15 апреля 1985 года. 23:45. Рыбный док №3, Слиделл.

Луна висела над причалом, как грязный фонарь. Вода в доке пахла гнилыми водорослями и соляркой. Я припарковал Oldsmobile за горой пустых ящиков, где уже ждал грузовик с рефрижератором.

У причала, куря самокрутку, сидел старик Билли – местная легенда. Морщинистый, с выцветшими якорными татуировками и одной стекляшкой вместо глаза. В молодости он якобы перевозил ром во времена Сухого закона, а теперь специализировался на «особых грузах».

– Ну что, капитан? – хрипло рассмеялся он, плюнув в воду. – Опять твои друзья рыбу подпортили?

Я открыл задние двери грузовика. Внутри – аккуратные ящики с треской, упакованные для экспорта в Канаду.

– Где команда?

Билли щёлкнул пальцами. Из тени вышли трое мексиканцев в резиновых фартуках.

– Они знают, что делать.

Мы прошли в подсобку – душную комнату с бетонным полом, застеленным клеёнкой. На столе – рыба, ножи, шприцы с желатиновым составом.

Процесс:

Вскрытие – острым филейным ножом делали надрез вдоль хребта.

Упаковка – в брюшную полость закладывали герметичные капсулы (по 200 г кокаина в каждой).

Зашивка – медицинским степлером, шов маскировали под естественные повреждения.

Обработка – рыбу окунали в ледяной раствор с морскими водорослями, чтобы перебить запах.

– Собаки не почуют, – хвастался Билли, затягиваясь самокруткой. – А если кто и вскроет – подумают, что браконьеры подпортили улов.

Я кивнул, проверяя образцы. Всё чисто.