Глава 2: Боевая медицина

По случаю нового учебного года во дворе академии соорудили небольшую сценку, перед которой построились студенты, разбившись на четыре колонны.

На сцене, сцепив руки за спиной, стояли учителя, облачённые в доспехи. Алрой вышел вперёд.

— Мы рады приветствовать новых студентов на ежегодной церемонии открытия учебного года,— пока я размышлял о бренности бытия, он вещал.— Значит, так: вас распределили по группам в соответствии с показанными результатами. Первый взвод сформировался из тех, кто показал самые высокие результаты. Он будет заниматься по усиленной программе.

«Блеск,— я про себя возмутился.— Я — в первом взводе!».

— Программа учёбы рассчитана на три года. По итогам каждого курса будут проводиться экзамены по всем изучаемым дисциплинам. А сейчас слово предоставляется директору Академии господину Вольфгангу Маргарете!

«Вольфа... Чего-чего?».

Учителя расступились, и на сцену поднялся директор — мужчина возраста моего отца. Внешностью он похож на чёрного мага. У него длинные волосы цвета вороньего крыла, явно не знающие, что такое расчёска, чернильно-чёрные глаза.

— Все вы с честью прошли испытание и поступили. Я хочу, чтобы вы запомнили одну вещь: то, что вы попали на курс, уже делает вас элитой. Вы — пример для подражания и надежда Скайпии. Постарайтесь соответствовать этому статусу...

«Бла, бла, бла»,— дальше слушать стало лень. Мне захотелось зевнуть в голос.

Когда церемония наконец закончилась, Алрой устроил нам небольшую экскурсию по академии.

Внутри она похожа на лабиринт, можно легко остаться в здании, без шанса найти выход. В этом заведении точно никому скучно не будет. В правом крыле — общежитие. Я оказался в одном взводе с Юкимурой, Каем, Оливером и ещё несколькими студентами.

— Для вас эта комната станет родным домом на протяжении трёх лет,— предупредил Алрой.

Заебись, блин! Надеюсь, хоть в сортире смогу побыть один?..

М-да... Зачем я это спросил? Ну посцал хоть не у всех на виду, уже хорошо.

Алрой дал нам пятнадцать минут на то, чтобы разложить вещи по тумбочкам и привести себя в порядок.

Когда я вернулся, Кай разговаривал с другими ребятами.

— Эй, Якоб,— он меня увидел и теперь машет рукой.— Иди сюда!

Я подошёл.

— У тебя не было возможности со всеми познакомиться,— дружелюбно продолжил Кай.— Это Майкл, Люк... — Хикару представил ребят. Оливер с улыбкой протянул руку, прежде чем Кай успел назвать его имя, и хотел представиться, но...

— Ха-ха-ха,— смех его перебил. Я обернулся. На краю кровати сидел Юкимура, широко расставив ноги.— Ты показал худшие результаты, но тебя зачислили в первый взвод,— блондин жестоко улыбнулся.— Похоже, круто иметь папашу, который сияет, как семь начищенных тазов?

— Чего?

Мне даже крыть было нечем. Как он узнал? Я никогда не рассказывал, кто мой отец, даже друзьям. Я не хотел, чтобы со мной дружили только потому, что он — староста, а теперь об этом знает весь взвод. Спасибо, Юкимура!

— И что с того? — дерзко спросил я, уперев руки в боки.

— Ты занимаешь чужое место. Это всё, что я хотел тебе сказать,— Юкимура поднялся с кровати и неспешно направился в мою сторону, но прошёл мимо, задев меня плечом. — Идём, Оливер,— обратился он к Уолкеру и скрылся за дверью.

Оливер грустно посмотрел на меня. На его лице было написано «Мне очень жаль», затем он развернулся и побежал вслед за Юкимурой.

«Почему он ведёт себя так, как будто является шестёркой Юкимуры?» — сам у себя спросил я.

— А кто у тебя папа? — нарушил мои размышления вопрос Кая.

«Не твоё дело»,— очень хотелось ответить мне. С самой первой минуты нашего знакомства он ведёт себя так фамильярно. Меня это настораживает.

— Значит, так,— резко хлопнула дверь, и в комнату вошёл Алрой.— Все готовы?

— Так точно!

— Тогда построились в колонну по двое и за мной — шагом марш!

В общем, нас ещё долго водили по школе, объясняли правила, потом выдали камуфляжную форму и в конце концов привели в аудиторию.

* * *

Первый день в аду. Одно хорошо — до летних каникул не увижу рожи мачехи.

— Можно сесть рядом с тобой? — неожиданно раздался голос.

Я громко вздохнул, выражая раздражение тем, что меня оторвали от размышлений. Прямо в разгар, когда я попытался найти в своём «рабстве» хоть какие-то плюсы.

— Не можно,— буркнул я, даже не посмотрев на Кая. Я сидел на самой последней парте у окна. Так мне было немного спокойнее.

— А что? Тут кто-то сидит?

«Вот неугомонный!..».

— Да, рядом сидит какой-то нудный чувак,— я улыбнулся, словно ребёнок, который удачно кого-то разыграл,— садись.

Кай улыбнулся мне в ответ и сел рядом.

Прозвенел звонок. В аудиторию вошёл преподаватель по боевой медицине. Я посмотрел на него с некоторым подозрением: чуть ниже моего отца, широкие плечи, длинные, чересчур яркие светлые волосы, больше похожие на солому...

«Так! Стоп! А чего это спереди у него выпирает, словно две подушки безопасности, и почему на нём юбка?».

Я в некотором раздумье и напряжении пристально взирал на учителя, а потом на меня снизошло озарение:

«Оно — баба?!».

Я, конечно, многое повидал в жизни, но такую мужеподобную бабу вижу впервые.

Она молча подошла к учительскому столу, поставила свой портфель, бросила на каждого из нас тяжёлый взгляд.

— Во-первых, когда входит преподаватель — нужно вставать!

Голос у неё низкий, но женский.

Все встали.

— Во-вторых, кто сегодня дежурный?

— Я! — поднял руку Юкимура.

Женщина взглянула на него пугающим взглядом и хитро улыбнулась, как будто у неё фантазия разыгралась.

— Мне тряпку самой намочить — или вы вытрете доску своими слезами?

«Ха-ха, во завернула!» — мысленно посмеялся я.

Юкимуре пришлось засунуть язык в жопу и идти за тряпкой. Как только за ним закрылась дверь, женщина разрешила нам сесть.

— Меня зовут Интегра Грац,— представилась женщина и села за стол, положа ногу на ногу. Справедливости ради, ножки у неё ничего так.— Любить меня не надо,— продолжила она,— а полюбить мой предмет придётся. А теперь внимание: кто знает, что лежит у вас на столах?

О, я только сейчас заметил, что предо мной лежит кукла. То же самое у всех остальных.

Мой сосед поднял руку.

— Ну, рискни,— улыбнулась женщина.

Кай встал и ответил:

— Это манекены для тренировки боевой медицины.

— Правильно,— кивнула Интегра, разрешая Каю сесть.— Военный должен уметь не только убивать, но и лечить. Сегодня мы будем учиться использовать боевую медицину, и самую основу её основ: контролирование одарённость,— пока она объясняла, Юкимура вытирал доску.— Все медицинские техники завязаны на точном управлении одарённостью. Также вам необходимо контролировать одарённость в одной точке.

После того как Юкимура вернулся на своё место, Интегра подошла к доске, взяла мел и нарисовала куклу.

— Перед вами, как уже было сказано,— специальные куклы для тренировки боевой медицины. Ваша задача собрать одарённость в ладонях, а затем приложить к сердцу и запустить его,— заканчивая вводную, Интегра нарисовала на месте сердца кружок, показывая тупым нам, что именно в эту точку нужно вложить одарённость.— Всем всё ясно? — Она бросила на каждого из нас взгляд.

Все промолчали.

— Раз у матросов нет вопросов — приступайте! — Интегра вернулась к своему столу и села, положа ногу на ногу.

Медицина — сложная наука даже для Юкимуры. Его манекен расплавился, а мой вообще распался на атомы, и в этот раз без приколов. У меня реально не вышло, хотя я старался. Никогда прежде не доводилось использовать медицинские способности. Даже интересно стало, что же у меня получится.

— У кого не получилось, тот получает двойки,— сообщила с радостью Интегра.

По аудитории пронеслись стоны протеста.

— К-а-а-а-к?! Это ведь только первое занятие!

Мой сосед сконцентрировал энергию в руках (она у него зелёного цвета) и приложил к сердцу, через минуту я услышал биение. После этого мальчик глубоко вздохнул. Чёлка светлых волос слегка поднялась и плавно упала на лоб. Я подметил, как красиво блестели его волосы, когда на них падал свет солнца, как легко и непринуждённо раскрывается белозубая улыбка... Так, стоп! Какая, в гузно, улыбка и волосы? Это же парень, пусть и похож на девушку.

— О-о-о, неплохо! — между тем похвалила Кая Интегра.

Неудивительно! Кай же из клана Хикару. Это ещё один из благородных кланов. Его одарённые величайшие медики. Как-то даже нечестно.

Биение ещё одного сердца привлекло моё внимание. Оливер! Ну кто бы сомневался!.. Он же настоящий маг-вундеркинд!

— Хм-м,— Интегра приложила палец к губам. Выдержав паузу, она заговорила.— Запустил сердце с помощью дефибрилляции. Хороший подход, но у нас урок всё-таки боевой медицины. Садитесь, два!

«Да ладно? Какая разница? Важен же результат!».

Оливер был того же мнения. Он смерил Интегру удивлённым взглядом. Казалось — вот-вот заплачет. Какое-то время Уолкер просто смотрел на преподавательницу, а затем подавленно опустился на стул.

В общем, все, кроме Кая, получили двойки. Интегра выдала каждому двоечнику куклу и сказала — мол, мы будем получать двойки до тех пор, пока не научимся запускать сердце.

* * *

Святая святых — столовая. А на деле — ещё одна беда: атмосфера суровая, бесконечная очередь, и кормят ещё дерьмом. Мы с Каем отстояли очередь, взяли еды, после чего громко приземлились за последний столик у окна. Между приёмами пищи мы бурно обсуждали нашего преподавателя.

— Она наверняка потомок Рукетсу,— возмущаюсь я, активно жестикулируя руками.— Удовольствие, гадина, получает от страданий учеников. Как там она говорила: «Сегодня тупые позавидуют мёртвым»?

— А мне она нравится,— Кай улыбнулся.— В патриархальном мире, где женщина считается недочеловеком, она добилась признания. Про неё даже в газете писали.

— Если про неё бы некролог напечатали, я бы с удовольствием прочитал.

— Ой, да будет тебе ворчать,— Кай улыбнулся от уха до уха.— Боевая медицина не сложнее боевой магии. Силу любой магии даёт одарённость. Боевой магией сначала силой разума придаётся форма, затем добавляется стихия. В медицинской — главное понимать, как организм работает. Понимая это, ты сможешь с помощью силы разума и одарённости ускорить регенерацию клеток, а в нашем случае — заставить сердце работать.

— Тебе легко говорить,— я подпер кулаком щёку и закатил глаза.— Ты родился в клане медиков, а мой опыт ограничивается поверхностными знаниями лекций по ОБЖ.

— Я тебе помогу разобраться,— Кай положил свою ладонь поверх моей и улыбнулся.

Я инстинктивно отдёрнул руку. Тошно даже думать, что на самом деле лежит в основе его альтруизма.

— Послушай,— я смерил Кая угрюмым взглядом. Сначала подумал предупредить его, что я не из «этих», но вдруг у меня паранойя, и если ляпну это, а он окажется, что не гей, то буду выглядеть полным дураком, поэтому в этой ситуации поступил разумно и вежливо отказал.— Спасибо, но я как-нибудь сам попробую разобраться.

— Уверен?.. — Кай удивлённо на меня посмотрел, а потом развёл руками.— Как хочешь.— И вернулся к яблочному соку.

* * *

На первом этаже кроме общежития и столовой был ещё зал для отдыха, обставленный диванчиками с журнальными столиками. В дальнем конце тихо журчал декоративный водопад, возле которого вился уборщик с опрыскивателем в одной руке и тряпкой в другой.

«Наконец тишина и покой», — я закрыл глаза и только расслабился, как вдруг в зал отдыха пришли другие ученики, и начался галдеж. Злой и рассерженный, я вернулся в комнату.

Юкимура сидел на диване и готовился к следующему уроку по боевой медицине: с помощью одарённости старался сердце запустить кукле, которая лежала у него на коленях.

— Используй силу разума,— Оливер стоял перед ним и раздавал советы. Видать, этот маг-вундеркинд научился запускать сердце с помощью боевой медицины и помогает теперь Юкимуре из альтруистических побуждений.

Спустя минут пять у него получилось. Сердце забилось. Блондин улыбнулся, а я не считаю даже нужным напрягаться, очень надеюсь, что меня отчислят за неуспеваемость.

Более не обращая внимание на этих двоих, подошёл к личной тумбочке, достал гарнитуру и лег на кровать, закинув руки за голову. Разговоры соседей мешались с музыкой и становились непонятными, можно воспринимать их как бессмысленный шум.

* * *

— Взвод, строиться! —

Алрой взбаламутил нас с утра.

Когда меня будят, я злой как собака, пока не выпью чашку кофе и не посижу в тишине. Мне кажется, во мне сейчас сконцентрировалось все зло человечества.

Сонные и в одних трусах, мы построились.

— Значит, так: минута вам на то, чтобы одеться. Время пошло! — Алрой достал из кармана секундомер и нажал кнопку. Под громкое тиканье мы впопыхах оделись и построились заново.

— Ну, молодцы, успели. А теперь напра-во!

Мы повернулись лицами к двери.

— На урок боевой медицины ша-агом марш!

* * *

Урок боевой медицины начался с проверки домашнего задания. Юкимура и Оливер, как и ожидалось, сдали. А мне пофиг! Моей куклы уже не существует на молекулярном уровне.

Интегра пристально посмотрела на меня. Взгляд у неё грозный, мне даже поплохело.

— Даже не пытаешься делать вид, что старался,— строгие морщинки на её лбу слегка разгладились, и она улыбнулась.— Что же, пока не исправишь оценку, увольнительной тебе не видать, как своих ушей. Это касается всех двоечников.

— Увольнительной? — Я вопросительно на неё посмотрел, а потом, словно ударом по яйцам на меня снизошло.— Стоп! Так это, значит, нам полагается ещё краткосрочный отпуск?

— Да, каждые выходные вам полагается отпуск, с условием: если нет долгов по учёбе. Странно,— наигранно задумалась она.— Разве Алрой вам не сказал?

— Да как-то упустил этот момент,— проворчал я.

* * *

После строевой подготовки раздевалка заполнилась многоголосым эхом и плеском воды, падающей на кафельный пол.

Я рассказывал, что остаться наедине нельзя даже в сортире? Там, однако, есть хотя бы кабинка, а мыться реально приходится у всех на виду.

Кай сидел в раздевалке почти неподвижно, словно девушка среди парней. Не знал, что он такой стеснительный.

Я встал перед ним.

— Твоё предложение помочь мне с боевой медициной ещё актуально?

Он как-то странно на меня посмотрел, опустил взгляд и залился краской. А потом у него из носа хлынула кровь, и он упал со своей лавки.

* * *

Кая отнесли в медкабинет. Потом пошёл слух, что он — девушка.

Я подошёл к кабинету директора и услышал:

— Пожалуйста, не выгоняйте меня, я очень хочу стать военным.

— Вот только не надо мне этих слёз,— хватило одной реплики, чтобы понять, что слезами директора не проймёшь.— Женщинам не место в армии! И как ты могла додуматься украсть документы брата и притвориться им? Куда смотрели твои родители?

— Никуда, они не знают.

— Сегодня узнают, ибо я лично из рук в руки им передам тебя.

— Пожалуйста, не надо! Я всегда мечтала служить Родине, пожалуйста, поймите!..

Я вошёл в кабинет, но не успел открыть рта, как в помещение вбежал почти весь мой взвод.

— Пожалуйста, не выгоняйте Кая!

— Это что такое? — возмутился директор, приподнявшись с места.

— Мой отец — староста,— немного отойдя от шока, я озвучил то, что собирался.— Я могу поговорить с ним, и он разрешит Каю остаться!

— Во-первых, её зовут Кагура,— директор очень строго посмотрел на меня. Я уже начал думать о худшем, но тут услышал: — Если четвёртый даст добро, тогда позволю.— Я вздохнул.— Однако,— продолжил хозяин кабинета,— и моё сердце подпрыгнуло,— и посмотрел на Кагуру,— не думай, что если ты девушка, с тебя спрос будет меньше.

— Спасибо вам большое,— промямлила девушка, поднимаясь со стула.— Я буду стараться и не уступлю своим товарищам! — заверила она.

— Все уйдите с глаз моих,— махнул директор рукой в сторону двери, показывая, что у него ещё полно работы.

* * *

Все места в аудитории заняты, кроме двух — возле меня и перед учительским столом. Вдруг дверь медленно открылась. В аудиторию вошла Кагура — и ничего себе! Чувствую, как жгучий румянец медленно прилипает к щекам.

Воу!

Взвод на один вздох замер, а потом по рядам пошёл лёгкий шёпот недоумения.

Кагура была низенькой для парня, а для девушки очень даже высокой: около ста семидесяти сантиметров. Камуфляжная униформа, состоящая из юбки и пиджака, подчёркивала красоту и изящество фигуры. Гладкие блестящие волосы, распушиваемые ветерком, словно ласкали девушку.

Она прошла между рядами парт и села рядом со мной, сказав «привет».

Как всё-таки красиво блестят её волосы, когда на них падает свет солнца, как легко и непринуждённо раскрывается белозубая улыбка!..

Я тоже поприветствовал её. Потом прозвенел звонок.

Интегра вошла в аудиторию, взвод встал.

— Садитесь,— кивнула она, а потом обратилась к особо «одарённым» — Ну, граждане двоечники, лентяи-тунеядцы. Кто готов продемонстрировать свои «высокие» познания в области медицины?

— Я! — крикнул с места и поднял руку.

Преподаватель удивилась:

— Ну, вперёд! Продемонстрируй свои умения!

Я кивнул, сконцентрировал энергию в руках (моя — жёлтого цвета) и приложил к сердцу куклы. Вдох-выдох, представляю, как сердце бьётся, перекачивает кровь по всему организму, насыщая клетки кислородом и питательными веществами. Через несколько минут слышу биение.

«Я справился!».

Показываю Кагуре большой палец. Без её наставлений я бы не справился. Она мне улыбается и показывает палец в ответ.