Полностью 🪼 (из 27 главы ОП НП)

Расширенная дополнительная сцена из 27 главы «Плёнок». Она начинается сразу, без вступлений, как прямое продолжение, поэтому для лучшего погружения советую перечитать последний эпизод из 27 главы! То есть с момента как Юэн приходит к Бернарду в мастерскую и они делают ловец снов, потом перемещаются на кушетку и после в спальню.

Происходит так же смена фокала, то есть эта зарисовка ведётся как бы от лица Бернарда.

! Текст довольно откровенного содержания, рейтинг NC-17, так что, будьте осторожны.

***

Закрыв глаза, Бернард коснулся губами шрама. Медленно и осторожно, чувствуя, как подскочил и так учащённый пульс. Приоткрыл рот шире и с особой нежностью провёл языком по грубым неровностям, не пропуская ни дюйма. У самого сгиба локтя он оставил несколько скромных поцелуев.

Юэн с шумом выдохнул. Его ресницы дрожали, а щёки расцвели таким милым румянцем, что Бернард не смог удержаться и коснулся их тыльной стороной пальцев, ощутив исходящий от кожи жар.

— Би... — прошептали припухшие губы.

Бернард интуитивно склонился. Он хотел поймать это его «Би» в поцелуе. Снять с языка. Ощутить вкус этого звука со слабой вибрацией, отдающейся в губы.

— Скажи ещё раз, — прошептал Бернард, поглаживая подушечками пальцев Юэну ключицу.

Выразительная линия губ растянулась в довольной улыбке. Веки приподнялись, и Бернард встретился взглядом с серыми, похожими на жидкое серебро глазами.

— Тебе нравится, когда я называю тебя так? — низким шёпотом с бархатной хрипотцой спросил Юэн. — Одной буквой, — он коснулся языком своей нижней губы, легонько прикусил её. — Одним... звуком.

Бернард нетерпеливо сглотнул и приблизил своё лицо, застыв в дюйме от его губ.

— Очень, — прошептал он, потёршись кончиком носа об его нос. — Есть в этом что-то совсем личное. Интимное. Только между нами.

Бернард невесомо провёл по губам Юэна своими, с жадностью вбирая его тёплое дыхание. Медленно скользнул по его ключице от плеча до ярёмной впадинки, на секунду опустив в неё большой палец. Нарисовал невидимую окружность вокруг затвердевшего соска и опустился ниже, очерчивая напрягающиеся мышцы пресса, смело коснулся дорожки из коротких волос ниже пупка.

— Щекотно, — прошептал Юэн, прикрывая веки и улыбаясь.

— А так? — спросил Бернард и, проведя подушечкой среднего пальца по его горячей пульсирующей плоти от основания до самой головки, крепко прижал к члену ладонь.

Наблюдая из-под прикрытых век, Юэн сбивчиво выдохнул. Уголки его губ приподнялись ещё выше, ресницы дрогнули. Он повёл бёдрами, нескромно потираясь Бернарду об руку. 

— Би...

Приоткрыв рот, Бернард склонился к его губам и снова застыл от них на расстоянии горячего дыхания.

— Не успел, да? — усмехнулся Юэн. — Ничего страшного. Ещё успеешь.

Бернард коснулся губами его щеки, стискивая внизу ладонь на пульсирующей плоти. Склонив голову набок, Юэн сладко простонал и вновь подался тазом вперёд и вверх, увеличивая удовольствие от трения кожи об кожу. Опустившись с поцелуями к его шее, Бернард принялся водить ладонью вверх и вниз, то увеличивая интенсивность и крепко сжимая член, то аккуратно касаясь нежной кожи головки большим пальцем и растирая по ней прозрачные капельки.

Юэн стискивал ему напрягающееся плечо, иногда безотчётно сильно впиваясь в него своими длинными, изящными и крепкими пальцами. Бернард распалялся от приятного ноющего ощущения в мышцах и жарче целовал ему шею, ловя губами слабую вибрацию в горле. А когда добирался до чувствительных сосков, широко проводя по ним языком и нежно прикусывая, Юэн начинал интенсивнее шевелить бёдрами, громче и соблазнительней постанывать над ухом. Кожа у него ещё была мягкой и бархатистой после душа и тонко пахла цитрусовым мылом. Может быть, Бернард немного увлекался прелюдией, но ему до дрожи и сердечного трепета нравилось всячески ласкать Юэна. Чувствовать его горячую плоть своей ладонью, целовать грудь и шею, разгорячённые щёки и сочные губы. Нравилось, когда Юэн едва ли не плавился от удовольствия, не сдерживаясь в проявлении эмоций. Как сейчас.

Когда Бернард скользнул ладонью ниже, осторожно погладив средним пальцем «вход», Юэн слабо вздрогнул, вильнул напрягшимися бёдрами и чуть раздвинул ноги. Не очень хотелось отвлекаться, но надо было. Потому что кожа и губы горели от прикосновений и поцелуев, а низ живота невыносимо, едва ли не до тупой ноющей боли стягивало горячим жгутом. Бернард потянулся к ящику прикроватной тумбочки, однако Юэн его опередил, потому что ему было проще дотянуться.

— С анестезирующим эффектом? — спросил Юэн, открывая тюбик с лубрикантом. — А я даже как-то не подумал и взял обычный...

— А я как раз подумал, что так будет лучше, — сказал Бернард, перехватывая тюбик и выдавливая немного его содержимого себе на пальцы, — чтобы тебе... и вообще нам было более комфортно и ничто не отвлекало.

Широко улыбнувшись, Юэн настойчиво притянул Бернарда к себе за затылок, зарываясь пальцами в волосы и игриво взъерошивая их, и накрыл его губы своими в глубоком поцелуе. Его грудная клетка тяжело вздымалась, дышал он скомкано. Впрочем, Бернард сам не мог держать дыхание равномерным от опьяняющего предвкушения.

— Давай, Берни. Жутко хочу ощутить тебя внутри себя.

Бернард поцеловал его в пышущую жаром щёку и опустил руку сразу к заветной точке между ног. Юэн нетерпеливо двинул бёдрами, облизнув собственные губы. Неспешно совершая круговые поглаживающие движения пальцем и размазывая немного прохладную смазку, Бернард потёрся носом Юэну о подбородок. Поцеловал любимую ямочку, коснулся её кончиком языка и с предупреждением мягко надавил средним пальцем внизу, медленно проникая внутрь и сбивчиво выдыхая от ощущения мурашек, пробежавшихся от макушки до пальцев ног.

Запрокинув голову, Юэн напрягся, на пару секунд зажав бёдрами Бернарду руку. Тихо простонал и сжал ему волосы на затылке. Ресницы его дрогнули, аккуратный кадык поднялся и опустился. Бернард и сам сразу интуитивно замер, пытаясь считать ощущения Юэна. В ушах шумела кровь. Она пульсировала и стучала в висках, отдавалась глухим стуком в горле и кончиках пальцев. Едва он хотел спросить, всё ли в порядке, как Юэн, глубоко выдохнув и погладив ему плечо, расслабился и призывно вильнул тазом.

Глубоко и шумно дыша, Бернард потёрся носом о его щёку и прижался губами к горячим и отзывчивым губам, скользнул языком по краешкам гладких зубов и поймал язык Юэна своим. Нащупав внутри маленький плотный бугорок, он нежно потёр его подушечкой пальца, надавил, снова потёр, едва ли не сгорая от новой порции приятных ощущений, будто бы раскалённым железом разлившихся внизу живота. Обронив на выдохе сладчайший из своей коллекции стон, Юэн вновь чуть сильнее впился Бернарду в плечо и мелко задрожал.

— Оно, да? — с улыбкой прошептал Бернард, невесомо касаясь его губ своими. — Я чувствую... тебя, Ю.

Юэн снова протяжно заскулил и, заключив лицо Бернарда в ладони, развязно лизнул его губы несколько раз. Приоткрыв глаза, он сглотнул, и рот его медленно приоткрылся, обнажая кончик языка.

— Би...

На этот раз Бернард успел поймать звук в поцелуе. Сорвал-таки с его игривого языка и насладился будоражащей все грани сознания лёгкой вибрацией. Он губами ощутил, как Юэн заулыбался.

— Молодец, — прошептал Юэн, сминая пальцами волосы на затылке.

— Ты тоже.

Довольно улыбнувшись, Бернард опустился к его шее, целуя и посасывая тонкую кожу, потом влажными поцелуями добрался до грудины. Потираясь об соски носом и мягко прикусывая их, он осторожно добавил внизу ещё один палец, на этот раз встретив явное напряжение. Бернард интуитивно замедлился внизу, не переставая одаривать Юэна ласками сверху. Лубриканта хватало, и он с особой осторожностью двигал внутри пальцами, невольно задерживая дыхание каждый раз, когда потирался о плотный бугорок. Очередная особенная точка Юэна, от которой Бернард уже сходил с ума.

Глубоко и размеренно дыша, Юэн постепенно расслаблялся и вскоре, постанывая с соблазнительной хрипотцой, уже плавно покачивал тазом, пока Бернард по очереди ласкал соски, порой касаясь членом его бёдра и размазывая по коже вязкие прозрачные капли, которыми сочился от такой долгой прелюдии.

Если бы Юэн закончил так, от пальцев, это было бы очень волнительно. Бернард был бы не против. А после они бы начали с того, на чём остановились. Однако в какой-то момент Юэн потрепал Бернарда по макушке и зашуршал упаковкой презервативов.

— Я хочу, — сказал Бернард, — чтобы ты надел его на меня.

— Удивишься или нет, — лукаво заулыбался Юэн, откусывая уголок от серебряного квадратика, — но я сам этого очень хотел.

Пальцы его потянули резинку за края, и он с нескрываемым удовольствием выполнил просьбу, а Бернард с не меньшим удовольствием наблюдал и наслаждался его заботливыми прикосновениями. А ещё Юэн немного увлёкся, когда добавлял лубрикант, интенсивно размазывая его по всей длине пульсирующего и изнывающего члена.

— Будешь так настойчиво это делать — придётся поменять, — пробубнил Бернард, хмурясь и пытаясь совладать с ощущениями от прикосновений ловких пальцев и горячих ладоней. Если бы Юэн делал так без резинки, Бернард точно не смог бы сдержаться. Он и так дышал рвано, чувствуя, как на лбу проступает пот, а щёки едва ли не полыхают огнём.

Юэн ухмыльнулся и, обтерев руки о простынь, потянул Бернарда на себя, сгибая ноги в коленях. Для удобства Бернард скомкал край одеяла и заботливо подложил ему под таз. Нависнув сверху, он пристроился между крепких бедёр, уперев руки в кровать рядом с подушкой по обе стороны от головы Юэна.

— Ты... готов? — низко спросил Бернард.

— Вполне, — кратко вздёрнув брови, ответил Юэн.

— Серьёзно? — ехидно улыбаясь, Бернард специально тянул время.

— Хватит уже болтать, — хрипло прошептал Юэн. Он приподнялся и, низко предостерегающе зарычав, прикусил его нижнюю губу. — Лучше поцелуй меня.

Опустившись на локти, Бернард сначала прижался и потёрся своим членом об его (ощущения были не такими, когда они делали такое на обнажённую плоть), потом упёрся ему промеж ног, погрузив самый кончик головки во влажный от большого количества смазки, расслабленный и горячий «вход». Дыхание перехватывало от переполнявших всё тело эмоций и от вида сияющего серебром глаз обнажённого Юэна под ним.

Бернард пылко прильнул к губам одновременно с тем, как начал медленно и аккуратно проникать внутрь, напрягая ягодицы и стараясь больше концентрироваться на движениях и дыхании Юэна, его ощущениях и реакции, чтобы остановиться сразу же, если что-то пойдёт не так. Это было очень сложно. Голову кружили мысли, что он постепенно оказывается внутри, то есть настолько тесно, как они прежде не были. А ещё Юэн плотным кольцом сжимал его собой снизу, что отдавалось сильной чувствительностью, граничащей со странной болезненностью, и Бернард просто надеялся, что не закончит раньше времени. Он покрылся испариной от напряжения и от эмоций, которые горели внутри и едва ли не разрывали его кожу.

— Подожди немного, — напрягшись всем телом, настороженно прошептал Юэн, однако Бернард уже остановился и сам понял, что им обоим нужно расслабиться и перевести дыхание. Привыкнуть к такому тесному контакту и к новым необычным, но приятным ощущениям, захватывающим дух и заставляющим сердце сильно биться о рёбра, норовя проломить их и выскочить из грудной клетки. При этом он был внутри Юэна лишь частично. Руки и плечи дрожали, мышцы начинали немного ныть от напряжения.

Стараясь не делать резких движений, Бернард ткнулся кончиком носа Юэну в щёку.

— Просто хочу сказать, — прошептал он, — что я тебя люблю.

Юэн обхватил его рукой, провёл по лопаткам и взъерошил волосы на затылке.

— Это взаимно, малыш Берн.

Он глубоко и протяжно выдохнул. Бернард ощутил, как мышцы его расслабились, напряжение ушло. Он выжидательно посмотрел на Юэна, встретившись с сияющими серебром серыми глазами. 

— Ну? — улыбаясь, протянул Юэн, сжав бёдра и коротко вздёрнув одну бровь. — Мы продолжим или как?

— Ещё как, — улыбнулся Бернард и провёл губами по выразительной линии его челюсти.

Подавшись вперёд тазом, он продолжил осторожно входить глубже. Юэн дышал тяжело и размеренно. Спокойный вдох, медленный выдох. Тело его уже не отзывалось дрожью и напряжением. Они даже не целовались, только смотрели друг на друга. Сейчас этого было достаточно — соприкасаться взглядами. Прикусывая собственные губы и тихонько поскуливая, Юэн мягко принимал Бернарда в себя, и тот с особым удовольствием скользил внутрь, желая сохранить яркость этих моментов в памяти. Преисполненный эмоциями до дрожи в руках Бернард уткнулся лицом в подушку рядом с головой Юэна.

— Я... внутри... целиком, — задыхаясь, прошептал он и от озвученных слов вдоль позвонков побежали мурашки.

— Би... — с томным придыханием прошептал Юэн и, обдав горячим дыханием ему ухо, провёл по его краю языком.

Бернард ощутил, как тёплые ладони скользнули по изгибу поясницы и сжались на напряжённых ягодицах. Он приподнялся и заглянул в глаза цвета хмурых туч. Бернард сделал плавное поступательное движение тазом, и Юэн, тихо простонав, откинул голову на подушку.

— Всё нормально, Ю?

— Нет, — прошептал Юэн, поглаживая ему бока. — Всё великолепно. Ощущать тебя внутри себя — это так... Уфф...

Его ладони с крепким нажимом нетерпеливо сжали Бернарду задницу. Бернард приподнял одну бровь и покорно двинул тазом, вжимаясь в твёрдые бёдра. Уже намного свободнее и увереннее. Потом сделал ещё одно плавное поступательное движение, любуясь довольными эмоциями на лице Юэна. Ещё движение. И ещё. И ещё...

Игриво и хрипло зарычав, Юэн приоткрыл рот, жарко выдыхая и бесстыдно обнажая соскучившийся по ласкам язык. Бернард склонился к его лицу и тоже приоткрыл рот. Они лизнулись языками, и Юэн, закатив глаза, застонал необычайно чисто и эротично. Бернарду тоже понравилась эта немного развязная игра. Низ живота приятно и томительно потянуло, плотно зажатый член будто бы сильнее налился кровью, и Бернард жадно обвёл язык Юэна своим, продолжая плавно толкаться бёдрами.

Внизу по-прежнему было туго, однако теперь они двигались гармоничнее, и у Бернарда голова кружилась от мягкого скольжения и оттого, как Юэн крепко прижимал его бёдрами, поглаживая ягодицы и поясницу, скользя ладонями по чуть влажным от пота бокам и лопаткам.

Они жарко целовались, не отлипая от губ друг друга, и порой Бернард чувствовал, как немного липкий член Юэна касается его напряжённого пресса. А иногда он и сам прижимался к его разгорячённому и взмокшему телу так плотно, что ощущал жар и пульсацию его твёрдой плоти.

Их движения стали более амплитудными и частыми, оставаясь при этом аккуратными и плавными. Бернард взял определённый ритм, в котором было комфортно, пару раз сбивался, но не критично. Так даже интереснее. Юэн подхватывал и двигался в такт его движениям, иногда подаваясь тазом вверх и немного прогибаясь в пояснице, иногда просто ловил ритм Бернарда и отдавался ему, позволяя вести целиком и полностью.

А ещё Юэн сопровождал их «акт» головокружительной вокальной партией — он чересчур эротично стонал и скулил, то чисто, громко и высоко, то опускаясь до хриплого вязкого, как мёд, шёпота. Его голос Бернард и так готов был слушать непрерывно семь дней в неделю, а в таком будоражащем амплуа... вечность? Хотя Бернард и сам вёл себя далеко не тихо. Воздух содрогался и вибрировал от звонких звуков их сливающихся вздохов, протяжных выдохов, соблазнительных стонов и коротких фраз.

Всё-таки Бернард удачно купил смазку именно с анестезирующим эффектом, потому что чем дальше они занимались любовью и ласкали друг друга, тем сильнее они распалялись. Юэн наверняка не смог бы так вести себя с дискомфортом и болью. Сейчас ему определённо было хорошо, хотя Бернард пару раз всё-таки спрашивал о самочувствии. Просто потому что хотел услышать подтверждение в словесной форме.

Короткие тёмные пряди Юэна разлохматились, а губы уже у обоих начали пульсировать от поцелуев, которыми они всё никак не могли насытиться. В какой-то момент Юэн даже соединил стопы у Бернарда за поясницей, крепко стиснув его бёдрами и таким образом немного поменяв угол вхождения. Их и так тесный контакт углубился и заиграл новыми гранями чувствительности. По крайней мере у Бернарда перед глазами даже цветные пятна заплясали, а от ног отлила кровь. В таком положении он острее ощущал, как порой скользит членом внутри по бугорку простаты, отчего Юэн издавал сочащиеся страстью и удовольствием оглушительные стоны и запрокидывал голову. И тогда Бернард целовал его выразительный изгиб шеи, смакуя чуть солоноватый привкус проступившего на горячей коже пота.

Они каким-то образом оба держались. Хотя каждую секунду казалось, что пик наслаждении совсем близко, что ещё немного и они сгорят в жарких эмоциях одновременно.

Бернард подхватил его под коленями, вновь меняя угол вхождения. В таком положении он больше упирался ногами в кровать, давая перенапряжённым рукам немного отдохнуть. Изнывая от удовольствия, Юэн метался головой по подушке и стискивал её уголки пальцами. Его приоткрытые губы, между которых то и дело показывался кончик языка, были алыми и припухшими от продолжительных поцелуев, но всё ещё необыкновенно желанными и сочными, и Бернард опускался ниже, чтобы надолго приникнуть к ним, ласкать языком и прикусывать.

— Ничего, если мы немного сменим позу? — спросил Бернард.

— Что в твоих мыслях? — вопросом на вопрос игриво ответил Юэн на скомканном выдохе.

Опираясь на одну руку, Бернард ладонью провёл по его влажной грудине и прессу.

— Кое-что очень приятное для тебя, — сказал он.

Упираясь согнутыми коленями в кровать, Бернард приподнялся корпусом и аккуратно подтянул к себе Юэна за бёдра, поправил одеяло у него под задницей. Прогнувшись в пояснице, тот закинул руки за голову, хватаясь за несчастную подушку, которую он уже и так достаточно за сегодня намял. В такой позе тело его напряглось и чётче очерчивались правильные кубики пресса и боковые мышцы, рельефно и сочно выглядели бицепсы и грудь.

У Бернарда промелькнула мысль, что Юэн сейчас выглядит чертовски эстетично и соблазнительно. Обнажённый. С поблёскивающей от проступившего пота кожей, кажущейся в свете прикроватной лампы бронзовой. И волнующий сознание шрам добавлял своему обладателю индивидуальности. Его пальцы стискивали мягкую подушку, плечи напрягались, а рот эротично приоткрывался.

Бернард сделал несколько осторожных поступательных движений тазом и сжал Юэну член рукой. Плавно и при этом настойчиво он провёл пару раз вверх-вниз, ощутив ладонью дикую и горячую пульсацию, и задержал тугое кольцо сомкнутых пальцев под самой головкой. Наэлектризованный воздух спальни сотряс хриплый стон, оборвавшийся резким вздохом. Вздрогнув всем телом и с силой сжав бёдрами Бернарда, Юэн запрокинул голову, выгибая шею и едва ли не разрывая подушку пальцами.

Он оглушительно громко и волнительно застонал, изливаясь Бернарду в ладонь и частично себе на живот. Бернард и сам был уже не в состоянии больше сдерживаться и склонился корпусом. Юэн мгновенно обхватил его за шею и поцеловал, с какой-то животной ненасытностью лаская его губы и обвивая язык своим языком. Предчувствуя приближение к самому пику, Бернард интуитивно задержал дыхание, сделал пару амплитудных поступательных движений и сам сорвался на хриплый стон, до боли зажмурив глаза от волны удовольствия. Юэн довольно замычал прямо в губы. Бернард ещё даже чувствовал утихающую пульсацию его плоти животом. Их практически одновременный оргазм казался чем-то неподвластным ни времени, ни разрушению, ни какому-либо другому внешнему влиянию. Осознание, что они настолько синхронизированы морально и физически, грело душу.

Тяжело дыша, Бернард рухнул боком на смятую простынь и одеяло. Кожа после такого «спринта» покрылась испариной, даже волосы прилипли ко лбу и у висков. Юэн расслабленно лежал на спине, шевеля стопами и пальцами на ногах.

— Ахренеть, — только и сказал он, всё ещё стараясь восстановить дыхание.

— Ага, — выдохнул Бернард, тоже борясь со сбивчивым дыханием.

— А это совсем другие ощущения, да? — спросил Юэн. — Когда мы просто ласкаемся руками — это... иначе. Тоже классно, но вот это... — он присвистнул, блаженно прикрыв веки, и не договорил, хотя всё и так было понятно.

— Да, — согласился Бернард.

Несколько секунд он просто наблюдал за Юэном. Как тот медленно открывает и закрывает глаза. Как кончики его пальцев иногда касаются груди и пресса, случайно задевая вязкие прозрачно-белые капли на покрывшейся мурашками бледной коже.

— У тебя ничего не болит? — спросил Бернард. — А то мне кажется, мы как-то очень активно начали.

— Пока нет, но завтра точно будет, — усмехнулся Юэн. — Не хочу об этом думать сейчас.

Он повернулся к Бернарду с выразительной улыбкой на губах. Его щёки всё ещё горели румянцем.

— Мы же не остановимся сегодня на одном разе? — спросил Юэн, коснувшись подушечками пальцев бедра Бернарда. — Мне как-то ещё сильнее захотелось... Такие ощущения...

— Ты серьёзно думал, что мы остановимся на одном разе? — приподняв одну бровь, спросил Бернард и приблизился к его лицу практически вплотную.

— Я бы вообще не желал останавливаться, — хрипло прошептал Юэн. — Хочу, чтобы твои прикосновения и поцелуи не угасали до самого утра. А с рассветом вместе примем душ и завалимся спать до вечера.

— Как ловко ты всё продумал.

— У меня было очень много времени, чтобы всё продумать, — съехидничал Юэн. — Но я необычайно рад, что это случилось. В своё время.

— Я тоже, — прошептал Бернард и приник к его губам.