16 глава

«Даже в аду можно найти свет, если не опускать глаза.»— Ф. М. Достоевский

....

Я еле сдержала дрожь в голосе, когда он наклонился, чтобы рассмотреть пятно.— Это… моя, — выдавила я, словно проглатывая стекло. — У меня была кровь из носа в тот вечер. Я запачкала и… не успела убрать..

Калеб коротко кивнул.— Кстати, ты уже была у врача?

Я усмехнулась, не поднимая взгляд.— Да. Не переживай, до свадьбы Дина доживу.

Он хмыкнул.— Постарайся.

Ему смешно. Но он просто не знает, что я не шучу.

Он зачем-то приготовил целый стол еды — запечённая картошка, мясо, салат… пахло вкусно, почти по-домашнему. Но я только смотрела на всё это, чувствуя, как внутри сжимается. Желудок будто камнем упал. Я не хотела есть. Совсем.

Сев за стол, я начала ковырять вилкой картошку, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.Калеб смотрел пристально, словно проверял, человек ли я вообще.

— Ну? — спросил он наконец.

Я взяла кусочек, руки дрожали. Еле как прожевала, и к горлу тут же подступила тошнота. Насильно проглотила ещё один.

— Не вкусно? — в голосе его слышалась раздражение, не скрытая.— Нет… повар с тебя так себе. — Я улыбнулась криво и отодвинула тарелку. Правда — я знала, что еда хорошая; мой организм просто отказывался.

Его лицо изменилось. В глазах появилась злость. Из-за еды? Серьёзно?— Ладно, — выдохнул он.

Он внезапно встал, схватил тарелку и, не произнеся слова, высыпал всё в унитаз. Я застряла взглядом и просто смотрела, как он смывает всю еду в унитаз.

— Знаешь, я думал, что тебе станет лучше, — сказал он тихо, и в этих словах было что-то безжалостное. — Но видимо, ты не из тех, кто умеет ценить.

Гнев вспыхнул во мне, резкий и чистый.— Ты что, обиделся из-за еды? — я рассмеялась с горечью. — ты что неженка? — мои руки дрожали, но голос оставался острым.

Он резко повернулся. В его лице проступила еле скрытая злость, как ледяной узел.— Ты думаешь, мне в кайф идти сюда и готовить для такой, как ты? — его слова резали.

— Для какой? — я почти шепотом, потому что слова «для больной» уже висели в воздухе.

— Для больной! — выпалил он. — Тебе нужен психиатр, Лита. Ты в курсе?

Я вскинулась, лицо горело от стыда и ярости одновременно.— Я не просила тебя приходить и играть в заботливого друга. — крик сорвался из горла легче, чем я ожидала. — И ты серьездно поверил, что мы можем быть... друзьями? — Последнее слово она почти прошептала.

— Нет, — его голос стал громче, — Но я как дурак пришёл, забыл, что тебе нужен лишь твой Дин, такой же больной, как ты!

Он выдохнул, дёрнул плечами и вышел, хлопнув дверью.— Через пятнадцать дней встретимся, — услышала я его голос в коридоре. — Надеюсь, в последний раз.

Дверь захлопнулась, и тишина утёрла наши слова. Я смотрела на стол, на салат, который он оставил — единственное, что он не тронул. Маленький жест, который, как шип, уколол меня. Он пришёл. Он готовил. Он заботился — не понимаю зачем ему это.

Телефон зазвонил и разнёсся по пустой квартире, как печальный будильник. На экране — знакомый номер врача. Я ответила, потому что не могла не ответить. Её голос был мягким, профессиональным, но в конце каждой фразы проскальзывало беспокойство.

— Добрый день, Лилит.— Добрый...—  коротко ответила я.— Как вы себя чувствуете? — спросила она.

— Нормально, — выдавила я, но даже сама слышала, как в моём голосе дрожь.

— Вы не передумали начать лечение? — продолжила она настойчиво.

Я твердо отказалась. Я уже знала цену — не физическую, а ту, что дороже.— Нет. Я уверена, — ответила я.

— А боль? Ухудшилась? — звук в трубке стал чуть грубее, как будто доктор пыталась подобрать тон.

— Почти не больно, — солгала я. А потом спросила сама, как будто надеясь на чудо: — Подскажите...а кровь из рта… это очень плохо?

Молчание длилось несколько ударов сердца. Наконец врач сказала тихо:— Организм пытается очиститься. У вас осталось, наверное, меньше, чем мы думали.

Я спросила, не поддаваясь отчаянию: — Пятнадцать дней?..— Думаю, около месяца, — ответила женщина, и в её голосе скользнуло сожаление.— Хорошо, спасибо.Меньше месяца. Менее времени, чем мне казалось. Мне хватало. Хватало на то, чтобы сделать то, что я решила. Хватало на то, чтобы покинуть мир с чувством, что всё окончено.— Я всё же настаиваю на лечении, мы возможно сможем продлить...Я перебила её.— Спасибо...до свидания.

Я сбросила вызов.

Одна слеза покатилась по щеке — тихо, словно испугалась собственного присутствия.

Я схватила вилку и начал есть салат, словно протестуя всему.Я не знаю зачем. Может, чтобы доказать, что могу.

Но горло взбунтовалось — рвотный рефлекс, горечь во рту. Я пихала в себя еду насильно.

В какой-то момент мир закружился. Свет стал рваным, звуки — далёкими. Я попыталась встать, но ноги предали, и я упала. Холод пола обжёг. Последнее, что я помню — тонкая линия света и мысль, что я сделаю всё, чтобы уйти с миром. И как будто далеко, сквозь воду, я услышала  голос, спокойный и такой родной:

— Лита...ты мне обещала, что будешь жить. Вставай! Вставай!

Этот голос....

Я резко распахнула глаза. Воздух будто ударил в грудь, а мир качнулся. Я не знала, сколько прошло времени. Тарелка с салатом валялась на полу, перевёрнутая, а во рту стоял металлический вкус крови. Я провела языком по губам — действительно, кровь.

Этот голос… почему он кажется таким знакомым?

Я поднялась, шатаясь, и вспомнила про телефон, который подарил Калеб. Стало ещё хуже — горько, стыдно. Я достала его, включила. Экран вспыхнул: 6 октября, 19:56. Свадьба через четырнадцать дней.В контактах — только один номер. «Друг». Я почти рассмеялась, но смех вышел хриплым. Калеб. Конечно, он сам себя так записал.

Если так подумать, после сделки он был единственный, кто был рядом. Это раздражало и одновременно — давало странную опору.

Я глубоко вздохнула, выпрямила спину. Всё, хватит реветь и ждать смерти. В голову пришла странная идея и я не думая сразу согласилась сома с собой.

Я приняла душ, долго стояла под струями горячей воды, пока тело не перестало дрожать. Потом — красивое платье, каблуки, укладка, макияж. В зеркале на меня смотрела худая, но всё ещё красивая девушка с острыми скулами. Раньше я не могла этим похвастаться. Теперь — могла.

Я взяла телефон и вызвала такси. В сумку — таблетки, «на всякий случай».Мысль крутилась в голове, как заезженная пластинка: Я проживу этот месяц так, как хотела бы та Лита — полная эмоций и желаний.

Такси мягко подъехало к клубу, тому самому, куда возил меня Калеб. Охрана посмотрела на меня одобрительно и пропустила без слов.

Запах алкоголя ударил в нос, будто напоминая, где я. Я сразу же пошла за столик. Ко мне подошла знакомая официантка.— Что могу предложить?Я показала пальцем на несколько позиций. Она кивнула, и через пару минут передо мной стоял целый мини-бар. Я пила много. Пила, пока не стало весело. Но весело, почему-то, не было. С каждым стаканом внутри росла пустота и… странное желание.

Я почувствовала чьё-то присутствие. Обернулась — парень. Тот самый, что подходил тогда, когда я была с Калебом.Я наигранно улыбнулась:— Эй, чего скучаем?Я просто смотрела на него.— А где твой принц на белом коне?— Ушёл за конём — сказала я с усмешкой.Его глаза блеснули.— Мы так и не познакомились. Я Рейв.— Я Лилит, — ответила я, протянув руку.

Он поцеловал её слишком демонстративно. Меня передёрнуло, но я не показала этого.— Потанцуем? — предложил он.Я не раздумывая согласилась — пусть будет музыка, пусть будет движение. Алкоголь гремел в голове, я крутилась, лечилась на танцполе. На мгновение я потеряла Рейва из виду, но он появился снова и сунул мне в руки стакан.

Странный вкус. Я посмотрела на него с подозрением, но он просто смеялся, танцевал, будто ничего.

С каждой минутой он был всё ближе. Я пыталась его отодвинуть, но не получалось.— Ты не устала? — спросил он.— Немного, — пробормотала я, д

умая, что мы просто разойдется, но у него были другие планы.

Он ухватил меня за руку. Я шла за ним, еле глядя под ноги, чтобы не споткнуться. Комната, в которую он привёл, была похожа на отель. Огромная кровать в центре.— Это VIP-комната, — сказал он, подходя ближе.

Меня пробрала дрожь.— Я уже отдохнула, — попыталась отшутиться я и отойти от него подальше.

Он проигнорировал. Схватил и прижал меня к стене.— Ты чего?— Думаешь, я не видел, как ты вертела задницей об мою ширинку? — ухмыльнулся он.— Ты придурок? Отпусти!

Он не отпускал. Его губы оказались у моей шеи, он начал целовать её. Я пыталась оттолкнуть, но он был сильнее.— Расслабься и получай удовольствие, — прошептал он.

Меня вырвало холодной злостью.

— Ты мне противен, ублюдок! — выдохнула я.

На его лице появилась улыбка.Он резко разорвал на мне платье.

Я осталась в одном белье, всё кружилось. Я не могла даже нормально отталкнул его, как будто вся сила исчезла в самый нужный момент.

Она уже 100 раз пожалела, что пошла в такое место.

Он резко поддался вперёд и, обхватив точоную талию ладонями, повалил девушку на кровать.

Его руки скользили по моей коже.Я с последних сил ударила его в лицо, на что он лишь яростно зарычал и продолжил начатое.Я могла только просить прекратить.

— Прошу… — прошептала я, зажмурив глаза.— ммм, проси ещё принцесса. — прошептал он ей в шею.

Рейв коленом развёл в стороны женские бёдра, я издала жалобный писк. От этого он только возбудился. Дальше все было, как в тумане. Он сорвал с меня бюстгальтер и ему открылся вид на мою грудь.Он царапал колючей щетиной нежную кожу и опалял её горячим дыханием. Его руки лапали всё её тело.С моей щеки покатилась слеза от безысходности и от того насколько противно от самой себя.

Вдруг — шум. Как будто что-то упало. Стон боли. Удар. Я открыла глаза — с трудом. Калеб. Он стоял рядом, его кулаки в крови. Он бил Рейва без остановки. От лица этого ублюдка почти ничего не осталось.

Калеб тяжело дышал, как зверь, и его глаза были полны ярости....