Охотники и жертвы

Солнце уже поднялось высоко над Мистик Фоллс, когда Стефан в третий раз за утро постучал в дверь комнаты Деймона. Ответа не последовало, как и в прошлые два раза.

– Деймон, – позвал он, прислоняясь лбом к двери. – Ты уже двое суток не выходишь. Нужно поговорить.

Тишина.

Стефан знал, что брат внутри – его присутствие чувствовалось, но какое-то странное, приглушённое, словно Деймон нарочно подавлял свою вампирскую сущность. Это тревожило больше всего. За полтора века их совместного существования он никогда не видел брата в подобном состоянии.

– Деймон, пожалуйста. Я понимаю, что ты чувствуешь, но так нельзя...

Дверь внезапно распахнулась. Деймон стоял на пороге – взъерошенный, с потухшим взглядом, в той же одежде, что была на нём два дня назад у церкви.

– Что именно ты понимаешь, Стефан? – его голос был тихим, но в нём звучала опасная нотка. – То, как это – полтора века жить ради призрака? Или то, как больно осознавать, что ты был просто развлечением для скучающей аристократки?

Стефан сделал шаг назад. Глаза Деймона горели не привычным сарказмом, а чем-то более тёмным.

– Я понимаю боль предательства, – осторожно сказал он. – Кэтрин обманула нас обоих.

– Нет, – Деймон покачал головой. – Тебя она любила, Стефан. По крайней мере, какое-то время. А я... я был запасным вариантом.

– Это не так...

– Не лги мне! – взорвался Деймон, вампирские клыки на мгновение проступили на губах. – Не смей лгать! Алисия видела её в Париже сорок лет назад, а мы с тобой всё это время думали, что она мертва! Она была свободна и не потрудилась нас найти!

Стефан молчал, не зная, что сказать. Он и сам мучился от этого осознания, но умел лучше контролировать свои эмоции.

– Деймон, нужно двигаться дальше. Кэтрин...

– Кэтрин можешь оставить себе, если когда-нибудь встретишь, – Деймон отвернулся. – А мне нужно подумать, стоит ли вообще продолжать это существование.

Дверь захлопнулась перед носом Стефана. На этот раз он не стал стучать снова.

***

Алисия сидела на крыльце своего дома, наслаждаясь утренним солнцем, когда зазвонил телефон.

– Алисия? Это Стефан. Можем встретиться?

Что-то в его голосе заставило её насторожиться.

– Что случилось?

– Это касается Деймона. Он... я боюсь, что он может сделать что-то необдуманное.

Алисия закрыла глаза. Она предчувствовала, что её слова у церкви будут иметь последствия, но надеялась, что Деймон справится лучше.

– Где встретимся?

– У водопада, через час. И Алисия... спасибо.

***

Стефан уже ждал её на тропинке, ведущей к водопаду. Его обычно безупречный внешний вид выдавал беспокойство – растрёпанные волосы, слегка помятая рубашка.

– Как он? – спросила Алисия без предисловий.

– Плохо. Не выходит из комнаты, отказывается от крови, не отвечает на попытки поговорить. А сегодня утром... – Стефан провёл рукой по лицу. – Он заговорил о том, стоит ли продолжать существование.

Алисия почувствовала укол вины.

– Стефан, я... возможно, не стоило мне говорить ему правду так резко.

– Нет, – он покачал головой. – Он должен был узнать. Рано или поздно это всё равно бы случилось. Но я не знаю, переживёт ли он это. Деймон всегда жил эмоциями, а сейчас...

– Сейчас он может стать опасным, – закончила Алисия. – Для себя и для других.

Они медленно шли по тропинке, звук воды становился всё громче.

– За полтора века я видел его злым, саркастичным, жестоким, – продолжал Стефан. – Но таким опустошённым – никогда.

Алисия остановилась, оборачиваясь к нему лицом.

– Что ты хочешь от меня? Чтобы я с ним поговорила?

– Я не знаю. Может быть. Ты единственная, кто понимает, через что он проходит. Ты тоже... – он замолчал.

– Тоже была обманута Кэтрин? – закончила она с горькой усмешкой. – Да, была. И знаешь что, Стефан? Мне понадобилось много времени, чтобы не чувствовать боль каждый раз при упоминании её имени.

Они дошли до небольшой поляны возле водопада. Стефан сел на поваленное дерево, Алисия осталась стоять, глядя на падающую воду.

– Я всё ещё чувствую вину, – сказала она тихо. – За тот день. За то, что не смогла остановить охоту. За то, что убежала из города вместо того, чтобы помочь.

– Алисия...

– Нет, позволь мне закончить. – Она обернулась к нему. – Я никогда не винила тебя за выбор Кэтрин. Боль была, но не вина. Ты имел право выбирать. Но сейчас, впервые за полтора века, мы можем попытаться исправить хотя бы что-то.

Стефан встал, подходя ближе.

– Что ты предлагаешь?

– Работать вместе. Защищать этот город от всего, что может ему угрожать. Включая твоего брата, если потребуется.

Она протянула ему руку, и после мгновения колебаний он её пожал.

– Впервые за 145 лет, – констатировал он с лёгкой улыбкой.

– Не считая вчерашнего вечера у церкви.

– Не считая вчерашнего вечера, – согласился он.

***

В это же время в другой части города Бонни Беннетт сидела в своей комнате, окружённая старыми книгами и семейными документами. После событий у церкви что-то в ней изменилось – она чувствовала это каждой клеточкой тела.

Воздух вокруг неё словно вибрировал, реагируя на её эмоции. Когда она сердилась, лампочки мигали. Когда грустила, цветы на подоконнике поникали. А когда концентрировалась, как сейчас, страницы книг переворачивались сами собой.

– Эмили Беннетт, – прочитала она вслух со старой страницы дневника. – Моя прапрабабушка, ведьма.

В дневнике были записи о медальоне, о печати, о "тёмных тварях, что должны навечно оставаться в земле". Бонни провела пальцем по выцветшим строчкам, и вдруг перед глазами промелькнули образы.

Она видела себя в церкви, но не себя – Эмили. Видела, как та произносила заклинание, как кристалл медальона трескался, как земля содрогалась от силы магии.

– Печать усилена, но не навечно, – прочитала она следующую запись. – Каждое поколение должно её обновлять, иначе тьма найдёт способ выбраться.

Бонни резко подняла голову. Значит, то, что произошло у церкви – это не конец, а начало? Она теперь наследница не только силы Эмили, но и её ответственности?

Телефон прервал её размышления.

– Бонни? Это Елена. Как ты себя чувствуешь?

– Лучше, – соврала она. – А что у вас?

– Слушай, у меня новость. Мой дядя вернулся в город! Приехал сегодня утром.

Бонни нахмурилась. Что-то в голосе подруги звучало не совсем искренне.

– Это хорошо, – сказала она осторожно. – А причину назвал?

– Сказал, что слышал о каких-то проблемах в городе. Несчастных случаях. Хочет убедиться, что мы в безопасности.

После разговора Бонни продолжила изучать семейные записи, но теперь её мысли были заняты другим. Слишком много совпадений для одного дня.

***

Джон Гилберт стоял у окна в доме на Викери Роад, наблюдая, как Елена и Джереми занимаются своими делами.

Три дня назад ему позвонил старый знакомый из Мистик Фоллс, обеспокоенный участившимися "нападениями животных". Двое мертвых за месяц, несколько пострадавших. Обычному человеку это могло бы показаться совпадением, но Джон Гилберт знал историю своего города слишком хорошо.

– Джон, – Елена зашла в гостиную с двумя чашками кофе, её голос звучал натянуто вежливо. – Расскажи, что именно ты слышал о проблемах в городе?

Джон принял кофе, внимательно изучая лицо племянницы. Она выглядела настороженной, и её попытка казаться непринужденной только подтверждала его подозрения.

– Ничего конкретного, – осторожно ответил он. – Просто знакомые говорили о странных случаях. Нападениях животных.

– А, это. – Елена пожала плечами слишком непринуждённо. – Да, пару раз были проблемы. Но шериф говорит, что это из-за засухи. Дикие животные выходят к жилым районам в поисках воды.

Джон кивнул, но мысленно отметил, что племянница явно что-то скрывает.

– А как дела у твоих друзей? Кэролайн, Бонни?

– Хорошо. Бонни недавно немного приболела, но уже лучше.

– Болела? – Джон наклонился вперёд. – Что с ней было?

– Обычная простуда, – быстро ответила Елена, её тон стал еще более холодным. – Почему ты так волнуешься? И почему вообще вернулся?

– Беспокоюсь о семье, – ровно ответил он. – Это естественно.

Елена фыркнула, но промолчала. Джон был не убеждён её объяснениями. За годы работы с паранормальными явлениями он научился читать между строк, и сейчас каждый его инстинкт кричал о том, что племянница лжёт.

***

К середине дня Алисия отправилась в центр города за покупками. Ей нужно было время, чтобы обдумать разговор со Стефаном и понять, как лучше подойти к проблеме Деймона.

Выходя из магазина, она почти столкнулась с незнакомым мужчиной средних лет.

– Извините, – сказала она, отступая.

– Ничего страшного, – ответил он с улыбкой. – Я Джон Гилберт, дядя Елены.

Алисия почувствовала, как все её вампирские инстинкты мгновенно напряглись. Что-то в этом человеке было не так. Он выглядел обычно, говорил дружелюбно, но от него исходила какая-то скрытая опасность.

– Алисия Валентайн, – представилась она, изучающе глядя на него. – Подруга Елены.

– А, конечно! Елена рассказывала. Вы недавно переехали в город?

– Не так давно, – уклончиво ответила она.

Джон кивнул, и Алисия заметила, как внимательно он её разглядывает. Не так, как обычные люди смотрят на привлекательную девушку, а как исследователь изучает интересный экземпляр.

– Надеюсь, вам нравится в Мистик Фолс. Небольшой городок, все друг друга знают. Хотя в последнее время тут происходят странные вещи.

– Какие именно? – осторожно спросила Алисия.

– О, ничего серьёзного. Несколько нападений животных, пара несчастных случаев. Наверняка Елена рассказывала.

Алисия покачала головой.

– Мы больше обсуждаем школьные дела.

Джон улыбнулся, но его глаза оставались холодными и изучающими.

– Ну конечно. Приятно было познакомиться, Алисия.

– Взаимно.

Они разошлись в разные стороны, но Алисия чувствовала его взгляд на своей спине ещё долго. Этот человек что-то знал. И что-то искал.

***

Вечером Мистик Гриль был полон как обычно. Алисия сидела за барной стойкой, размышляя о встрече с Джоном Гилбертом, когда дверь распахнулась и вошёл Деймон.

Он выглядел ужасно. Лицо бледнее обычного, под глазами тёмные круги, движения резкие и нервные. Несколько посетителей обернулись, почувствовав исходящую от него напряжённость.

Деймон подошёл к стойке и заказал виски. Затем ещё один. И ещё.

– Эй, приятель, – подошёл к нему подвыпивший местный житель. – Ты чего такой мрачный? Может, выпьем вместе?

Деймон медленно повернулся к нему, и в его глазах промелькнуло что-то хищное.

– Убирайся, – тихо сказал он.

– Да ладно тебе, – мужчина не унимался, положив руку Деймону на плечо. – Расслабься, жизнь прекрасна...

Рука Деймона молниеносно схватила его за шею. Посетители рядом замолчали, почувствовав опасность.

– Деймон, – Алисия встала со своего места. – Отпусти его.

Он посмотрел на неё через плечо.

– А, наша прекрасная разрушительница иллюзий. Пришла полюбоваться на результат своей работы?

– Пришла убедиться, что ты не сделаешь ничего глупого.

Деймон усмехнулся, но руку не убрал. Мужчина в его захвате начинал синеть.

– Глупого? Например, поверить в любовь, которой не существовало? Прожить полтора века в ожидании призрака? Или может быть, убить пару-тройку местных жителей, чтобы хоть что-то почувствовать?

– Деймон, отпусти его. Он ни в чём не виноват.

– Никто ни в чём не виноват, – голос Деймона стал опасно тихим. – Кроме меня. Я виноват в том, что поверил. Я виноват в том, что надеялся.

Алисия сделала шаг вперёд.

– Ты виноват в том, что сейчас собираешься совершить убийство из-за своих личных проблем.

Деймон резко отпустил мужчину, тот упал, хватаясь за горло.

– Моих личных проблем? – он повернулся к Алисии лицом. – Это ты мне сказала, что видела Кэтрин живой и свободной! Это ты разрушила последнюю надежду!

Посетители бара начали расходиться, чувствуя, что между двумя молодыми людьми происходит что-то очень личное и очень опасное.

– Зачем ты мне правду сказала? – голос его сорвался. – Лучше бы я умер с надеждой, чем жил с этой болью!

Алисия подошла ближе, её голос стал мягче.

– Потому что иллюзии убивают медленнее, но больнее. Я знаю. Я тоже жила в них долгие годы.

Деймон горько засмеялся.

– Ты? Ты хотя бы была рядом с ней всего несколько месяцев. А я... я полтора века строил планы, как найти её, как освободить, как мы снова будем вместе.

– И что бы ты делал, если бы нашёл её? – спросила Алисия. – Если бы она сказала, что не любила тебя? Что ты был просто развлечением?

В глазах Деймона промелькнула боль.

– По крайней мере, я бы услышал это от неё.

– А теперь что? Будешь убивать невинных людей, потому что тебе больно?

Деймон долго смотрел на неё, а затем его плечи опустились.

– Я не знаю, что делать с этой болью, Алисия. Она съедает меня изнутри.

– Я знаю, – тихо сказала она. – Поверь, я знаю. Но убийства не помогут. Проверено на личном опыте.

Они стояли в почти пустом баре, два вампира, связанных общей болью и общим предательством.

– Мы оба жертвы Кэтрин, – сказала Алисия наконец. – Но мы можем выбрать, как с этим жить дальше.

Деймон кивнул, хотя боль в его глазах не исчезла.

– Может быть, ты права. Но не сегодня. Сегодня мне нужно просто... пережить этот день.

Он направился к выходу, но у двери обернулся.

– Алисия? Спасибо. За то, что остановила. И за правду. Пусть она и чертовски болезненная.

***

На следующий день Джон Гилберт встретился с шерифом Форбс в её кабинете. Она выглядела уставшей и встревоженной.

– Джон, честно говоря, я рада, что ты приехал, – сказала она, закрывая папку с документами. – После недавних событий у меня больше вопросов, чем ответов.

– Касательно вампира, которого убили в Гриле?

– Именно. – Лиз достала фотографии с места событий. – После того, как Деймон Сальваторе помог, я думала, что проблема решена. Но нападения продолжаются.

Джон внимательно изучил снимки с места последних преступлений.

– Это определенно вампиры, – сказал он наконец. – И судя по ранам, не один.

– Я тоже так думаю. Но тогда кто?

Джон отложил фотографии.

– Лиз, а ты уверена, что можно доверять Деймону Сальваторе?

– Он спас город от вампира. Почему ты сомневаешься?

– Просто интуиция.

***

На следующее утро Бонни проснулась от странного сна. Она видела огонь, слышала крики, чувствовала запах дыма. И над всем этим – голос Эмили, предупреждающий о грядущей опасности.

Она села на кровати, тяжело дыша. Сны становились всё более яркими и пугающими. А магия... магия становилась сильнее с каждым днем.

Бонни встала и подошла к зеркалу. Её отражение смотрело на неё с беспокойством. А за спиной, едва различимый, стоял силуэт женщины в старинном платье.

– Эмили? – шёпотом позвала она.

Силуэт кивнул и исчез.

Бонни быстро оделась и спустилась вниз. Бабушка уже была на кухне, готовила завтрак.

– Доброе утро, дорогая. Плохо спала?

– Бабушка, – Бонни села за стол. – Расскажи мне о нашей семье. О настоящей истории, не той, что в учебниках.

Шейла Беннетт остановилась, держа в руке сковородку.

– Что ты хочешь знать?

– Всё. Про Эмили, про магию, про то, что происходило в городе в 1864 году.

Бабушка тяжело вздохнула и села напротив внучки.

– Я надеялась, что этот день не наступит так скоро. Но раз уж Эмили заговорила с тобой...

– Заговорила?

– Дитя, ты думаешь, я не замечаю? Лампочки мигают, цветы вянут и оживают, а вчера я видела, как страницы в книге переворачивались сами собой.

Бонни опустила глаза.

– Я не понимаю, что со мной происходит.

– Происходит пробуждение, – Шейла взяла её за руку. – Каждая женщина в нашем роду обладает даром. Обычно он проявляется постепенно, с возрастом. Но иногда случается что-то, что ускоряет процесс.

– Как одержимость духом прапрабабушки?

– Именно. Эмили использовала твоё тело как проводник для своей силы. Часть её магии осталась в тебе.

Бонни почувствовала, как по спине пробежала дрожь.

– А что она хотела мне сказать сегодня во сне?

Лицо Шейлы стало серьёзным.

– Наверное, то же, что говорила мне во снах последние несколько дней. В город пришла опасность. И скоро нам всем придётся выбирать сторону.

***

Вечером Алисия встретилась со Стефаном в их доме. Деймон так и не спускался из своей комнаты.

– Как думаешь, стоит попытаться поговорить с Деймоном ещё раз?

– Давай попробуем вместе.

Они поднялись наверх. На этот раз дверь была не заперта. Деймон сидел у окна, глядя на ночной город.

– Знаете, – сказал он, не оборачиваясь, – у меня было полтора века, чтобы представить нашу встречу с Кэтрин. Я продумал каждое слово, каждый жест. А теперь понимаю, что всё это время разговаривал с призраком.

– Деймон, – начал Стефан, но брат его перебил.

– Я слышал ваш разговор внизу. Охотники, опасность... Забавно, что именно сейчас, когда я и так готов исчезнуть навсегда, появляется кто-то, кто хочет мне в этом помочь.

– Ты не можешь просто сдаться, – сказала Алисия. – Слишком много людей зависит от того, что ты выберешь.

Деймон наконец обернулся.

– Какие люди, Алисия? Кто от меня зависит?

– Стефан. Елена. Бонни. Весь этот город.

– Город, который я планировал сжечь дотла несколько месяцев назад?

– Город, который ты можешь спасти сейчас.

Деймон встал и подошёл к ним.

– И что вы предлагаете?

– Объединиться, – сказал Стефан. – Впервые за полтора века работать как команда.

– Против охотников?

– Против всех, кто угрожает невинным людям.

Деймон долго смотрел на брата, затем на Алисию.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Но с одним условием. Если мы встретим Кэтрин... я хочу поговорить с ней лично. Услышать правду из её уст.

– Договорились, – кивнула Алисия.

– Тогда рассказывайте, с чем мы имеем дело.

***

Они проговорили до рассвета, обсуждая планы, стратегии, возможные угрозы. К утру у них был чёткий план действий.

Стефан продолжит встречаться с Еленой, но будет максимально осторожен. Деймон займётся наблюдением за Джоном Гилбертом и выяснением, есть ли у того союзники. Алисия будет координировать их действия и поддерживать связь с Бонни.

– И никаких убийств, – строго сказала Алисия, глядя на Деймона. – Мы защищаемся, но не нападаем первыми.

– Даже если они нападут первыми?

– Тогда делаем всё, что необходимо для защиты. Но только тогда.

Деймон кивнул.

– Понятно. А теперь расскажите мне подробнее об этом Джоне Гилберте. Что именно заставляет вас думать, что он охотник?

И они рассказали ему обо всех подозрительных моментах, о вопросах, о манере поведения.

К концу разговора было ясно: в Мистик Фоллс началась новая война. И на этот раз ставки были выше, чем когда-либо.