Глава 19

Проходит всего несколько минут, пока я бегу на улицу, но мой телефон уже вибрирует от звонка. Неужели, Чип так быстро соскучился по мне? И я, не посмотрев на экран, беру трубку, ведь точно уверена, что это Чип.

— Я сейчас занята, Чип. Ты можешь перезвонить мне позже, — улыбчиво произнесла я, на самом деле не желая отключаться.

— А я не занят, — грозно отозвался Кинан. Кинан. Мне звонил Кинан. — И я прямо сейчас выезжаю к вам, чтобы убить его окончательно. Где вы?

Я проглатываю ком в горле и сразу же отключаюсь, не давая ему никакого ответа. Захожу в нашу переписку и удаляю фото. Он всё равно его уже увидел. Зачем я удаляю его? 

Через секунду мне приходит сообщение.

Кинан: удалив фото, ты не сохранила ему жизнь.

Кинан: сейчас же ответь, где вы, чёрт возьми.

Кинан: блядь, сейчас же!

Прячу телефон в задний карман джинс и выхожу на улицу, выискивая остальных. Они уже столпились возле Иды, которая сидела на траве, согнувшись в животе. Она рвала, пока Арден держала её за волосы, а Саша бегала возле неё, пытаясь как-то помочь.

— Эй, что тут? — спросила я, наблюдая за бедной подругой. — Сильно напилась? 

— Она не только пила, но и курила, — прошипела Арден.

— Курила? Что курила? — удивилась я.

— Да всё что угодно. Я её не узнаю, она ни разу не курила и не пила. По крайней мере так сильно не напивалась. 

Да, Ида достаточно изменилась за это лето. Стала дерзкой девчонкой. Как и Арден. Да, точно, она стала такой же, как и Арден. Только вот Арден это подходило, в отличие от мягкого характера Иды.

Пока Иду пытались привести в чувство, к нам подошёл Бо, снова приставая к Арден. Но в этот раз она не выглядела раздражённой, как обычно это было. Её щёки почему-то покраснели, она даже не язвила, и даже не смотрела на него. Это была не Арден. Или она просто чего-то не рассказывает.

— Бо, — хрипло произнесла Ида, поднимаясь на ноги.

Мы посмотрели на неё, подхватывая за руки, чтобы она вдруг не упала. Она пристально смотрела на Пипа.

— Что? Ещё травки дать? — усмехнулся Бо.

— Это ты ей дал курево? — выкрикнула Арден.

— Бо, — нахмурилась я, а он лишь цокнул.

Ида удивила нас, когда подошла к Бо и обняла его, буквально повисая на нём. Он не выглядел удивлённым, но и не собирался её обнимать. Мы правда не понимали, что происходит, лишь смотрели на них, будто были лишними здесь. Арден, раньше спокойно стоявшая, сорвалась с места и убежала. Бо посмотрел ей вслед, выругавшись.

Я посмотрела на Сашу и дала ей понять, что наша помощь окончена. Я тоже побежала за Арден, которая шла по дороге. Я догнала её, подстраиваясь под её темп.

— Что случилось? Куда ты идёшь? — пытаюсь я угнаться за ней, но она продолжает молча идти. — Арден! Остановись уже! — всё же повышаю я голос.

— Что? Я не хочу говорить об этой суке, которая напилась и уснула на улице, пока мы, чёрт возьми, её искали весь вечер, — почти обиженно произносит Арден, вздыхая.

— Хорошо, я поняла, что ты обиделась на Иду, но зачем на меня кричать?

— Ладно, ты права, прости, — ответила она, взяв меня за руку. Этот жест у неё обычно означает нервное состояние. А нервной Арден бывает крайне редко.

— Что такое? Я вижу, что между вами что-то произошло. Расскажи мне.

Голова Арден поникла, а сама она выглядела разочарованной.

— Мы поцеловались с Бо. Я же, мать вашу, должна была ему поцелуй. Но это был необычный поцелуй, — проговорила подруга. — Он обнял меня и всё было не так, как с другими. Я даже успела подумать, что нравлюсь ему, м усмехнулась она.

— Арден, ты ему нравишься. Я же вижу , как это выглядит со стороны, — пытаюсь доказать ей я.

— Нет, — покачала она головой. — Он нравится Иде. Она мне это сказала.

— Ну это понятно, но ведь ему нравишься ты, а не она, — сказала я, убирая волосы с её лица.

— Это не важно, вообще-то. Он меня раздражает, и очевидно, что он тот ещё бабник. Если Ида хочет бегать за ним всю жизнь, пусть бегает.

Не думаю, что она говорит правду о том, что Бо ей не нравится. Но я знаю Арден, и она не станет бегать за парнем из-за одного поцелуя. Это же Арден. 

— Пойдём вернёмся за твоим мопедом и поедем домой, — предложила я, и она согласилась, хоть и неохотно.

Когда мы подошли к дому, Арден сразу же направилась на парковку, а я подошла к Лиаму, который стоял посреди улицы один и курил. Он улыбчиво взглянул на меня, предлагая сигарету. Я несколько раз пробовала курить, и это не было так плохо, как обычно рассказывали. Поэтому я принимаю скрутку.

— Мы уезжаем с Арден. Саша уже решила проблему с Идой? Кстати, где они? — Я оглянулась по сторонам в поисках хоть кого-то. Неужели они уехали?

— Не знаю, этой девчонке, которая не может пить, вдруг стало плохо. Снова, — закатил он глаза. — Но, похоже, меня никто не отвезёт домой, — пожал он плечами.

— Не переживай, что-то придумаем.

Я оглядываюсь на парковку, думая, что увижу там Арден, но к дому подъезжает машина. Она резко тормозит, и её даже не глушат. Из двери машины выскакивает Кинан. Я, не зная, что делать, отшатываюсь назад. Он точно не будет гладить меня по голове. Как он вообще здесь оказался? Как узнал, что я в братстве? Неужели кто-то меня выдал?

Кинану не нужно много времени, чтобы найти меня среди всех, он быстрым шагом направляется ко мне. А моё сердце сжимается от страха всё быстрее.

— Это что, Кинан? Что он здесь делает? — пока ещё усмехается Лиам. Но это пока.

Начинаю пятиться как только осознаю, что он приближается всё ближе. Я уверена, что он ударит меня. Почему-то в этом нет сомнения.

Но вместо того, чтобы ударить меня, он жёстко вырывает сигарету из моих рук и яростно откидывает её в сторону, а в меня бросается молниями из глаз. Я так и чувствую, как они пробивают во мне дыры.

— Я убью его,  — так же уверено и ужасающе произносит мой брат. Как и в ту ночь.

«Я убью его» — эти слова всплывают в воспоминаниях самым худшим образом. Мне хочется забыть те моменты, когда Кинан избивал Чипа, давая мне смотреть на это.

— Нет, Кинан, прошу тебя, — проговариваю я, приближаясь к нему, чтобы успокоить, но он отходит в сторону, чтобы зайти в дом. — Нет! Не нужно! 

Мне приходится цепляться за его одежду и волочиться за ним, потому что он не реагирует ни на мои слова, ни на мои мольбы. Когда он достигает лестницы, я проскальзываю вперёд, чтобы перегородить ему дорогу. Но, боже, он просто и без усилий хватает меня за талию и ставит в сторону. Я просто так не сдамся.

— Умоляю тебя, я сделаю что угодно, только не трогай никого, — прошу я, впиваясь в его плечи.

Хоть он и не хочет ждать ни минуты, чтобы убить Чипа, он стоит и смотрит на меня, тяжело дыша.

— Никого — это, мать его, Чипа? — сжимает он челюсти.

— Просто не трогай его, — шепчу я, всматриваясь ему в глаза. В его зелёные, тёмные глаза. Его зрачки расширены. Снова. И я подозреваю, что это не из-за злости. — Не убивай, не трогай. Сделай всё с точностью да наоборот. Не делай ему больно.

— А когда ты находишься с ним и присылаешь мне фото, где вы в одной кровати обнимаетесь, не думаешь, что это причиняет боль мне? — надвигается он на меня.

— Но я видела... 

— Что ты видела? Ну, говори, что?! 

— Как Брук сидела на твоих коленях! Она выставила историю, и я увидела! А мне значит, нельзя быть с другими? — обиженно проговорила я.

Во взгляде Кинана появилось понимание. Теперь он знал, что я знала всё. И я не буду уступать ему.

— Так теперь скажи, кто кого должен убить? — спрашиваю я, приближаясь к нему. Это удивительно, что я без страха приближаюсь к Кинану в самом разгаре его злости. 

— Чёрт возьми, ты сделала это специально? Чтобы я понял свою ошибку? Окей, я понял, и я ничего такого не сделал. Но ты, — делает он акцент на последнем слове, и в нём кажется так много мольбы, что я успеваю почувствовать себя виноватой, — ты знаешь, как я отношусь к тем, кто пытается тебя забрать у меня. 

— Что значит забрать, Кинан? — возмущаюсь я.

— Скажи честно, — сглатывает он, мягко толкая меня к стене, так чтобы мой взгляд не смел цепляться за что-то, кроме Кинана, — ты с ним трахалась?

Холодок от его слов покрывает буквально каждую частичку тела, а особенно — лицо, которое потеет от его взглядов. Боже, эти глаза — сейчас они особенно красивы, в синем свете и с большими, как ягоды, зрачками.

— У меня есть личная жизнь, я не буду рассказывать тебе таких подробностей, независимо брат ты мне или нет.

Кулаки брата бьются о штукатурку возле меня, и я слышу, как стена пробивается насквозь, потому что пыль с неё сыпется на меня. Я сильно зажмуриваю глаза, чтобы не видеть той жестокости в глазах человека, которого я правда люблю.

— У тебя есть личная жизнь исключительно со мной. Потому что я контролирую каждый твой шаг, — признаётся он, даже доказывает, но это не становится для меня шоком, потому что это и так очевидно. — Так что ответь: Ты. Трахалась. С. Ним?

— Нет, не трахалась, если тебе так уж интересно, — едва сдерживая слёзы от обиды, говорю я. — А ты? Трахался с Брук? 

Его лицо ожесточается ещё больше, чем раньше. И вот, я получаю ответ.

— Ясно, — выплёвываю я, пытаясь выбраться из его оков, но он насильно удерживает меня за плечи. — Не хочу даже смотреть на тебя. Уйди.

— Лея, ты не должна сравнивать меня и себя.

— Только потому, что я девственница, а ты нет? — не сдерживаюсь и выкрикиваю я, собирая несколько любопытных глаз.

— Заткнись!

— А если я скажу, что не девственница? Что ты сделаешь? 

Понятно, что своим вопросом я ставлю его в ступор, которого он не ожидает.

— Что ты сказала? 

— Я не девственница.

— Ты врёшь, — усмехается он.

Я всё так же молчу, стараясь сделать как можно увереннее взгляд.

— Нет! Никто не должен был тебя трахать, Лея! — рычит, срывается он, будто от моей девственности зависит его жизнь.

Когда я вижу, как люди начинают пялиться на нас в открытую, я толкаю Кинана в сторону и как можно быстрее выбегаю на улицу, в поисках Арден. Я не успеваю даже оглянуться, как руки обволакивают меня за талию и несут за собой. Я как можно громче кричу и как можно сильнее вырываюсь из сильных рук, но он не собирается меня отпускать. Двери машины открываются и Кинан сажает меня на сидение, но я бью его ногой по лицу, надеясь, что смогу убежать, но он лишь рычит, закрывая дверь и блокируя её. Я уже успеваю испугаться, что он оставит меня здесь одну. Но он обходит машину и садиться, снова заводя её.

— Лучше бы не присылала тебе ничего и осталась с Чипом, — выплёвываю я.

— Лучше молчи, мать твою.

— Или что? Ударишь? — смеюсь я.

— Пойду и , как обещал убью его.

После его слов я, вообще-то, вспоминаю, что он вправду может это сделать, и наконец затыкаюсь.

Когда мы едем в тишине, это только добавляет мне дискомфорта и мыслей о том, что сейчас что-то случится.

— Значит, ты переспала с ним? — выдавливает Кинан.

Не знаю, стоит ли мне говорить, что да, или лучше не врать, ведь в конце концов он всё равно догадается, что это неправда?

— С кем?

— Ты знаешь, с кем. Не беси меня, — рычит он, сжимая руль сильнее.

— С Чипом? — усмехаюсь я. — Нет, не с ним.

Лучше пусть думает, что я шлюха, раз успела поцеловаться с Чипом и с кем-то переспать, чем убьёт невинного парня. Если с Чипом что-то случится, это будет исключительно моя вина.

— Кто он? 

Ответа от меня он не получит никогда, пусть хоть убьёт, но я не скажу. 

— ЛЕЯ! — срывает он голос, и нашу машину начинает вести куда-то в сторону.

— Кинан, перестань! Довези меня сначала в целости и сохранности, а потом поговорим.

— Теперь ты не сможешь жить спокойно. Как и я. Я узнаю, кто этот ублюдок и, обещаю, убью его. Я убью его, — бормочет он, доставая скрутки, не похожие на обычные сигареты. А когда он поджигает, то по запаху я понимаю, что это определённо не сигареты.

— Ты что, куришь травку прямо за рулём? Ты с ума сошёл? — нервно кричу я, пытаясь отнять у него эту дрянь.

— Отвали, отвали. Это, сука, единственное, что спасает меня от поглощающих мыслей о тебе, — признаётся он, едва не трясясь от... от чего-то, это может быть что угодно: злость, раздражение, кайф, адреналин.

— Кинан, — по моим щекам начинают струиться слёзы, — я не узнаю тебя. Что с тобой происходит?

Он с силой сжимает косяк, а затем бьёт по рулю, будто по боксёрской груше, выпуская своих демонов наружу. Клянусь, никогда ещё мне не было так  страшно ехать в машине.

— Кинан, прошу, перестань. — Ему было плевать на мои мольбы. — Кинан, я боюсь.

Его голова поворачивается ко мне, а руки опускаются, машина останавливает свой ход, и я наконец вдыхаю воздух в лёгкие.

— Ты боишься меня? 

Я закрываю лицо руками, лишь бы он не видел, что делает со мной. Как он уничножает меня. Как он действует на меня.

— Лея, моя девочка, — шепчет он, цепляясь за мои руки, чтобы взглянуть на меня. — Нет, не бойся, это же я, Лея, — просит он меня, хватая за мокрое лицо. Мои глаза слезятся, будто водопад, а его так пусты, как и дыра в его сердце. Мы ведь такие разные, как мы могли родиться от одной матери?

— Ты видишь, что с тобой стало? Ты принимаешь наркотики? Скажи мне честно, — прошу я, рыдая в его руки.

Он не хочет выдавать своих секретов, прячет взгляд, чтобы я не видела его кайфовых глаз. 

— Это случайно, но я обещаю, что брошу, ведь ты так хочешь. Да? Только скажи, если ты этого хочешь, я сделаю.

— Я хочу. Да. Я очень хочу, — киваю я, заглатывая слёзы из-за начавшейся истерики.

На его лице появляется странная улыбка. Она расслабленная, лёгкая. Я ни разу не видела, чтобы он так улыбался. 

— Я сделаю всё, как ты просишь, — говорит он, внезапно приближаясь ко мне, и я на секунду думаю, что если бы он хотел меня поцеловать, то я бы согласилась.

Мои пальцы сжимаются вокруг его рук, всё ещё держащих моё лицо в тисках. Он опускает свой взгляд на мои губы, заставляя меня нахмуриться. Но он всего лишь прижимается к моему лбу, тяжело вздыхая. Я часто дышу, потому что такое его поведение совсем непривычно. Я редко могу почувствовать его тепло и любовь. Но сейчас... он дарит мне всё, что в нём есть, до последней частички. 

— Лея, я так тебя люблю, — произносит он, и эти слова разносятся эхом по всему салону.

— Я-я тоже теб-бя, Кинан, — неуверенно говорю я, потому что эти слова сейчас кажутся более интимными, чем раньше. Но я не понимаю, почему. Что-то определённо поменялось.

Губы Кинана начинаю спускаться с моего лба, к переносице, к носу, и когда он почти достигает моих губ, я сжимаю его руки, чтобы оттолкнуть, но не успеваю я даже вскрикнуть, предупредить, сказать, что «нет, не надо, мы же брат и сестра», как его горячие губы опускаются на мои, жадно всасывая их. Мне снова кажется, что это всего лишь видение. И я решаю подождать, пока оно пройдёт.

Но каков был мой испуг, когда я поняла, что всё происходящее сейчас в машине между нами — не видение. Мой брат целует меня. Кинан целует меня.

***

добрый вечер всем, кто ждал продолжение)

жду ваших отзывов! и попрошу набрать на главе 105⭐️ для проды)))