✞ Часть ❻ ~ Расплатитесь на кассе

Вновь зажмурившись, парень изо всех сил стиснул металлические прутья бледными пальцами, стараясь причинить себе как можно больше боли. Когда он открыл глаза, то не обнаружил никого из тех, перед кем извинялся пару секунд назад. Тележка словно бы сама по себе очистилась от пепла и запекшейся крови, приняв первоначальный вид. Алкогольный отдел также перестал быть похожим на эпицентр апокалипсиса, весь хаос в виде разбитых бутылок и разлитого вина внезапно исчез.

Дуглас неуверенно вышел из просторного помещения, оказавшись среди извивающихся, словно змеи, коридоров супермаркета. Проходя мимо прилавков с различными продуктами, юноша то и дело натыкался на чьи-то мутные силуэты, больше напоминающие призраков, нежели живых людей.

Вспомнив слова владельца бакалеи безумия, Форд понял, что это души грешников, поддавшиеся соблазну безнаказанности и застрявшие здесь навсегда. Парень понимал, что никак не мог им помочь, однако сердце все равно болезненно сжималось при мысли об их вечном заточении.

Когда Дуглас наконец дошел до ряда с кассами, то увидел вдали знакомый силуэт. Блеск серебристого плаща неприятно резал глаза и казался вестником плохих событий.

Оуэн Лагранж натянул на себя уже привычную ухмылку чеширского кота, что делало его похожим на безумца. Хотя, по сути, он им и являлся. Кудрявые волосы светло-кофейного оттенка пребывали в еще большем беспорядке, а небесно-голубые глаза искрились хитрым огоньком. Этот человек сотворил много проступков и мог быть настоящим образцом примерного грешника.

Если большинство людей грешит поневоле, то Лагранжу это доставляло особенное удовольствие, он был зависим от своего величия и потребности рушить чужие судьбы. Комплекс Бога внезапно переименовался в комплекс Дьявола, который намного больше подходил Оуэну по своей натуре.

- Дуглас Форд, - сладостно протянул мужчина, будто пробуя это имя на вкус. - А ты оказался не так прост, как я думал. Ожидалось, что ты сразу же сдашься и поддашься моим чарам. Но ты у нас крепкий орешек, заслужил прощения хотя бы с моей стороны.

- Твое прощение нужно мне в последнюю очередь, - с презрением произнес Дуглас. - Надеюсь, что я прошел это безумное испытание по искуплению собственных грехов.

- О да, ты был вполне искренен, поэтому достоин очищения души, - признал Лагранж, его тон переменился на более серьезный. -За твою дальнейшую судьбу я уже не в ответе, это решит бакалея безумия.

- Прошу тебя, Оуэн, перестань пудрить мозги Итану и Скарлет, они заслуживают прощения не меньше моего, - умоляющим голосом проговорил рыжеволосый юноша, переживающий за бывших друзей.

- Эти ребятки сами сделали свой выбор, никто их не принуждал, - пожал плечами мужчина, сидящий теперь на месте кассира. Он был прав, ведь поддаться соблазну очень легко, однако стоит вовремя взять себя в руки и снять чертовы розовые очки.

- Ты бы сейчас лучше о собственной шкуре думал, Форд. На примере годовалой давности можно легко понять, что тебе это хорошо удается, - усмехнулся Лагранж, ковыряя недавно зажившую рану парня. В следующую секунду послышались чьи-то шаги, доносящиеся со стороны одного из прилавков.

Резко обернувшись, Дуглас наткнулся взглядом на двух смуглых подростков. Тэмми и Калеб направлялись в сторону главной кассы с серьезными выражениями лиц, на которых не было ни капли веселости или облегчения. Им удалось пройти испытания владельца бакалеи, однако это еще не значило, что они на свободе и могут вновь вернуться в реальность. Грехи прощены лишь на словах, окончательный вердикт по очищению души не мог предугадать никто.

- Странно это признавать, но я рад вас видеть, ребята, - признал Форд, встречая Тернеров словно давних знакомых. Их объединила общая проблема, а точнее безумие, в которое все трое ввязались по своей же вине.

- Наша компания снова в сборе, - бодрым голосом изрек Оуэн, стуча длинными пальцами по серебристой поверхности кассы. - Надеюсь, все вы осознали урок и впредь не повторите прежних ошибок.

- Чего нельзя сказать о тебе, -криво усмехнулся Калеб, который стал еще более агрессивным после своего наказания. Дуглас не знал, как же именно он искупил свои грехи, но это явно поменяло его, буквально сломало изнутри. - Главный грешник здесь ты, Лагранж. Какого-то черта ты взял на себя должность местного карателя и вершителя справедливости, однако сам отнял жизни у десятков людей.

- Речь сейчас идет далеко не обо мне, - жестко произнес Оуэн, демонстрируя белоснежный оскал. - Тебе пора перестать собачиться по поводу и без, Тернер, одним лаем никого не напугаешь. Если думаешь, что имея при себе лишь пистолет и приличный запас агрессии, получишь власть, то знай, ты ошибаешься. Маска грабителя не скроет твою гнилую сущность, а украденные деньги не принесут реального счастья. Все это лишь дрянная иллюзия, и я могу разрушить ее щелчком пальцев.

- Язык у тебя подвешен, это мы поняли, - вмешалась Тэмми, заступившись за брата. - Мы не зовем себя святошами, но и у тебя нет чистой душонки, благодаря которой можно судить других. Ты отравил чертову партию вина, из-за этого погибли люди, и самое ужасное то, что это принесло тебе животное удовольствие. Не знаю, как ты вообще с этим живешь, но мы с Калебом осознали свою вину.

- Рад это слышать, - протянул Лагранж, размышляя про себя о том, что угрызения совести ему точно не грозят. - Хватит тянуть, прошу первого покупателя расплатиться за свои продук... я хотел сказать грехи.

Дуглас будто бы вернулся в не столь далекое прошлое, поэтому испытывал явное чувство дежавю. Совсем недавно он стоял в очереди у этой же самой кассы и ждал, пока неторопливая кассирша пробьет его товары. Парень вспоминал вломившегося в супермаркет грабителя, который напал на невинных людей, а затем подстрелил и его.

Именно эта пуля была роковой, и отправила их обоих в бакалею безумия. Она являлась своего рода промежуточным пунктом между виной и ее искуплением, рубежом, не отмеченным ни на одной карте мира. Никто не знал, каким образом там оказывался, но рано или поздно бакалея забрала бы с собой любого грешника, а вот выход открывался далеко не всем.

Взглянув напоследок на уже ставших приятелями Тернеров, Дуглас перевел глаза на кудрявого мужчину, сидящего на месте кассира. Этот чудик даже именной бейджик надел, чтобы создать еще больше драматичности и накала страстей. Уж что-что, а интриги Оуэн Лагранж любил. Сверкнув в последний раз светло-голубыми глазами, в которых читалась целая гамма эмоций, он произнес:

- Запомните одну вещь, друзья мои. Наша жизнь это большой супермаркет: берите, что хотите, но не забывайте - касса впереди, за все придется платить.

Эта фраза оказалась последним, что Форд смог услышать ясно, ведь дальнейшие звуки были размытыми и едва различимыми. Мозг пронзила яркая вспышка, будто он очнулся после долгого сна, а вновь распахнутые глаза видели перед собой лишь смутные образы. Группа врачей, ворвавшихся в бакалейную лавку, носилки, ловко подхватившие его на себя и жуткое головокружение, смешанное с дикой тошнотой. Дугласа сильно лихорадило, это была реакция на недавно полученное огнестрельное ранение.

Теперь парень мог прочувствовать всю ту боль, которой был лишен до этого. Нельзя сказать, что ему это нравилось, но Форд был рад уже тому, что мог хоть что-то чувствовать. Находясь в бакалее безумия, он постоянно ощущал какую-то неестественность и давящую атмосферу, смазывающую грань между реальностью и фантазией. В данном случае это было далеко не воображение, а некая изнанка привычной нам жизни.

Как выяснилось позже, с момента получения раны и до прибытия скорой помощи прошло всего десять минут, однако казалось, что он прожил еще одну жизнь. Ему прилично отшибло память, поэтому некоторые ее фрагменты частично отсутствовали. В какой-то момент Дуглас стал полагать, что он просто отрубился и в это время видел лишь сумасшедшие сны, а все события, произошедшие в бакалее безумия, ему просто причудились.

Однако юноша полностью поменял свое мнение, когда лежал в больничной палате и увидел двух смуглых ребят, которые пришли его навестить. Парень назвался Калебом, а девушка представилась Тэмми, после чего в нем пробудились забытые воспоминания. Их нельзя было назвать приятными, но это повлияло на его дальнейшие поступки.

Форд обратился в полицию и добровольно сдал себя стражам порядка, рассказав им всю историю, произошедшую тогда на холме. Дуглас заявил, что это был лишь несчастный случай, однако он хочет понести за него должное наказание. Полиция не сочла должным сажать его за решетку, тем более учитывая факт того, что парень сделал чистосердечное признание. Дуглас чувствовал хоть какое-то облегчение, однако полного очищения души ему это так и не принесло.

Что насчет Тернеров и их криминальной жизни, ребята решили наконец взять себя в руки и найти работу. Тэмми перестала грабить полки супермаркета и из простой магазинной воришки превратилась в достойного члена общества. Калеб начал бороться со своими приступами агрессии и научился контролировать себя. Это были судьбы людей, сумевших расплатиться за свои грехи и преодолевших рубеж альтернативного чистилища.

Про дальнейшие козни Оуэна Лагранжа не было никаких вестей, однако одно известно точно - каратель бакалеи безумия продолжит исполнять свои обязанности. Кому-то из грешников удастся вырваться из этого ада, умело маскирующегося под рай. Другим же удача улыбнется меньше, и они навсегда останутся его рабами. В любом случае, всегда стоит помнить: ни один грех не останется безнаказанным.