Глава 5. Ледяная кровь

Сначала — кости.Будто кто-то извне начал перебирать её позвоночник, сустав за суставом, пальцами, в которых был холод миллионов лет.

С каждым шагом по снежной равнине Вея чувствовала, как меняется. Не внезапно, не ярко — подспудно.Тело становилось чужим, но знакомым. Как песня, которую когда-то слышала во сне.

— Ты хромаешь, — бросил Сархан вперёд, не глядя.

Вея промолчала. Как сказать, что это не боль, не рана, не усталость, а нечто большее?Это был зов. Глубинный. Древний. Из тех, что проходят по крови, как мороз по реке.

Место, где мать коснулась её лба, теперь жгло. Там пульсировало что-то... живое.

Как будто ледниковый вирус окончательно проснулся.

Они наткнулись на ручей — промёрзший, как стекло, с тонкой полоской воды подо льдом. Вея остановилась.И увидела себя.

Сначала — глаза.Больше никаких зрачков. Только золото. Тихое, тёплое, всевидящее.

Потом — волосы.Они покрылись инеем, будто по ним только что прошла метель. Кончики поседели. Но не от старости — от пробуждения.

Сархан подошёл ближе, скользнув взглядом.

— Красиво, — прошипел он. — Ты становишься одной из них.

Он махнул рукой.

На снегу — следы. Огромные. С глубокими бороздами от шерсти и подбитых лап.

Следы мамонта.

Он был совсем рядом.

— Белый. — Сархан выдохнул, как молитву или приговор.

Выстрел пронзил воздух — резкий, как пощёчина судьбы.

Сархан рухнул, крепко сжимая плечо. Снег под ним моментально стал алым, как ягель под топором.

— Сархан! — Вея рванулась к нему, но было поздно.

Из-за скалы появились трое. Их силуэты были суровы, лица скрыты под масками из костей и меха. Шкуры, нашитые металлическими пластинами, звенели при каждом шаге.

— Клан Белого Клыка, — прошептал Сархан, и в его голосе было больше уважения, чем страха.

Один из них, тот, что с белыми линиями на лице, сделал шаг вперёд.

— Орхан ждёт свою дочь.

— Беги, — прохрипел Сархан, дёрнув её за руку, запачканную кровью.

— А ты?

Его механическая рука взвыла, как дикий зверь. Металл нагревался, пар шёл из суставов.

— Я задержу. Должен.

Он посмотрел на неё. Без злости. Без страха. Только смирение и надежда.

— Найди своего мамонта, Вея. Прекрати этот круг. Ты — последняя, кто может.

И тогда она поняла: он больше не охотник. Он — страж у последней трещины, за которой ещё теплится человечность.

Она бежала. Сквозь снег. Сквозь ночь.Сзади — грохот. Взрывы. Крики. Звук рвущейся плоти.

Она не оглянулась. Потому что впереди — Он.

Белый мамонт.Высокий, как горы. Шерсть его переливалась под луной, словно соткана из света, снега и снов.Бивни — как полумесяцы. Глаза — как её. Золотые.

Они встретились взглядом.

И в этот момент Вея поняла.

— Мы идём к Нему. К Спящему. К тому, кто не проснулся. К тому, ради кого её кровь стала льдом.

(конец главы)