24

Анас­тей­ша смот­рит на ме­ня с изум­ле­ни­ем, об­ду­мывая пос­леднюю фра­зу.

— Ты бу­дешь го­товить? — По­хоже, мис­сис Грей не до кон­ца ве­рит в мои спо­соб­ности, но мы оба по­нима­ем по­чему.— Ка­кая ты не­довер­чи­вая. Зак­рой гла­за.

Ана смот­рит не­пони­ма­ющим взгля­дом. Да, ма­лыш­ка, не толь­ко ты уме­ешь удив­лять.

— Зак­рой, — при­казы­ваю я.

Она за­каты­ва­ет гла­за, и все же под­чи­ня­ет­ся.

По­хоже, кто-то вып­ра­шива­ет на­каза­ние? Нет, дет­ка, не сей­час.

Де­лаю вид, что не за­метил ее неп­ри­лич­но­го по­веде­ния.

— Хм-м. Не сов­сем то, что на­до. 

Вы­тас­ки­ваю из зад­не­го кар­ма­на джин­сов шарф сли­вово­го цве­та, за­мечаю при­от­кры­тый глаз Аны.

— Зак­рой. Не под­гля­дывать.— Со­бира­ешь­ся за­вязать мне гла­за? – Пусть твои ощу­щения бу­дут силь­нее.— Да.— Крис­ти­ан…

Прик­ла­дываю па­лец к ее гу­бам.

— По­том по­гово­рим. Сей­час я хо­чу, чтоб ты по­ела. Ты ска­зала, что го­лод­на. — Неж­но це­лую Ану в гу­бы. Шелк шар­фа мяг­ко, но в то же вре­мя плот­но при­жима­ет­ся к ве­кам, ког­да я за­вязы­ваю его на за­тыл­ке.— Что-ни­будь ви­дишь?— Нет, — вор­чит она, и я за­мечаю дви­жение шел­ка. — Я знаю, ког­да ты за­каты­ва­ешь гла­за… и ты зна­ешь, как это на ме­ня дей­ству­ет. 

Анас­тей­ша сер­ди­то под­жи­ма­ет гу­бы.

— Нель­зя ли нам как-ни­будь пос­ко­рее по­кон­чить с этим?— Ка­кая вы не­тер­пе­ливая, мис­сис Грей. Так жаж­де­те по­гово­рить, — иг­ри­вым то­ном.— Да!— Вна­чале я дол­жен те­бя на­кор­мить.

Нап­равля­юсь в сто­рону хо­лодиль­ни­ка, от­кры­ваю двер­цы и дос­таю при­готов­ленную Гейл еду. Под­хо­жу к мик­ро­вол­новке, став­лю блю­до и вклю­чаю на пять ми­нут. Но это­го бу­дет не­дос­та­точ­но, учи­тывая, что мис­сис Грей це­лый день ни­чего не ела. Ре­шаю сде­лать нам нес­коль­ко тос­тов...

— Да. Я очень хо­чу по­гово­рить. – Анас­тей­ша ста­ра­ет­ся по­нять что я го­тов­лю, ер­за­ет на сту­ле.— Си­ди смир­но, Анас­тей­ша. — Под­хо­жу бли­же, мы сно­ва ря­дом. — Я хо­чу, что­бы ты ве­ла се­бя при­лич­но… — шеп­чу я.

Ана жад­но гло­та­ет воз­дух, тер­за­ет ниж­нюю гу­бу, от че­го в шта­нах ста­новит­ся тес­но.

— И не ку­сай гу­бу. — Мяг­ко тя­ну гу­бу на се­бя, выс­во­бож­дая из зу­бов. На ли­це мис­сис Грей по­яв­ля­ет­ся до­воль­ная улыб­ка.

Гра­ци­оз­но раз­во­рачи­ва­юсь, и от­кры­ваю лю­бимое сан­сер… Ви­но ль­ет­ся в бо­кал. Под­би­раю на ай­по­де му­зыку… ти­хий щел­чок и мяг­кое ши­пение ожив­шей сте­ре­осис­те­мы. Рез­кие ги­тар­ные ак­корды на­чина­ют пес­ню, ко­торой я не знаю. Приг­лу­шаю звук до фо­ново­го уров­ня. По­ет муж­чи­на, го­лос у не­го низ­кий, глу­бокий и чувс­твен­ный.

— Сна­чала, ду­маю, ви­но, — шеп­чу я, от­вле­кая Анас­тей­шу от пес­ни. — Под­ни­ми го­лову. — Она зап­ро­киды­ва­ет го­лову, но это­го не­дос­та­точ­но. — ЕщеМис­сис Грей под­чи­ня­ет­ся — и мои гу­бы ока­зыва­ют­ся на ее гу­бах. Прох­ладное ви­но те­чет в рот. Ана реф­лектор­но сгла­тыва­ет. 

Вспо­мина­ет­ся по­хожая си­ту­ация, как тог­да еще мисс Стил ре­шила по­шутить и от­пра­вила не сов­сем удач­ный для это­го мейл. Но тог­да ви­но да­ла Ка­вана, и выб­рать дру­гое я не мог.

— М-м, — Ана до­воль­но мур­лы­чет.— Нра­вит­ся ви­но?— Да. 

Пе­ред гла­зами сце­на из не­дав­не­го прош­ло­го: пь­яная Анас­тей­ша и тот фо­тог­раф, пы­та­ет­ся ее по­цело­вать. Мно­го ал­ко­голя для нее да­вать опас­но, но хо­рошие ма­неры зас­тавля­ют спро­сить:— Еще?— С то­бой я всег­да хо­чу еще. – Ох, дет­ка, я и так сдер­жи­ва­юсь из пос­ледних сил, чтоб не взять те­бя на бар­ной стой­ке.— Мис­сис Грей, вы за­иг­ры­ва­ете со мной?— Да.

От­во­жу ее го­лову взад, еще раз це­лую, Анас­тей­ша жад­но гло­та­ет теп­лое ви­но, ль­юще­еся из мо­его рта. Ког­да оно за­кон­чи­лось, я улы­ба­юсь и впи­ва­юсь в ее гу­бы страс­тным по­целу­ем. Член про­сит­ся в ее уз­кое ло­но, но еще ра­но. Я отс­тра­ня­юсь.

— Про­голо­далась?— По­лагаю, мы уже ус­та­нови­ли это, мис­тер Грей. – Как всег­да вер­но, мис­сис Грей.

Тру­бадур на ай­по­де по­ет о по­роч­ных иг­рах. В са­мый раз.

Мик­ро­вол­новка из­да­ет от­ры­вис­тый звук, и мне при­ходит­ся отор­вать­ся от Анас­тей­ши. Дос­таю из шкаф­чи­ка спе­ции: чес­нок, оре­гано, роз­ма­рин, мя­та. От­кры­ваю двер­цу мик­ро­вол­новки, дос­таю го­рячую еду.

— Вот черт! — ру­га­юсь я, и блю­до с гро­хотом уда­ря­ет­ся о стой­ку.— Ты в по­ряд­ке? – По­луча­ет­ся жес­тче, чем хо­телось. Пу­гать свою де­воч­ку сей­час я со­вер­шенно не хо­чу, по­это­му быс­тро сок­ра­щаю дис­танцию меж­ду на­ми, и об­ра­ща­юсь бо­лее спо­кой­ным то­ном:— Прос­то об­жегся. Вот. — Про­совы­ваю ука­затель­ный па­лец в дер­зкий ро­тик мис­сис Грей. — Мо­жет, ес­ли по­сосешь, по­лег­ча­ет.— Ага.

Взяв ме­ня за ру­ку, Ана мед­ленно вы­тас­ки­ва­ет па­лец изо рта и, нак­ло­нив­шись впе­ред, дваж­ды ду­ет на не­го и неж­но це­лу­ет. Да­же обык­но­вен­ный по­целуй мо­ей де­воч­ки спо­собен раз­бу­дить же­лание, огонь, ди­кую страсть.

Анас­тей­ша вновь втя­гива­ет па­лец в рот и мяг­ко со­сет. Я рез­ко на­бираю в лег­кие но­вую пор­цию воз­ду­ха. А ведь это вза­им­ная иг­ра — мед­ленное, то­митель­ное оболь­ще­ние. Пос­ле всех тре­вол­не­ний нап­ря­жен­но­го дня и кош­ма­ра прош­лой но­чи с Хай­дом нам обо­им нуж­но убе­дить­ся, что все хо­рошо.

Она чер­тов­ски хо­рошо со­сет, но мыс­ля­ми где-то да­леко. Па­лец боль­ше не пе­чет, и я с об­легче­ни­ем вы­тас­ки­ваю его из го­ряче­го ро­тика сво­ей же­ны.

— О чем ду­ма­ешь?— О том, ка­кой ты пе­ремен­чи­вый.— Пять­де­сят От­тенков, дет­ка. — Неж­но це­лую ее в уго­лок рта.— Мои Пять­де­сят От­тенков. – Шеп­чет она, схва­тив ме­ня за фут­болку.— Ну нет, мис­сис Грей. Ни­каких при­кос­но­вений… по­ка. — Бе­ру ее за ру­ку, от­ры­ваю от фут­болки и це­лую каж­дый па­лец по оче­реди.— Сядь.

Ана на­дува­ет гу­бы.

Нет, дет­ка, сей­час это на ме­ня не по­дей­ству­ет.

— Я те­бя от­шле­паю, ес­ли бу­дешь дуть­ся. А сей­час от­крой рот. По­шире.

Анас­тей­ша от­кры­ва­ет рот, и я зак­ла­дываю в не­го вил­ку пря­ной го­рячей ба­рани­ны, по­литой мят­ным й­огур­то­вым со­усом. 

— Нра­вит­ся?— Да. 

На­вер­ное, нуж­но по­чаще те­бя так кор­мить. Мо­жет, с мо­их рук бу­дешь есть боль­ше, а ес­ли еще и свя­зать…

Ста­ра­юсь от­влечь­ся от слу­чай­ной фан­та­зии с учас­ти­ем мис­сис Грейс, сле­ду­ющий ку­сочек ба­рани­ны от­прав­ляю се­бе в рот. Вкус дей­стви­тель­но вос­хи­титель­ный, Гейл от­лично го­товит. 

Я одоб­ри­тель­но мы­чу.

— Еще?

Анас­тей­ша ки­ва­ет, и я скар­мли­ваю ей еще од­ну вил­ку, сле­ду­ющую съ­едаю сам.

— От­крой рот.

В этот раз это пи­та и ху­мус.

На ли­це мис­сис Грей до­воль­ная улыб­ка – до­каза­тель­ство, что ей нра­вит­ся.

— Еще?

Ана одоб­ри­тель­но ки­ва­ет.

— Еще все­го. По­жалуй­ста. Уми­раю с го­лоду. – Мис­сис Грей, та­кой Вы нра­витесь мне еще боль­ше. 

По­дав­ляю до­воль­ную улыб­ку, мед­ленно и тер­пе­ливо кор­млю Анас­тей­шу, вре­мя от вре­мени по­целу­ем сни­мая крош­ки и кап­ли с угол­ка ее рта или сти­рая их паль­ца­ми. В про­межут­ках пред­ла­гаю гло­ток ви­на — сво­им уни­каль­ным спо­собом.

— От­крой по­шире и от­ку­си. — Она пос­лушно ис­полня­ет при­каз. Знаю, что это од­но из ее лю­бимых блюд: дол­ма, мя­со, за­вер­ну­тое в ви­ног­радные листья. Да­же хо­лод­ное, оно очень вкус­но, но Ана пред­по­чита­ет ра­зог­ре­тое. Ког­да Анас­тей­ша на­конец до­еда­ет, нес­пе­ша об­ли­зываю паль­цы. — Еще? — Го­лос низ­кий и хрип­лый.Мис­сис Грей от­ри­цатель­но ка­ча­ет го­ловой.— Хо­рошо, — шеп­чу я у нее над ухом, — по­тому что приш­ло вре­мя для мо­его лю­бимо­го блю­да. И это блю­до — ты. — Под­хва­тываю Ану на ру­ки, о не­ожи­дан­ности она взвиз­ги­ва­ет. — Мож­но снять по­вяз­ку с глаз? – О нет, по­вяз­ка нам еще по­надо­бит­ся.— Нет. Иг­ро­вая ком­на­та. Го­това при­нять вы­зов? — спра­шиваю я, от­лично зная, что при сло­ве «вы­зов» Анас­тей­ша ни­ког­да не от­ка­жет­ся.— Го­това.

Не­су мис­сис Грей че­рез две­ри, за­тем вверх по лес­тни­це на вто­рой этаж.

— Мне ка­жет­ся, ты по­худе­ла, — не­одоб­ри­тель­но вор­чу я.

Не­уже­ли Ана сно­ва пе­рес­та­ла нор­маль­но пи­тать­ся? В та­ком слу­чае мне при­дет­ся лич­но ее кор­мить, или про­сить мис­сис Джонс нак­ла­дывать пор­ции по­боль­ше. 

Пе­ред ком­на­той для игр даю Анас­тей­ше ус­коль­знуть и став­лю на но­ги, но про­дол­жаю об­ни­мать за та­лию. Дос­таю из кар­ма­на се­рый клю­чик и быс­тро от­пи­раю дверь.

Тут всег­да пах­нет оди­нако­во: по­лиро­ван­ным де­ревом и цит­ру­сом. По­вора­чиваю мис­сис Грей так, что­бы она ока­залась ли­цом ко мне. Раз­вя­зываю шарф, и Ана уча­щен­но мор­га­ет в мяг­ком све­те. Бе­реж­но вы­тас­ки­ваю за­кол­ки, и каш­та­новые во­лосы вол­на­ми спа­да­ют на пле­чи сво­ей хо­зяй­ки. На­маты­ваю их на па­лец и ти­хонь­ко тя­ну на­зад, так что Анас­тей­ше при­ходит­ся от­сту­пить.

— У ме­ня есть план.— Ни­чуть не сом­не­ва­юсь. – На­вер­ное, твой дер­зкий ро­тик то­же не ос­та­нет­ся без ра­боты.

Неж­но це­лую ее за ухом.

— О да, мис­сис Грей.

Уби­раю мяг­кие во­лосы в сто­рону и прок­ла­дываю до­рож­ку из неж­ных по­целу­ев вниз по шее.

— Вна­чале мы те­бя раз­де­нем.

Сно­ва раз­во­рачи­ваю ее ли­цом к се­бе. Ана бро­са­ет взгляд на мои джин­сы — вер­хняя пу­гови­ца по-преж­не­му рас­стег­ну­та. Она про­водит ука­затель­ным паль­цем вдоль по­яса, об­хо­дя фут­болку, кос­тяшкой ощу­щая во­лос­ки на жи­воте. Рез­ко втя­гиваю воз­дух, лов­лю на се­бе взгляд прек­расных го­лубых глаз. Ос­та­нав­ли­ва­ет­ся толь­ко у рас­стег­ну­той пу­гови­цы. 

— Ты дол­жен их ос­та­вить.— Неп­ре­мен­но, Анас­тей­ша.

Кла­ду ру­ку ей на за­тылок, под­хва­тываю сза­ди, при­тяги­ваю к се­бе — и вот уже гу­бы соп­ри­каса­ют­ся, ве­дут свою, не­из­вес­тную для дру­гих, но страс­тную бе­седу.

По­ка язы­ки от­ча­ян­но изу­ча­ют тер­ри­торию друг дру­га, я под­талки­ваю Ану к де­ревян­но­му крес­ту.

— Да­вай из­ба­вим­ся от это­го. — Тя­ну сли­вовое платье вверх — по но­гам, по бед­рам, по жи­воту… вос­хи­титель­но мед­ленно ткань сколь­зит по ко­же гру­ди.— Нак­ло­нись.

Она быс­тро под­чи­ня­ет­ся, и я стя­гиваю платье че­рез го­лову и бро­саю на пол, ос­та­вив мис­сис Грей в бо­сонож­ках, тру­сиках и лиф­чи­ке. Под­ни­маю ее ру­ки над го­ловой, скло­няю го­лову на­бок, ста­ра­юсь уви­деть в го­лубых гла­зах раз­ре­шение на про­дол­же­ние. Анас­тей­ша нер­вно сгла­тыва­ет, за­тем ки­ва­ет, от че­го по мо­им гу­бам сколь­зит до­воль­ная улыб­ка. Прис­те­гиваю ее за­пястья ко­жаны­ми на­руч­ни­ками к де­ревян­ной план­ке свер­ху и вновь вы­тас­ки­ваю шарф.

— Ду­маю, ты ви­дела дос­та­точ­но. — Сно­ва за­вязы­ваю мис­сис Грей гла­за, но­сом при­каса­юсь к ее но­су.— Я све­ду те­бя с ума, — шеп­чу я и стис­ки­ваю ее бед­ра, опус­ка­юсь, стас­ки­ваю кру­жев­ные тру­сики, ла­дони сколь­зят по но­гам. Се­год­ня, я все же на­кажу ее, но не болью – ли­шени­ем удо­воль­ствия.— Под­ни­ми но­ги. — Ана де­ла­ет, как ска­зано и я по оче­реди сни­маю с нее бо­сонож­ки. Бе­реж­но ух­ва­тив за ло­дыж­ку, тя­ну ее но­гу впра­во.— Шаг­ни, — ве­лю я. Прис­те­гиваю пра­вую ло­дыж­ку к крес­ту, за­тем про­делы­ваю то же са­мое с ле­вой. Анас­тей­ша бес­по­мощ­на, вся в мо­ей влас­ти, рас­пя­та на крес­те. Под­нявшись, де­лаю шаг, и сно­ва при­каса­юсь к об­на­жен­но­му те­лу, упи­ра­юсь сво­ей эрек­ци­ей ей в жи­вот.— Те­перь му­зыка и кое-ка­кие иг­рушки. Вы ве­лико­леп­но смот­ри­тесь, мис­сис Грей. По­жалуй, вос­поль­зу­юсь мо­мен­том, по­любу­юсь ви­дом.

Зная о лю­бопытс­тве Аны, я не­кото­рое вре­мя прос­то стою ря­дом, дей­стви­тель­но нас­лажда­ясь ее кра­сивой фи­гурой, об­на­жен­ным те­лом, взды­ма­юще­юся грудью и лоб­ком, на ко­тором уже от­росли не­боль­шие чер­ные во­лоси­ки.

Ти­хо иду к ко­моду и выд­ви­гаю один из ящи­ков. Дос­таю от­ту­да мас­са­жер и кла­ду его на верх. Вы­бираю на ай­по­де нуж­ную му­зыку. Ди­нами­ки ожи­ва­ют, и че­рез се­кун­ду фор­те­пи­ан­ные зву­ки неж­ной, спо­кой­ной ме­лодии на­пол­ня­ют ком­на­ту. Анас­тей­ша хму­рит­ся, сно­ва тер­за­ет гу­бу. Бе­ру ее за под­бо­родок, мяг­ко тя­ну на се­бя, зас­тавляя ос­во­бодить из пле­на бе­лос­нежных зу­бок ниж­нюю гу­бу. Мис­сис Грей улы­ба­ет­ся, но по­луча­ет­ся это как-то на­тяну­то. 

Ла­донь сколь­зит вдоль шеи, вниз к гру­ди. Боль­шим паль­цем стя­гиваю чаш­ку, выс­во­бож­дая пра­вую грудь из бюс­тгаль­те­ра. Ти­хо, одоб­ри­тель­но ур­чу и це­лую в шею. Гу­бы сле­ду­ют по ос­тавлен­ной паль­ца­ми до­рож­ке. Паль­цы пе­реме­ща­ют­ся к ле­вой гру­ди, ос­во­бож­дая и ее. Анас­тей­ша мы­чит — ка­таю боль­шим паль­цем по ле­вому сос­ку, а гу­бы смы­ка­ют­ся на пра­вом, по­тяги­вая и мяг­ко драз­ня, по­ка оба сос­ка не под­ни­ма­ют­ся и не твер­де­ют.

— А-а-а…

Да, дет­ка, приш­ло вре­мя на­каза­ния. Я обе­щал свес­ти те­бя с ума и я это сде­лаю.

Я не ос­та­нав­ли­ва­юсь, на­обо­рот – с изыс­канной ос­то­рож­ностью на­ращи­ваю ин­тенсив­ность ласк. Ана тщет­но на­тяги­ва­ет пу­ты, пы­та­ет­ся по­ер­зать, но поч­ти не мо­жет дви­гать­ся, и я до­бива­юсь же­лан­но­го ре­зуль­та­та.

— Крис­ти­ан. – Нет.— Знаю. Ты так же пос­ту­па­ешь со мной. – Приш­ло вре­мя по­менять­ся мес­та­ми, по­чувс­твуй это нас­лажде­ние. Се­год­ня оно ста­нет тво­ей глав­ной целью.— По­жалуй­ста, — она уже хны­чет, чем еще силь­нее про­буж­да­ет во мне же­лание.

Од­на ла­донь ло­жит­ся на ее бед­ро, вто­рая пол­зет по жи­воту.

Я це­лый день бо­рол­ся с же­лани­ем жес­то­ко ее на­казать, вы­пороть, а луч­ше вы­бить эту дурь пал­кой. Но я за­был о дру­гом ва­ри­ан­те. За­чем при­чинять фи­зичес­кую боль и стра­дать обо­им, ес­ли су­щес­тву­ют бо­лее эф­фектив­ные спо­собы на­каза­ния.

— Пос­мотрим, как ты тут, — го­ворю я об­манчи­во мяг­ким го­лосом. Неж­но об­хва­тываю ее меж­ду ног, ле­гонь­ко ка­са­ясь боль­шим паль­цем кли­тора. Анас­тей­ша вскри­кива­ет. Мед­ленно вво­жу во вла­гали­ще один, за­тем два паль­ца. Она ме­чет­ся, вер­тится, по­да­ет­ся навс­тре­чу мо­им паль­цам и ла­дони. Паль­цы лег­ко дви­га­ют­ся внут­ри, из­ма­заны ее со­ками. Эта жен­щи­на как всег­да го­това при­нять ме­ня в лю­бой мо­мент.— Ох, Анас­тей­ша, ты та­кая… го­товая.

Про­дол­жаю во­дит паль­ца­ми внут­ри ее, сно­ва и сно­ва, по­душеч­кой боль­шо­го паль­ца пог­ла­живая кли­тор, впе­ред-на­зад, еще и еще. 

Вклю­чаю мас­са­жер, под­но­шу бли­же к Ане.

— Что?— Ш-ш-ш.

Гу­бы на гу­бах — на­деж­ная пе­чать и средс­тво от не­нуж­ных воп­ро­сов. Но мы толь­ко на­чали иг­рать. Я отс­тра­ня­юсь, и жуж­жа­ние ста­новит­ся бли­же.

— Это мас­са­жер, дет­ка. Он виб­ри­ру­ет.

Прик­ла­дываю его к гру­ди Анас­тей­ши, она вздра­гива­ет; мас­са­жер дви­жет­ся по мне, вниз меж­ду гру­дями, че­рез один, по­том че­рез вто­рой со­сок.

— А-а. — Паль­цы про­дол­жа­ют дви­гать­ся, мис­сис Грей уже близ­ка к раз­рядке… Она мы­чит, зап­ро­кинув го­лову, и я рез­ко прек­ра­щаю лю­бые дви­жения, сти­муля­ция пре­рыва­ет­ся, паль­цы ос­та­нови­лись. Да, дет­ка, вот твое на­каза­ние.— Нет! Крис­ти­ан! — умо­ля­ет она, пы­та­ясь под­нять­ся.— Спо­кой­но, дет­ка. – Нак­ло­ня­юсь, ос­тавляю на гу­ба лег­кий по­целуй.— Та­кое ра­зоча­рова­ние, вер­но? – Та­ки се­год­ня бу­дет мно­го, мис­сис Грей.— Крис­ти­ан… по­жалуй­ста…— Ш-ш-ш. – Еще один це­ломуд­ренный по­целуй в гу­бы, от на­рас­та­юще­го ор­газма не ос­та­лось и сле­да, так что мож­но про­дол­жать на­шу иг­ру.

Мас­са­жер и паль­цы ожи­ва­ют, убий­ствен­ное со­чета­ние чувс­твен­ной пыт­ки. Чуть пе­ред­ви­га­юсь, тканью по­тер­тых джин­сов трусь об но­гу Анас­тей­ши. Сно­ва под­во­жу ее к краю и, ког­да те­ло на­чина­ет петь от нес­терпи­мого же­лания, мгно­вен­но ос­та­нав­ли­ва­юсь. Де­лаю шаг на­зад, лю­бу­юсь ре­зуль­та­том, но это­го слиш­ком ма­ло, я све­ду ее с ума.

— Нет, — гром­ко про­тес­ту­ет она.

Осы­паю мяг­ки­ми по­целу­ями пле­чо, вы­нимаю паль­цы и ве­ду мас­са­жер вниз. При­бор виб­ри­ру­ет на жи­воте мис­сис Грей, на лоб­ке, на кли­торе.

— А-а! — вскри­кива­ет она, на­тяги­вая пу­ты.

Чувс­твую хо­рошо зна­комую дрожь по те­лу Анас­тей­ши, и вновь ос­та­нав­ли­ва­юсь.

— Крис­ти­ан!— Ка­кое ра­зоча­рова­ние, да? — бор­мо­чу я ей в шею. — И ты та­кая же. Обе­ща­ешь од­но, а по­том… — Крис­ти­ан, по­жалуй­ста. 

Я хо­тел на­казать те­бя со вче­раш­не­го ве­чера, и ты ду­ма­ешь, что сей­час я так прос­то от­ка­жу се­бе в удо­воль­ствии? Нет.

Во­жу мас­са­жером сно­ва и сно­ва по нап­ря­жен­но­му те­лу, вся­кий раз ос­та­нав­ли­ва­ясь в са­мый важ­ный мо­мент.

— Пос­ле каж­дой ос­та­нов­ки ощу­щения толь­ко ос­трее. Вер­но?— По­жалуй­ста.

Вык­лю­чаю мас­са­жер, жуж­жа­ние прек­ра­ща­ет­ся. В этот раз ты то­же не смо­жешь кон­чить. Ты­чусь но­сом в ее нос, це­лую.

— Крис­ти­ан, я ни­ког­да не обе­щала по­вино­вать­ся те­бе. По­жалуй­ста, по­жалуй­ста…

Хва­таю ее сза­ди и ата­кую та­раном; пу­гови­цы джин­сов вжи­ма­ют­ся в жи­вот, с тру­дом удер­жи­вая рву­щу­юся на­ружу плоть. Од­ной ру­кой стя­гиваю шарф, Анас­тей­ша мор­га­ет, при­выкая к све­ту.

— Ты сво­дишь ме­ня с ума, — шеп­чу я, ата­куя ее еще один раз, вто­рой, тре­тий, до­вожу до пи­ка, до взры­ва мощ­но­го вул­ка­на и сно­ва об­рыв, сно­ва прек­ра­щаю все дей­ствия. Это на­каза­ние, и оно дол­жно на­учить, а не при­нес­ти удо­воль­ствие.— По­жалуй­ста…

Я смот­рю не­умо­лимо, ру­ка сно­ва сколь­зит по жи­воту вниз, к за­вет­но­му мес­течку.

— Крас­ный, — всхли­пыва­ет она. — Крас­ный. Крас­ный. — Толь­ко сей­час я за­мечаю на блед­ном ли­це сле­зы.

Я зас­ты­ваю.

Ты ду­рак, Грей! Она твоя же­на, а не са­ба и ты по­лез с этим чер­то­вым на­каза­ни­ем?! Прок­лятье! Как я мог зай­ти так да­леко, что ей приш­лось го­ворить стоп-сло­во, о ко­тором мы за­были сра­зу пос­ле свадь­бы. Оно дол­жно бы­ло ос­тать­ся в прош­лом, где им поль­зо­вались са­бы, но ни­как не по­надо­бит­ся мо­ей же­не. 

Я слиш­ком ув­лекся, слиш­ком жес­то­ко на­казал ее. Что ес­ли те­перь Анас­тей­ша ре­шит уй­ти, окон­ча­тель­но ра­зор­вет все свя­зи меж­ду на­ми и боль­ше не за­хочет ме­ня ви­деть, не за­хочет дать мне шанс?

Моя ма­лень­кая де­воч­ка сей­час пла­чет, и все из-за ме­ня. Ты му­дак, Грей! Хо­чет­ся осу­шить каж­дую сле­зин­ку неж­ным по­целу­ем, но за­хочет ли она ви­деть ме­ня пос­ле слу­чив­ше­гося? Я от­дался страс­ти, по­терял рас­су­док и кон­троль над си­ту­аци­ей. Семья, ко­торую я от­ча­ян­но пы­тал­ся пос­тро­ить с Аной сей­час в лю­бой мо­мент мо­жет рух­нуть

— Нет! — я пот­ря­сен­но вы­дыхаю. — Гос­по­ди, нет!

Быс­тро от­сте­гиваю ее ру­ки, об­хва­тываю за та­лию и нак­ло­ня­юсь, что­бы от­стег­нуть ло­дыж­ки, Анас­тей­ша зак­ры­ва­ет гла­за ру­ками и пла­чет. А все из-за ме­ня, я все ис­портил.

— Нет, нет, нет, Ана, по­жалуй­ста. Нет.

Под­хва­тив ее на ру­ки, я иду к кро­вати, са­жусь и об­ни­маю свою ма­лыш­ку, уса­див на ко­лени. Анас­тей­ша по-преж­не­му бе­зутеш­но всхли­пыва­ет. Про­тяги­ваю ру­ку на­зад, стас­ки­ваю ат­ласную прос­ты­ню с кро­вати и уку­тываю свою де­воч­ку в нее. Об­ни­маю, прив­ле­каю к се­бе и мяг­ко по­качи­ваю взад-впе­ред.

— Прос­ти. Прос­ти, — бор­мо­чу я и це­лую ее во­лосы сно­ва и сно­ва. — Ана, прос­ти ме­ня, по­жалуй­ста.

Она про­дол­жа­ет пла­кать, ут­кнув­шись мне в шею. 

Это я ви­новат, хо­тел за­щитить от Хай­да, но не смог обе­речь от се­бя. Иди­от, как мож­но бы­ло при­чинить вред Анас­тей­ше? Она лю­бит ме­ня, а сей­час? Вдруг, не­нави­дит или хо­чет уй­ти? Нет, я не мо­гу это­го до­пус­тить!

Кра­еш­ком прос­ты­ни вы­тира­ет пок­раснев­ший нос.

— По­жалуй­ста, вык­лю­чи му­зыку. — Ана шмы­га­ет но­сом, а я толь­ко сей­час по­нимаю, что сте­риль­ная му­зыка Ба­ха все еще зву­чит в ком­на­те.— Да, ко­неч­но. — Я нак­ло­ня­юсь, не вы­пус­кая Ану, и вы­тас­ки­ваю из зад­не­го кар­ма­на пульт. На­жимаю на кноп­ку, и фор­те­пи­ано смол­ка­ет, сме­ня­ясь су­дорож­ны­ми вздо­хами. — Луч­ше?

Анас­тей­ша ки­ва­ет, всхли­пы поч­ти стих­ли. Неж­но вы­тираю сле­зы по­душеч­кой боль­шо­го паль­ца.

— Не лю­битель­ни­ца ба­хов­ских «Ва­ри­аций Голь­дбер­га»?— По край­ней ме­ре, не этой пь­есы.— Прос­ти…— За­чем ты это де­лал? — Ее го­лос ед­ва слы­шен. А я сно­ва бе­зус­пешно бо­рюсь с чувс­твом сты­да, ведь оно по­беж­да­ет.

Ка­чаю го­ловой и зак­ры­ваю гла­за, пы­та­ясь скрыть рву­щи­еся на­ружу эмо­ции.

— Я ув­лекся.— Ана, ли­шение ор­газма — стан­дар­тное средс­тво в… ты ни­ког­да… — Я за­мол­каю, Анас­тей­ша ер­за­ет у ме­ня на ко­ленях. Черт, член еще нап­ря­жен и от это­го ста­новит­ся боль­но. Я мор­щусь.— Прос­ти.

За­каты­ваю гла­за, за­тем от­кло­ня­юсь на­зад, ув­ле­кая Ану с со­бой, и вот уже мы оба ле­жим на кро­вати, она — в мо­их объ­яти­ях, поп­равля­ет сдви­нутый лиф­чик.

— По­мочь?

Анас­тей­ша от­ри­цатель­но ка­ча­ет го­ловой. Она не хо­чет, что­бы я к ней при­касал­ся, не до­веря­ет боль­ше. Черт!

По­вора­чива­юсь так, что­бы ви­деть ее, и, не­уве­рен­но под­няв ру­ку, неж­но гла­жу паль­ца­ми блед­ное ли­цо. На гла­зах опять выс­ту­па­ют сле­зы. 

— По­жалуй­ста, не плачь.— Я ни­ког­да что?— Не де­ла­ешь, как те­бе ска­зано. Ты пе­реду­мыва­ешь, не го­воришь мне, где ты. Ана, я в Нью-Й­ор­ке был злой как черт из-за собс­твен­но­го бес­си­лия. Ес­ли б я был в Си­эт­ле, то при­вез бы те­бя до­мой.— Зна­чит, ты на­казы­ва­ешь ме­ня?

Черт, она по­няла, по­чему я это де­лал и сей­час на­вер­ня­ка за­хочет уй­ти. Я нер­вно сгла­тываю.