Глава 5. В гости к осени.

~"Путешествие в глубину осени быстро усыпляет все мои тревоги".

— Энджи Вейланд-Кросби.

До следующего домика им не пришлось идти долго. Такой же небольшой, как и все другие, он стоял всего через полминуты ходьбы от дома сестер-травниц. На его крыльце лежал вязанный разноцветный ковер с махровыми хвостиками по краям. Длинной мягкой дорожкой ковер спускался по ступенькам крыльца, до самой земли, как бы подталкивая прохожих поскорее зайти в гости.

В маленьком окошке на мгновение показалась любопытная голова с двумя косичками, она выглянула на улицу, увидела ребят, и тут же испарилась в доме. Не прошло и пары мгновений как они уcлышали громкие ликующие возгласы:

— Мама они идут!  Идут! Можно я побегу их встречать? Можно? Ура!

Едва до них донеслиcь эти восторженные восклицания, как дверь домика с грохотом отварилась и на крыльцо выбежала крошечная девочка. Это была та самая девочка, которая вчера бежала домой в миниатюрном платьице в клеточку. Она не могла устоять на месте и хотела броситься обнимать гостей, но в то же время очень стеснялась. Ее пыл укротила мама, высокая женщина в длинном кардигане, которая тоже вышла на крыльцо, и погладив девочку по голове пригласила гостей войти в дом.

Едва Говард ступил за порог, как его нога тут же запуталась в чем-то длинном и мягком. Это была толстая зеленая пряжа, нить которой, извивалась по всему полу и терялась где-то в другой комнате.

— Извините нас пожалуйста! Я сейчас вам помогу, — произнес тучный мужчина в толстом вязаном свитере и быстро распутал пряжу, высвободив Говарда из мягкого капкана.

Пампи и Эван робко стояли рядом, не мешая процессу.

— Мы действительно пытались убраться к вашему приходу, да вот только не успели убрать всю нашу работу. Но поверьте, до этого здесь был еще больший беспорядок чем сейчас.

Ребята огляделись вокруг, эта была небольшая комнатка с множеством дверей и узких коридоров. Высокие широкие полки возвышались здесь вместо стен, и служили домиками для пряжи самых разнообразных цветов и оттенков. Толстые и тонкие, мягкие и жесткие, длинные и короткие, в клубках и в мотках - все они были разделены по секциям и ячейкам. Где-то кусочки нитей словно любопытные червячки выползали из шкафов и протягивались по всей комнате. На полу, мягких диванах и кресле, на столах и стульях, на окне и подоконнике, не говоря уже о других комнатах, везде были разбросаны и натянуты разноцветные нити пряжи.

Посмотрев на все это, Говард, невольно вспомнил о бабушке Лине: "ей бы очень понравилось это место", - подумал он, и задумчиво почесал голову через свою вязанную шапочку.

— Прошу прощения, мы сразу не представились, — сказал хозяин дома. — Меня зовут Ян! Это моя жена Элуиза и дочка Пенни.

— Это Говард и Пампи, — представил их Эван.

— Нам очень приятно познакомиться с вами, Пенни так ждала вас, она просто обожает гостей.

Пенни стояла за мамой и аккуратно выглядывала своими вышитыми черными глазками, внимательно изучая своих потенциальных новых друзей.

— Нам тоже очень приятно! — добродушно ответил Говард. Видимо знакомая вокруг обстановка очень располагала его к приятному общению.

— Ну что ж, тогда продолжим знакомство. Думаю, вам совсем не составит труда отгадать чем мы занимаемся.

Это и правда было не сложно. И едва ли можно было предположить что-то другое. Все было отчетливо видно стоило лишь мельком посмотреть на дом и его хозяев. Пенни была одета в вязанное короткое платьице с пышной юбкой и вязанный серый свитер. На ее маленькой головке были заплетены две короткие косички, в которых вместо привычных ленточек были вплетены бантики из красной пряжи. А на высоких ботинках, также вместо шнурков была зашнурована пряжа.

На Элуизе был надет длинный вязанный кардиган, а в ее слегка небрежный пучок на голове, были воткнуты две вязальные спицы. Ян стоял в теплом вязаном свитере в клеточку.

— Мы вязальщики! — выпалила Пенни, и видимо осмелев от того, что назвала вслух это гордое звание, вышла вперед, больше не стесняясь.

— Это правда очень заметно, — ответил Говард, и обвел девочку внимательным взглядом.

— И очень хорошо! —  она покрутилась на месте, демонстрируя гостям свое вязанное платьице. — Давайте же я поскорее покажу вам наши труды!

Она усадила гостей на диван и убежала в другую комнату. Ян и Элуиза разместились рядом на креслах и занялись вязанием, отдавая дочке развлечение гостей.

Пенни быстро вернулась с охапкой одежды в руках, и эта охапка была настолько большой, что закрывала даже голову девочки.

— Ух, принесла! Это одни из самых моих любимых творений, — пояснила Пенни и стала раскладывать свои драгоценности на диване.

Когда ребята сели на диван, то Говард почувствовал, как почти утонул в пледе, который был постелен сверху, настолько он был мягким и приятным. Поэтому он совсем не удивился, когда потрогал ладошкой одну из вязанных вещей, которые принесла Пенни, ведь она была точно такой же нежной и пушистой, словно они добывали свою пряжу из плюшевого облака.

— Этот кардиган с вышитыми веточками, я связала почти самым первым. Мама тогда говорила, что, наверное, мне лучше стоит повременить с таким сложным изделием. Но я все равно взялась за работу.

— И у тебя отлично получилось, Клубочек! — подтвердила ее историю Элуиза.

— Это правда, милая, твой кардиган вышел без единого изъяна, — подключился к разговору Ян.

— Спасибо большое! — поблагодарила девочка сияющим лицо, и аккуратно отложив кардиган в сторону, взяла следующую вещь. — А эту прелестную пару варежек и носочков я особенно люблю! Ведь они согревают и успокаивают меня в особенно холодные и грустные вечера.

Затем поспешили рассказы о клетчатых жилетках и кофтах, удобной водолазке, красивых платьицах и уютном пледе, на котором они все сидели:

— Этот плед тоже дело моих рук! Им я особенно горжусь, ведь на него ушло так много времени!

— Сколько ты его вязала, милая? — поинтересовался Ян.

— Думаю, что на него ушла целая вечность! Правда! Этот плед такой большой и как пазл, состоит из разных кусочков совершенно различных видов пряжи. Я кропотливо и упорно работала над каждым фрагментом. Думаю поэтому он получился таким замечательным! А вам он как, ребята?

— Пенни твой плед просто потрясающий! — восхитился Эван и нежно провел по нему своей холщовой ручкой.

— Он такой мягкий и комфортный, видно, что тобой была проделана большая работа! — не остался равнодушным Говард.

—Хрю-хрю!

— Пампи тоже согласен с нами, — расшифровал Говард его слова.

— Мне так приятно слышать это! — почти взвизгнула девочка, и порывисто спрыгнув с дивана, стала крутиться от радости. — Большое вам спасибо! Что ж, пойду положу все вещи на место. Я мигом!

И Пенни действительно мигом выбежала из комнаты. Ян и Элуиза посмотрели ей в след и задорно улыбнулись.

— Надеюсь наша дочка не очень утомила вас? Она великая непоседа и очень любит поговорить, — не сдерживая улыбки поинтересовался Ян.

Сам не зная почему, но Говарду было совершенно не скучно, быть может его не так сильно привлекала коллекция вещей из пряжи, но ему очень сильно хотелось узнать, что же будет дальше. Он бы точно сошел с ума от скуки, если бы такую презентацию вязанных вещей преподнесла ему бабушка Лина. Но в этом месте, на другой стороне, в чудном доме, со странными холщовыми жителями, его одолевало только непреодолимое любопытство ко всему вокруг, и он ничего не мог с этим поделать. К тому же Пенни выглядела очень дружелюбной и веселой девочкой, c которой было бы неплохо дружить. Поэтому он поспешил ответить:

— Абсолютно нет! Пенни так интересно и увлеченно обо всем рассказывает, что для скуки даже не хватает места.

Следом за этим последовал звонкий хрюк Пампи.

Пенни очень скоро прибежала обратно и плюхнулась на диван. На этот раз тишину развеяла Элуиза:

— Говард у тебя превосходная шапка! Я сразу обратила на нее внимание, — заметила своим наметанным взглядом Элуиза.

— Спасибо, — смущенно произнес Говард.

— Это правда, такая ровная и правильная вязка. — оценил технику вязания Ян.

— А как подобраны цвета! Она очень подходит к твоему комбинезону! — отметила сочетание Пенни.

— Спасибо! — еще раз повторил Говард и улыбнулся.

Пенни вдруг взглянула на сидящего рядом Пампи, а затем ахнула и вскинула руки, так, будто ее только что посетила гениальная идея: 

— Думаю Пампи тоже стоит сделать такую же!

Все обернулись и задумчиво посмотрели на хрюшку. Пампи волнительно хрюкнул.

— Мне кажется у него уже есть превосходная шляпа, и она ему очень подходит, — не согласилась Элуиза.

Тогда Пенни подперла своей холщовой ручкой такой же холщовый подбородок, и немного поразмыслив предложила:

— Хм... а как насчет шарфа? Пампи что думаешь?

Пампи закивал. Он был совершенно не против того, чтобы у него был собственный шарф (совсем недавно он стал обладателем собственной шляпы и он был необычайно рад этому).  К тому же отказывать в предложении связать что-то в доме, где все живут вязанием, было бы просто непростительным действием.

— Отлично! — обрадовалась Пенни и подсела к Пампи поближе. — Что ж, у тебя есть любимые цвета?

Она взяла со стола толстую папку и поднесла к нему. Это оказалось своеобразной палитрой с различными кусочками вклеенной пряжи, в ней были цвета, которые переливались от ослепительно белоснежного до необычного радужного оттенка.

Пампи обожал смотреть на ночное небо, ему были милы звезды, поэтому его выбор пал на похожие цвета – глубокий синий и желто-золотой.

— Очень хорошее сочетание Пампи! И оно так подойдет к твоему пшеничному цвету кожи.

— Давай мы с папой поможем тебе, дорогая, подобрать пряжу под эти цвета, — оторвалась от своей работы Элуиза.

— Это было бы чудесно! Я тогда пока подберу подходящие инструменты. Где же мои любимые спицы и крючек?

На этот вопрос Пенни не нашла ответа, так как ее инструментов нигде не было видно.

— Ой! Вы мне не поможете? — обратилась она к ребятам. — Кажется, я потеряла последний свитер, который вязала...и в нем остались все мои инструменты.

Эван тут же поспешил спросить:

— Как мы можем тебе помочь, Пенни?

— Нужно найти красную нить, она была где-то здесь, или в другой комнате...а может под диваном?

Пенни быстро пробежалась глазами по всем названным местам, но ничего не нашла. Она почесала голову, и пару секунд поразмыслив, предложила:

— Давайте разделимся и будем вместе ее искать!

После довольно долгого сидения им всем уже хотелось походить, поэтому ребята были не против помочь.

— Отлично! Это так интересно! Я всегда говорю, если хочешь что-то найти всегда следуй за ниткой! — звонко рассмеявшись протараторила Пенни.

Новоиспеченные сыщики разделились и начали свои поиски. И как оказалось, это было правда не легкой задачей. Нити были разбросаны по всему домику, отчего поиски становились еще сложнее. Пампи решил осмотреть все коридорчики. Эван, с разрешения хозяев, стал открывать и заглядывать в комнаты, Пенни ему в этом помогала. А Говард тщательно осматривался под каждой мебелью.

В просторных и длинных коридорах Пампи ничего не обнаружил, кроме множества фотографий, висевших на стенах. В основном, как ни странно, на них были изображены разные изделия, которые видимо связали в тот или иной период члены этого семейства. Пампи, грустно опустив свой крючковатый хвостик, поцокал обратно в гостиную. Но уже почти свернув за угол, заметил еще одну картину, которая отчего-то висела ниже всех, так, что даже Пампи удалось ее отлично разглядеть. На ней была изображена Пенни, которая была настолько радостна и счастлива, что даже закрыла свои вышитые глазки от удовольствия. Она обнимала обеими руками стоящую рядом девочку. Эта девочка была ничуть не грустнее Пенни, и казалось, что ее запечатленный смех, можно было услышать даже сейчас. На ее голове была заплетена косичка, а в руках она держала что-то вязанное и длинное. Пампи не смог точно понять, что это было, так как эта вещица не помещалась в фотографию.

— Хрю! — сказал в слух Пампи, что означало, что он счел фотографию очень милой.

И он поцокал дальше, однако что-то его вновь остановило. Только сейчас до его сознания дошло то, что он увидел на картине. Он тряхнул мордашкой, так как подумал, что ему показалось, но все же зацокал и вернулся обратно.

То, о чем он подумал оказалось правдой, и это его очень удивило. На картине рядом с Пенни было не пугало, а настоящая, живая девочка. Она была человеком.

Пампи помнил о том, что на этой стороне, в Филдсайде, у них хоть и не часто, но все же бывают гости (как говорил Эван, когда они только попали сюда). И все же он был удивлен. Пампи был очень заинтересован, кто была эта девочка? Ведь если она была человеком, значит пришла, как и они, из Сайдфилда. Но они с Говардом ее точно не знали, Пампи был уверен в этом. Даже если она была из тех, кто уехал из их городка, Пампи не помнил похожей девочки. Такую любопытную информацию необходимо было рассказать хозяину, и Пампи поторопился в гостиную.

К тому моменту в гостиной уже сидели Пенни и Эван, и по их лицам совсем не трудно было догадаться, что они так ничего и не нашли.

— Пампи, как успехи? — волнительно спросила Пенни, как только он зашел в комнату.

Но Пампи лишь отрицательно покачал своей пухлой мордашкой.

— Ох! Как же так...только я могу потерять что-либо в собственном доме! У нас все здесь запутано и перепутано, прямо как в настоящем клубке. Иногда я могу потратить день или два, чтобы что-то найти. Но сейчас нет времени ждать. Вам нужно еще успеть всех посетить.

Ребята уже совсем отчаялись, пока они не услышали голос Говарда, издаваемый из соседней комнаты:

— Нашел! Я ее нашел! Идите все сюда!

Пампи, Эван и Пенни поспешили на его голос, он исходил из полутемной комнатки, вход в которую был спрятан в самом дальнем углу гостиной, а похожа эта комнатка была скорее на старый и забытый чулан, чем на жилое помещение.

— Мы заходили сюда с Пенни, но ничего не нашли, — непонимающе произнес Эван, когда они зашли внутрь.

— Это потому что вы не там искали! — торжественно произнес Говард, вынырнув из-под старинного стола и победно держа в руках красную нить.

— Какой же ты молодец Говард! Как же я могла забыть, что примотала ее сюда!

Красная нить была обмотана за самый низ ножки стола и тянулась к дверце большого шкафа из темного дерева, который занимал почти все здешнее пространство.

— Что это за комната Пенни? Она так отличается от вашего остального домика, — поинтересовался Говард. Эта необычная обстановка, казалась ему весьма странной.

— Тут мы обычно складываем старые и ненужные вещи, остатки пряжи, которая почти закончилась, выцвела или просто пришла в негодность. Долго мы тут не бываем, ведь самое главное здесь это не сама комнатка, а то, что в ней находится. Шкаф, к которому ведет нитка.

— И что же там?

— Пойдемте за мной и узнаете.

Пенни подошла к шкафу, на фоне которого она выглядела как Дюймовочка, и легонько дернув за ручку, открыла толстые двери.

— За мной! — лишь успела крикнуть она и исчезла внутри.

Ребята нырнули за ней. Они оказались в очень узким и довольно длинном пространстве, особенно непривычном для простого шкафа. Вокруг царил мрак и ничего не было видно, пока Пенни не взяла фонарик, висевший у входа на стене, и не зажгла его.

Теперь можно было рассмотреть содержимое шкафа. По двум сторонам двух деревянных стен были приколочены вешалки, на которых спокойно и тихо отдыхала вязанная одежда. Только вот не было видно ей конца и края, настолько ее было много.

— Ну что вперед! — шуточно скомандовала Пенни.

— Вперед? — не веря спросил Говард.

— Ну да, вперед, здесь совсем немного идти.

Они шли, убирая и отодвигая вещи, которые то и дело лезли и задевали их. Одно особенно пухлое одеяло даже упало с вешалки и им пришлось изрядно попотеть, чтобы выбраться из него и закинуть обратно.

— Вот это да! Какой длинный шкаф! — не переставал удивляться Говард, когда они шли уже около пары минут.

— Ну конечно! А иначе, где нам хранить все, что мы сделали? Вас людей так легко удивить, меня бы, например удивило если бы этот шкаф был меньше метра! Кстати, кажется, мы пришли, я уже вижу оранжевый кардиган, а это значит, что мы на месте.

И это действительно было так, Пенни отодвинула в сторону кардиган, который видимо служил здесь своеобразной дверью, и они вышли из стен шкафа.

Их встретила совсем маленькая комнатка, внешне напоминающая гардероб и видимо им и являющаяся. В пыльном уголке скромно висело маленькое зеркало, на стенах были прибиты одинокие полки, на потолке висело что-то похожее на балдахин из пряжи, а на большом круглом пуфике, по середине комнатки, лежал свитер, к нему тонко тянулась красная ниточка, которою Пенни быстро скрутила в клубочек.

— Нашла! Ну конечно, как же я могла забыть, что оставила его здесь? — она развернула свитер, и достала оттуда спицы и крючок. — Это мои любимые инструменты, я всегда вяжу только ими, мне кажется они дают мне вдохновение и удачу в работе. Мне осталось совсем немного, и я очень быстро доделаю это изделие, сейчас, только свяжу хвостик у желудя, мне показалось его изображение очень осенним! А затем смогу приступить к твоему шарфику Пампи.

— Хрю! — согласился Пампи и запрыгнул на плюшевый пуфик.

Ребята плюхнулись рядом с ним.

— Ого, Пенни, даже я не знал, что у вас есть такая комната! — поразился Эван.

— Потому что это тайная комната, о ней никто и не должен знать, но я все же решила вам ее показать, — пояснила Пенни.

— И зачем она тогда нужна, если о ней никто не знает? — поинтересовался Говард оглядываясь.

— А зачем дети обычно строят домики из подушек или сколачивают шалашики? Чтобы создать уютное и безопасное место, о котором мало кто знает, и куда ты всегда сможешь прийти и отдохнуть в одиночестве. Эта маленькая комнатка мое убежище и тайник. Кроме того, если что, здесь можно спрятаться от кого-нибудь...— сказав последние слова Пенни почему-то загадочно посмотрела сначала на Пампи, а затем медленно перевала взгляд на Говарда.

Заметив это, Эван немного откашлялся и встал с пуфика.

— Раз мы нашли то, что искали, думаю, можем возвращаться в гостиную. Время не ждет! — поторопил ребят Эван.

— Да-да, конечно, я как раз закончила, пойдемте быстрее... — унылым голосом согласилась Пенни. — Как же все-таки быстро летит время. Не успеешь и новую вещь довязать, как на улице уже вечереет!

За счет того, что Эван здорово всех поторапливал, назад они вернулись гораздо быстрее. В гостиной их заждались Элуиза и Ян, они уже давно подготовили нужную пряжу и ожидали ребят.

— Пенни, милая, где же вы пропадали? Мы с отцом ждем вас уже так долго! — выразила свое негодование Элуиза.

— Мы никак не могли найти мои инструменты, представляете, я опять их потеряла! И оказывается оставила их там, где вязала свою последнюю работу, — рассказывала она родителям и попутно готовила пряжу к работе. — А теперь поскорее приступлю к делу сути!

Пенни принялась за свою любимую работу. В ее маленьких ручках быстро-быстро зазвенели спицы. Одна петля за другой, рядок к рядку, крючок к крючку, шарфик появлялся прямо на глазах. И Папми даже не успел моргнуть своими карими глазками, как его шарфик был уже готов.

— Ну вот и все! По-моему, получилось отлично!

Пенни управилась со своей задачей буквально за пять минут. Она смотала в клубок пряжу, которая осталась, убрала инструменты на место, и бережно погладив изделие надела на шею новому владельцу.

Пампи был очень рад стать обладателем собственного шарфа. Он потерся об него своими розовыми щечками и остался очень доволен. Шарфик был необычайно приятным на ощупь. Такой бархатный и шелковистый, Пампи это необычайно нравилось.

— Хрю-хрю! — поблагодарил он ее. А затем подошел поближе и ткнулся своим пятачком в ее платьице. Пенни засмеялась и присев на корточки, обняла свинку.

— Пампи очень к лицу этот шарфик, — констатировала факт Элуиза.

— Варежка, как же замечательно у тебя получилось! — похвалил дочку Ян.

Говард и Эван тоже были согласны с ними.

— Спасибо! Спасибо вам! Но знаете, что забавно? Я вдруг вспомнила, что когда-то давно я уже делала похожий шарфик. И цвета у него были точно такие же. Правда, вот незадача... я не припоминаю кому же я его отдала... ну не важно.

— Дружок ты рад? — спросил Говард питомца.

Пампи был просто в восторге, и в подтверждении этого он еще несколько раз хрюкнул.

Настала была пора уходить. Они попрощались с семьей вязальщиков. Пенни проводила их аж до самой последней лесенки крыльца, и махала им в след, пока они не отошли на такое расстояние, на котором уже никто не махал.

Ребята были на пути к другому домику. Пампи был так окрылен своим шарфиком, что совершенно забыл о новости, которую хотел рассказать Говарду. Он встал прямо на дороге и повернулся к хозяину:

— Хрю-хрю, хрю-хрю! — начал объясняться Пампи, и затоптал на месте своими маленькими копытцами.

— Ты что-то хочешь мне сказать Пампи? — Говард отвлекаясь от разговора с Эваном о семье вязальщиков и обратился к питомцу.

Пампи уже было начал свой рассказ, но тут-же, откуда не возьмись, появились Бубики. Их хихикающие возгласы послышались из кустов неподалеку, листья зашуршали, заскрипели и три оранжевые тыковки покатились по дорожке прямо к ребятам.

— Бубики! — обрадовался Эван.

— Бубики... — не очень радостно произнес Говард.

— Хрю! — присоединилась к их возгласам хрюшка.

Мысли Пампи моментально испарились, и он уже на всех порах несся на перегонки с Бубиками.

— Они нас догонят, пойдем, домик братьев уже видно! — cказал Эван и зашагал быстрее.

Третий домик, который им предстояло посетить, стоял довольно отдаленно от всех других. На узком крыльце Говард успел разглядеть недогоревшие свечи и восковые фигурки в виде листьев, украшавших почему-то только левую сторону прохода.

— Ты сказал это домик братьев?

— Именно так оно и есть! Они близнецы, представляешь? Ну сейчас ты сам все увидишь, — и Эван позвонил в колокольчик над дверью.

Они постояли под его звонким трением несколько секунд, но им никто не открыл.

— Они всегда так заняты работой, и видимо даже забыли о том, что мы к ним должны были заглянуть, — пояснил Эван, а затем немного откашлявшись, крикнул. —Лайт! Анвар!

Опять тишина.

— Огоньки! Ау! Сколько нам здесь еще стоять? — продолжал звать Эван.

— Огоньки?

— Это просто их прозвище, скоро поймешь почему. Если, конечно, они удосужатся нам открыть сегодня дверь.

В этот момент внутри домика послышались громкие стуки и топот.

— Дверь не закрыта, заходите! — отозвался за дверью звонкий голос.

— Только обязательно прикройте ее потом, — издал похожий, но более грубый голос.

Эван легонько толкнул дверь, она действительно была не закрыта, так как легко распахнулась. Они спокойно зашли, и Говард уже было хотел закрыть дверь, но услышал знакомый смех. Кубарем в комнату влетели Бубики, а в припрыжку за ними Пампи. Они еле остановились и чуть не сбив с ног Говарда, неуклюже покатились по полу.

— Я же сказал они нас догонят! — рассмеялся над проказниками Эван.

— И не говори! Ха-ха! — подхватил его смех Говард.

Пампи фыркнул и поднялся на свои копытца, а Бубики все еще весело хохоча, сидели на полу.

Из-за всей этой неожиданной суматохи Говард даже не успел оглядеться. То место, куда они зашли, едва ли можно было назвать домом, он совершенно не был похож на два предыдущих. В нем совсем не было уюта, и всем своим видом он напоминал рабочий цех.

Здесь шла серьезная работа. В углу, у окна, кипели два плавильных котла. Один из братьев быстро и умело мешал обоими руками тягучую массу молочного цвета, а другой подбрасывал в котлы какие-то белые плотные бруски. Братья были очень сосредоточенны и заняты, тем, что делают. Когда бруски закончились, один из братьев, быстро подошел к небольшому столику с инструментами, взял молоток и что-то похожее на отвертку, подошел к огромному белому куску, почти с его ростом, отломил еще неизвестного материала и снова стал бросать его в кипящую воду. Только и слышалось: бульк, бульк, бульк.

— Теперь ясно почему вы нам не открывали. У вас здесь рабочий процесс в самом разгаре! — произнес Эван.

— Ага! — произнес первый брат.

— Точно так! В прочем, как и всегда, — подключился второй.

— Что ж, давайте тогда мы немного поможем вам? Думаю, наших гостям будет интересно посмотреть и попробовать как делаются свечи!

— Так вы делаете свечи? — спросил Говард. Теперь в его голове все встало на свои места.

— Я люблю говорить немножко по-другому, мы создаем свет! — пояснил второй брат.

— И у нас достаточно много работы, ведь мы занимаемся всем освещением в Филдсайде! — немного пожаловался первый, и в первый раз оторвав взгляд от котлов, посмотрел на ребят. — Кстати, извините, из-за работы мы совсем забыли представиться. Меня зовут Анвар.

— А я Лайт! И я очень сильно рад, что вы к нам заглянули!

Говард и Пампи представлялись сегодня уже третий раз, и видимо далеко не последний. Но ребята были совсем не против новых знакомств.

— Они похожи на двух огоньков, не правда ли? — спросил, улыбаясь Эван

— Еще как! — утвердился в правильности их прозвища Говард.

Это и правда было так. Внимательно изучая и наблюдая за братьями издалека, Говард заметил, что они и сами были похожи на две крепкие свечки. И продолжая смотреть за их действиями, Говард, все больше и больше удивлялся тому, что видел. Он никогда бы не мог подумать, что близнецы могут быть настолько разными.

Анвар был одет с иголочки: аккуратно чисто и строго. Его осанка была ровнее линейки, а голос был поставленным и отдавал легкой грубостью. К тому де он был немного выше своего брата.

Лайт от него значительно отличался. Его шапка была повернута набекрень. Одежда была будто не совсем по размеру, брюки почти волочились по полу, и невооруженным глазом на них виднелись заплатки и потертости.

Но даже несмотря на эти отличия, внешне они были точной копией друг-друга.

— Подходите к нам, сейчас мы вам покажем, что нужно делать, — дружелюбно позвал ребят Лайт.

После его слов Бубики быстро поднялись и рванули вперед, с такой скоростью, будто их позвали есть свежеиспеченные пирожные, а не учиться делать свечи. Малыши стали прыгать около братьев и трогать все подряд своими крючковатыми ручками.

— О нет, Бубики зашли с вами? —  расстроенно произнес Анвар, попутно борясь с одним из Бубиков за большой ковш, которым он мешал один из котлов. — Мы обычно их не пускаем к нам в дом. Они слишком озорные для такого места и постоянно лезут туда, куда не стоит, — он сделал явный акцент на последней фразе и Бубик, смущенно захихикав, отстал от ковша.

— Не волнуйтесь, мы с Пампи присмотрим за ними, — поручился Эван и незаметно подмигнул Пампи.

— Хрю-хрю! — поддержала его свинка.

— Смотрите чтобы они ничего не натворили, — со вздохом сказал Анвар.

— Думаю их просто стоит занять чем-то, — предложил Говард.

— Как раз тем же, чем будете заняты, и вы! Делать свечи! Идемте все сюда, это наша самая первая точка, — Лайт повел их в сторону, где стояли большие белые кубы. — Здесь у нас находится то, из чего мы и делаем свечи. Это – воск. Обычно мы откалываем его с помощью молотка и зубила, — он показал на плоский инструмент, который Говард спутал с отверткой. — Мы берем эти инструменты и подставляем к кубу воска. Вот так. Затем легонько стучит молоточком по зубилу, и вуаля! Все готово.

Бубики, которые все это время внимательно смотрели за каждым действием Лайта, стали прыгать и просить дать им попробовать.

— Нет-нет, малыши, у вас будет другая задача, — пытался отговорить их Лайт. Идея отдать прямо в руки этим проказникам молоток и зубило, казалась не очень хорошей.

— Бу-у-у, — недовольно пропели Бубики.

— Ваша работа будет гораздо важнее! — сумел подхватить его попытку Говард.

— Да-да, конечно! Вы будете аккуратно относить кусочки, которые мы будем отламывать, прямо в руки к Анвару. Все ясно?

— У-у-у! — уже радостно пропели Бубики, соглашаясь с такой работой.

— Ну и отлично! — он повернулся к Эвану, Говарду и Пампи. — Так, а вы ребята, берите инструменты и попробуйте отломить нам кусочки воска, как я вам показал.

Они сразу принялись за дело. Эван и Говард, казалось, схватили это умение на лету, и без труда справлялись с твердым воском. У Пампи дела пошли не очень. Из-за того, что у него были копытца, ему не удавалось правильно держать инструменты, поэтому ему пришлось помогать Бубикам относить воск. Однако он вовсе не расстроился этому, так как оранжевые друзья смешили и веселили его, по пути жонглируя воском, словно шуты в цирке.

— Думаю воска мы расплавили на славу! — радостно произнес Анвар, через некоторое время. Он был очень счастлив, всякий раз, когда работа шла полным ходом, как это было сегодня.

— Сейчас, я закончу со своей смесью и будем разливать воск по формочкам, — оповестил всех Лайт.

— Разве еще не все готово? — спросил Говард. — Мне казалось нам нужно было только расплавить воск.

Анвар постучал своим ковшом по стенкам котла, затем повесил его рядом на крючок, и скрестил руки на груди, показывая, что он закончил свою работу:

— У меня уже все готово, однако у моего брата еще есть одно дело.

Говард снова обратился к Лайту:

— Что ты будешь сейчас делать?

— Я вам кое-что покажу. Идемте.

Он подвел их к большому стеллажу. На средней полке, находившейся прямо на уровне их глаз, стояла корзинка с прозрачными бутылочками, в которых была налита какая-то жидкость.

— Это мой аромо-стеллаж. Видите ли, я делаю не совсем обычные свечи, в них есть одна особенность...они излучают не только свет, но и запах, прекрасный осенний аромат. Такая свеча будет согревать не только тело, но и душу...

— Такие свечи делаешь только ты? — полюбопытствовал Говард. Почему-то его очень заинтересовало признание Лайта.

— Да.

— А Анвар?

— Мне по душе более практичные вещи, — откуда ни возьмись неожиданно ответил Анвар. Он незаметно подошел сзади ребят, взял с верхней полки губку, и пошел протирать формочки для свечей, готовя их к заливанию.

— Анвар говорит, что из-за того, что мои свечи отдают аромат, они слишком стараются и быстро тратят свою энергию, из-за этого они горят намного меньше по времени чем у него. А его свечи горят очень долго, — пояснил Лайт.

— И стоит это того? — поразмыслил Эван.

— Что именно?

— Того, что свечи Анвара горят дольше, но будто лишены души...

Они все немного задумались, над этими словами и Лайт с улыбкой произнес:

— Каждый сам рассудит, — он посмотрел в сторону Говарда. — Ведь ваш странный народ очень любит рассуждать.

После такой беседы Лайт решил вернуть их разговору правильное русло:

— Я хочу предоставить вам выбрать запах для сегодняшней партии свечей, — он подвинул корзинку с бутылочками поближе. —  У меня здесь столько ароматов, что глаза разбегаются! Так, давайте выбирать, — рука Лайта достала несколько экземпляров, у одного из бутылечков он открыл колпачок.  — Первый лот! Понюхайте, это яркий апельсина и корица. Может быть, добавим его?

Ребята нагнулись чтобы ощутить запах, он и правда был очень схож с апельсином. Чувствовалась небольшая кислинка и даже остринка, видимо исходившая от корицы. Эвану и Говарду аромат показался не очень подходящим. Пампи ответил нейтрально, а Бубикам не понравилось вовсе, да так, что от такого сильного аромата они начали чихать:

— Бу-у-у... — не воодушевляюще протянули они.

— Понял, не подходит. Найдем тот аромат, который понравится всем, — Лайт закрыл колпачком бутылочку с апельсином и корицей и поставил ее обратно в корзинку. На очереди был лот номер два. — Как вам вот это? Свежее молоко и сладкий мед. Такой аромат окутает своим уютом и теплом любого! Меня этот запах почему-то возвращает в детство...интересно что вы почувствуете.

Эвана запах не впечатлил, точнее он сказал, что не понял его. Говарду и Пампи показался этот аромат очень знакомым. Будто бы он действительно возвращал их куда-то далеко, в прошлое, когда заботливая мама готовила похожий напиток из молока и меда, от болевшего горла и кашля. А у Говарда и Пампи часто болело горло, ведь гугляли они с утра до вечера, и ни шкальный ветер, ни снежный буран не мог оставить их дома и лишить прогулки.

Но решение Бубиков опять было недовольным:

— Бу-у-у... — вновь протянули они. Эти капризники не любили молоко. И поэтому запах не вызвал у них радостных чувств.

— Ну хорошо, кажется, я понял, что вам всем понравится, — Лайт открыл третий бутылек и манящий густой запах вырвался наружу.

По сверкающим глазам ребят, Лайт сразу понял, что этот аромат понравился всем.

— У-у-у! — прозвучало радостное пение Бубиков.

— Хрю-ю-ю! — попытался также пропеть Пампи.

— Это очень хорошо! — высказался Говард.

— Очень интересно и знакомо пахнет? А что это? — спросил Эван и тут же удивленно охнул, кажется до него дошло, что это было такое.

— Это запах осени! Ты правильно понял Эван.

— Запах осени? — повторил его слова Говард.

"Неужели у нее правда есть свой запах?"- пробежалось у него в голове.

— Пряная выпечка, соленая карамель и теплый ветер, — расшифровал Лайт. — А также нотки проливного грибного дождя, бордовой листвы, горячих напитков и приятных вечеров. Ох, это поистине осенний аромат! Все как мы любим. И я очень рад, что вам понравился именно он!

Говард призадумался, неужели ему и правда мог понравиться запах осени? Здесь, в Филдсайде на улице и правда пахло также. Но он не помнил, что такой же аромат был в Сайдфилде. А может он просто не обращал на это внимание?

Лайт быстро добавил аромат осени в свой расплавленный воск. Анвар к тому моменту уже приготовил специальные емкости для литья, которые выдал каждому из ребят. Пришлось дать их даже Бубиками, так как эти малыши стали отбирать емкости у других.

Большая форма для изготовления свечей стояла прямо посередине комнаты. Анвар бережно установил фитили и ребята аккуратно залили расплавленный воск. Все прошло хорошо, воск был на своем месте, за исключением того инцидента, что Бубики прыгая и резвясь, чуть не опрокинули все на пол.

Вскоре свечи застыли и были готовы. Анвар укладывал свои изделия в коробки, а Лайт собирал свои свечи в бочонки, словно создавая букет из ароматных цветов.

— Ну вот и все! — немного уставшим голосом сказал Анвар, закрывая последнюю коробку. — Из вас вышли довольно хорошие помощники! — обратился он, смотря на Говарда, Эвана и Пампи.

— У-у-у! — весело отозвались Бубики.

— Да-да, и вы тоже, — не сдержав смех, похвалил их Эван.

— Вообще-то они нам только меш... — не договорил Анвар, так как Лайт слегка ткнул его локтем в бок.

— Помогали-помогали, все молодцы! — взяв дело в свои руки, произнес Лайт.

Ребята стали собираться уходить, их ждало еще много знакомств впереди.

Прощаясь с гостями, Лайт теребил что-то у себя в руке. Это заметил Эван:

— Что это у тебя?

— Это... просто фигурка, я сделал ее из остатков воска, — он тут же поспешил объясниться, слегка понизив голос.  — Иногда, когда Анвар не видит, я леплю восковые фигурки. Брат ругает меня, когда замечает это, он говорит, что я просто так трачу воск. А мне очень нравится. — Эван не успел вставить и слово, как Лайт поинтересовался. — Кстати, вы еще не были у травниц? Как там дела у Мелиссы?

— Мы были у них самыми первыми. У Мелиссы? По-моему, у нее все отлично!

— Оу, ну хорошо...я этому рад.

— Ты что-то хотел? — на этот раз спросил Говард, внимательно всматриваясь во внезапно засмущавшееся лицо Лайта.

Он быстро спрятал ладошку с восковой фигуркой за спину:

— Нет-нет, ничего...

К его счастью Лайта, к ним подошел Анвар, c набитой коробкой в руках:

— К кому вы сейчас пойдете?

Говард и Пампи повернулись к Эвану.

— Мы сейчас направимся в гости к Свитам и Бейкерам.

— Отлично! Как раз отнесете им свечи.

— И мои! — спохватился Лайт. Он быстро сбегал за парой бочонков и тоже отдал их ребятам.

Так, с набитыми руками, еле двигаясь от тяжести, они двинулись дальше. Благо, что городок был маленьким и им не надо было далеко идти, а то Бубики, уже начинали проказничать и лезть в коробки и бочонки, уж слишком свечки напоминали им мячики для игры.