Глава 30. Ген Всадника

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Каин вошел в комнату без стука, как только Эвони закончила говорить последнее предложение.

— Продолжай, Эва, что за ген всадника? — Элайзе не терпелось узнать, что это такое и как он передается. 

— Мы все - продолжение рода магов или волшебников. Вы же не думаете, что обычные люди могут рождаться с суперспособностями. Такое бывает только на больших экранах, — сказал Каин, присаживаясь возле своей давней подруги.

В другой Вселенной можно было подумать, что у них роман. Девушка положила голову ему на плечо. В ответ он обнял ее одной рукой. Но в нашем мире их связывала только дружба, крепкая и настоящая. Вместе - навсегда.

— Наши предки были всадниками. Нельзя отследить связь, с которой проявляется этот ген. С тех пор, как наш дом, планета сознания, занят отродьями тьмы, очень трудно найти наследников великого дара. Приходится рыскать повсюду с гаджетом, на который установлена специальная программа, позволяющая распознавать изменения в организме человека. 

— Поэтому у детей, переносчиков генов, в большинстве случаев нет родителей, как у меня и Адама, к примеру? — спросила Эл, рассуждая вслух.

— Ты здесь не потому что - сирота, Элайза, — опровергла ее мысли Эвони.

— Просто моих родителей убили? — Уолберг стало трудно скрывать слезы, выступающие из глаз.

— Скорее всего, носителем гена был кто-то один. Черные всадники уничтожают нас очень давно. И никогда они не выбирали, кого убивать. Стирали с лица земли всех подряд. Если наши агенты не успевали добираться до ребенка-наследника, то он умирал во сне. Это гнусная политика дьябулуса и его слуг - низших монстров, — продолжил за подругу Каин.

— Но они погибли в автокатастрофе, — продолжала гнуть свою линию Эл.

— Это могло быть подстроено под аварию. Никто не должен видеть нас. Черные собратья прячутся в ночи. Наш мир навсегда останется скрытым для людей, — сказала Эвони. — Мне очень жаль, что вам никто этого не сказал при поступлении сюда. Так решил Глава. 

— Вы хотите сказать, что когда-то в моем роду были всадники? — спросил Макс, потирая руками усталые глаза. - Моя мать жива, а отец умер от рака легких.

— Значит, ген проснулся именно в тебе. Он может передаваться через поколение. Закономерности нет, — пояснила Эвони. Она больше не держала на него зла, но Джонсон все еще не был ей приятен.

— В твоем роду был сильный всадник, потому что душа, из которой появился меч Холодной луны, принадлежала самому первому воину сна - Йонасу.

Макс догадывался об этом, потому что уже не один раз видел странного мужчину с серебристыми волосами, был в его теле, орудовал мечом, целовал чужую любимую женщину. Он замолчал, потому что не захотел говорить об этом при всех. 

— Чья душа находится в моем мече? — спросила Элайза.

— Никто не знает. У него не было владельцев до тебя, — сказала Эвони. — Наверняка, девушка-воительница. 

— Откуда вы все знаете? — взревел Макс. Эта парочка друзей раздражала его с каждой секундой все больше и больше. 

— Мы живем  тут уже несколько столетий, поэтому узнали много секретов, которые здесь охраняют под строжайшим запретом, — спокойно ответила Эва.

— Живое доказательство регенерации, — тихо сказала Элайза. Ей хотелось зареветь от того, что она узнала. Девушка держалась из последних сил, которые иссякали с каждой секундой.

— Как тогда умер Адам? — спросил обеспокоенный Макс.

— Бессмертие получают не все всадники. Заживление ран и физическое не увядание организма всего лишь маленькая толика того, что подразумевает это понятие, — пояснил Каин, гневно поглядывая на своего соперника. 

— Ничто не вечно, — поддержала друга Эвони. — Вам нужно принять это и идти дальше.

Элайза вмиг поменялась в лице: стала мертвенно бледной. 

— Мне нужно выйти, — сказала она, поднимаясь с мягкого кресла.

— Все хорошо? — спросил Макс, глядя на встревоженную девушку. 

— Да, скоро вернусь, — ответила Эл, а у самой перед глазами была белая пелена, девушка на автомате дошла до двери. Только она захлопнулась, как мысли всадницы заполнились темнотой. 

Мертвая душа. Меч. Крик, зовущий ее. Дьябулус. Она владеет орудием могучего черного всадника - монстра во плоти. Но ведь он жив.

Элайза вспомнила, как проснулась в черной одежде, как оказалась в теле другой женщины. Синяя полночь. Ее глаза были похожи на темно-синее ночное небо. Лори. Лори - дьябулус? 

Мысли смешались в голове. 

Как она могла быть родственницей дьябулуса? Он большую часть своей жизни провел в заточении.

Девушка шла по коридору, опираясь о стены, единственную опору, которая не давала ей упасть. Когда она добралась до лестницы, то только каким-то чудом не полетела с нее кубарем вниз. Нащупав перила, Эл медленно опустилась на ступеньку, а затем присела.

— Это невозможно! — шептала она себе под нос. 

Всадницу трясло от осознания правды. Значит, Уолберг должна быть на темной стороне? Но почему тогда ее взяли сюда в Корпорацию. 

"Эмил! Эмил знает все ответы. Ведь именно он отобрал меня в ряды белых воинов".

Она попыталась встать, но сойти вниз ей так и не удалось. 

Девушка почувствовала легкий толчок руки в спину - и она полетела вниз. Каждая ступенька оставляла на хрупком теле отметины. Но Эл почти не чувствовала боли. Как только закончился пролет, Элайза даже попыталась подняться, но удалось лишь оторвать голову от винтажного ковра на пару сантиметров. Послышались легкие шаги, а вскоре они остановились возле нее. Всадница открыла глаза и увидела перед собой... Нэнси.

— Привет, дорогая! — сказала она, а губы уже расплылись в улыбке. — Узнаешь меня?

Но от прежней подруги не осталось ни следа. 

Девушка ударила ее ногой по лицу и Эл отключилась.

— Ну, зачем ты так? — спросил только что появившийся Эмил. — Она нужна мне живой. Уже скоро она не сможет противиться зову Йонаса, и тогда дело останется за малым. Нужно только не упустить момент. Присматривай за ней. А сейчас уходим.

Они прошли сквозь стену и оказались в своем убежище. 

— Почему мне нельзя убить ее сейчас? — захныкала, как обиженный ребнок, Нэн. — Я хочу мести за свое пребывание в больнице.

— Глупая, мне нужны два меча. А после смерти Элайзы, он просто вернется в оружейную. Я должен прикончить ее. Иначе его не забрать, — сказал Эмил. Он доверял девушке большую часть плана, но она по-прежнему не знала, зачем ему Макс и Эл.

— Ты выпустил дьябулуса? — спросила она, вспоминая сегодняшнюю встряску.

— Нет, только меч Элайзы в моих руках выпустит ее...

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Макс посмотрел на время: прошло двадцать минут, а Элайза все так и не пришла. Сидеть рядом с Каином и Эвони было невыносимо, поэтому он встал и направился к двери:

— Пойду, проверю, как там Эл.

— Я с тобой. — Вскочил Каин, даже не раздумывая ни еа секунду.

— Голубки, успокойтесь, ей нужно осмыслить информацию. Девушки, в отличие от вас, очень ранимые, — сказала Эвони, ухмыляясь. — Идем вместе.

— Ее нигде нет. — Начал паниковать Макс.

— Коридор чист, — сказал Каин, возвращаясь с восточного крыла.

— Как любовь портит людей, — тихо сказала Эвони, доставая свой планшет. — Понятно, почему отношения между всадниками запрещены. Посмотрите на себя. Два сильных воина паникуют из-за какой-то девчонки. Она на лестнице.

Все трое кинулись туда, где на пролете лежала Элайза, не подавая признаков жизни.

Эвони сразу проверила ее пульс:

— Дышит, но нос, похоже, сломан, а на лице весь день будет красоваться огромный синяк, — сказала девушка, оглядывая повреждения Эл.

— Тот, кто это сделал, наверняка знал, что ее нельзя так просто убить, — промолвил Каин.

- Похоже, что этот кто-то уже скидывал Элайзу с крыши, — добавил Макс. — Ее нужно защитить.

— И кто это сделает? — мгновенно взвинтился воин. — Ты даже не можешь совладать с самим собой!

— Она никогда не выберет тебя! — взревел Макс, сжимая кулаки.

— А это мы еще посмотрим! — Каин первым нанес удар сопернику в лицо, от которого у Макса пошла кровь из носа. Но он смог нанести ответный хук, разбив сопернику губу.

— Успокойтесь! — кричала Эвони, не зная, как ей разнять двух крупных исильных парней. Ведь получить от кого-нибудь из них она не хотела.

— Элайза не твоя собственность! — хрипел Каин, когда Максу удалось завалить его навзничь и сдавить шею.

— Но и не твоя! — отвечал всадник, продолжая атаку.

Каин сумел выпутаться из твердой хватки противника. Они могли долго кататься по пролету лестницы, который это позволял, но внезапно Элайза издала приглушенный вздох и открыла глаза.

Парни вмиг распутались из стойки и полетели к ней, и здесь соревнуясь в первенстве. 

— Что с вашими лицами? — спросила она шепотом.

— Кто это сделал? — громко спросили одновременно всадники.

Эл сморщилась, потому что из-за крика у нее начала болеть голова еще сильнее, чем несколькими мгновениями раньше.

— Я не знаю, — соврала она. Говорить про Нэнси не хотелось. При одной мысли о том, что ее подруга стала на сторону зла, дышать становилось все труднее, а сам воздух казался раскаленным железом. 

— Отнести тебя в лазарет? — предложил Макс, резко хватая ее за руку, от чего головокружение проявилось с новой силой. 

— Нет, только не туда. Завтра ведь все пройдет. Лучше в комнату, — ответила девушка, ожидая ответной реакции от окружающих ее ребят. — И льда, побольше, если можно.

— Я принесу, — тут же отозвалась Эва.

Каин стоял и молчал, облизывая разбитую губу, из которой шла кровь. Он не понимал, как не смог сдержаться. Ведь уже много лет это получалось делать. 

Когда двое ребят скрылись из виду, рыжеволосая всадница промолвила:

— Я же говорила тебе не связываться с ней. Мы не должны вмешиваться в ход событий.

— Отстань, - хмуро ответил Каин. — Мне надоело наблюдать за тем, как она умирает.

— Эмил тебя за это по головке не погладит, — сказала Эвони, спускаясь вниз по лестнице  в столовую за льдом.

— Ты же была ее приближенной совсем недавно, что изменилось? — спросил воин, но в ответ получил лишь средний палец левой девичьей руки. 

Каин усмехнулся, но от гримасы, начала болеть разбитая бровь, которая оказалась рассеченой, и пошел в свою комнату, чтобы, наконец, переодеться и принять душ, подумать о том, как скрывать свои чувства от той, что разбивала ему сердце.

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

— Я хочу побыть одна, — сказала Элайза, когда Макс заботливо положил ее на кровать. Да, в его сильных объятиях приятно находиться, особенно слышать учащенное биение сердца, но сейчас она чувствовала себя очерненной и опустошенной.

— Нет, больше я тебя не оставлю одну, — ответил Джонсон, отрицательно качая головой. - Уже второе покушение.

— Это не твои проблемы, Макс, а мои, — промолвила Элайза, забираясь под плед, чтобы закрутиться в комочек. Лицо жутко болело. Будто по нему проехали экскаватором. Уолберг никогда не думала, что у Нэнси может быть такой удар. Самое хорошее, что можно извлечь из этой ситуации: она цела, и, похоже,  с психикой у нее все в порядке.

Вошла Эвони. Она постучала, но только когда уже открыла дверь.

— Тук-тук, вы не голые? — пошутила всадница, улыбаясь во весь рот.

— Нет, — грубо ответил Макс. — Спасибо за лед, можешь идти. 

— Черт, — ругнулась Эва, — я не взяла ничего, куда бы можно было все это положить.

— Поищи в шкафу что-нибудь, — подсказала Элайза, приподнимаясь на кровати, делая из подушки опору, чтобы лучше видеть ребят.

— Я сам. — Макс опередил ее и открыл шкаф, разглядывая вещи девушки. Он искал платок или шарф. Вскоре ему на руки легла бирюзовая шелковая материя. Джонсон замер и не мог оторвать от него глаз.

— Ты чего там застрял? Трусики женские рассматриваешь? — спросила Эвони и громко рассмеялась над собственной шуткой. — Лед тает.

— Откуда это у тебя? — Макс повернулся к Элайзе лицом, рассматривая шарф, на котором были вышиты две золотые буквы "M" и "L". 

— Не знаю, никогда не видела его у себя, — ответила Эл, не понимая его реакции на какую-то тряпку. 

— Так, все, проваливай отсюда. — Эва протолкнула Макса к двери и он ушел, не сопротивляясь. 

Она сама нашла платок, в который завернула несколько кусочков люда и протянула его Эл. 

— Спасибо. — Девушка приложила компресс к носу и облегченно выдохнула. — Вот так лучше.

— Что это с ним? — спросила Эвони, присаживаясь к ней на кровать.

— Не знаю. Сколько бы раз я не пыталась понять его, ничего не получается. Он то приближается ко мне, то отдаляется. Но...

— Макс тебе нравится, — закончила за нее Эви, так как Элайза замолчала.

— Да, и даже больше. — Она не стала ничего говорить про свои сны, про кусочки прошлого, которые видела, потому что не знала, стоит ли верить всаднице.

— Ну и дела, — прошептала девушка, хотя видела это уже чуть не миллион раз.

— Не говори никому, ладно, не хочу, чтобы у него были из-за меня проблемы, — попросила блондинка, перекладывая лед на щеку, чтобы хоть как-то снизить отек.

— И это говорит девушка со сломанным носом...

╔━═━═━︽︾♚︾︽━═━═━╗

Эсми сидела в комнате, ожидая, когда придет Эмил. Он не заходил уже продолжительное время, а ей казалось, что прошла вечность. Каждую ночь после вылазки она смотрела на дверь в надежде, что та откроется и войдет он... Ее любимый.

Просидев час, она собрала вещи и пошла в душевую. Там горел свет, и она услышала звук льющейся воды.

— Ну вот, — прошептала Эсми и вошла внутрь. Она никогда не любила мыться в групповом душе вместе с кем-то рядом, но теперь выбирать не приходилось.

Пройдя вперед, Андерсен услышала стоны, причем женские. Всадница уже хотела кричать о том, что нарушать правила нельзя, но когда увидела Эмила с какой-то незнакомкой, то во рту пересохло, а вещи посыпались из рук на плиточный пол. Шум отвлек их, и две пары глаз устремились на нее. Губы девушки дрожали. Она едва сдерживала слезы, но продолжала стоять по стойке смирно. 

— Моя дорогая Эсми, — сказал Эмил, отвлекаясь от процесса, выходя из кабинки, в чем мать родила. Идеальное мужское тело: на животе виднелись накаченные мышцы, мускулатура не ярко выраженная, но для среднего телосложения было нормой. Да и то, что находилось ниже, привлекало к себе. Только сейчас он казался ничтожеством, грязным животным, только вынырнувшим из теплой норки. 

— Кто она? — дрожащим голосом спросила розоволосая девушка. 

— Моя спутница. Хочешь к нам? — спокойно ответил он, подходя к ней ближе.

— Нет, лучше я пойду, — ответила Эсми и стала собирать свои вещи с мокрого пола.

—Ты никуда не пойдешь! — грубо сказал Эмил, хватая ее за руки и отбрасывая к стене. Эсми завыла от тупой боли, но попыталась встать. 

— Милый, ты скоро? — послышался голос Нэнси. — Я уже замерзаю без тебя.

— Иду, дорогая, — сказал он, подходя к бедняжке, которая почти встала, опираясь за плитку. — Прости, ничего личного, мне нужна только сила твоего меча.

Глаза Эмила стали оранжевыми, как адское пламя. Он несколько секунд смотрел в глаза Эсми, а затем она закрыла глаза и обмякла.

— Уже иду, милая. Уже иду..