Глава 2. Мистер.

~ Весь тот октябрь я их вспоминал, потому что как раз в октябре люди думаю о далеких местах и ведущих туда дорогах.- Стивен Кинг

Серебряная убывающая луна медленно заменялась на тусклое солнце, чьи первые лучи прорывались сквозь бледные стебли высокой кукурузы. Ленивые облака пока уступали место свету, но были уже готовы застелить осеннее небо своим любимым тучным одеялом. Листьев на деревьях стало еще меньше, как будто бы октябрь стал подгонять и торопить их еще больше.

Следующее утро началось так же, как и предыдущее. Отец с Говардом и Пампи вышли на тыквенное поле, где им было дано новое задание, отобрать оставшиеся помятые тыквы, которых как оказалось было совсем немного, по сравнению со здоровыми и крепкими, которые нужно было начать собирать после. Говард обвел своими зелеными глазами тыквенное поле, и только сейчас понял, что чтобы полностью его рассмотреть, нужно было полностью повернутся вокруг своей оси, настолько оно было длинным и широким.

Ворон было значительно меньше, чем вчера. Кое где на земле лежали черные перышки, их сдувал и перекатывал по полю холодный ветерок.

Сегодня Говард твердо решил увильнуть от работы и пойти гулять. От непривычки делать что-то больше, чем просто лежать на кровати или весь день гулять и дурачиться, у него гудели все мышцы и болела спина, что еще больше укрепило его идею уйти от работы.

Он стал выжидать подходящего момента, отец снова показал ему что и как нужно делать, еще раз напомнил о том, что урожай должен быть обязательно собран до Черной луны и ушел по своим делам. Когда тот скрылся за дальним амбаром Говард решил действовать.

Он уже наметил свой путь к воротам фермы, но вдруг заметил в самом конце тыквенного поля, прямо у самого заборчика, какой-то темный силуэт. Раньше его Говард не видел, этот силуэт стоял и в то же время немного шевелился от ветра. Ему стало интересно, что же это, и он стал подходить ближе. Пампи цокал следом.

Cтали проявляться очертания острой шляпы, черного плаща и длинной деревянной палки. Подойдя вплотную к странному субъекту, Говард понял, что это было пугало. Вместо головы у него была вытянутая тыква, с вырезанными в ней глазами, треугольным носом и кривым ртом. На широких плечах был одет длинный плащ, закрывающий практически все тело. На темной плотной ткани ровным рядком блестели и переливались семь гладких пуговиц, одна из которых была жжено-оранжевого цвета. Очень длинные руки с белыми перчатками висели почти у самой земли. А на самом краю плеча сидел остроносый ворон.

Внешний вид пугала немного испугал Говарда, ветер развивал его плащ и тонкие руки, а темные глаза, казалось смотрели прямо в душу.

Говард ткнул пальцем в его живот, и тут же отскочил назад, будто ожидая какой-то реакции, но ее не последовало. Пампи тоже заинтересовался страшилой, он понюхал его, тихо хрюкнул и испуганно попятился в сторону.

— Ладно Пампи, пошли от сюда, нам пора прогуляться.

Говард развернулся и стал перелезать через забор, он оперся ногой об деревянную перекладину, но она оказалась такой хлюпкой, что не смогла выдержать вес двенадцатилетнего ребенка. Трухлявая доска разломалась и Говард c грохотом шлепнулся на землю. Его вязаная шапочка упала, он потянулся ее поднять, но вместо шапки дотронулся до чего-то резинового и плотного. Говард развернулся и заметил белую перчатку, а подняв глаза увидел над собой пугало. "Разве оно не стояло дальше от забора?" - подумал Говард. Он настороженно встал, отряхнул шапку и надел ее. Пампи волнительно хрюкнул, Говард развернулся и хотел было сделать вторую попытку преодолеть забор, как сзади послышалось:

— Здравствуй, Говард.

Говард остолбенел, по спине пробежался холодок мурашек, он медленно повернул голову назад, а затем развернул все туловище. Сзади никого не было. Страшное пугало слегка накренилось.

Говард крикнул, подумав, что это мог вернуться отец:

— Пап, это ты?

Внезапно вялая рука пугала дрогнула, тело зашевелилось, а на лице появилось нечто, напоминающее мимику. Пугало подняло дряблую руку и протянуло ее для рукопожатия, а затем из тыквенной головы раздался странный, низкий голос:

— Это был я, Говард.

Говард не cмог издать ни звука, он был в полном шоке и не мог поверить собственным глазам. Его ноги стали ватными, они подкосились, и он опять шлепнулся на землю. Пампи испуганно подбежал к нему, и тихо хрюкая, стал пытаться оттащить его, подальше от пугала, за кофту.

Длинные руки медленно обвились вокруг талии мальчика и аккуратно поставили его на ноги. Выбираясь из оков оцепенения, еле подбирая слова, Говард наконец смог вымолвить:

— Ты, ты ... ты разговариваешь?

Тело пугала словно ожило, он двигался, качаясь в такт поддувающему ветру, его длинные руки странно и неестественно шевелились. Черный ворон, что-то скрипнул, а затем перепрыгнул на другое плечо, чтобы лучше рассмотреть незнакомцев.

— Да. А ты этому удивлен? — он наклонил тыквенную голову чуть набок, выражая явную заинтересованность.

— Конечно удивлен! Я... я думал, разговаривать умеют только люди.

Пугало издало нечто похожее на тяжелый разочарованный вздох.

— Вы люди, вечно мните себя обладателями самых высших добродетелей.

— Что это значит?

— Для тебя пока ничего, а для меня многое.

— Ты все про нас знаешь?

— Я знаю вас очень долго, — протянуло пугало и расплылось в непонятной улыбке. Ворон будто тоже улыбнулся.

Говарду показалось очень необычным разговаривать с тем, что в принципе разговаривать не должно. Голос пугала звучал загадочно и таинственно, словно доносился не из тыквы, а из очень далеких, никому неизведанных земель. Говарду захотелось познакомиться с ним, ведь не каждый день выдается возможность встретиться с говорящим пугалом.

— Как тебя зовут? — спросил Говард с ярым любопытством.

— Я предпочитаю, когда ко мне обращаются почтительно.

— Господин, мистер, сэр...? — запутался в почтительных словах Говард.

— Мистер пугало, можешь звать меня так.

— Мистер Пугало, откуда ты здесь взялся? Тебя сделал мой папа?

— Главный вопрос в том, не от куда я взялся, а зачем и почему?

— Зачем и почему? — тут же подхватил Говард.

Мистер Пугало вместо того, чтобы сразу ответить, дотронулся вялой рукой до своей острой шляпы, взял с нее маленький орешек и дал ворону, который тут же проглотил лакомство, и от удовольствия взъерошил свои смольные перышки.

— Я не появляюсь просто так, Говард. Я прихожу только тогда, когда ты не понимаешь зачем, и уйду тогда, когда ты поймешь, почему я пришел.

Говард не смог уловить смысл сказанной фразы и лишь задумчиво почесал курносый веснушчатый нос. Пампи тихо сидел на земле, не особо вникая в суть разговора и лишь изредка издавал глухие похрюкивания. Чернокрылый ворон по-прежнему изучающе смотрел на странников.

— Вы собирались куда-то? — вдруг спросил Мистер Пугало.

Говард слегка помедлил перед ответом, размышляя что же сказать, он неуверенно ответил:

— Нет - нет, конечно нет, как мы могли уйти? Нам же нужно собирать тыквы, мы должен помочь на ферме...

Ворон звонко скрипнул и снова перебрался на другое плечо. Мистер Пугало внимательно посмотрел на него, затем повернулся к Говарду, и слегка понизив голос сказал:

— Я думаю ты говоришь мне неправду, Говард.

Бледные щеки Говарда вспыхнули, от пойманной лжи. Мистер Пугало плавно обернулся и окинул взглядом тыквенное поле. Его тело продолжало двигаться, а руки неестественно изгибаться, а затем он неожиданно произнес:

— Я могу помочь тебе, Говард.

— Помочь? Как? Ты соберешь за меня все тыквы? — воскликнул удивленный голос.

— Можно и так сказать.

— Но как, ты же пугало?

— У меня есть свои секреты, — загадочно ответил Мистер Пугало, и не менее загадочно продолжил. — И знаешь что? Я могу показать одно место, где тебе будет совсем не скучно.

Говард изумленно вскинул бровями.

— Правда? Я знаю весь Сайд Филд. Не думаю, что здесь остались места в которых я не был.

— И правда, ты очень любопытен, но знаешь, такое место все такие есть, и ты к нему боишься подходить.

Говард почесал вспотевшую голову через шапку и задумался.

— Ты про кукурузное поле?

— Угадал.

— Но что мне там делать?

Мистер пугало странно улыбнулся и задумчиво посмотрел на Говарда.

— Я думаю тебе найдется что там посмотреть.

Говард едва заметно кивнул, подтверждая, что он совсем не против заменить скучную работу на веселую и очень заманчивую прогулку.

— Хорошо, для начала, сходи домой и принеси оттуда одну любую вещь, которую всегда сможешь держать при себе.

Говард не медля, взял Пампи на руки и побежал в дом. Внутри, как он и думал, никого не было, родители были заняты на производстве. Он быстро поднялся к себе в комнату, мельком оглядел ее, схватил свою маленькую гитарку, надел на правое плечо и быстро спустился вниз.

Уже спускаясь вниз с лестницы, на первом этаже он услышал странное шуршание, оно исходило из комнаты бабушки Лины. Говард на цыпочках пошел на звук. Пампи стоял у двери и нюхал ее.

— Что такое Пампи?

Дверь в комнату была приоткрыта. Говард заглянул в щель, бабушка Лина как обычно сидела в своем кресле, но не вязала, а задумчиво смотрела в окно. Странный звук исходил и плетеной корзинки, стоящей рядом с кроватью. Вдруг шуршание прекратилось и из корзинки вывалился маленький красный клубок, и словно по волшебству, покатился к ним. Говард поднял его, повертел мягкий красный шарик в руках и засунул в карман комбинезона.

— Ладно, Пампи, идем.

Они вышли на улицу и подошли к тому месту, где были ранее, но Мистера Пугало там не было.

— Мистер Пугало! — порывисто крикнул Говард.

Сзади послышался крик ворона, Говард испуганно обернулся. Мистер Пугало неожиданно появился.

— Я здесь, Говард.

— Вот, я принес, — сказал Говард и показал ладошкой на гитарку.

Мистер Пугало протяжно хмыкнул, задержал свой взгляд на зеленом комбинезоне Говарда, тихо кивнул и прошептал:

— Отлично.

Затем Мистер Пугало наклонился к Пампи и надел на него маленькую шляпку.

— Чтобы было теплее, — пояснил он, и погладил свинку по голове.

Пампи перестал его бояться и аккуратно, в знак признания, дотронулся пятачком до руки Мистера Пугало.

Подул холодный ветер, принеся с собой несколько желтых вялых листочков, и бросил их прямо на тыквенное поле.

— Я не люблю осень, — зачем-то сказал вслух Говард.

Мистер Пугало отрицательно покачал головой, явно не соглашаясь с его словами.

— Осень прекрасная пора, именно осенью мы начинаем ценить другие времена года. Хандра, тоска, переосмысление... — Мистер Пугало посмотрел на пасмурное небо и вдохнул горький осенний воздух. — Запомни Говард, когда теряешь обыденное, оно становится желанным.

Последнюю фразу Говард слышал уже смутно, он был в своих мыслях, обдумывал предложение, на которое он соглашался, и решил уточнить.

— Ты точно соберешь тыквы и меня не наругают?

— Я всегда сдерживаю данное мной обещание, Говард, — уверенно ответил Мистер Пугало.

— Хм... ну хорошо, — промычал Говард. —Так, как мне все-таки попасть в то место, про которое ты говоришь?

— Все очень просто, легче и не придумаешь. Зайдите в кукурузное поле и оно само покажет вам дорогу.

Будто бы в подтверждение сказанных слов, ворон, все еще сидящий на плече Мистера Пугало, закивал своей черной головой.

— А когда вернетесь оттуда, обязательно подойдете ко мне, я буду на этом же месте.

— Хорошо.

Они с Пампи уже шли к воротам, но Говард вспомнил кое-что, как ему сейчас казалось, очень важное. Он остановился, обернулся и спросил:

— Мистер Пугало, это не ты случайно вчера меня звал?

— Нет, — медленно ответил Мистер Пугало, плавно поднял свою тонкую длинную руку и стал махать на прощание.

Они подошли вплотную к кукурузному полю. Бежевой, плотно заросшей стеной, оно возвышалось к пасмурным просторам неба. Говард коснулся рукой одного из колосков и нервно сглотнул.

— Ну что Пампи, ты готов пойти туда?

Пампи отрицательно закачал головой

— Я тоже нет, — вдруг признался Говард, и гордо подняв голову шагнул в густые колосья. Пампи пошел следом.

Внутри почти ничего не было видно. Плотные, длинные кукурузные стебли загораживали собой весь обзор. Сухие листья царапались и резали бледную кожу, пока Говард не увидел красный огонек вдали, он стал пробираться быстрее, и попытался бежать за ним.

— Эй, кто там? — окликнул Говард, удаляющийся от него огонек.

В ответ не было ни звука, яркий огонек пропал, оставив Говарда и Пампи одних. Говард старался расчистить путь, наклоняя кукурузу к низу, но она не хотела уступать ему свое место, гордо стоя, и лишь немного отодвигалась в сторону, чтобы дать им пройти.

Казалось, что поле бесконечно, и что они двигаются по нему целую вечность. Но в какой-то момент почва под ногами стала мягче. Нога Говарда поймала что-то на невидимой земле, он споткнулся и упал. Пампи свалился прямо за ним.

Говард поднял голову и то, что он увидел повергло его в радостный шок. Он широко улыбнулся и из его рта вылетел веселый смешок. Это было нечто невероятное, внутри кукурузного поля, находился затерянный городок. Он был обнесен кукурузой, по кругу, со всех сторон, словно неприступным заборчиком. Говард и представить себе не мог, что существует место, в их довольно небольшом городе, в котором он еще не был, и которое было так хорошо запрятано.  Повсюду были расставлены маленькие деревянные домики, они были необычной кругловатой формы, на их узеньких крышах лежала пшеничная солома. Вокруг росли деревья, они были одеты в желтые и оранжевые шубы, и не было ни одного голого дерева без листвы, как будто бы время здесь шло медленнее, и они еще не успели опасть. Где-то вдалеке кто-то ходил, наверное, это были местные жители, у них была странная самобытная одежда, преимущественно бледного цвета. И все выглядело так загадочно и интересно, но в этом необычном воздухе летало какое-то странное чувство, оно будоражило сознание, и заставляло быть начеку. Говард поймал себя на мысли, будто бы в этом месте было не все так просто.

Он отошел от своих раздумий, и только сейчас заметил перед собой мальчика, примерно того же возраста, что и он сам. Но только вот только вместо кожи у него была холщовая ткань, из тела торчали опилки, а на миловидном детском лице был вышит только один глаз.

— Мы давно ждали вас, — протараторил мальчик и внимательно обвел их своим странным глазом, похожий на вышитый крестик.