Глава 27. Пещера и богиня

Тефания кинулась к Льдинке.

— Что задумала?! — прокричал ей вслед Астериус. — А ну вернись.

— Может я смогу их остановить, пока они в воздухе.

Запрыгнув на пегаса, Тефания вскинула поводья, устремляя Льдинку выше. Та оттолкнулась от земли и взлетела до вершины скалы, с которой утром Тефания наблюдала за Дамианом.

Открывшаяся картина внушала страх: с востока к острову направлялся многочисленный отряд на пегасах. Тефания считала наездников, но сбилась на двенадцатом. Плохо дело.

Поёрзав в седле, Тефания убедилась, что ноги крепко держатся в стремени, и отпустила поводья, направив ладони в сторону врагов. И замерла. Она заметила трёх всадников с волосами разных цветов. Помимо вампиров на этот раз Алессио послал в погоню одарённых разными стихиями, чтобы у Тефании и Астериуса не было преимущества. Но и это были не все неприятные сюрпризы. Из ночной темноты позади пегасов вынырнул чёрный дракон с одарённым огнём на спине.

Стараясь больше не терять времени, Тефания зажмурилась, концентрируясь на даре, и потоки ветра изменили естественное направление, устремляясь к наездникам.

Всадник с белыми длинными волосами блокировал атаку и вернул Тефании её ветер. Набрав скорость, потоки воздуха ударили Тефанию в грудь, выбив из седла. Она успела лишь вскрикнуть.

Игры кончились, Алессио не был нужен никто живой, кроме Мелинды.

Тефания падала спиной вниз, глядя, как рядом с ней барахталась Льдинка. Но она летала всю жизнь, а потому сумела быстро выровняться, пока Тефания падала. Снова.

Теперь она хотя бы знала, что не разобьётся. Кое-как справившись с ветром, прибивающим к земле, Тефания выровнялась и плавно приземлилась. Верная Льдинка спустилась рядом гораздо грациознее.

Астериус, видевший, как Тефания падает с высоты, замер в испуге и не успел ничего предпринять. Когда она приземлилась и еле устояла на ногах, он кинулся к ней и забросил её руку себе на плечи, поддерживая.

— Они совсем близко, среди них одарённые, — поспешно проговорила Тефания. — Я не смогла их остановить.

— Я видел. Это было глупо, но смело, — Астериус потянул её за собой. — Пойдём, придётся дать им бой. И давай больше без самодеятельности.

— Их слишком много...

Астериус внимательно посмотрел на Тефанию и крепче прижал её к себе.

— Тогда придётся справиться, чтобы не погибнуть.

Астериус нервно рассмеялся, а Тефания оглядела поляну. Вигмор и Прит оседлали пегаса и дракона, но не спешили взлетать, ожидая команды Астериуса.

— Где Мелинда? — спросила Тефания.

— Пришлось её связать и спрятать, — коротко пояснил Астериус. — Итак, мы не будем сбегать, а дадим бой. Используйте дары на полную, не дайте им забрать Мелинду. Заманите их к скале, а дальше буду действовать я. Тефания, спрячься с Льдинкой в лесу возле Мелинды. Если мы не справимся, летите в Ватвилль. Лучше уж принц Гидеон арестует тебя из-за печати, чем попадёте к вампирам. Поняла?

— Но я могу вам помочь.

Астериус встряхнул её за плечи:

— Без самодеятельности! Ты меня поняла?

— Да, — понуро кивнула Тефания.

— Быстрее, они уже близко, — крикнул Прит.

Враги подлетали, им оставалась какая-то минута до приземления на остров. Не дожидаясь этого, Астериус кивнул Вигмору с Притом, и те поднялись в воздух.

Дракон Прита взревел, привлекая внимание. Не теряя времени, Прит запустил в одарённого воздухом огненные шары, но атаку быстро отбил одарённый водой, потушив их.

Вампиры оценили ситуацию и приказали одарённым огнём, водой и воздухом оставаться в полёте, а сами начали снижение вместе с одарённым землёй.

Тефания с Льдинкой спрятались в тенях леса, рядом с Мелиндой, чьи руки были связаны настолько крепко, что она не могла сотворить чары и сжечь сдерживающие её лианы. Во рту был кляп. Тефания с сожалением посмотрела на девочку, и как бы ей ни хотелось помочь той освободиться, она понимала, что Мелинда вновь может натворить глупостей. Поэтому Тефания села поближе к девочке и обняла её.

Тем временем Астериус сидел верхом на Понтее в самом центре поляны, где ранее был костёр их лагеря. Оценив расстояние, на котором от него находились снижающиеся враги, он легонько погладил дракона по шее, и тот изрыгнул пламя в вампиров.

Но одарённый землёй на пегасе предугадал это, и выпустил из ладоней крепкие толстые ветви, которые должны были проткнуть Понтея. Астериус мгновенно сосредоточился на них, беря под свой контроль, пока пламя его дракона поглощало несколько вампиров с пегасами. Не медля, Астериус вернул одарённому его же ветви с немыслимой скоростью, которые проткнули его шею и живот в нескольких местах. Крики врагов тонули в треске пламени и разрывали душу под бело-сине-золотые вспышки борьбы Прита и Вигмора с одарёнными в воздухе.

Не попавшие в огонь Понтея вампиры рассредоточились по поляне, чтобы атаковать Астериуса с разных сторон. Он не только успевал направлять Понтея для очередного огненного залпа, но и ухитрялся применять сразу оба дара, отбиваясь от противников.

Из-за деревьев Тефании было плохо видно происходящее на поляне, но, как ни странно, шум битвы её успокаивал. Значит, Астериус, Прит и Вигмор ещё живы, значит, ещё есть шанс.

Внезапно её привлекло еле уловимое движение слева. Один из вампиров почти бесшумно пробирался по лесу, оставив своим товарищам осаду Астериуса. Поняв, что его заметили, вампир лишь улыбнулся, обнажая клыки. Мелинда, увидев его, что-то замычала в кляп. Тефания вскинула руки и направила в вампира поток воды, чтобы сбить с ног, но тот был быстрее: он мгновенно поменял траекторию движения и оказался возле девушки за доли секунды, заводя ей руки за спину и удерживая их.

— Перед тем как убить тебя, я, пожалуй, попробую твою кровь.

Мелинда в ужасе замотала головой и что-то снова отчаянно замычала.

В небе сцепились драконы Прита и одарённого огнём. Неуязвимые для пламени, они пускали в ход рога, крылья, когти и зубы. Дракон противника был больше, но Притов отличался манёвренностью: он с лёгкость нырял под крылья врага, уходя от ударов. Вцепившись в хвост противника, он крепко сжал зубы, заставляя того взреветь от боли. Прит направил дракона чуть левее, и тот, избегая вражеских зубов, вцепился сопернику когтями в длинную шею, разрывая её. Дракон рухнул вниз, унося за собой и всадника, и через мгновение они рухнули на землю с ужасающим звуком.

Вигмор же оборонялся от одарённых водой и воздухом, пытаясь удержаться в седле. Он уличил момент, когда его сородич отвлёкся и направил в него бурный поток воды. Тот вместе со своим пегасом несколько раз перевернулся в этом потоке и стремительно полетел вниз. Одарённый своим весом мешал выровняться перевернувшемуся в воздухе коню, и спустя секунду они разделили судьбу дракона и его всадника. Но Вигмор уже не смотрел на них – вместе с Притом они бросились атаковать одарённого воздухом.

Астериус же решил применить к вампирам проверенную тактику — сжигать внутренности. Два вампира окоченели под воздействием огня, и растерянные пегасы под ними принялись кружить на безопасной высоте, не рискуя приблизиться к Астериусу.

Но в тот же момент другой вампир, находящийся сбоку от Астериуса, метнул в его сторону копьё. Оно достигло цели и вонзилось Понтею в живот. Дракон взревел от боли и оступился, едва не падая. Астериус сумел удержаться на нём и прошептал ему в ухо:

— Держись, малыш. Последний рывок, и мы его одолеем.

Понтей согласно раскрыл пасть, чтобы изрыгнуть пламя в противника, но того вдруг поглотила красная громадина головы Даарии. Мать видела, как противник ранил её дитя и, ослеплённая яростью, растерзала пегаса вместе с его всадником.

Астериус с удивлением и благодарностью взирал на вернувшегося Дамиана с остальным отрядом и подкреплением.

— Я думал, вы ещё в Эрфхолле.

— Освободились пораньше, — невесело ухмыльнулся Дамиан, сидя верхом на Даарии. — Где Тефания и Мелинда?

В лесу вампир, удерживая руки Тефании у неё за спиной, склонился к шее и вдохнул запах кожи. Девушка пыталась лягнуть его, но он стоял, коленями сжимая её ноги. Она не теряла надежду, всем корпусом пытаясь вырваться.

— Думаешь, Алессио обрадуется, если почувствует, как от тебя несёт моей кровью? Ведь он король, а попробовал совсем немного. А ты посмеешь выпить всё?

— Хорошая попытка, но поверь, то, что сделаю с тобой я – ничто по сравнению с тем, что может сделать с тобой король, когда я приведу тебя к нему. Ты меня ещё вспоминать добрым словом будешь.

Тефания зажмурилась от отчаяния, какой-то частью своего сознания понимая, что он прав, и от этого было совсем тошно.

Но вампир вдруг застыл, и Тефания, чувствуя, что он больше её не держит, отскочила.

— Стой, стой! Это я, — её поймал Дамиан, обхватив руками. — Ты не ранена

Испуганная Тефания замотала головой. Слишком свежи были воспоминания об укусе Алессио, и слишком сильно на неё подействовал страх перед вампирами. Осознав, что находится в объятиях Дамиана, она ухватилась за края его плаща и разрыдалась.

Дамиан гладил её по спине и бормотал успокаивающие слова. Но не столько слова усмиряли её, сколько звук его голоса. Спустя несколько секунд она обернулась посмотреть на вампира. Дамиан полностью сжёг его изнутри, оставив внешнюю недвижимую оболочку.

Астериус уже сидел рядом с Мелиндой и качал головой. Лианы плавно отпускали её тело, пока она плакала.

— Теперь сознаёшь, что натворила? Чудом никто из наших не пострадал, включая тебя саму.

Пока Астериус читал ей нотации, Мелинда кивала, понимая, какой опасности всех подвергла. Спокойно высказав всё, что думает, Астериус вытащил кляп изо рта двоюродной сестры и потрепал её по голове.

— Больше без сюрпризов, — проворчал он.

Мелинда всхлипнула и подбежала к Дамиану.

— Прости, пожалуйста! Я не думала, что они попытаются напасть на Тефанию и остальных. Думала, осторожно заберут меня, пока никто не заметит.

Дамиан вскинул брови и хотел что-то сказать, но Астериус предупредительно качнул головой: мол, хватит с неё нравоучений, уже и так всё поняла. Дамиан положил руку на плечо Мелинде и сказал:

— В этот раз я успел. Но в следующий нам может не повезти.

К ним подошёл Прит и проговорил, запинаясь:

— Ваше величество, вы должны взглянуть.

Дамиан и остальные двинулись за Притом на поляну, на которую пришёлся пик сражения. Многие деревья были повалены, их ветви обуглились. Ели всё ещё полыхали огнём, который планомерно тушил Вигмор, пока пожар не охватил весь лес.

На поляне лежал огромный чёрный дракон, поверженный Притом. Под его массивным животом виднелись ноги раздавленного одарённого огнём.

Тефания в ужасе зажала рот рукой, а Мелинда отвернулась. На её глазах выступили слёзы. Для одарённых огнём смерть дракона переносилась едва ли не болезненнее, чем смерть близкого.

Но Прит позвал всех на поляну, чтобы продемонстрировать совсем другую картину.

Одна из лап чёрного дракона провалилась под землю при падении, открыв взору полую пещеру огромных размеров. Что-то привлекло внимание нескольких всадников, и они спустились вниз.

— Ну и что там? — спросил Дамиан.

— Пока не знаем точно, но вам следует взглянуть.

Пока мужчины разбирались с открытием, Тефания вновь оглядела поляну. Помимо всадников, с которыми улетал Дамиан, с ним прилетела часть войска Эрфхолла. Но не только одарённые землёй прибыли, здесь были и одарённые водой. Среди них Тефания заметила знакомое лицо.

Джуэлл стояла, окруженная ватвилльскими гвардейцами. Такая изящная и спокойная, она выглядела совершенно чуждо на поле боя. Она смотрела на Тефанию. Её губы дрогнули в слабой улыбке, и она направилась к подруге. Два гвардейца отделились от остальных и зашагали рядом с ней. Когда между девушками было не больше двух шагов, Джуэлл произнесла, оглядывая Тефанию:

— Я очень рада, что ты цела.

Голос её дрожал, но Тефания не обратила на это внимание. Она следила за эмоциями на лице Джуэлл. Она была взволнована, но старалась держаться невозмутимо.

— А я просто рада тебя видеть, — ответила Тефания, улыбаясь. — Скажи, ты давно видела Имельду? Как она? Должно быть, она страшно переживает.

Джуэлл протянула ладони и взяла Тефанию за руки.

— Не волнуйся за неё. Гидеон забрал нас обеих из Фэрхорда, так что она в безопасности.

— Но Джуэлл, почему ты здесь?

— Вам наверняка потребуется целитель. Я убедила Гидеона, что чем раньше союзники объединятся, тем лучше. Так что эти утром мы вылетели в Эрфхолл, чтобы успеть на переговоры с королевой Селией.

— Как Гидеон и его величество?

— Королю значительно лучше, но он ещё без сознания. Мы сделали всё, что могли. Остальное в руках Богини.

Джуэлл осеклась. Тефания подавила нервный смешок, и, схватив её под руку, сказала:

— Всё в порядке. Думаю, я всё ещё верю в Богиню и надеюсь не навлечь на себя её гнев за то, в чём неповинна.

Джуэлл задумчиво закусила нижнюю губу и сказала:

— Знаешь, мне бы не хотелось, чтобы Богиня гневалась на твоих родителей.

— Спасибо. Эти слова многое для меня значат, — Тефания крепче сжала ладони Джуэлл и улыбнулась.

Дамиан с Астериусом уже спустились в пещеру, которая всё это время находилась под их ногами. Внутри было очень темно, поэтому всадники сотворили в своих ладонях огонь, чтобы лучше рассмотреть стены пещеры. Пока глаза не привыкли к сумраку, Дамиан не понимал, что же привлекло внимание его товарищей, но затем опешил от удивления. Стены пещеры украшали многочисленные древние рисунки, выполненные разными красками. Рисунков было настолько много, что общий сюжет не удавалось проследить.

— Что это? — спросил Дамиан, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Я никогда не слышал ни о чём подобном, — отозвался Астериус.

Рисунки сменяли друг друга, и непонятно было, где начинается один сюжет, и заканчивается другой. Пытаясь уловить суть изображений, Дамиан не мог не отметить насыщенность красок, которыми они были выполнены.

Мужчины двинулись дальше, туда, где им показалось, должна начинаться история картинок.

— Астериус, может, узнаёшь что-то из рисунков? Какие-то символы? — спросил Дамиан.

— Я пока не уверен, но как будто тут изображена история одарённых, — Астриус поднял ладонь с пламенем повыше, и его сейчас медные волосы будто сами загорелись золотом от перемещения света. — Посмотри, здесь у персонажей белые, золотые, синие и каштановые волосы. Они стоят вместе, но дальше изображены отдельностоящими группами. А потом появляется черта между ними. Граница государств.

— И правда! — удивился Дамиан, приблизившись к изображению. — Это же Фэрхорд, а вот Ватвилль с Тиермовым каналом. Удивительно точная карта. Но почему эти рисунки здесь, так далеко от Эйенфорта?

— Это что, Богиня? — вдруг склонился над одним из рисунков Тириус.

В центре единого изображения находилась девушка в разноцветном длинном платье, а её волосы были заплетены в косы, чьи переплетения были белыми, медными, каштановыми и синими.

— Кто-нибудь, помогите спуститься Тефании с Джуэлл. Может, они узнают эти религиозные изображения, — обратился к всадникам Дамиан.

Один из них кинулся к пролому в пещерном своде. Спустя несколько минут девушки осторожно ступали по влажной почве пещеры, следуя за всадником к дальней стене, где мелькало пламя. Заметив рисунки, Тефания с Джуэлл дружно ахнули.

— Пресвятая наша Богиня, — выдохнула Джуэлл, притрагиваясь четырьмя пальцами ко лбу.

Поражало мастерство, с которым много лет назад выполнили рисунки. Многообразие форм, размеров и цветов растянулось по всем стенам пещеры и уходило глубоко за пределы её освещённой части.

— Как давно это сделали? — пробормотала Тефания.

— Меня больше волнует — кто. И зачем, — ответил Астериус. — Это непохоже на обычные места поклонения Богине.

— С чего ты взял, что здесь должны были ей поклоняться? — спросил Дамиан, подходя ближе к брату.

— Потому что здесь рассказана её история, а потом уже история Эйенфорта. Посмотри. Всё начинается отсюда.

На противоположном своде, куда указал Астериус, выделялся яркий жёлтый круг, наполовину закрытый маленьким чёрным пятнышком – затмение, под которым можно было различить рисунки младенцев, обёрнутых в ткани. И лишь над одной малышкой изображались символы пламени, воды, воздуха и земли.

— В то затмение родилось много детей, а не одна Богиня... — озвучила мысли Джуэлл.

— Но лишь одна Богиня родилась с дарами, — кивнула ей Тефания.

Следующие рисунки только подтверждали эти догадки. Девочка с разноцветными волосами росла. С ней росли и её силы. На одном фрагменте она тянула руки к дереву, и на нём распустились почки, на другом — зажгла костёр. В совершенстве владея своими дарами, Богиня летала вместе с птицами и плавала вместе с дельфинами.

Дальше сюжет менялся. Поодаль от Богини стояли люди, но среди них не было согласия. Одни склонили колени пред ней и её дарами, но другие боялись, выставляя вперёд щиты и копья.

Тогда Богиня со своими последователями отправилась в плавание, чтобы не сеять вражду между людьми. Они обосновались на этом самом острове. Рисунки показывали, что Богиня своими дарами помогала людям строить дома и высаживать огороды, ловить рыбу и охотиться на птиц. Поселение росло, и спустя несколько житейских картин, посвящённых сбору урожая и ремёслам, Богиня была изображена с заметно округлившимся животом. А позже, освободившись от бремени, она была окружена четырьмя маленькими мальчиками, каждый из которых перенял у неё по одному дару.

— Но... — севшим голосом произнесла Джуэлл. — Ведь во всех писаниях говорится, что Первые короли, ставшие основателями четыре государств, были её племянниками, а не сыновьями. Её человеческие братья пытались её убить и забрать дары. Но ни падение с высоты, ни огонь, ни вода, ни закапывание в землю не умертвили Богиню и не наделили братьев дарами. Тогда Богиня украла у братьев их наследников и наделила их дарами. Выходит, никого она не украла, Первые были её сыновьями.

— Если то, что мы сейчас видим — настоящая история, то так облик Богини ещё более свят, — осторожно заметил Астериус.

Дамиан скептически на него покосился, зная отношение Астериуса к религии, но ничего не сказал.

Следующие рисунки рассказывали о том, что повзрослевшие сыновья Богини женились на человеческих девушках, и их дети унаследовали дары отцов. Население острова увеличилось, и сыновья Богини задумались над тем, чтобы переселиться туда, где будет больше места для возделывания земли и охоты. И выбор их пал на земли, что лежали на северо-востоке. Лишь Богиня пожелала остаться на острове.

Первые отправились к новым землям, но туда же пришли и люди. Следующие картинки свидетельствовали о жестокой войне между людьми и одарёнными и были насыщенны красными, белыми, синими, золотыми и зелёными красками. Кровью.

Первые всё же одержали победу в этой кровопролитной войне и прогнали людей. Они нарекли эти земли Эйенфортом. Позже на континенте появились и другие — одни могли превращаться в животных, другим нужна была кровь вместо обычной еды, у третьих были заострённые уши и тонкие крылья. Как и одарённые, они слишком отличались от людей, чтобы ужиться с ним.

Со временем людей не осталось среди одарённых. Первые короли выбрали для себя территории, образовав четыре королевства: Фэрхорд, Ватвилль, Эрфхолл и Айдор.

Живя в мире и согласии, одарённые вступали в межстихийные браки, и в королевствах стало много двустихийных — на сводах пещеры были изображены одарённые с разноцветными волосами, в чьих ладонях распускались цветы и текла вода, горел огонь и дул ветер. Одарённые использовали свои стихии во благо и процветание того места, которое называли своим домом. И хотя четыре королевства имели чёткие границы, картины ясно показывали, что двустихийные были вольны выбирать, где жить.

Но люди не оставляли попыток завладеть этим континентом. Прошло ещё несколько войн, но одарённые отстояли свои королевства.

Тогда люди решили победить хитростью. Войдя в доверие к следующим королям одарённых, они убедили их в том, что в каждом королевстве должны чтить свою кровь и не смешивать её с кровью других одарённых. С тех древних пор и существует запрет.

Следующие картинки вновь возвращали к четырём королевствам одарённых, где постепенно уменьшалось население.

Астериус задумчиво переводил взгляд с одного края истории к другому.

— Что всё это значит? — прошептала Джуэлл.

— Если мы всё правильно поняли, то низкая рождаемость и высокая младенческая смертность у одарённых связаны с запретом межстихийных отношений, который был обманом навязан людьми тысячелетия назад. И история с тех пор обросла легендами, — отозвался Астериус.

Тефания и Дамиан переглянулись.

— Что будем делать? — спросил Тириус, и Тефания впервые за годы дружбы с ним слышала в его голосе неуверенность.

Даман выдохнул и сказал:

— Это всё останется тайной. Пока что. Сейчас народ не готов к таким новостям.

Астериус кивнул:

— Теперь у тебя ещё больше причин выиграть эту войну с Каэлиусом и сделать всё, чтобы мир узнал настоящую историю.