***

Доктор Стивенс стоял перед невменяемым пациентом, когда тот пришёл в сознание.

— Я подозревал, что у вас могут проявиться предпосылки для психических заболеваний, но до последнего надеялся, что вы не позволите им возобладать над собой, — сказал раздосадованный врач. — Я непосредственно повинен в том, что из-за вас пострадал человек.

Майкл пытался поднять руки, но в очередной раз находился под гнётом туго застёгнутых ремней.

— Вы не имеете права насильно держать меня здесь, — его сознание было на удивление чистым, и он помнил все произошедшие ранее события.

— Вы были вольны прекратить своё лечение в любой момент до того, как стали представлять реальную угрозу для общества. Теперь ваше пребывание здесь находится под вопросом, но исключительно из-за того, что наша поликлиника не оснащена необходимым оборудованием и препаратами для содержания подобных субъектов.

— То есть мне больше не придётся терпеть эту чёртову больницу? — не поверил его словам Майкл.

— Можно сказать и так, но вас перевезут в место, которое вряд ли придётся вам по вкусу. Тем не менее это пойдёт вам на пользу.

— Где угодно будет лучше, чем здесь.

Майкл делал вид, что допускает, будто такой исход событий возможен. Однако отчётливо понимал, что доктор не собирается выпускать его из мёртвой хватки и лишь пускает пыль в глаза.

— Зря вы так категоричны по отношению к этому райскому местечку. Ну ладно, оставлю вас наедине с мыслями, — сказал доктор Стивенс и удалился из комнаты.

Перед выходом он обернулся и произнёс: "За вами приедут завтра". Майкл был привязан к вертикально перевёрнутой железной кушетке. Он висел здесь уже несколько часов и, только оклемавшись, почувствовал, как больно ремни впиваются в тело. Когда он шевелился, ему казалось, что его медленно режут раскалённым лезвием. Поэтому попытки освободиться Майкл тотчас прекратил. Поскольку он находился в неизвестном помещении, куда из-за отсутствия окон не проникал свет, определить день сейчас или ночь было невозможно. Помимо собственного физического веса на него давило тягостное ожидание развязки. Он не знал, сколько ещё надо продержаться и есть ли в этом смысл. Майкл решил не сопротивляться и безжизненно повис, не обращая внимания на жжение в ранах.