит в пятки.

— Нет! — громко отвечаю я. Этому точно не бывать. Я лучше буду мучительно умирать. — Ни за какие деньги я к тебе не вернусь.

— Тогда может.. — он медленно сокращает расстояние между нами и остаются считанные миллиметры. — Возьмёшь натурой?

Тут моё самообладание рухнуло, а кулаки автоматически направляются в его страшное лицо.

— Чтоб с тобой, чёртов педофил, я расплачивалась натурой? Тебе уже семью заводить пора, а не таскаться за девятнадцатилетней девчонкой! — и бью локтём по его лысой голове.

Внезапно вспоминаю об оставшихся трёх парнях, которые уже смело нападают с теми же кулаками.

— А вы ещё нашими беглецами называетесь? Сначала заслужите звание мужчины, ибо ваше маленькое достоинство однажды может оказаться в мусорном баке, и никто их там даже не заметит! — и пытаюсь отбиться от всех троих. Однако с самого начала понимала, что моих сил будет слишком мало, чтобы драться против двухметровых беглецов и опытным бойцом. Характер и чувство собственного достоинства скоро доведут меня до могилы.

Я ахаю, когда получаю в поясницу бойцом и поддаюсь вперёд. Один из парней ловит меня и также бьёт по лицу. Затем ловит за обе руки, тянет на себя, а другой тут же бьёт под дых, отчего я сразу начинаю задыхаться и откашливаться, но всё–же имею возможность отпрянуть от обоих, встретившись с холодной стеной чужого коттеджа.

Ноги тряслись толи от страха, толи от боли, толи от того, что не осталось сил – не понятно. Но определенно, это был хороший шанс закончить всё это здесь и сейчас.

— Дальше вы сами разберётесь, да? Делайте, что хотите, только в следующий раз пусть больше «На ринг» не возвращается.

Это было последнее предложение Со перед тем, как незнакомец кивнул и внёс очередной удар в живот, от которого я согнулась напополам. А Со скрывается за тем-же поворотом.

— Ну что, поиграем, милочка? Я даже и не знал, что ты участвуешь в боях. А ещё я не отомстил тебе за сорванный в тот раз пир, — подойдя, говорит главный беглец и перед моим лицом в ту же секунду появляется нож, который обычно люди используют для самообороны в небезопасных районах и странах. — Раздевайся или я раздену тебя сам.

***

Дышу через силу, забываясь в страхе. Последние двое сбегают, а беглец лежит, абсолютно не подавая признаков жизни. Я боюсь притронуться к нему, проверить пульс, боюсь узнать результат того, что только что произошло. Мои глаза слезятся, руки дико трясутся. Мне больно... Мне страшно. Я не могу встать на ноги. С каждой секундой моё тело начинает парализовывать.

Я хочу домой. Кто-нибудь, помогите мне...

Я через боль поднимаюсь, держась за почти сыплющиеся кирпичи коттеджа, и выхожу из переулка. Несмотря на понимание, что могу отключиться в любую секунду и умереть, я хотела добраться до дома. Умирать почему-то уже перехотелось, хотя бы потому, что совсем не так я представляла смерть. Как только такое мне в голову взбрело, но я направилась к дому Чона, который стоял буквально через пару домов.

Последним моим шансом был именно Чонук, ибо я понимала, что если захочу пойти до своего, то обеспечу для себя смерть, а Чон – не Боженька. Как бы я не хотела увидеть его сейчас перед собой, он не выйдет случайно из дома поздним вечером, не пойдёт в сторону моего еле стоячего на месте дома и не увидит между домами в глубине района мой бездыханный труп. Тоже самое можно сказать и про Алекса с Джиёном.

Я чувствую жар и то, с каким рвением ноги хотят уронить меня. Не знаю, зачем до сих пор стараюсь сохранить свою жизнь, но что-то меня всё ещё держало. Быть может, бабушка? Она именно та, ради кого я всё ещё здесь, ради кого я тружусь, чтобы хоть немного продлить её жизнь. Я просто хочу подарить этой женщине то, чего не дала ей судьба. Воспитать собственных детей, которых когда-то давно потеряла в один миг. Она воспитывала меня три года, и я хочу показать, что всё это было не зря. Я просто не могу уйти, не поблагодарив.

Да, немного печальная глава, имеющая потайной смысл. Выкладываю её в благодарность за это:

То, что на книге может набраться 140К просмотров, 7К звёздочек и чуть больше 700 подписчиков на страничке, для меня было просто мечтой. Но и это только малая часть того, за что я Вас благодарю. Больше всего я благодарна за то, что моя книга оказалась на ПЕРВОМ МЕСТЕ В ЖАНРЕ #FANFICK. Честно, если бы Вы не сказали мне об этом, я бы и не узнала, так как рейтинги постоянно глючат.

Также ребятки, недавно я заметила, что многие до сих пор не понимают, кто есть кто во второй части книги. Постараюсь пересказать об этом ясней.

Чон Чонук — первый и самый старший ребёнок всеми любимой пары Чонгука и Серри.

Чон Сынхё — дочь Чонгука и Серри, младшая родная сестра Чонука, второй по старшинству ребёнок;

Чон Чанук — третий (последний) ребёнок Чонгука и Серри, родной братишка Чонука и Сынхё.

Да, понимаю, что всё эти имена очень похожи, поэтому вы путаете ЧонУка, ЧанУка и ЧонГука. Также Ук — это сокращённое имя Чонука, как и Гук (Чонгука).

Пак Алекс — лучший друг Чонука и старший сводный брат Ынхи;

Мин Джиён — лучший друг Чонука и Ынхи;

Ынха — родилась в Корее, но жила в Америке. После смерти родителей Алекс привёз её в Корею и отдал на воспитание бабушке (не родной ему).

Чон Чонсо и Чон Сонун — дети старшего брата Чонгука — Чонхёна (да-да, который чуть не погиб в первой части книги и которого все так оплакивали) и Сохён.

Ким Тэквон — сын лучшего друга Чонгука Ким Тэхёна, поэтому Тэквон и Чонук очень близкие друзья.

Надеюсь, не запутались.

Если есть ещё какие-то вопросы, то не молчите и задавайте😀

Также если вы хотите следить за мной или начать более тесно общаться, то мы можем связаться через Инстаграм, это я уже не раз говорила. Если кому-то интересно, то пишите мне в ЛС😊

Также напоминаю, что если хотите начать учить корейский язык с нуля, обращайтесь ко мне🤗🇰🇷

Кстати, никто из Вас так и не угадал причину странного поведения Со к нашей Ынхе. У кого-то ещё есть идеи?