глава 49

Лучия Мальдони

Ночь в горах была другой. Не такой, как в городе, где даже темнота подсвечивается фонарями и окнами домов. Здесь темнота была настоящей, плотной, будто ткань, в которую завернули мир. Только луна пробивала её холодным серебром, отражаясь в чёрных водах реки. Тени деревьев были густыми, каждая из них могла скрывать нечто живое. Каждое потрескивание ветки, каждый шорох казался предвестием беды.

Я вышла из воды, таща за собой неподвижное тело Луки. Оно было тяжелым, невыносимо тяжелым — словно я тащила не человека, а камень. Его голова безжизненно откинулась, и я увидела… кровь. Пуля пронзила его голову насквозь.

Слёзы текли сами по себе, застилая глаза. Руки дрожали так, что казалось — я вот-вот уроню его, но уронить я не могла, не имела права. Внутри всё кричало: «Нет, нет, это невозможно! Это не с ним! Не с моим Лукой!»

Вокруг стояла тишина. Только ветер стонал в кронах деревьев, и вода в реке булькала, окрашенная в тёмно-красный цвет.

На улице было темно, страшно. Я была одна. Совсем одна. В глуши, разбитая, голая, беззащитная. С каким-то убийцей, который всё ещё был рядом. Где-то здесь. Смотрел на меня. Возможно, целился в меня прямо сейчас.

Я положила голову на грудь Луки, вцепившись в его холодное тело, и закричала так, что лес, казалось, дрогнул от моего голоса.

– Лука! Скажи мне, что всё это сон… прошу!..

Он не отвечал. Его сердце не билось. Его кожа уже становилась бледной, тусклой. Тепло уходило из него с каждой секундой, и мне казалось, что оно уходит и из меня вместе с ним.

Я подняла взгляд на реку. Всего пару минут назад она была изумрудно чистой, прозрачной, будто сказочная. Но теперь… теперь передо мной была клокочущая кровавая жижа, от которой поднимался густой металлический запах.

Меня трясло. Ноги дрожали, и всё же я заставила себя встать. С усилием оделась, руки путались в складках одежды, пальцы не слушались. В голове звенело, а сердце било так, будто хотело вырваться из груди.

Я знала, что у нас в палатке был пистолет. Лука всегда говорил: «Без оружия в такие места — глупо». Тогда я смеялась. А теперь это оружие было моей единственной надеждой.

Я вошла в палатку, дрожащими пальцами нащупала холодную рукоятку и вышла обратно в ночь.

– Где ты?! Кто ты?! – мой голос сорвался на крик.

Я целилась в пустоту, поворачиваясь во все стороны. Но вокруг не было никого. Только темнота, только лес. Каждая тень казалась живой.

Моё дыхание сбивалось, пистолет дрожал в руках.

И тут я снова посмотрела на Луку. На его неподвижное тело, растянутое на земле. Его глаза были открыты, пустые, будто смотрели куда-то сквозь меня.

Пистолет выпал из моих рук и глухо ударился о камни.

– ЛУКА-А-А!!! – я закричала, сорвала голос.

Схватив себя за волосы, я рвала их, не чувствуя боли. Всё внутри разрывалось. Я больше не могла дышать, не могла двигаться. Казалось, мир рушился, а я падала в бездну вместе с ним.

– Нет смысла… – прошептала я, качаясь над его телом. – Нет смысла жить…

Я поднялась, пошатываясь, и пошла к обрыву. Земля под ногами дрожала, словно сама природа пыталась удержать меня. Но я шла.

Подойдя к краю, я посмотрела вниз. Там была пустота. Тьма. Лишь изредка на скалах мерцал свет луны. У меня закружилась голова, дыхание сбилось.

– Всё… – шепнула я. – Я иду за тобой, Лука…

Слёзы застилали глаза, и я сделала шаг. Ничего больше не чувствовала под ногами. Только ветер, рвущий тело вниз.

Перед глазами мелькнул камень, пронёсся в паре метров.

– Прощай… – прошептала я, и тьма накрыла меня.

…

Но это был не конец.

Я открыла глаза, всхлипнула и осознала, что лежу в палатке. Всё тело дрожало от ужаса, губы пересохли. Лука обнимал меня, крепко прижимал к себе, его рука гладила меня по волосам.

– Успокойся, Лучик, – шептал он. – Это был сон. Я рядом. Всё хорошо.

Я не могла поверить. Я вцепилась в него, словно в последнюю надежду, и разрыдалась ещё сильнее.

– Это был кошмар… – всхлипывала я. – Я… я видела, как тебя убили!

– Тсс… – он прижал меня к груди. – Всё в порядке. Я здесь. Слышишь? Это всего лишь сон.

Я кивала, но слёзы не останавливались. Я целовала его плечо, прижималась к нему, боялась, что если отпущу хоть на секунду – он исчезнет.

– Прошу… давай уедем отсюда, – взмолилась я. – Умоляю тебя. Я не могу больше здесь оставаться!

Он отстранился, положив ладони мне на плечи. Его глаза были серьёзными, спокойными.

– Лучик, это был сон. Всего лишь сон.

– Сон?! – я толкнула его в грудь. – А если этот сон что-то значит? А если тебе здесь действительно грозит опасность?

В груди стучало тревожное предчувствие, оно не отпускало, даже несмотря на его слова.

Лука взял меня за запястья, осторожно, но твёрдо, и прижал мои ладони к своей груди.

– Мне ничего не грозит, – сказал он уверенно. – Мы одни. Здесь никого нет. У нас есть оружие. Мы сильные и опасные, Лучик. С нами ничего не случится. Успокойся.

Я опустила голову. Его слова были логичными. Всё выглядело обычным. Ночь, палатка, мы вдвоём. Никаких следов крови, никакой красной реки, никакого выстрела. Только мой разум, изуродованный кошмарами.

– Ты прав… – прошептала я, и снова подняла взгляд. – Прости за мою истерику. Это всё бессмысленно.

Он обнял меня, поцеловал в лоб.

– Тебе не за что извиняться, – сказал он мягко. – Я понимаю тебя.

Я впервые за ночь чуть улыбнулась. Мы вместе вышли из палатки. Холодный воздух ночи коснулся кожи, и я глубоко вдохнула, будто пытаясь смыть остатки кошмара.

Лука взял меня за руку и повернул к себе.

– Кстати… – сказал он. – Я по дороге сюда заметил речку неподалёку. Может, искупаемся утром?

У меня по спине пробежал холод. Мои руки задрожали, я замотала головой так быстро, будто пыталась сбросить с себя картину из сна.

– Нет! Нет… нет, нет, нет! – выкрикнула я.

Лука нахмурился, с удивлением и тревогой посмотрел на меня.

– Хорошо, – сказал он спокойно. – Нет значит нет. Но… к чему такая реакция?

Он обернулся, словно проверяя окрестности.

Я в ту же секунду резко метнулась, тоже начала оглядываться, стараясь заслонить его собой. Абсурд – я, хрупкая, едва достающая ему до плеча, пытаюсь прикрыть его от невидимой угрозы.

– Ты что-то услышал? Где? – выпалила я, сердце билось в горле.

Он выдохнул и снова повернул меня лицом к себе.

Его руки крепко легли на мои плечи.

– Собирайся, – сказал он тихо, но твёрдо. – Мы едем домой.