Глава 22

Дженни

Моя спина впечаталась во входную дверь в тот же миг, когда та закрылась за нами.Чонгук припал ко мне, накрывая всем телом. Прижал меня бедрами к деревянной поверхности, и я обхватила его ногами, впиваясь пятками в его ягодицы и моля о большем. Он с силой сжал мои бедра, целуя мягкими, теплыми и нежными, хоть и требовательными губами.Я открылась ему, тая от каждого прикосновения и избавляясь от всего напряжения, которое пронзало меня с той ночи, когда он ушел. И, будто почувствовав, куда понеслись мои мысли, Чонгук переплел наши руки, удерживая их возле моей головы, и с силой прижался грудью к моей груди.– Вот почему я ушел на прошлой неделе, – прошептал он, прижавшись лбом к моему лбу и размеренно дыша в такт со мной. – Я ушел, хотя все мое тело молило меня остаться. Потому что не хотел, чтобы наш первый раз произошел под маской фальши.Чонгук сжал мои ладони и стал целовать в подбородок, пока я не запрокинула голову и не открыла ему шею.– Это не фальшь, – заверил он, уткнувшись в мою кожу, целуя и покусывая ее. – Ничто между нами никогда не было фальшивым.Со следующим вдохом его губы приникли к моим в поцелуе, и он понес меня через всю квартиру – почти вслепую, потому что я не успела включить свет. Он горел только над плитой и едва освещал пространство.Чонгук осторожно опустил меня на кровать и сел на край, отстранившись и забрав с собой свое тепло.Не сводя с меня глаз, он потянулся и снял толстовку через голову, а потом бросил ее в сторону и проделал то же самое с футболкой. Я протянула руку и едва коснулась кончиками пальцев его живота, но он убрал мою руку и положил возле моего тела.– Разденься.Его слова прозвучали пылко, уверенно и были скреплены твердым намерением, когда он отступил еще дальше и, скинув кроссовки, осторожно избавился от спортивных штанов.Он был похож на произведение искусства, стоя передо мной в одних только черных боксерах, которые натянулись, удерживая его крепнущую эрекцию. Глаза Чонгука вспыхнули еще больше, когда я схватилась за рукав толстовки и стянула его с руки, за ним и второй рукав, а потом сняла ее через голову.Соски торчали под майкой, от которой я быстро избавилась в следующее же мгновение. Обнажив грудь, посмотрела Чонгуку в глаза и увидела, как он окинул взглядом мое тело, а после с его губ сорвался низкий стон.Он опустил руку вдоль живота и, сунув ее под резинку трусов, принялся поглаживать себя, приковав взгляд к моим спортивным штанам, которые все еще были на бедрах. Я откинулась на одеяло, уперлась пятками в пол и, приподняв бедра, спустила штаны по ногам и коленям, пока они не собрались возле ступней.– Замри.Чонгук устремился ко мне, замешкавшись на мгновение, чтобы снять белье, а потом встал, возвышаясь надо мной, возле края кровати. Я оперлась на ладони, тяжело дыша и трепеща перед ним, пока он окидывал взглядом каждый сантиметр моего обнаженного тела.– Поднимись, – велел он, хватая меня за запястье, чтобы помочь. Как только я встала, он развернул меня, собрал мои волосы крупной ладонью, отвел их в сторону, чтобы прижаться губами к моей коже, и прошептал: – Хочешь знать, почему ты ничего не чувствовала с ним?Его вопрос ускользнул от моего внимания, потому что он отпустил мои волосы и провел пальцами вниз по ребрам и бедрам, пока не коснулся моих трусиков. Одним быстрым рывком они оказались спущены с ягодиц, а вторым соскользнули с бедер, пока не упали до лодыжек к спортивным штанам.– Я читал твои книги, – продолжил он, высунув язык и обведя им ушную раковину, а потом прикусил мочку. От звука его дыхания вкупе с легким укусом у меня по ногам побежали мурашки, и я выгнула спину, прижимаясь задницей к его возбужденному достоинству, которое легко скользнуло между ягодиц.Чонгук застонал от контакта, но продолжил медленную пытку, ведя руками вдоль моего живота, а потом ущипнул оба соска.– Я знаю, чего ты хочешь, – прохрипел он. – А чего не хочешь.Чонгук покрутил сосок между большим и указательным пальцами, но внезапная легкая боль быстро сменилась потоком удовольствия, когда в следующий же миг он сжал всю грудь.– Ты не хочешь мягкости и нежности, – сказал он, подчеркивая каждое слово поцелуем в шею. Чонгук прокладывал их все ниже и ниже, пока не впился зубами в чувствительную кожу моего плеча. Я втянула воздух сквозь сжатые зубы, а потом пространство наполнил мой гортанный стон, которого раньше от себя не слышала.Чонгук ухмыльнулся и поцеловал местечко, которое только что укусил.– Ты хочешь обладания, – продолжил он, ведя одной рукой все ниже, ниже и ниже, а второй устремившись к моей груди. – Хочешь того, кто возьмет контроль на себя, овладеет тобой.Он обхватил меня между ног и в тот же миг сжал горло ладонью, и все мое тело мощно содрогнулось от двойных ощущений, прижимаясь к нему в истинном поражении.– Хосок – творческая личность, музыкант, – прошептал он мне на ухо, чуть крепче сжав мою шею. Оттого мне стало сложнее сделать следующий вдох.И мне это чертовски понравилось.– Но ты держишь под контролем столь многое в своей жизни – команду, работу, учебу... – Он провел средним пальцем между половыми губами, погружая его в собравшуюся там влагу, а потом вынул его и обвел вокруг клитора. Я задрожала, но он крепко держал меня, продолжая: – Поэтому ты хочешь, чтобы в спальне обязанности были возложены на кого-то другого.Я не могла выразить свое согласие словами – главным образом потому, что не осознавала всего этого, пока Чонгук не указал, хотя все высказанные им мысли звучали так правдиво, что мне хотелось вскинуть руки и вскричать «аминь». Но еще и потому, что мое чувственное пробуждение оказалось полностью в его руках, одна из которых сжимала мое горло, а другая была между ног, в равной мере заявляя на меня права.– Ты не хочешь быть чьей-то музой, – хрипло произнес Чонгук. – Ты хочешь быть чьей-то погибелью. И позволь сказать тебе, Котенок... – Его голос пророкотал возле моего уха, а потом Чонгук пососал и прикусил мочку моего уха. – Ты моя погибель.Я всхлипнула от его признания, от понимания, что смогла стать погибелью такого сильного, взрывоопасного мужчины. А потом вдруг тепло его тела покинуло меня, руки и губы перестали ко мне прикасаться, и он снова развернул меня лицом к себе. Я чуть не упала, потому что лодыжки все еще были в путах штанин, но Чонгук помог мне устоять.Теперь мы стояли грудь к груди, тяжело дыша, а изумрудные глаза Чонгука зажгли огонь внизу моего живота, и он провел кончиком носа по моей переносице.– Ты читал мои книжки, – выдохнула я вопросительно и недоверчиво.– О да, читал.– Зачем?Чонгук сглотнул и провел костяшками по моей щеке.– Я твердил себе, что делаю это, чтобы помочь тебе заполучить Хосока, – сказал он. – Но на самом деле читал их для того, чтобы научиться доставлять тебе удовольствие.Я задрожала, когда меня окутали его слова, соски напряглись от холодного воздуха и восхитительной теплоты его признания.Он хотел доставить мне удовольствие.Он читал мои чертовы книжки.– А сейчас... – начал Чонгук, грубо ведя ладонью по моей груди. Скользнул пальцами по ложбинке и провел подушечкой большого по соску, двигаясь к моей шее. Он сжал ее всего на мгновение, а потом обхватил ладонью челюсть, приподнял мою голову и прижал большой палец к губам. Он обвел их подушечкой и надавил на нижнюю губу, пока мой рот не приоткрылся. – Встань на колени, Котенок.Я опустилась так быстро, что Чонгук усмехнулся и, обхватив рукой член, направил его к моим губам. Я слизала смазку, выступившую на головке, словно капля росы, и застонала, ощутив его вкус, а потом провела по ней языком.Чонгук выругался, закатил глаза, а потом тоже опустил голову. Запустил пальцы в мои волосы, помогая мне двигаться. После нашего урока я точно знала, что нужно делать, как водить языком по стволу и как брать член глубже в рот, прежде чем выпустить, слегка давясь. Чонгук принимал каждую мою ласку с обожанием и благодарностью, блуждая по мне взглядом или переводя взор к потолку, когда ощущения становились слишком сильными.Прошло совсем немного времени, как вдруг он поднял меня на ноги, помог снять штаны, которые все еще опутывали лодыжки, и уложил на кровать. Затем потянулся за своими штанами и, достав что-то из кармана, положил это на тумбочку, после чего забрался на меня сверху.– В прошлый раз тебя это возбудило, – вслух размышлял он, покрывая горячими поцелуями мои ребра и бедра. – Давай выясним, будет ли сегодня такой же эффект.Чонгук устроился между моих бедер, закинув их себе на плечи, а потом опустил голову. Он подразнил клитор легким касанием, а потом мягко и медленно прошелся по складкам языком, и я задрожала оттого, как сильно захотелось, чтобы он раздвинул их и погрузился внутрь.– Вся мокрая, черт возьми, – подтвердил он, а потом, нежно пососав клитор, опустил руку и коснулся пальцами входа. – Ты прямо течешь, Котенок.Мне нравилось, как он говорил со мной, нравилось, что каждое его непристойное словечко вызывало у меня желание выгнуть спину и болезненно жаждать его. Я тоже хотела так сделать, ответить ему в такой же манере и заставить его почувствовать то же самое. Но я молчала, потрясенная каждым прикосновением, каждым поцелуем, каждым горячим касанием его языка к клитору, пока он пальцами раздвигал губы и ласкал мое лоно.– Покажи мне, как тебе этого хочется, – прошептал он, прижавшись к чувствительной коже. – Трахни себя моей рукой.Я захныкала, глубоко дыша и наблюдая из-под отяжелевших век, как Чонгук взял мою руку и снова опустил свою между моих ног. Затем замер возле входа, пока я не ввела в себя его пальцы. Мое желание было настолько сильным, что они проникли внутрь без особого сопротивления, и мы оба застонали, когда он наполнил меня.– Боже, как же мне нравится чувствовать, как эта узкая киска растягивается для меня, – прохрипел он, а я содрогалась, сжимая его пальцы, пока он вынимал их и вводил снова.Он растягивал меня медленно и уверенно, вылизывая клитор одновременно с движениями пальцев, хотя двигала ими именно я. Он двигался в темпе, в котором его направляла моя рука, и вскоре я уже извивалась под его языком и пальцами и была так близка к оргазму, что чувствовала, как пламя охватывает все нервные окончания в теле.– Гук, – взмолилась я. Он без лишних слов понял, что мне нужно.И тут же взял контроль на себя и стал двигать пальцами в том ритме, который задала я, постепенно набирая темп. Движения его языка выдерживали такт, и я едва успела сжать простынь кулаками, как вдруг меня накрыл оргазм. Тело задрожало, а сердце лихорадочно забилось, когда лоно будто взорвалось миллионом маленьких звезд.Это ощущение мне удалось испытать всего несколько раз в жизни, но, казалось, каждый был лучше предыдущего, будто тело все лучше и лучше узнавало, как раскрыться и полностью насладиться удовольствием, которое Чонгук был полон решимости мне доставить.Я вскрикнула, когда оргазм начал стихать, и, содрогнувшись в крепких объятиях, окончательно обмякла.– Умница, – похвалил Чонгук, слизывая следы моего удовольствия, будто это была долгожданная трапеза, а потом медленно поднялся вдоль моего тела. – Надеюсь, ты понимаешь, он лишь первый этой ночью.Я улыбнулась, слегка посмеиваясь, пока мое дыхание приходило в норму. Но потом снова потянулась к нему, обняла за шею и притянула для страстного поцелуя.– Я готова.Чонгук сглотнул и ответил на мои жаркие поцелуи, а потом на ощупь потянулся за предметом, который положил на тумбочку. Я поняла, что это было, как только услышала звук разрывающегося пакетика из фольги.Сердце пустилось галопом в груди, стуча так громко и сильно, что отдавало в ушах. Думаю, Чонгук тоже услышал его стук, потому что замер с презервативом в руке и смахнул волосы с моих глаз.– Мы можем подождать, – предложил он.– Нет.Я потянулась за презервативом, выхватила его из пальцев Чонгука и, целуя его, вслепую нащупала между нами возбужденный член. Когда обхватила его и медленно раскатала презерватив по всей длине, Чонгук застонал мне в рот, дернув бедрами мне навстречу, пока я продолжала натягивать на него резинку.– Ты нужен мне, – прошептала я, вращая бедрами ему навстречу. – Я хочу, чтобы ты был у меня первым, Чонгук. Был первым, с кем я это испытаю.Он зарычал, прикусив мне нижнюю губу, а потом потянулся к моим запястьям. Прижал их к матрасу возле моей головы и, отстранившись, окинул взглядом все мое тело, пока я задыхалась и ерзала под ним.– Ты хочешь, чтобы я был единственным, – поправил Чонгук, и, черт возьми, я прохрипела слабое «да» в ответ.Веки его затрепетали, когда он услышал это слово, стиснул челюсти, просунул руку между нами и устроился у моего входа. Я держала руки там, куда он их положил, даже когда отпустил мои запястья, и стиснула пальцами подушку, в которую вцепилась изо всех сил.Головка его члена скользнула между губ, и он провел ею по выступившей там влаге, а потом опустил ее к моему входу. Затем замер, посмотрел мне в глаза и осторожно подался вперед, чтобы я открылась ему.Я громко ахнула, ощутив знакомую смесь удовольствия и боли, которую испытала, когда Чонгук впервые ласкал меня пальцами.Вся властность исчезла с его лица, брови сошлись на переносице, когда Чонгук опустился на локти и приник к моим губам.– Все хорошо? – тихо спросил он.Я кивнула, обхватив его руками и запустив пальцы ему в волосы. Прижала ближе и страстно поцеловала, слегка приподняв бедра, чтобы помочь ему войти еще на сантиметр.Мы оба сделали напряженный вдох от возникшего ощущения, а потом Чон снова взял контроль в свои руки, вышел и, вновь толкнувшись вперед, вошел еще глубже.Боль усилилась, но быстро стихла, когда он, целуя меня, стал неспешно вращать бедрами и растягивать меня еще больше. Снова и снова, опять и опять, один восхитительный сантиметр за другим он раскрывал меня, входя все глубже и целуя с благоговением. Его сердце бешено колотилось в такт с моим.А потом с шумным вздохом и стоном Чонгук полностью вошел в меня.Мы оба задрожали, когда он оказался полностью во мне, и я прильнула к нему, впиваясь ногтями в спину, а он нежно целовал меня, уткнувшись в шею.– Охренеть, Котенок, – простонал он, выходя, а потом снова вошел до упора. – Как же невероятно тебя чувствовать.Я не могла произнести ни слова, чтобы сказать ему, что чувствую то же самое, потому что необычайно быстрой, тяжелой, горячей волной внутри начал зарождаться еще один оргазм.Я пыталась произнести слова вслух, сказать ему о том, что чувствовала. Неизвестно, знал он или нет, но давал мне именно то, что нужно. Чонгук вышел из меня и тут же скользнул обратно, найдя ритм, целуя в шею и сжимая грудь большой теплой ладонью.Ощущения боролись за мое внимание, и я развела бедра еще шире, нуждаясь в большем.Чонгук приподнялся, упершись ладонями в матрас, возвышаясь надо мной, и мне открылся вид чувственных движений его тела, пока он трахал меня. Это было самое великолепное, самое гедонистическое зрелище, которое я когда-либо видела. Его пресс напрягался и расслаблялся с каждым движением бедер, полуприкрытые глаза смотрели в мои, пока он приближал меня к кульминации.– Чонгук... – прошептала я, в равной степени напуганная и взволнованная нарастающим во мне чувством.– Не противься ему, – велел он.Я опустила руку между ног, и мне хватило лишь одного легчайшего прикосновения к клитору в такт его толчкам, чтобы дойти до разрядки.Оргазм оказался еще мощнее предыдущего, мощнее всех, что случались у меня в жизни. Внутренние мышцы сжали его член, пока он продолжал двигаться, а я, извиваясь на простынях, протянула руку и провела ногтями по мышцам его живота.– Черт, Дженни, – простонал он, а как только мой оргазм начал стихать, ускорил темп.Чонгук был близок к кульминации.Я уперлась ладонями и пятками в матрас, чтобы двигаться навстречу его толчкам.– Ох, черт, – выругался он, глядя, как дико подпрыгивает моя грудь, пока бедра встречали его нетерпеливые толчки. Я захватила его губы в поцелуе как раз в тот миг, когда он застонал в момент разрядки.Я почувствовала это, почувствовала, как он подрагивает во мне, проливая семя в презерватив. Мое лоно было настолько чувствительно, что ощущало каждый поток, извергающийся из него, и рот наполнился слюной от желания попробовать его так же, как в тот вечер в обсерватории.Я испытала сильнейший в моей жизни порыв заставить Чонгука кончить, почувствовать, как он кончает в меня, и знать, что это я подарила ему такое удовольствие.Он повалился на меня, вдавливая в кровать, и болезненно сжал рукой мое бедро, изливая последние капли наслаждения. Закончив, он задрожал, прижавшись лбом к моему. Мы оба тяжело дышали, намочив друг друга и простыни выступившей на коже испариной.И Чонгук снова вернул мне контроль так же стремительно, как захватил его.– Ты как, нормально? – тихо спросил он, изучая мой взгляд, а потом нежно поцеловал в нос.– Невообразимо потрясающе.Он улыбнулся, приподняв бровь, и напряг внутри меня начавший опадать член.– Я тоже. – Он помолчал. – Пойдем. Примем душ.Он осторожно вышел из меня, выбросил презерватив и помог мне встать. Я даже не осознавала, что мне нужна помощь, пока не попыталась пойти на дрожащих ногах. Бедра протестующе заныли оттого, как я напрягала все мышцы в погоне за обоими оргазмами.Чонгук включил теплую воду в душе, помог мне встать под струи и, забравшись вместе со мной, задернул штору, заключив нас в темном, теплом уголке.Он обнимал меня, пока вода стекала по моей спине, и я вздохнула от подкатившего чувства удовлетворения, настоящего наслаждения этим моментом.Чонгук долго держал меня в объятиях, а потом отстранился, сглотнул и посмотрел мне в глаза. Обхватив мое лицо ладонями, он прижал большие пальцы к подбородку, заставляя встретиться взглядами, и произнес:– Спасибо, что доверила мне сделать это, позволила мне быть у тебя первым.Я подавила улыбку, качая головой.– Ты знаешь, что ты и правда совсем как книжный бойфренд?Он издал смешок в ответ, прижал меня к груди, а потом оставил поцелуй на влажных волосах.– Стану еще лучше, – сказал он. – Подожди и увидишь.И у меня не было никаких сомнений в том, что Чонгук не нарушит это обещание.