Глава 19: Поиграем?

Я медленно сглотнула и уставилась вниз на свои ноги. В ушах зазвенело, и я попыталась понять, какого чёрта мне звонит Говард, которого все потеряли и не могут найти.

— Я слышу твоё дыхание... Ты можешь... ты можешь приехать туда, куда я тебе скажу? — тяжело и прерывисто дыша, спросил Говард.

Мне показалось, что он в каком-то тихом месте. Я отчётливо слышу эхо. Дрожь пробежала по всему моему телу, сердцебиение участилось. Казалось, меня сейчас вырвет. Не знаю, почему мой организм так отреагировал, но я начала беспокоиться за Говарда. Я сразу вспомнила о Дарни, которая, наверное, места себе не находит и ищет Говарда.

— Я позвоню Дарни и сообщу, что с тобой все в порядке. — сказала я Говарду и, открыв мессенджер, начала писать Дарни.

— Нет! Стой. Не звони, — закричал Говард в трубку, — сначала приедь, я тебе все объясню.

— Как я могу знать, что ты в безопасном месте и вообще ничего со мной не сделаешь?

— Да ладно тебе, Спортик. Ты мне не доверяешь?

— Спортик? — с удивлением спросила я. Это ещё что за прозвище!

— Ну ты же занимаешься боксом... Или я не прав? — неожиданно смеясь мне в трубку, сказал Говард. Я не видела его, но знала, что сейчас он эгоистично улыбается и еле сдерживает смех.

— Ты урод, знаешь? С чего ты вообще взял, что я хочу тебе помочь? — спросила я, решив поставить его в тупик.

— Забери меня из этого чёртового места. Я хрен знает где, без денег и тачки. А у тебя есть одна прекрасная черта — жалеть людей и приходить к ним на помощь.

— Ладно, — словно подтвердила я его слова обо мне, и быстрым движение руки достала сумку из-под комода, — Кидай мне адрес.

Через десять минут я подъезжала к месту назначения. На мне были короткие чёрные пижамные шорты и рубашка от Виктория Сикрет. Я выглядела так, будто только что проснулась. Впрочем, так и было. Я зашла в тёмный переулок на Четвёртом авеню. На улице было холодно и пахло не очень приятно - сыростью и замусоренной подворотней. Повернув голову влево, я ничего не увидела. Решившись позвонить Говарду, я набрала его, уже записанный в моем телефоне, номер. Все мои мышцы лица напряглись и стали как камень. Брови нахмурились и губы сжались в тонкую полоску. Я была очень злая, сонная и замёрзшая. Сжав руки в кулаки, я закрыла глаза и попыталась успокоится.

— Где носит твою задницу? Чёртов ты придурок! — крикнула я во весь голос так, что, казалось, услышать должна была вся улица.

— Обернись.

Я резко обернулась и увидела Говарда, который лежал на бульваре, а из-под его майки текла тёмно-алая кровь. Глаза Говарда были крепко зажмурены, а рука закрывала то место, где было ранение. Ноги неестественно согнуты в коленках. Он поднял руку вверх, чтобы я его увидела, и включил фонарик. Я подбежала и присела перед ним на корточки. Моя злость быстро прошла, едва я бегло осмотрела его.

— Что с тобой случилось?! Кто это сделал? Почему не позвонил братьям? — начала спрашивать я, завязывая волосы, которые выбивались из-под пучка, чтобы они не мешали внимательней разглядеть Говарда.

— Слишком много вопросов. Просто давай уйдём отсюда. — пробормотал Говард с болью в голосе. На лбу у него выступили капельки пота, а дыхание было хриплым и учащенным. Рот Говарда был закрыт, одна бровь приподнята, а подбородок мелко дрожал, скорее всего, от холода. Мне казалось, я слышу, как скрипят его крепко стиснутые от боли зубы. Я взяла его за руку, положила её себе на плечо, а второй обняла его сзади, пытаясь удержать, чтобы мы оба не упали.

— Классные шортики. — подметил Говард, подмигивая и улыбаясь. После чего снова скорчился от боли.

— Заткнись. Мне больше нравится, когда ты молчишь. — пробормотала я, закатывая глаза и стараясь не уронить Говарда обратно на грязную землю. — Я отвезу тебя домой и позвоню Дарни. — твёрдо заявила я, не желая слушать никаких оправданий по этому поводу.

— Нет, ты не сделаешь этого.

— Нет, сделаю.

Мы упрямо посмотрели друг другу в глаза, холодно прищурившись. Сжав зубы, я пыталась сопротивляться его уверенному и яростному взгляду, но в итоге проиграла эту игру.

Дикий гнев наполнил моё тело, обжигая до кончиков пальцев. Я отвернулась и вдохнула свежую порцию ночного воздуха.

— Тогда тебе придётся объяснить, почему ты лежал один, раненый, ночью, в центре Нью-Йорка. — поднимая палец в воздух, таким образом, как бы приказывая Говарду, съязвила я, упрямо сжимая губы.

— Я подумаю, Спортик. — подозрительно улыбаясь, ответил Говард, после чего опустил голову вниз, засунув телефон в задний карман своих джинс.

Мы сели в машину и направились в сторону моего дома. Уже светало, и хмурое грязно-серое небо начало слегка краснеть от просыпающегося солнца, когда мы поднимались в мою квартиру. Прежде чем войти, я встала перед дверью и повернулась к Говарду.

— Утром, когда Этель проснётся, я сама ей что-нибудь скажу. Не смей издавать даже звука! В квартире не курить, не пить, не принимать наркоту. Это понятно?

— Есть, сэр! — громко и насмешливо ответил Говард.

— Замолчи! — быстро прикрывая его рот рукой, проговорила я. Он посмотрел на мою руку и уверенно накрыл её своей ладонью. А затем внезапно потянулся к ней своими губами.

— Перестань.

Я зашла внутрь и расположила Говарда на диване гостиной.

— Ванная там. — объяснила я, указывая на дверь справа.

— Милая квартирка. — спокойно произнёс Говард, осматриваясь вокруг.

— Я польщена. Доброй ночи.

— Приятных снов, Спортик.

Шумно вдохнув, я зашла в комнату и, едва моя голова коснулась подушки, сразу же уснула. Сон мой был крепким, но тревожным. Проснувшись, я услышала какие-то звуки на кухне. Потирая лоб и скорчившись от боли в голове, я посмотрела на время.Шесть утра. Вот чёрт. У меня скоро учёба. Я встала и пошла в душ. Принимаясь за чистку зубов, я посмотрела на себя в зеркало и вспомнила:

— Говард! — выпучив глаза, я побежала на кухню, на меня разом обрушились все воспоминания и детали прошлой ночи. Вбежав в кухню, я увидела Этель, стоящую у плиты. Она готовила омлет, её волосы были в муке, а руки в яичной смеси. В своей красной пижаме и белых тапочках она выглядела мило и немного по-детски. Играла песня «Stereo Hearts» и Этель пританцовывала в такт музыке. Я посмотрела по сторонам и не увидела ни единого признака того, что в квартире присутствовал Говард. Может, он уже ушёл?

— А где...

— Твоя зарядка? Прости, моя сломалась, и я взяла твою. Возьми там, на столе. — махнув испачканной рукой влево, сказала Этель.

— Ты никого здесь не видела?... — спросила я, пытаясь понять, что она сделала с Говардом, и пересекалась ли с ним вообще.

— Ты о чём? Кроме нас, здесь никого нет. — смеясь, ответила подруга, пытаясь перекричать радио.

«Ладно, возможно, он ушёл раньше. И не сказал мне? Интересно, он пошёл домой?» — мелькали мысли в моей голове.

Я зашла в комнату и, взяв телефон, позвонила на номер своего нежеланного ночного гостя. Гудки.... Ещё гудки.... Сброс... Занят, наверное.

После приятного и свежего душа, и не менее вкусного, чем вчерашний ужин, завтрака, я отправилась в институт. Первая лекция проходила у Мистера Даунса. Здесь мы изучали знаменитые композиции и их историю. Мне, в общем, довольно нравится этот предмет. Например, сегодня мы изучаем 10 лучших фигур мировой классической литературы. Оказывается, свою третью симфонию Бетховен сначала хотел посвятить Наполеону, композитор был очень увлечен личностью этого человека, казавшегося многим в начале своего правления настоящим героем. Но когда Наполеон провозгласил себя императором, Бетховен перечеркнул своё посвящение на титульном листе и написал лишь одно слово — "Героическая". А Бах был настолько недооценён, что даже десять его произведений ещё не были напечатаны. Всё это достаточно интересно и нескучно изучать. В школе мы мало говорили о таких деталях и фактах. Скорее, это была обобщённая и всем известная информация.

— Музыка - единственный всемирный язык, его не нужно переводить, на нём душа говорит с душой. — сказал мой сосед по парте.

— Что, прости?

— Это слова Бертольда Ауэрбаха. — улыбнувшись, объяснил мой сокурсник.

— Как тебя зовут? В прошлый раз мы так и не познакомились. — закусывая губу от настолько прямого для меня вопроса, спрашиваю я. Парень едва заметно кивает в ответ на мои слова и протягивает руку.

— Терис... А ты..? — растягивая слова в попытке догадаться, произносит Терис, — Амели? — я качаю головой в отрицательном жесте. — Самара? — я повторяю то же движение, не соглашаясь с его вариантами. — Ах, да... Как я сразу не догадался. Дея!

От шока у меня чуть ли глаза из орбит не повылетали. Из миллиона самых разных имён он назвал правильное. Он что, фокусник? Может, перуанский шаман какой-нибудь? Я внимательно посмотрела на предметы, лежащие рядом с нами, нет ли на них моего никнейма. Но рядом не было ни моего паспорта, ни студенческого билета...

— Как ты это сделал? — спросила я, пытаясь разгадать эту загадку.

— Секрет! — ударив себя пальцем по носу, произнёс парень.

Мы засмеялись, и я прикрыла рот рукой, чтобы не обратить на себя всё внимание окружающих нас людей.

— Может поужинаем сегодня? — спросил Терис после лекции.

Я вздыхаю.

— Не смогу. Может в другой раз? Домашка здесь — та ещё головная боль.

— Никаких проблем.

— Дея, тащи свою задницу сюда! — машет мне Дарни на другой стороне кампуса. Территория, на которой располагается университет настолько большая, что можно легко запутаться. Дарни порой спасает меня от таких лабиринтов и напоминает местоположение кабинетов. Я почти выучила всё, что здесь находится. Правда, я ещё не посещала последний этаж с бассейном, баней и прочими вещами. Внизу располагается паре, если кто-то захочет спокойно посидеть и подышать свежим воздухом - это самое удобное место. Сегодня ярко светит солнце, и я предполагаю, что наш обед будет проходить на открытом воздухе. Мы с Дарни и Терисом нагружаем наши подносы едой и находим свободное место. Всё пространство забито людьми. Ученики заняли практически все места в парке. Я нашла небольшой отдаленный уголок под раскидистым деревом, и мы сели там. Благодаря Этель я не забыла взять плед и сейчас постелила его на зелёную, слегка мокрую от вчерашнего дождя, траву. Бегло оглядевшись по сторонам, я понимаю, что вокруг нас одни старшеклассники. Все ребята нашего возраста обедают внутри.

— Какие планы на сегодня? — спрашивает Дарни, засовывая пасту себе в рот.

— Никаких. — отвечаю я, пытаясь пережевать свой салат и не опозориться. Не люблю разговаривать с набитым ртом.

— Отлично, приходите сегодня к нам.

— Нет, спасибо.

— Эй, обидно!

— Прости, но эти ребята... они немного странные! — скривилась я, вспомнив о вчерашней ночи с Говардом, — Кстати, что там с Говардом?

— Придурок пришёл утром. Засранец, мы так переживали. Он тот ещё наркоман.

— Ясно. — я пытаюсь не показывать своего удивления и втыкаю вилку в спелый помидор, который соскальзывает с неё и летит прямиком на Териса.Проследив за траекторией полёта, я фыркаю и пожимаю плечами.

— Извини. — говорю я и забираю помидорку обратно.Дарни всё же уговорила меня сходить к ней, но только на пару часов. Поэтому, подхватив Этель и не заезжая домой, мы сразу же направились к Дарни.

— Всем привет. — крикнула Дарни, кидая сумку на пол и улыбаясь как младенец, которому сошла с рук пакость.

Когда я вхожу в дом, все взгляды сразу же устремляются на меня. Но я отыскиваю среди них только один - это зелёные, злобно поблескивающие глаза Тэйлона. Он смотрит прямо на меня, а на его челюсти яростно играют желваки. Рэн сидит с хмурым выражение лица. Рядом стоят Милдред и Дейн. На диване располагается Нико с приставкой в руке. Дарни криво усмехается, глядя на всё это, и берет меня под руку, чтобы оказать мне моральную поддержку. Я ничего не понимаю, но судорожно стараюсь собрать все пазлы в одну картину. Перевожу взгляд и вопросительно смотрю на Этель, которая в ответ лишь устало закатывает глаза.

— Чего такие хмурые? Может, поиграем? — спрашивает Дарни, доставая какие-то красные карточки из-под комода.

— Я пас. — сказал Милдред.

— Я тоже. — согласился с ним Дейн.

— Тэйлон, Рэн? — с надеждой в голосе произнесла Дарни.

Те отрицательно покачали головой.

— Подняли свои чёртовы задницы и сели в круг. Мы будем играть, потому что я так сказала. Я уже не помню, когда мы все вместе проводили время. Вы всё время заняты! Где мои друзья, с которыми мы гуляли ночи напролёт, а после похмелья ещё и успевали учиться и работать! — сокрушенно указала на парней Дарни.Она подошла и взяла за руки Тэйлона и Рэна.

— Дейн, неси текилу. Милдред, включай музыку. Сыграем в «Правда или действие»! — крикнула подруга.

Я посмотрела на Этель, по лицу которой было совершенно видно, с чем у неё ассоциируется эта игра. В последний раз, когда мы играли, всё закончилось плачевно, с тех пор я просто ненавижу эту игру. Я села на пол рядом с Этель и Дарни. Парни уже сидели напротив. Вокруг дивана быстро собралась небольшая компания.

— Перед каждым из вас стоит шот с текилой. Если вы отказываетесь отвечать на вопрос или выполнять действие, выпиваете этот шот до дна. Выходить из игры нельзя, врать тоже.

«Вот чёрт.» — и всё же это самая ужасная на всём свете игра.

— Давай уже. Все знают правила.

Дарни закатывает глаза, ставит в середину бутылку и крутит. Бутылка вращается сначала быстро, потом всё медленнее и, наконец, останавливается. Нико.

— Скука. — бормочет Рэн, залпом выпивая стаканчик текилы. Готова поклясться, что он даже не поморщился.

— Эй, это не по правилам! Нельзя пить раньше!

— Это мой дом и моя текила. Я сам решаю, что мне здесь делать! — Рэн нагло подмигнул и опустошил очередной стакан.

— Нико, правда или действие?

— Правда. — непринуждённо ответил парень и улыбнулся. Он был совершенно расслаблен.

— Когда ты последний раз мне врал?

— Вчера.

— Что?

— Мне не понравилось то платье, но я сказал, что оно классное. — честно пояснил Нико сестре.

— Ах ты, говнюк! — толкая Нико в грудь, закричала Дарни.

Через десять минут игры я уже знала, что Дейн ассексуален, Рэн дрочит 3 раза в день, а Милдред лишился девственности в прошлом году. Окей, Гугл, как стереть себе память?

— Твоя очередь, Дея.Я посмотрела на бутылку, вздохнула и крутанула её. Пока она крутилась, моё сердце пропускало удары. Зачем я в это ввязалась? Бутылка мучительно медленно остановилась, я подняла глаза и увидела, что она указывает на Тэйлона. Он посмотрел на меня и беззвучно выругался, сопровождая это действие недовольным вздохом. Все ребята усмехнулись, кроме Этель и Дарни.

— Правда или действие?

— Правда.

Я начала прокручивать в голове все вопросы и поняла, что не знаю, хочу ли я вообще что-то спрашивать. Я не знала его и не хотела знать. Поэтому спросила первое, что пришло в голову.

— Кто такая Кассандра?

— Действие.

— Нельзя менять, если уже выбрал. — возмутилась я и нахмурила брови.

— Можно, если не начал отвечать.

— Я не играю.

— Не веди себя, как ребёнок.

— Говорит человек, который при одном только упоминание какого-то имени убегает?

— Это. Не. Твоего. Ума. Дело. — жестко произнёс Тэйлон, проговаривая каждое слово.Обстановка накалялась. Все ребята замолкли и не сводили с нас взгляды.

— Мне кажется, это особый талант — быть редкостным мудлом, но всем при этом нравиться.

— У меня много талантов, если продолжишь этот разговор, узнаёшь обо всех. — я бросаю взгляд на парней, но они, скрестив руки на груди, просто стоят и, кажется, только забавляются происходящим. Зелёные глаза Тэйлона угрожающе затуманиваются.

— В чём дело? Язык проглотила?

Я не в силах ответить, поэтому молча встаю и стремительно поднимаюсь наверх. Забегая в ванную комнату, я закрываюсь на ключ и, сползая вниз по двери, начинаю горько плакать. Слёзы катятся по щекам, не переставая. Я крепко прижимаю ладони к глазам, пытаясь затолкнуть их обратно... В горле тяжёлый ком и голос охрип. В груди предательски пекло. Я никогда не плакала из-за парней, и дело даже не в том, что мне не хочется плакать. Просто кто-то должен быть сильным. Я всегда была поддержкой друзей, родителей, но кто поддержит меня? Кто защитит меня... Я услышала стук в дверь. Потом ещё один... Наверное, это Этель. Открыв замок, я обернулась и посмотрела в зеркало. Ну и вид. Я вытерла слёзы и теперь можно сказать, что я даже не плакала. Никто не заметит. То, что мне и нужно.

— Это я, Дарни.

Она обеспокоено посмотрела на меня и поднесла свою тёплую ладонь к моему лицу.

— Знаешь... моя мама однажды мне сказала: «Слезами ничего не изменишь, потому что миру нет дела до твоих слез...». Не обращай внимания на Тэйлона. Он это всё не от хорошей жизни, знаешь ли...— она улыбнулась и нежно обняла меня, - Приведи волосы в порядок и спускайся. — Дарни обхватила мои плечи и, внимательно посмотрев в глаза, тепло улыбнулась.