Уж лучше смерть.

　— Ты не уйдешь от меня. Либо я, либо смерть, любовь моя.

　— Уж лучше смерть.

　— Эмили!

　Она в последний раз услышала свое имя, которое громким эхом разнеслось по холмам, и, блуждая в траве, добралось до самого леса, туда, где исчезает солнце. Громкие крики воронов и хлопанье их крыльев на секунду привлекло взор девушки и в этот миг она уже хотела остановиться, обернуться, но голос внутри закричал, срываясь на хрип. Она не остановилась, она бежала вперед совершенно не понимая, что идет на встречу смерти. А, быть может, она это прекрасно знала. Босые ноги уже все были изрезаны острыми, будто лезвия бритвы, травинками, но она этого не чувствовала.

　«Эмили... Эмили...», стонал ветер, вздымая подол ее ночной рубашки.

　«Эмили...», кричали птицы высоко в небе, зазывая ее за собой. Именно в этот миг ее сердце освободилось, а легкие наполнились жизнью. Теперь ей казалось, что до этого она вовсе не жила. Разве можно было это назвать жизнью? Теперь, она парила. Она поднялась так высоко и, наконец, поняла, что все бессмысленно. Абсолютно все бессмысленно.Она поднималась к звездам. Все выше и выше и вот уже лунное сияние пробралось в каждую складочку белого одеяния, не оставляя места для черноты. Свечение словно просочилось под кожу и теперь разливалось по венам подобно сладкому вину. Это была свобода. На ее лице появилась улыбка. Такая улыбка, которую еще не доводилось увидеть никому.

　Бездыханное ледяное тело, некогда полное жизни, как всем казалось, было найдено лишь спустя несколько дней. Она лежала в поле... Такая красивая. Волосы, цвета вороньего крыла, блестели на солнце, украшенные каплями росы, а розовые губы все еще пылали. Она была тверда словно мрамор и бела подобно ему и лишь изрезанные ступни все еще кровоточили. Генри не смог сдержать слез, завидев тело жены. Он упал на колени и громко зарыдал, схватив ее за руку. На бедном мужчине не было лица, а в его глазах читалось горе и отчаяние.

　— Прости меня, Эмили, прости меня, любовь моя... — едва слышно бормотал он, склонившись над телом.

　«Любовь моя», повторил ветер и вновь послышались крики птиц, а небо в миг почернело как перед ураганом.

　«Эмили...», простонало эхо и мужчина, вздрогнув, поднял голову.

　Тучи сгущались и поднялся ветер, который все громче и громче кричал ее имя. Сердце Генри забилось сильнее, но вмиг остановилось, когда он вновь взглянул на свою жену. Теперь ее глаза были открыты, а на лице сияла счастливая улыбка.

　Эмили...