Глава 6

Больно. Холод медленно подкрадывался, заполняя собой безвозвратно сломанное тело. Делать вдохи было все труднее и труднее, но организм упрямо боролся за вытекающую, словно вода сквозь пальцы, жизнь. Воздух вырывается из легкий с хрипами, отдаваясь невыносимой болью в животе.

Семь раз. Семь ударов, лишивших некогда поджарое, быстро тело былой силы. Семь жестоких движений, навеки загубивших молодую жизнь. Семь неровных биений сердца, понимающего, что все кончено.

Застонав, мужчина с трудом повернул голову на звук приближающихся шагов. Быть может, это сестра, которую родители отправили разузнать, где он пропадает? Но нет, силуэт, вырисовывающийся на фоне ночного неба, совершенно не походил на хрупкую фигурку маленькой девочки.

- Помогите, - едва слышно прохрипел мужчина, моля Бога, чтобы незнакомец услышал его, заметил в, казалось, кромешной тьме.

Тени от факелов танцевали на стенах домов, словно двигаясь в ритме слышимой ими одними мелодии. Веки тяжелели, наливаясь свинцом, а на груди будто сидело невероятно тяжелое существо, липкими пальцами сжимающее его судорожно бьющееся сердце. Потеряв всякую надежду, Джон медленно закрыл глаза, отдаваясь в объятия темноты. Она больше не пугала его, нет. Наоборот, тьма была спасением. Она обволакивала и, успокаивая боль, дарила мужчине покой.

- И кто же тебя так искромсал? – раздался сверху полный любопытства голос, - посмотри на себя, да ты же похож на решето. Вот че-ерт, ведь о тебе говорила та ведьма...

Собравшись с силами, Джон с трудом распахнул замутненные болью глаза и взглянул на говорившего и, казалось, узнавшего его мужчину. Лицо прохожего скрывала густая тень от капюшона, поэтому ни возраст, ни выражение его лица разглядеть было невозможно, но Джон без труда, наметанным глазом портного, заметил явно дорогую одежду из добротной ткани и висящий на поясе кинжал, поблескивающий в свете огня.

- Помогите, - сухие губы с трудом слушались его, но Джон сделал над собой усилие и вновь прошептал охрипшим, ломким голосом, - прошу, помогите мне.

- Все имеет свою цену, другой мой, - задумчиво произнес незнакомец, приседая на корточки, и Джон сумел разглядеть неестественно блестящие глаза, - в том числе и моя помощь. Ты готов заплатить?

Мужчина, казалось, разговаривал сам с собой. Чуть наклонив голову, он вглядывался в лицо раненого и явно не спешил помогать.

- Д-да, - медленно, с огромным трудом произнес Джон, - что... что ты хочешь? Деньги, драгоценности, качественная ткань и кожа. Я отдам все, что пожелаешь.

- Мне не нужны эти безделушки, - презрительно фыркнул мужчина, - что меня по-настоящему интересует, так это ты сам. А точнее то, что ты мне можешь дать. Что мне дадут за тебя, за твою спасенную жизнь. Но, чтобы выжить, тебе придется немного измениться. Если ты согласишься принять мою помощь. Иначе никак.

- Дадут за меня? Я не... понимаю...

- И не надо. Придет время – поймешь, - уклончиво ответил мужчина, - но можешь не переживать, в рабство я тебя продавать не собираюсь. Тебе ничего не будет грозить. Ну так что, ты согласен?

«Не все так просто, - шептал Джону внутренний голос, - он что-то скрывает, темнит. Не соглашайся, не совершай ошибки, поправить которую не сумеешь».

Но что ему было делать? Он хотел жить. Не думать о том, что каждый вдох может стать последним, не страдать от малейшего движения. Он хотел вновь увидеть семью. И, весело рассмеявшись, вскочить на верного коня, ринуться вперед, навстречу манящему и такому огромному миру. Он просто хотел жить.

- Я согласен, - сипло сказал Джон и скорее почувствовал, чем увидел хищную ухмылку, расцветшую на губах незнакомца.

- Чудесно.

Мужчина сделал быстрое движение и цепко схватил руку вскрикнувшего от боли Джона. В лунном свете резко сверкнул кинжал, и умирающий мужчина вновь вскрикнул от ослепляющей боли. Он почувствовал, как густая, горячая кровь медленно капает на землю, стекая с его запястье, и попытался было прижать разрезанную руку к себе, но незнакомец не дал ему сделать это. Он равнодушно, словно не чувствуя боли, полоснул свою руку лезвием, а после схватил ладонь Джона и переплел его пальцы со своими.

- Повторяй за мной, - хрипло сказал мужчина и, дождавшись едва заметного кивка от почти потерявшего сознание Джона, продолжил, - отныне мы братья по крови.

- Отныне мы... братья по крови, - послушно повторил за ним мужчина, с трудом держась на краю ускользающего сознания.

- Отныне мы едины, - с каким-то страстным нетерпением продолжил незнакомец и, подождав, пока Джон произнесет эти слова, торжественно закончил, сжимая ладонь мужчины, - наш путь скрывается от Света Тьмою.

- Наш путь скрывается от Света Тьмою.

В тот самый миг, как последний звук вырвался из его полуоткрытых губ, Джон почувствовал огонь. Он разгорался внутри, сжигая его заживо. Не давая ни вздохнуть, ни закричать, он циркулировал по его венам, пульсировал в раскаленном сознании, расплавлял мышцы и кости, выгибал бьющееся в судорогах тело. А потом сердце Джона остановилось. И на место живому огню пришел мертвый холод.

***

Когда Джон вновь открыл глаза, небо еще было усыпано звездами, но восток уже залился румянцем, готовясь приветствовать солнце. Тело переполняла непривычная сила, она, словно живая, дрожала и рвалась наружу, стремилась высвободиться. А еще был голод. Всепоглощающий Голод. Он сжирал изнутри, скручивал внутренности в тугой узел, не давая думать ни о чем другом.

- Возьми, - раздался сбоку знакомый голос, и к потрескавшимся губам приставили горлышко фляжки.

Джон сделал жадный глоток и тут же невольно скривился от металлического привкуса. Это явно была не вода. Однако его тело мгновенно узнало жидкость и счастливо приняло ее, откликаясь на древний зов. Древнюю жажду крови.

Незнакомец грубо оторвал фляжку от жадных губ Джона, и тот, инстинктивно зарычав, схватил мужчину за запястье. А потом в шоке уставился на свою руку. Когда-то загоревшая кожа побледнела и будто бы истончилась, а всегда аккуратно подстриженные ногти стали походить на когти дикого зверя. Джон отшатнулся, но, вместо того чтобы просто отползти вбок, как и хотел, он подскочил и, совершив прыжок, со всей силы врезался в стену одного из домов. Рыкнув, он оглянулся и с трудом подавил в себе крик ужаса.

Из окна на него смотрело чудовище. Налитые кровью глаза, черная сеточка вен, расползающаяся от нижних век по щекам, и неестественно острые клыки. Такие знакомые черты, которые Джон привык видеть в зеркале каждое утро, с трудом проглядывались под маской монстра.

Это был он. И не он одновременно. Из отражения в оконном стекле на него смотрел незнакомец.

Обхватив себя руками, Джон в страхе повернулся к все еще стоящему в тени мужчине.

- Что... что вы со мной сделали?!

- Вот всегда так, - проворчал незнакомец, - нет, чтобы спасибо сказать, сразу обвинять... Спас, что же еще, - уже громче добавил он и пожал плечами, - не переживай, твой обычный внешний вид обязательно вернется. Через какое-то время... Но ты изменился, окончательно и бесповоротно. Такова была цена, и ты дал свое согласие.

- И... и кто я... теперь? – дрогнувшим голосом спросил Джон, впиваясь пальцами в собственные предплечья.

- У нас много названий, - медленно, нерешительно произнес незнакомец, - самое распространенное – должно быть, ты именно его и слышал – вампиры.

- О нет, - едва слышно прошептал Джон, неожиданно оседая на землю, - нет... Только не упырем.

- Как грубо, - скривился мужчина и дернул плечом, - я подробно отвечу на все твои вопросы, когда мы окажемся в безопасном месте, - спаситель, кажется, занервничал и постоянно украдкой поглядывал на восток, - а сейчас нам пора отправляться в путь. Солнце скоро встанет.

- В путь? – встрепенулся Джон, - я благодарен вам за спасение, господин, но мой дом здесь, я не могу покинуть родных. Отец.. не может много работать, а мать должна воспитывать сестренку. Я – их последняя надежда, кормилец. Мне необходимо остаться с родными.

Казалось, незнакомец удивился.

- Родными? У тебя их больше нет, забудь о них. Теперь мы с тобой навеки связаны, я – твоя семья. Вспомни клятву, которую произносил. А если ты вернешься к ним... Я бы не советовал тебе этого делать, - твердо сказал мужчина, но, заметив полный мольбы взгляд Джона, немного смягчился, - возможно, спустя какое-то время ты и сможешь их навестить, если все еще будешь хотеть, в чем я, честно говоря, сомневаюсь, но точно не сейчас. Не подвергай их опасности.

Опасности. Он был опасен. Джон поборол в себе желание схватить за голову. Только сейчас он ясно понял, на что согласился. Кем стал.

«Лучше бы я умер, - в отчаянии подумал мужчина, но вдруг одернул себя, - нет. Пока я жив, что-то еще можно изменить. Если бы я умер, то все было бы кончено. Я... никогда не причиню им вреда и, пока не буду уверен в себе, ни за что не вернусь к ним. Буду помогать... на расстоянии. Материально. Все, что сумею заработать, буду отправлять им. Я защищу их. Пусть даже и от себя...»

Выпрямившись, Джон твердо взглянул на обратившего его в вампира мужчину.

- И куда мы отправимся?

- Вот таким ты мне нравишься гораздо больше, - хмыкнув, сказал тот, а после ответил, - на север, а если точнее – на другой берег Амера. Нам надо кое-кого навестить.

Кивнув и мысленно прикинув расстояние, Джон с грустью взглянул на небо. «Если то, что рассказывают об упырях правда, мне больше никогда в жизни не доведется нежиться под лучами солнца», - вдруг подумал он и тут же нахмурился.

Хватит. Он не будет поддаваться меланхолии, а продолжит ковать свою судьбу. Пусть сейчас это и будет в разы сложнее, но он не сдастся и не опустит руки. Джон твердо решил, что будет работать над собой, учиться контролировать свои силы и желания. И он добьется успеха.

- Кстати, а как твое имя? – подал голос незнакомец, шагая рядом, - меня можешь называть Полемистисом, но как мне величать тебя?

- Джон, - тихо произнес мужчина, следуя за вампиром.

- Джон, - повторил Полемистис с плохо скрываемым недовольством, чуть ли не презрением, - это имя совершенно не подходит будущему наследному графу, нет... Теперь твое имя будет...

Джон раздраженно нахмурился, но промолчал. Ему все равно, как будет называть его этот странник, в душе он навсегда останется тем, кем нарекли его родители – Джоном Стерком.

Неожиданно Полемистис издал смешок и кивком головы указал на поалевшую часть неба, откуда в скором времени должно было показаться солнце.

- Аполлон. Да, вот как я тебя назову. Аполлон...