20. Откровение

Гермиона с тяжким вздохом поглядела в сторону Запретной секции.— Тш-ш, Грейнджер, — пронеслось в ее голове воспоминание о некогда сказанном Малфоем. — Это библиотека.

Неужели в этом замке не осталось ничего, что не напоминало бы о нем?

Она не слышала о нем шесть дней.

Крестражи, напомнила она себе, на мгновение прикрыв глаза и плотнее запахнув свой кардиган; она попыталась сосредоточиться, но все равно по ее телу пробежала дрожь. В последнее время малейшего воспоминания о малфоевской ухмылке было достаточно, чтобы послать неровный строй мурашек по ее спине. Отсутствие лишь усиливает любовь, подумала она, нахмурив брови.

Она вдруг забыла, зачем пришла. Крестражи, подумала она с решимостью, мысленно себя пнув. Соберись.

Она уже пролистала учебные пособия и не нашла ни одного упоминания о крестражах, хотя в этом не было ничего удивительного. Учитывая то, сколько раз она их прочитала (это был далеко не первый раз, когда Гарри нужна была информация о неком запретном объекте), она непременно узнала бы предмет, если бы вдруг наткнулась на него до этого. Она с опаской поглядела на темневшие впереди стеллажи.

Сейчас или никогда, подтолкнула она саму себя, а потом, пожав плечами, шагнула вперёд.

И где искать? Она принялась медленно озираться по сторонам, обдумывая варианты. Как там назвал их Гарри? Табу, сосредоточенно подумала она — и прикрыла глаза, пытаясь обострить все прочие чувства. Вся секция гудела от энергии — книги словно перешептывались между собой, тихонько делясь друг с другом своими секретами. Она искала хоть какие-нибудь зацепки, и сама магия казалась ей тьмой. Вдруг она ощутила какой-то глухой мрак в углу запретной секции и направилась туда, широко распахнув глаза и пытаясь определить источник звука.

Одна из книг будто бы вибрировала; ее корешок дрожал, а сама она гремела на полке, издавая шум. Гермиона улыбнулась; она провела в библиотеке достаточно времени, чтобы понять, что книги, какими бы безобидными они ни казались, могли быть довольно злобными, когда хотели, чтобы их нашли. Она подошла к книжной полке и прищурилась, вчитываясь в обложку.

«Волхование всех презлейшее» прочитала она тихо, задумчиво покусывая губу. Она чуть наклонила голову, заметив то, как располагалась книга — упав по диагонали и заняв пустующее место вместо книги, которая должна была стоять рядом. В зазоре между ними скопилась пыль, и Гермиона была почти уверена, что раньше здесь стояла другая книга — соседняя.

Она достала с полки «Волхование всех презлейшее» и чуть закашлялась, когда ей в лицо полетела пыль. Книжные страницы были тонкими и хрупкими на ощупь — она заметила, что оставляет отпечатки в уголках.

— Прости, — прошептала она виновато, поднимая палочку. — Invenire крестраж, — приказала она, стукнув кончиком по переплету.

Книга сама вырвалась из ее рук и громко рухнула на пол, стремительно перелистывая на нужную страницу. Гермиона склонилась над ней и заскользила пальцем вдоль строчек, останавливаясь на нужном объекте.

«Крестраж, злейшее магическое изобретение, о котором нам нельзя ни говорить, ни намекать...»

Она резко смолкла.— Блин, — пробормотала она одними губами, со злостью кусая губу — а потом уселась на пол, скрещивая ноги, и положила книгу на колени. Обычно она не любила ругаться, но ужасно разозлилась из-за отсутствия информации — а еще обнаружила, что в этом слове было нечто притягательное, когда его произносил Малфой: каким-то образом его язык даже ругательство превращал в изысканный способ самовыражения.

Вот блин, снова повторила она, испуская раздраженный вздох и проклиная собственные мозги. Только не Малфой. Не сейчас.

Ее лицо болезненно скривилось — она вдруг подумала, как славно было бы, окажись он сейчас рядом. В тот момент ей хорошо было понятно это чувство. Обычно она испытывала его из-за одиночества или тоски по Малфою, но теперь ей мог пригодиться его совет. С такой семьей, как у него, он наверняка должен был знать, где именно искать — плюс ко всему, он был находчив, этот умный засранец, этого нельзя было отрицать.

Гермиона с силой захлопнула книгу, выпуская в воздух облачко пыли. Книга оказалась чрезвычайно бесполезна.

Она вновь уставилась на пустующее место на полке, гадая, что могло там находиться раньше. Книги в этой библиотеке были рассортированы по категориям; может, в книге, что стояла там, было больше информации.

Да почти любая информация будет полезней, чем «нам нельзя ни говорить, ни намекать», проворчала она про себя.

Она нахмурила брови и стукнула палочкой по пыльному месту, где раньше наверняка стояла книга.

— Libellus revellio, — проговорила она шепотом.

Сперва ничего не произошло. Она с любопытством наклонилась к полке, опершись о стеллаж обеими ладонями в ожидании какой-либо реакции. Заклинание должно было сработать, подумала она, нахмурившись; она довольно часто использовала его в других секциях библиотеки, когда хотела узнать, какой книги не хватало на полке.

Она прищурилась, заметив некое движение во тьме. Неужели это...

Из книжной полки вдруг вынырнули две призрачные руки, паучьими щупальцами потянувшись к ней и обхватив ее застывшее тело. Она пронзительно закричала, когда костлявые руки вдруг дернули ее к стеллажу, припечатывая к полкам. Гермиона вцепилась в запястья, державшие ее за воротник, но ее отчаянно дрожавшие руки поймали лишь воздух, не в силах ухватиться за щупальца. Другие книги на полках громко улюлюкали, пока Гермиона барахталась, подбрасывая ноги в воздух и отталкиваясь ими от пола. Она снова вскрикнула, пытаясь удержать равновесие, как вдруг чужие руки резко отпустили ее и оттолкнули от себя, отбрасывая к противоположной полке. Книги позади нее раскрыли свои страницы и завизжали; она закрыла глаза, чувствуя, как все ее тело поглощает засасывающая ледяная тьма.

***

Когда она вновь открыла глаза, над ней, скрестив на груди руки, нависала мадам Пинс.— Какого черта Вы тут делали? — резко спросила она, глядя то на Гермиону, то на горы книг, раскиданных вокруг.

— Я... я ничего не делала! — пролепетала Гермиона; голова раскалывалась. — Я лишь пыталась узнать, что за книга там стояла...

— Где? — требовательным тоном спросила мадам Пинс, подбоченившись. — Что вы вообще тут искали?

Гермиона нетвердым шагом подошла к книжной полке и указала на нужное место.— Вот здесь. Я взяла книгу, которая стояла рядом... и хотела узнать, какой не хватает...

Лицо мадам Пинс сделалось белым как мел, но женщина быстро взяла себя в руки.— Эта секция, — проговорила она, выпрямляясь, — не предназначена для учеников. — Она нахмурилась. — Я вынуждена проинформировать об этом профессора Дамблдора...

— Нет-нет! — поспешно воскликнула Гермиона, не имея ни малейшего желания с ним объясняться. — Я... я искала кое-что для... я сдаю С.О.В. по Защите от темных искусств, которую ведет профессор Снейп...

— В самом деле? — недоверчиво спросила мадам Пинс, глядя на Гермиону поверх своих очков. — Назовите свои имя и факультет.

— Мадам Пинс! — вскричала она. — Вы же и так меня знаете!

— Ничего подобного, мисс Грейнджер, — фыркнула она. — У Вас должно быть разрешение от профессора Снейпа, если Вы планируете и дальше здесь находиться...

— Я могу попросить у него! — выпалила Гермиона, пытаясь собрать свои вещи. — Сейчас, я только...

— Нет уж, мисс Грейнджер, — возразила мадам Пинс. Она резко развернулась и указала Гермионе идти за ней. — Давайте вместе нанесём ему визит, хорошо?

Гермиона скорчила гримасу, но кивнула.— Ко... конечно.

Она плелась позади, пока пожилая ведьма торопливо шла вдоль секций; полы ее мантии колыхались следом. Множество людей поднимали головы — неудивительно, учитывая тот хаос, который она устроила, — но быстро отворачивались, не заметив ничего интересного. Гермиона вздохнула и ускорила шаг, чуть ли не наступая мадам Пинс на пятки.

— Профессор Снейп, — позвала мадам Пинс, когда они вошли в пустой класс. Он возник в дверях своего кабинета, хмуро поглядывая на библиотекаршу.

— В чем дело, мадам Пинс? — спросил он с раздражением в голосе. — В данный момент я немного занят...

— Всего одну секунду, Северус, — быстро сказала она, словно осознавая свое несвоевременное присутствие и прося за него прощения.

Он глубоко втянул в себя воздух, явно делая над собой усилие, чтобы не огрызнуться.— Ладно. — Он подавил тяжелый вздох, спустился вниз по лестнице и вышел к ним в класс. Впервые он заметил Гермиону, и его глаза вопросительно сузились.

Она нервно прокашлялась.

— Эм... добрый день, профессор, — проговорила она слабым голосом. Он ничего на это не ответил и вновь оторвал от нее взгляд.

— Так что случилось, мадам Пинс?

— Мисс Грейнджер находилась в запретной секции и активировала очень... — Мадам Пинс смолкла, подбирая нужное слово, — очень злое заклятие. — Она расправила плечи. — Она утверждает, что это как-то связано с Вашими уроками...

— И что за книга? — перебил ее Снейп, не в силах справиться со своим любопытством. Гермиона понятия не имела, насколько это было важно — Снейп ведь прекрасно помнил, что не говорил ей идти в запретную секцию.

Она лишь в этот момент осознала, что все еще держит книгу в руках.— «Волхование всех презлейшее», — сказала она, заливаясь неловким румянцем от того, что ей пришлось озвучить название вслух.

Снейп нахмурился.— Эта книга вовсе не проклята, — проговорил он ровным голосом. — Она неприятна, да, но время от времени может послужить источником информации для моих учеников, — напомнил он мадам Пинс.

Пожилая женщина прокашлялась.

— Там была не эта книга, — сказала она медленно. — Заклятие было наложено на... на ее соседку, — проговорила она дрожащим голосом — словно надеясь, что он прочитает ее мысли.

Снейп взглянул на нее все с тем же недоумением.

— Ну и что это тогда за книга? — спросил он с явным нетерпением. — Очевидно, что...

— Там не было книги, профессор, — сказала Гермиона — и поморщилась, услышав собственный писк. — Я использовала заклинания libellus revellio, чтобы узнать, что за книга там стояла, а потом меня схватили какие-то... — Она замолкла, пытаясь подобрать слова, — какие-то костлявые руки...

Снейп быстро оборвал ее; в его глазах вдруг что-то загорелось.— Всего лишь невинная ошибка, мадам Пинс, — быстро сказал он. — Уверен, что мисс Грейнджер сожалеет о своей неловкости — не так ли, мисс Грейнджер? — Он поглядел на Гермиону.

— Да! — сказала она поспешно. — Простите, мадам Пинс, я вовсе не хотела устраивать такой бардак... И обещаю, — добавила она, — что в следующий раз у меня будет с собой письменное разрешение от профессора Снейпа.

Ей показалось, она услышала, как мадам Пинс бормочет: «лучше бы этого следующего раза не было», но пожилая ведьма лишь кивнула, выхватила «Волхование всех презлейшее» из рук Гермионы и, развернувшись, зашагала к выходу.

Лишь когда дверь за ней захлопнулась, Гермиона вновь устремила взгляд на Снейпа; тот с любопытством глядел на нее в ответ.

— Так-так, мисс Грейнджер, — протянул он; его глаза блеснули, и он сложил вместе кончики пальцев. — Похоже, Вы угодили в ловушку, не так ли?

Она нервно рассмеялась, заламывая руки.— Спасибо, — тихо поблагодарила она. — Снова, — добавила она уже громче, возя ногой по деревянному полу. В конце концов, за последние несколько дней это был уже второй раз, когда Снейп неожиданно приходил ей на выручку.

Он кивнул, словно ее благодарность была несущественной.— Справедливость есть справедливость, мисс Грейнджер, — сказал он. — А теперь объяснитесь.

Она закусила губу, все еще не поднимая глаз.— Дело... дело на этот раз не в Малфое, — начала она издалека. Она подняла глаза и обнаружила, что Снейп пристально смотрит на нее, чуть сощурившись.

— Значит, всего лишь собственный исследовательский проект в темнейшей секции библиотеки? — предположил он насмешливо, потирая пальцами подбородок.

Она помолчала, а потом вздохнула.

— Нет, — призналась она. — Я искала кое-что для Гарри. — Она чуть наклонила голову и исправилась: — Точнее, и для профессора Дамблдора, я полагаю.

На этот раз взгляд Снейпа сделался колючим.

— Продолжайте, — скомандовал он, глядя куда-то сквозь нее.

— Ну, я и сама-то толком не знала, что искать, — сказала она, выпрямляя плечи, — так что, может, Вы мне объясните.

Выражение лица Снейпа сделалось крайне раздраженным.— И? — нетерпеливо подтолкнул он.

Она сделала глубокий вздох.— Можете рассказать мне о том, что такое крестраж? — спросила она неуверенно, пытаясь говорить откровенно.

Она не знала, какой реакции ждала, но, как и всегда, не получила ничего. Он облокотился об одну из парт и накрыл ладонью подбородок. Она принялась ждать.

— Крестражи не входят в школьную программу школы Хогвартс, — медленно проговорил он.

Отлично. Гермиона чуть не закатила глаза.— Ладно, а...

— Я не закончил, — перебил он ее резко. — Их не проходят на уроках, потому что это очень злой предмет. Чистый порок, грязное использование магии... — Он презрительно сморщил нос.

— А почему их не проходят? — спросила она. — Это ведь Защита от темных искусств. Разве нам не лучше будет знать, с чем предстоит столкнуться?

— Случай столкнуться с крестражем выпадает крайне редко, мисс Грейнджер, — предостерёг ее профессор Снейп, поджав губы. — Впрочем, лично я убежден, что запрет на этот предмет был введен в педагогических целях, дабы не дать проникнуть этой информации к ученикам, которые могут... злоупотребить своими знаниями. Это объясняет заклятие.

— Заклятие? — Она нахмурилась. — Вы имеете в виду то, что произошло в библиотеке?

— Да, — ответил он коротко. — Полагаю, это заклятие должно было лишить Вас доступа к книге, которую, судя по всему, убрали с полок.

Она вдруг ощутила приступ раздражения.— Значит, мне нельзя знать, что такое крестраж?

Он покачал головой.— Сядьте, — приказал он, выделив каждую букву и щелкнув языком. Она против воли подчинились.

— Крестраж — это предмет, хранящий часть чьей-либо души, — сказал он. Она изумленно на него уставилась.

— Хранящий чью-либо душу?! — переспросила она, медленно осознавая сказанное. — Но зачем...

— Что ж, вот мы и подошли к сути вопроса, — перебил он ее. — Это ведь болезненный процесс — разорвать свою душу...

— Но зачем? — спросила она озадаченно, все ещё не в силах уловить смысл.

— Человек состоит из души и  из тела, — медленно проговорил он, используя тот самый тон, которым обучал ее ингредиентам, необходимым для приготовления зелья Дамблдора. — Даже не имея тела, сохраняя душу, ты...

— Обретаешь бессмертие, — осознала она, задохнувшись.

— В каком-то смысле. — По его лицу пробежала тень. — Мягко говоря, не самый приятный способ продолжать жить.

Какую-то минуту они оба молчали. Гермиона задумчиво жевала кончик большого пальца, а Снейп словно обдумывал собственные слова.— С каких пор мистера Поттера интересуют подобные вещи? — спросил он резко, будто на него внезапно нашло озарение.

— Профессор Дамблдор... он... — Она поколебалась в нерешительности, не зная, сколько информации может скрыть. — Думаю... думаю, профессор Дамблдор решил, что Гарри должен это знать.

Гермионе показалось, что в темных, полуприкрытых глазах Снейпа мелькнул страх.

— Это связано с Темным Лордом, — произнес он хриплым шепотом. Это был вопрос, но он будто знал ответ.

— Все всегда с ним связано, не правда ли? — отважилась она, выдерживая его взгляд.

Снейп встал и принялся вышагивать по классу.— Вам нельзя упоминать об этом, мисс Грейнджер...

— Но... погодите минуту... — спохватилась она, подскакивая. — Я все еще не до конца понимаю — как можно создать крестраж? Они очень распространены? Почему нельзя...

— Вы не хотите знать, как его создать, уверяю Вас, — резко оборвал он ее. — В этом замешано как минимум убийство... одно ужасное преступление против другого, против себя самого... И они не распространены — их вообще почти не используют... — добавил он, продолжая. — Крестраж — это...

— ... злейшее магическое изобретение? — спросила она, цитируя бесполезные строчки из «Волхования всех презлейшего».

Он застыл, впиваясь в ее лицо затравленным взглядом.— Я Вам вот что скажу, мисс Грейнджер, — произнес он мертвым голосом. — Боюсь, что на данный момент мы оба знаем слишком много.

***

Что ж, подумала она, идя вдоль школьных коридоров. Все пошло не так, как я планировала.

В том, как Снейп отреагировал на ее вопрос о крестражах, таилось нечто ужасно тревожное. Она предполагала, что это было как-то связано со страхом, мелькнувшим на его лице.

Предмет, хранящий часть чьей-либо души. Что-то в голове не давало ей покоя, пока она повторяла про себя определение Снейпа. Словно маленькая иголочка в дальнем уголке ее сознания — словно некая деталь, которую она забыла связать со всем остальным.

Ну же, Гермиона, подначивала она саму себя. Предмет, хранящий часть чьей-либо души.

Предмет, хранящий часть чьей-либо души.

Предмет...

Она задохнулась.

— Я сказала ему, что ты ищешь что-то в замке. Сказала, что именно это задание тебе дали.

Нет, подумала она, тряхнув головой. Не может такого быть...

Она услышала в голове задумчивый голос Малфоя.— Думаю, если бы он правда хотел что-то скрыть, это было бы просто. Салазар Слизерин тысячу лет прятал здесь огромную змею, и никто не замечал...

— Нет! — вслух воскликнула она, внезапно остановившись. Неужели она случайно обнаружила что-то секретное, когда попыталась солгать о Малфое?

Что, если в этом и заключается его задание? — подумала она, вновь шагая вперед и чувствуя, как заходится в ударах сердце. Что, если я все-таки помогла Гарри выйти на след Малфоя? Она была уверена, что задание заключается в чем-то другом — эти исчезательные шкафы... она и не думала... она лишь предполагала, но что она на самом деле знала...?

Она ускорила шаг; мысли бешеной стаей носились в ее голове. Я должна найти его, подумала она в отчаянии, меняя направление. Она должна была поговорить с ним — и прямо сейчас, пусть даже это означало спуститься в подземелье Слизерина...

На ее пути возникло длинное рыжеволосое препятствие.

— Ой, Миона!

— Прости, — буркнула она, пытаясь пройти мимо него.

— Эй, постой! — Рон поймал ее за руку, удерживая. — Что происходит?

— Ничего, — протараторила она. — Просто мне нужно...

— Куда ты идёшь? — В его взгляде вспыхнуло любопытство. — Ни с того ни с сего вдруг в подземелья решила наведаться?

Она остановилась, медленно осознавая смысл его намека. Какая же ты неосторожная, вздохнула она про себя. Тебе нечего делать в подземельях.

— Я... прости, Рон. — Она сделала глубокий вздох. — Я просто... задумалась...

— Да все нормально. — Он ласково ей улыбнулся. — Правда, я хотел перекинуться с тобой пару слов, если у тебя есть минутка.

— О, — удивилась она. — Конечно.

Он указал вперёд.— Пройдёмся? — предложил он. Она кивнула и вновь зашагала в ту сторону, куда шла изначально, и чем дальше она уходила от места, где так отчаянно хотела бы быть, тем тяжелее становилось у нее на сердце. Придется найти Малфоя как-нибудь в другой раз, подумала она со вздохом.

— Ты хотел поговорить о чем-то конкретном? — спросила она, пытаясь выкинуть из головы Снейпа, крестражи и Малфоя.

— Ну, — начал он, — в общем-то, да.

— Вот как, — отозвалась она. Она была благодарна ему за их негласный уговор не поднимать определенную тему и очень не хотела говорить о ней теперь.

— Как я уже говорил, ты и я... в общем, понимаешь... — Он прокашлялся. — Я... все ещё думаю, что мы созданы друг для друга, Миона.

Она остановилась, глядя на него со скепсисом.— Ты это серьезно, Рон? Нет, правда — ты серьезно?

Он нахмурился.— А что в этом такого?

Она вздернула брови.— Ты меня спрашиваешь?

— Нет, — быстро поправился он, — в смысле, да, я серьезно. — Он нервно рассмеялся и взъерошил волосы.

Из-за этого порывистого движения ей на ум тут же пришел образ Малфоя, в частности — его привычка приглаживать свои белоснежные волосы. Малфой имел обыкновение делать так, когда он размышлял, а не когда волновался, как это делал Рон. У Малфоя вообще не было никаких проявлений волнения, вдруг осознала она. Ох уж этот красивый идиот, подумала она, рисуя в уме его самоуверенную ухмылку.

— Миона? — позвал неуверенно Рон, пытаясь проследить за ее затуманенным взглядом.

— Ой, прости! — воскликнула она, возвращаясь мыслями к настоящему. Она покачала головой. — Так о чем мы там говорили?

— Эм... — Его брови нахмурились. — Я говорил о нас, — недовольно напомнил он ей.

— Ах да, — спохватилась она. — Так вот, если честно, Рон, я не совсем понимаю, что ты хочешь этим сказать. Что, по-твоему, теперь может быть между нами?

— Я знаю, что совершил ошибку с Лав, но мне казалось, я все исправил... — Гермиона покачала головой.

— Нет, Рон, дело не только в этом, — проговорила она мягко. — Помнишь? Ты разозлился на меня. Не будь у меня так мало времени...

— Но сейчас-то все иначе, разве нет? — спросил он порывисто. — Ты больше не занимаешься зельем, и теперь, когда мы столько времени провели вдали друг от друга, я осознал, как это странно — когда тебя нет рядом...

Она нахмурилась. Что-то во всем этом было не так — хотя она не могла понять, что именно ее смущает.

— Думаю, мне было это нужно, — продолжил он. — Мне нужно было совершить ошибку, чтобы научиться тебя ценить...

Она смутно вспомнила сюжет какого-то маггловского фильма, который любила ее мама.

— Вот как? — спросила она. — Тебе понадобилось что-то, что заставило бы тебя ценить меня? А просто так ты не мог... меня ценить?

Он открыл рот, но тут же неуверенно его закрыл; она закусила губу, внезапно ощутив раскаяние.

— Прости, — проговорила она. — Я слишком к тебе строга.

Разве? Стоило ей ощутить свою вину за то, что все пошло не так в отношениях с Роном, как у нее перед глазами возникло лицо Малфоя. Все с тобой в порядке, Грейнджер, напомнил бы он ей.

Скажи это мне в лицо, Малфой, подумала она со злостью.

— Я не хочу обнадеживать тебя, Рон, — честно сказала она. — Я знаю, ты пытаешься наладить наши отношения, и я правда это ценю. — Она робко ему улыбнулась. — Ты ведь знаешь, какой я бываю упрямой.

На ее улыбку он ответил радужной ухмылкой.— О да, я знаю. Но все в порядке, — добавил он. — Если тебе нужно время...

Она кивнула.— Нужно, спасибо. Я просто не уверена... — она замолкла на секунду, а потом разочарованно вздохнула. — У меня сейчас столько всего, в чем я не уверена...

Он тут же просиял.— Тогда давай-ка вот с чего начнем... С кем ты идешь на Межфакультетский бал?

Она моргнула. Она совсем забыла о Межфакультетском бале...— А его разве не отменили? — Вопрос был абсурдным.

Он рассмеялся.— Нет. Малфой жив, поэтому МакГонагалл все равно проведет свой бал.

При упоминании его имени она вздрогнула.— О, — произнесла она уже, наверное, раз в сотый. — Видимо, ни с кем...

— Тогда, может, ты захочешь пойти со мной? — Он одарил ее улыбкой, полной надежды. — Никакого принуждения, — поспешил он добавить, — я лишь подумал...

Она склонила голову набок, обдумывая его предложение.— Конечно, — сказала она наконец. — Да, звучит неплохо. — Она улыбнулась ему и ощутила, как тепло становится на сердце от того, какая радость заплескалась в его голубых глазах. — С удовольствием.

Он испустил неровный вздох.— Славно, — произнес он с облегчением. — Я рад, что все не до конца испортил.

— Все в порядке. — Она похлопала его по плечу. — Если бы ты обрел с Лавандой счастье, я бы только порадовалась за тебя.

Она понадеялась, что он запомнит это — вдруг в будущем у них произойдет похожий разговор.

Он коснулся ее щеки кончиком большого пальца.— Знаю, Миона, — проговорил он с умилением. — Ты гораздо лучший человек, чем я.

Неправда, подумала она с горечью.

— Это точно.

— Эй, не сыпь мне соль на рану! — Он рассмеялся и забросил руку ей на плечо.

Она выдавила из себя улыбку, совсем чуточку себя ненавидя.

***

Той ночью в ее голове могли бы мелькать многие вещи. Почему Малфоя так беспокоили исчезательные шкафы? Был ли один из них в замке? А где был другой? Чего боялся Снейп? Была ли она права, решив, что Волан-де-Морт может хранить крестраж в Хогвартсе — и, если да, что это могло значить? Неподъемный груз вопросов, на которые не было ответа, запросто не дал бы ей заснуть.

Но она спала, и рядом с ней, держа ее за руку, был Малфой. Она сразу же поняла, что это не взаправду — обычно он не держал ее за руку; он бы обнял ее, прижал бы к груди, но за руку бы не взял, потому что ему этого было недостаточно. Но она все равно расслабилась, решив довольствоваться тем, что есть.

— Где ты был? — спросила она, наклоняясь к нему и нежно целуя в щеку.

Он обнял ее за талию и притянул к себе, одной рукой скользнув ей на затылок и запуская пальцы в волосы.

— Тш-ш, Грейнджер, — произнес он с укором, глядя на ее губы. — Это библиотека.

Она огляделась по сторонам и поняла, что он прав.— А почему мы здесь? — спросила она, прикрывая глаза и целуя его в шею.

— Понятия не имею, — пробормотал он. — Это ведь твой сон.

— А-а, — протянула она разочарованно. — Значит, это сон?

Минуту он сканировал ее лицо, словно пытаясь запомнить каждую черточку.— Мне не хватает тебя. — Он коснулся губами ее губ.

Она ответила ему со всей страстностью, а когда он попытался отстраниться, прижалась к нему еще крепче, отказываясь отпустить.— Ты не можешь уйти, — выдохнула она. — Не уходи.

Она не слышала о нем шесть дней.