Глава 1

2003 год. Конец лета. Дачные участки Москвы.

Выгоревшая под солнцем трава мягко хрустела под рваными кедами рыжего мальчишки. Вокруг не было ни души: люди постепенно вернулись в город, чтобы восстанавливать разрушенные дома после бомбёжки.

В мае этого года погибло очень много людей, а тем, кому повезло выжить, приходилось коротать тяжёлое время в садах. А дети — те, кто остался без семей — прозябали своё существование в руинах города. В результате улицы Москвы заполнили беспризорники. Полицейские плотно взялись за них, ведь те занимались мародёрством и мошенничеством.

Наш беспризорник тоже не отличался честностью и законопослушанием, поэтому шнырял по садовым участкам, как хитрый лис, рыщущий в лесу в поисках пропитания. Тринадцатилетний мальчишка бродил по дачам, выискивая всё, что могло бы пригодиться. Рыжая голова мальчишки заглядывала в каждый заброшенный дом, он шарил по садам, но ничего стоящего так и не нашлось.

Свернув с основной дороги, он прошёл мимо нескольких разрушенных временем участков и вскоре увидел яблони. Он быстро залез на дерево и откусил кусочек спелого яблока.

— Сочное и сладкое! То, что надо! — радостно сказал рыжий парнишка. Он открыл рюкзак — туда посыпались яблочки, одно за другим.

Вдалеке он заметил одинокий деревянный дом, стоявший на окраине и скрытый от чужих глаз за густыми кустами вишни.

«Похоже на заброшенный. Да ещё и на отшибе. Никто не узнает, что я тут побывал и всё вынес. Хе-хе!» — пронеслась мысль у Жеки, и он уже продумывал план ограбления.

Собрав в рюкзак побольше яблок, он спустился с дерева и направился к дому.

Но стоило ему подойти ближе, как в кустах кто-то зарычал.

— Эй! Кыш! — крикнул рыжий мальчишка и заглянул в кусты. — Там собака, что ли?

Из кустов выскочила лохматая и дикая девочка и налетела на мальчишку: сбила с ног, царапала и кусалась. Она оказалась неожиданно сильной — мальчишка не мог вырваться из её цепких рук.

— Эй! Прекрати! Я тебе ничего не сделаю! Сильная, зараза! Отпусти меня!

Он ударил девчонку палкой по голове — не сильно, но достаточно, чтобы она отступила. Та попятилась и начала кружить вокруг него на четвереньках, словно дикий зверёныш.

— У меня есть конфетка. Хочешь конфетку?

Мальчишка вынул из кармана шорт мятую карамель и протянул дикарке. Та удивлённо уставилась на яркую обёртку.

— На, бери. Только не кидайся больше и не кусайся, ладно?

Девочка кивнула и осторожно взяла конфету, развернула, откусила маленький кусочек... и тут же завернула обратно, спрятала в карман.

Жека внимательно наблюдал за девочкой и никак не мог понять — что с ней? Как она вообще оказалась здесь одна и ведёт себя, как дикарка?

— Меня зовут Женя, — представился он. — Но можешь звать Жекой... или Револьвером. А тебя как зовут? И где твои родители? Ты потерялась?

Девочка не ответила. Только показала маленьким пальчиком на тот самый дом, который чуть не обчистил Жека.

— Это твой дом?

В ответ — молчаливый кивок. «Да, это её дом», — мысленно ответил сам себе Жека.

При свете дня он смог разглядеть девочку получше. Она встала в полный рост и больше не ползала, как собака. Дикарка оказалась маленькой и хрупкой, но сильной. Её чёрные глаза были глубокими, как ночь, полные бездонной темноты, в которой хотелось раствориться. Волосы — пепельно-русые, холодного оттенка, словно призрачные нити. Бледная кожа без румянца делала её похожей на фарфоровую куклу. Ей не хватало красивого платья и пружинистых кудряшек, украшенных соломенной шляпкой.

Жека на мгновение остолбенел: дикарка кого-то ему напоминала... Но где и когда он мог её видеть?

«Какая она милая... хоть и дикая», — умилился он.

На вид девочке было лет одиннадцать, но выглядела младше. Жека был выше её на полторы головы и выглядел старше своих лет.

Дикарка показалась ему странной: то ползает, то рычит, то молчит. Даже не смотрит на него, а пялится на его рваные кеды.

«Может, у неё с головой не всё в порядке? Тогда, где её родители? Или она заблудилась?» — размышлял Жека и спросил у девочки:

— Ты немая, что ли?

— Нет! — вдруг громко крикнула девочка и, развернувшись, убежала в дом.

Жека удивился тому, что девочка разговаривает. Он пошёл следом за ней и вошёл в чистый летний дом — там царила тишина, даже гнетущая.

— Чисто у тебя тут... и тихо. Где родители-то?

Но на его вопрос девочка расплакалась и, всхлипывая, убежала на второй этаж. Жека поспешно поднялся за ней и подошёл к двери комнаты.

— Эй! Открой дверь! Твои родители умерли или бросили тебя? Или ты заблудилась? Если так, то я могу тебя вернуть домой, — говорил Жека с девочкой, но ответа от неё не было.

За дверью было слышно, как дикарка плачет — громко, с истерикой, будто выплёскивала наружу весь ужас, который копился внутри.

«Она точно псих... хотя... кто знает, что с ней случилось. Надо бы её как-то успокоить, а то ещё начудит», — размышлял Жека и подошёл вплотную к двери, стал успокаивать девочку:

— Ну не плачь... Ладно-ладно, больше не буду спрашивать про родителей. Дом у тебя такой чистый. Это ты всё прибираешь?

— Да! — сквозь слёзы выкрикнула девочка и вышла из комнаты.

Только сейчас Жека наконец разглядел комнату, в которой скрывалась дикарка, и понял — она живёт здесь одна. Дом был чистым, но в общей атмосфере чувствовалась пустота. Такая, от которой по коже пробегают мурашки. Словно призраки бесшумно скользили по деревянным половицам.

Жеку что-то напугало — по его телу прокатилась дрожь, будто глубоко внутри кто-то шепнул: «Ты знаешь это место». Ему стало не по себе. Этот дом был похож на тот, что приходил к нему в странных, тревожных снах — и это ощущение невозможно было выбросить из головы. Он резко отогнал эту мысль и подумал, что нужно забрать девочку со собой. Он сейчас как раз собирался двигаться в сторону Москвы: хватит скитаться по заброшенным сёлам и ночевать на чердаках. В Москве можно начать новую жизнь. Там и затеряться проще: полицейские ищут его за мелкое воровство и драки, но в столице его точно никто не найдёт.

— Слушай... а пошли со мной, — предложил Жека. — Я как раз в Москву иду. Мне терять нечего. Я сирота. А тебе, наверное, тоже тут одной невесело? А так вместе будем бродить по этому свету. И не плачь... Я не люблю, когда плачут.

— А... ты знаешь дорогу в Москву? — почти шёпотом спросила девочка.

— Знаю, — кивнул Жека. — Так пойдёшь со мной?

— Да, — скромно ответила она.

Она молча собрала рюкзак и аккуратно закрыла дверь дома. Затем она вышла в сад и подошла к клумбе, где росли люпины.

— Я найду Тамару и сразу вернусь, — шепнула девочка, словно обещала это кому-то, кого Жека не видел.

— Пошли, волчица! Скоро стемнеет, а нам ещё топать — ого-го!

Девочка, как тихая мышка, побежала за шустрым Жекой, но всё время оборачивалась в сторону дома, пока тот не скрылся из виду.

***

Всю дорогу странная девочка покорно следовала за рыжеволосым беспризорником — точно таким же, как она. У него были глаза разного цвета, и это придавало ему агрессивный и немного таинственный вид. Одежда на нём была потрёпанная, обувь — изношенная до дыр, но ему было всё равно: он уверенно шёл вперёд.

Жека всю дорогу рассказывал о своих приключениях, а девочка молчала и шла за ним, как верный пёс.

Болтовня мальчишки прошла незаметно, как и время. Беспризорники пришли к железной дороге глубокой ночью.

— Эти поезда едут в Москву. За пару часов доедем. Залезай в вагон, пока нас не заметили, и сиди тихо, — сказал Жека, угрожающе посмотрев на девочку. — А то полиция схватит — и в детдом. А нам это не надо, — и ткнул пальцем ей в лоб, чтобы она уяснила его слова.

До приезда в Москву дикарка молчала — и этим начинала раздражать Жеку. Но когда она прижалась к нему, чтобы согреться, рыжий сразу оттаял. Он закутал дикарку в свою куртку и обнял. Они ехали до Москвы, прижавшись друг к другу, словно всегда были вместе.

— Мы приехали. Просыпайся! — будил Жека девочку.

— Я не спала. Мы в Москве?

— Да. Никого пока нет. Надо выбираться быстро. Дай руку, — Жека протянул руку, помогая выбраться из вагона, где лежал уголь. — Чумазые мы, конечно, но ничего — отмоемся.

— Эй! Что вы там делаете?! — закричал работник РЖД, догоняя беспризорников. — Ловите их!

Беспризорники мигом сорвались с места и убежали подальше от железной дороги. Они смогли оторваться от погони и спокойно продолжить путь в сторону города.

Жека уверенно вёл девочку окольными путями, крепко держа её за руку — боялся, что потеряется. Пока они ехали, он успел к ней привязаться и теперь не хотел оставаться один.

Через час ребята вышли к городу и бродили по разрушенным улицам. Всё вокруг было в разрухе и хаосе. Война закончилась всего пару месяцев назад, и люди потихоньку возвращались в свои разрушенные дома.

— М-д-а... Война. Не в лучшее время мы сюда попали. Но зато, смотри, сколько добра можно собрать, — Жека показал на выбитые окна и раскрытые настежь двери. — Пока займёмся мародёрством, а потом что-нибудь придумаем. — Жека опять ничего не услышал в ответ от девочки. — Эй, чего молчишь? Если так и будешь молчать — оставлю тебя здесь одну. Тебя хоть как зовут?

Девочка в это время растерянно озиралась по сторонам и будто не слышала его — не могла понять, где она и что происходит.

— Я ещё раз спрашиваю: как тебя зовут? — повторил Жека, повысив голос.

— Яна... — тихо ответила она. — А почему тебя зовут Револьвер?

— Это в детдоме меня так прозвали. У меня игрушка была — револьвер. Потом хочу настоящий пистолет. Стану криминальным авторитетом, чтобы меня все боялись.

— А я домой хочу, — всхлипнула Яна. — Мне тут страшно.

— Нет у тебя больше ни дома, ни семьи! Теперь я — твоя семья, дом и смысл жизни, волчица. И не ной! Не люблю, когда плачут! — раздражённо сказал Жека. — И скажи, где твои родители? Может, я тебя забрал, а они тебя ищут?

— Нет! Нет! Нет! — закричала Яна, как будто ей надавили на больное.

— Да не ори ты! Всё, понял. Родители — больная тема. Тогда не ной, что домой хочешь! Вытирай слёзы и успокаивайся.

— А почему я волчица? Я же не волк.

— Ты дикая, как волк. Пошли, Янка! — Жека крепко схватил её за руку и повёл вглубь города. — Скоро стемнеет, а нам надо найти место, где можно переночевать.

Так началось путешествие знаменитого авантюриста по прозвищу Рыжий Чёрт и его молчаливой напарницы — Монстра с душой ангела. Спустя всего пару лет они наведут шороху в столице, и за их головы назначат награду. Но никто их не поймает — ни полиция, ни бандиты. Потому что девочка, которую Жека однажды встретил в заброшенном саду, оказалась не такой простой. Она хранила в себе тайну.

5 октября 2011 года. Москва.

Город засыпает — и просыпается мафия. Эти слова всем известны благодаря игре, в которую любили играть дети на тихом часу или перед сном в загородном лагере.

Москва изменилась до неузнаваемости и стала похожа на город будущего: неон, голограммы и современные технологии — всё под рукой человека. Корпорация «Кибермир» владела большей частью прогресса и создавала передовые технологии. Она контролировала мировой интернет, внедрила единую цифровую систему и даже снабжала своими разработками фармацевтику. Следы корпорации ощущались во всех сферах жизни человека: за каждым следили, собирали и хранили персональные данные, которые люди добровольно передавали. В итоге были созданы идеальные условия для цифровой тюрьмы.

Но где тюрьма — там и бунт. Сопротивление назвали «Анархией». Её ядро — молодёжная банда, расшатывающая режим «Цифры и кода». Поэтому банду анархистов хотели уничтожить все: от власти до криминала.

Эта банда состояла из отбросов, но каких!

Во главе стоял гениальный хакер по кличке Димон — основатель «Анархии». Для него это была не просто борьба, а личная вендетта. Один он не справился бы, и вскоре к нему присоединились наши беспризорники. Особенно выделялся Рыжий Чёрт (Жека). Потом появился Макс, за ним — Лёха. Спустя время — Дамей, горячий кавказский парень. Последней присоединилась Полина — она стала талисманом банды. Маленькую девочку редко брали на разборки: слишком опасно.

Сегодня ночь для многих оказалась бессонной. В одной из подворотен разразилась жёсткая перестрелка между наёмниками и бандой анархистов.

Неожиданно Жека выскочил из укрытия и выстрелил из револьвера — в котором закончились патроны. На всю улицу разнёсся дикий смех Рыжего Чёрта, но длился он недолго — меткий выстрел попал ему прямо в шею.

Авантюрист замертво упал на влажный асфальт и был утащен Яной в укрытие.

Жека передал ей свой револьвер. Из его шеи хлестала кровь, и он еле выговаривал последние слова:

— Мне уже не нужен револьвер. Мой спектакль окончен, волчица. Но я так хочу, чтобы ты любила и была любимой, Янка. Пообещай мне жить и любить?..

— Обещаю... — прошептала Яна в ответ.

Жека попытался улыбнуться, но не смог. Яна сильно зажала его открытую рану, пытаясь остановить кровь, но всё было бесполезно.

— Не мне ты откроешь свой мир, а тому, кто не так обречён, как я... — прохрипел Жека последние слова и скончался у неё на руках.

Анархисты пали духом. Первым дал волю эмоциям Лёха:

— Чёрт! Умер! Жека умер! Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Полина мотала своей голубоволосой головой, переводя взгляд с одного на другого. Её губы задрожали и вымолвили лишь одно:

— Нас зажали. Что будем делать?

Рядом с ней сидел Димон, который сипло ответил:

— Это конец, Полина. Спета наша песенка... но напоследок мы зададим жару этим ублюдкам!

— Помирать — так вместе, Димон... — Полина протянула ему руку. — Мне не страшно, когда ты рядом.

Димон сжал её мягкую руку и уже хотел выйти из укрытия, но в этот момент Яна закричала — звериным, нечеловеческим криком. Даже наёмники испугались и перестали стрелять.

— Что за зверь там?! — запаниковал один из них. — Нас о нём не предупреждали...

Сейчас Яна не видела красок — только багровый свет. Всё стало иным: воздух был гадким и чёрствым. Она схватилась за ножи и кинулась вперёд — прямо под пули.

Один из анархистов успел только крикнуть:

— Яна! Да чтоб тебя! — Макс выхватил из кармана последний магазин и зарядил пистолет. — Прикроем её!

То, что потом увидели анархисты — запомнили навсегда. Как один человек в одиночку расправился с толпой вооружённых наёмников. Ярость Яны была ужасающей. Её попытался остановить один из своих — самый здоровый парень в банде. Но она не делила людей: ни на своих, ни на чужих.

— Остановись! — крикнул здоровяк, крепко схватив Яну за руку, когда она замахнулась на него. — Ты их всех убила! Прекрати!

— Лёха, прости... Я не хотела... — Яна отбросила ножи подальше от себя. — Прости... Что я наделала?..

Только сейчас она увидела гору трупов. И взгляды друзей — ошарашенные и испуганные. Они впервые смотрели на неё как на чудовище.

— Слухи о том, что Жека был хозяином монстра, оказались правдой... — вырвалось из уст Дамея.

— Я не монстр!.. Я — никто! Никто!

С криком Яна убежала в темноту.

— Мы потом её найдём, а сейчас — по машинам! — скомандовал Димон. — Менты уже на подходе!

Анархисты забрали тело Жеки и уехали с поля боя.

Через несколько минут на место перестрелки прибыла полиция во главе с начальником Эдуардом Аверихиным.

— Какой ужас... — Полицейского вырвало от вида трупов. — Работы тут — невпроворот.

— Я знаю, кто это сделал, — произнёс уверенно Эдуард. — Но пусть за этим чудовищем охотится КГБ. Среди мёртвых есть живые. Срочно их в госпиталь!

Полицейские беспрекословно пошли выполнять приказ начальника полиции.

А он обратил свой взор на тонкий серп луны, сиявший в небе, и задумался над тем, как поймать опасную анархистку. По слухам, она обладала неслыханными способностями, переворачивающими науку вверх дном.