Глава 1

Глава 1

Вдох, выдох и снова вдох...

Суббота. Теплое ноябрьское утро. Снаружи сияет яркое зимнее солнце, на ясном небе плывут мягкие облака, во дворе щебечут объевшиеся пшеном воробьи, курлыкают голуби. Синицы, подлетая к кормушке, что на ветке пушистой заснеженной ели, за мгновение хватают жирное зернышко и устремляются греться в теплую крышу.

Сквозь закрытые шторы на окне третьего этажа проник крошечный лучик, и комната озарилась светом.

Тишина...

На небольшой кровати напротив стола и большого зеркального шкафа, что–то сопело.

Выдох....

Работа без отдыха продолжалась уже недели три, а последние двое суток пришлось не смыкать глаз, и это утро стало первой возможностью спокойно выспаться. Настоящий рай для уставшего человека. Перевернулся на другой бок, вытянулся, а потом свернулся обратно калачиком, словно большой кот. Идеально. Однако...

...проклятый будильник прервал наслаждение.

Отвратительный звук, ничего не скажешь. Какой бы мягкой и милой не была бы эта мелодия, ужаснее её не найти. Это ж надо человечеству придумать такую пытку, как вырывать себя из идиллии в суровую реальность, да ещё и этим милым звуком. Ад!

Неохотно открыл глаза. Всё вокруг плыло, но мерзкий таймер, всё ещё стреляющий в уши, заставил прийти в себя.

– М-м-м... Ох... – он заставил себя подняться и отключить телефон на столе. Хотелось лечь обратно, но нельзя. Суббота, семейный завтрак, спасибо ему.

Оторвавшись от кровати с тяжестью нагруженного Боинга, тот сонно поплёлся в ванну, ворча что-то под нос. Умылся, привёл себя в порядок и, прогладив длинные светлые волосы утюжком, зафиксировал их лаком. Пятна на лице замазал тональным кремом, припудрил.

«Хоть на человека похож».

Вернулся. В шкафу вырыл себе джинсы и голубую рубашку. Не на парад же – сойдет. Отойдя, финальным взглядом посмотрел в зеркало.

Перед собой он увидел высокого худого юношу астенического телосложения. Длинные волосы, висевшие почти до плеч, аккуратно уложены. Лицо – вытянутое и бледное, высокий лоб, скулы выражены, острый подбородок. Губы сухие, выцветшие, с еле заживающими заединами по краям, миниатюрный нос. В обтянутом кожей черепе сверкали большие ярко-синие глаза, сверху чуть опушены брови. Тело длинное, тонкое, как и руки, ноги, шея, пальцы. Но для его комплекции мышцы весьма сильные. И при всём при этом он – невероятно красив: черты лица гармонично сливались, а тело, несмотря на худобу, было грациозным. Только вот плечи уныло опущены, а синяки под глазами от недосыпа слегка заметны даже под слоем краски. Печально выдохнув, он схватил телефон, надел башмаки и вышел из комнаты.

Прошёл по бежевому коридору, выстланному бордовым ковром с рисунком цвета охры, попав на ажурную лестницу из темного камня, спустился на два пролета и оказался на первом этаже. Стоило только ему выйти в коридор, как он наткнулся на женщину восточной внешности в полицейской форме с тёмными густыми волосами, собранными в высокий хвост.

– Доброе утро – бросил тот и побрёл дальше. Но она в ответ вдруг поймала его за локоть.

– Знаешь который час? Опаздываешь... – прошептала, даже не повернувшись

– Н-да, мне это известно.

– Быстрее иди, Хама То вышел, может, повезет, и не попадёшься – Брови полезли на лоб. Представился шанс!

– Понял.

Через две минуты тот уже стоял, запыхавшийся, у больших роскошных резных дверей. Сердце сильно застучало то ли от бега, то ли от волнения. На этот раз опоздание ему не простят. Он шумно выдохнул, собравшись с силами. «Спокойно.».Только хотел постучать, как весь коридор затрещал:

– ЛЕОНАРДО!

– Чёрт.

Внутри что-то рухнуло, отчего в стопах неприятно зазудело. Несмотря на то, что сердце колотилось, а глаз уже собирался дёргаться, он сжал руки в кулак и старался не поддаваться панике. Глубокий вдох. Медленно повернулся

Грозный взгляд зеленых глаз врезался в провинившегося. Пухлые губы сомкнулись в линию и не предвещали ничего хорошего. Мужчине было лет сорок-сорок пять, высокий, на голове носил темно-каштановые «вылизанные» волосы. Лицо, посреди которого был длинный нос с горбинкой, покрыто мелкими мимическими морщинами, под глазами – мешки, которые он, казалось, даже не пытался скрыть. Тот надвигался на несчастного стремительной походкой, крупными шагами, размахивая руками. От создаваемого ими «вихря» длинные широкие рукава рубашки развевались во все стороны.

И вот он подошел. Вплотную. Впился взглядом. Несмотря на то, что Лео был выше, ему не удавалось чувствовать себя ведущим в этой ситуации. Глаза пожирали его, убивали изнутри, давление росло. Пришлось сдаться.

– Ты опоздал! Опять! – взревел мужчина.

– Прошу прощения – тихо ответил он, сглотнув слюну. Взгляд старался не опускать.

– В который раз? Во второй, в третий?

– Я очень устаю....

– И? Как это касается других? Меня волнует твоё неуважение ко мне и ко всей семье. Как ты смеешь так себя вести? Другие почему-то не имеют наглости опаздывать на каждый завтрак, который, к слову, проходит только в субботу. Неужели так сложно поднять себя на двадцать минут раньше? Я постоянно обещаю наказать тебя за эту дерзость и каждый раз милостиво прощаю, в надежде, что примешь к себе самому меры сам. Однако ты словно вынуждаешь меня!

– Простите, отец – вздохнул – Этого больше не повторится

Мужчина схватил его за подбородок и заставил посмотреть в глаза.

– Слушай меня. Еще одна малейшая оплошность, и я клянусь, наказания тебе не избежать. Это понятно?

– Да. – сглотнул слюну.

– Заходи – прозвучал приказ.

В роскошной столовой в светлых тонах с золотым декором располагался большой деревянный овальный стол молочного цвета, у которого стояли тринадцать стульев с позолоченными вставками. По бокам возвышались несколько сервантов с предметами искусства: статуэтками, столовыми приборами, бокалами, а напротив двери висел большой пейзаж лавандового луга на фоне июньского восхода. С боковой стены был вход, очевидно, на кухню, откуда уже пахло, как показалось Лео, свежим омлетом. В комнате сидели два молодых человека и девушка. Темный юноша с бледно-зелеными глазами, похожими на узор змеевика, задумчиво рассматривал стеллаж.

«Как будто в первый раз видит» – подумал Лео.

Другой же парень, русый, уже держал наготове столовые приборы, вероятно, ожидая завтрака. Девушка в комбинезоне цвета фуксии с эффектным вырезом находилась с краю, поодаль от них. Русые густые волосы, собранные в аккуратный хвост, скрывали тонкую открытую ключицу. Она судорожно кому-то писала.

– Доброе утро! – громко произнес глава семейства, кивнув Лео на его место. Присутствующие подняли головы, встали, приветствуя.

–Где Рафаэль? – продолжил он, махнув вниз кистью, – Пабло?

– Ему нездоровится. Он говорил, что голова очень болит. Возможно, попозже придёт – тихо ответил тёмный юноша

–Печально. Дай Бог, обойдется. Эра, милая, как тебе спалось? – обратился он к девушке.

– Более менее... – вымолвила она отстранённо.

– Да она опять не спала полночи – съехидничал русый молодой человек – Я слышал, как она с кем-то болтала

– Это не твоё дело, Мик – девушка раздражённо сжала кулаки.

– Прости, сестрёнка, ты же знаешь, моя жизнь ведь на тебе зациклена.

– Вот и не лезь!

– А ты спать мне дашь, когда-нибудь? – воскликнул Микеланджело.

– Не начинайте, пожалуйста. – Пабло недовольно подпёр голову рукой.

– Она выйдет вечно на балкон надо мной и начинается на три часа!

Наконец–то принесли еду, обстановка разрядилась. Три человека прислуги стояли по краям комнаты в ожидании приказаний. В рот Лео не лез ни один кусок, но внимание было привлекать нельзя – надо есть.

– Отнесите Рафаэлю завтрак – приказал отец.

– Не нужно, Раф написал, что он уже спускается.

Лео всё скучающе молчал..

– Замечательно – холодно ответил отец – Есть некоторые новости, которые Вам следует знать. Вчера на Совете было принято важное решение, касаемо Вас.

На мгновение дети стихли. Только лишь огромные напольные часы с маятником отсчитывали вслух секунды.

Под стук прислуга тут же открыла двери. Высоко подняв подбородок, в комнату гордо вошёл темно-русый зеленоглазый молодой человек ростом немного ниже Лео. За ним – женщина, которую последний встретил в коридоре. Она мягко присела, поклонившись, и качнула головой в знак приветствия

– Доброго Вам утра, отец – голос был наигранно высоким и благородным, однако Лео такого мнения не разделял – Прошу прощения за опоздание.

«Подлиза» – подумал Лео.

– И тебе, Рафаэль. Присаживайся. Как твоя голова? Пабло сообщил, что тебе нездоровится. Снова мучают мигрени? – строго поинтересовался отец.

– Спасибо. Лучше. Устал очень и, к тому же, плохо спал. Выпил таблетку, пока всё прошло

– Рад слышать – неожиданно на лице появилось подобие улыбки.

Лео вынул бровь: «Как у меня что-то болит, или элементарная усталость, так это «никого не волнуют причины опоздания». А как у Рафика головка разболелась, так он сразу бедный мальчик». Хама То заметил.

– Матильда, прошу, присоединяйся к нам – отрезал тот, не отводя от сына взгляда.

– Благодарю Вас, Ваше Величество – женщина мягко села с краю стола.

– Итак, – медленно начал император – Вам по пятнадцать. Вы уже не маленькие дети. Потому, необходимо более серьёзно отнестись к вашему образованию. Особенно это касается тебя.

Все посмотрели на Лео и смолкли. Его зрачки судорожно перескакивали с братьев и сестры на Хама То.

– Я понял – утвердил он.

– Совет счёл, что ваше домашнее образование не достаточно глубокое. Иными словами, то, что вы целыми днями не понять чем занимаетесь вместо школы, мешает вашему обучению. В старших классах такое не пройдёт. Именно это вчера обсуждалось в Совете. Вердикт прост – вы все будете учиться очно с этого момента.

– И как это должно меня коснуться? – прервал молчание всеобще округлившихся глаз Лео.

– Тебе сделано исключение.

– Слава Богу... – пробормотал он.

–Ты пойдешь сразу в десятый класс, а не в девятый, чтобы лишний раз не сдавать экзамены и не тратить год – продиктовал, смотрел в глаза, следил.

–У меня есть высшее! – он закричал на всю столовую, вскочив со стула.

– Не повышай голос! – отец воскликнул чуть громче, пресёк попытку бунта, пилил взглядом.

– Хама То, – шепнула женщина, что тот назвал Матильдой.

– Ты пойдешь туда, поскольку твоё школьное образование не полное

– Что это оно не полное? Экзамены сданы, Аттестат есть. Что ещё нужно? Я сам кого угодно научу.

– Оно не полное, так как окончено экстерном. Особенно старшие классы. Успокойся. Докапываться до тебя никто не будет. Ты походишь, послушаешь, вспомнишь уроки литературы, истории, которые ты не когда не знал и не знаешь. М? Помимо школы делай, что хочешь. Мешать работать тебе никто не будет. Если грамотно распределишь время, разумеется – отец успокоился и стал приводить разумные аргументы.

– У меня и так нагрузка, что я не сплю по несколько дней, две вузовские группы и проект на полмиллиона, который отправить надо через четыре дня.

Хама То уставши вздохнул.

– Проект отправишь, работы будет меньше. У Совета в приоритете не твои личные проблемы, а будущее государства. Ты волен в своих занятиях, хобби, но образование и долг превыше всего. Полтора года школы тебе не повредят.

– Но зачем? – тот, наконец, сел – Я не понимаю.

– Годы правления Николая Второго, живо! – император разозлился.

– Я... не помню. – вымолвил Лео.

– Когда образовалась Империя Санландия? – тот замолк, вытаращив на отца глаза.

–Андрей Болконский, кто это? М?

– Это... герой....

Все с испугом-интересом наблюдали, в ожидании, что будет дальше.

– Позор! Высшее у него есть. Ты, Наследник Императорского престола Санландии, не знаешь таких простых вещей и ещё и спрашиваешь, зачем тебе «это всё». Хорошо, члены Совета не видят! Что ж. – тот, выдохнув, отвел глаза, рассматривая картину, – Николай Второй – последний Император Российской Империи взошёл на престол второго ноября тысяча восемьсот девяносто четвертого года и правил по пятнадцатое марта тысяча девятьсот семнадцатого года, когда подписал отречение. А в ночь на семнадцатое июля тысяча девятьсот восемнадцатого года был расстрелян. Далее, Санландская Империя отделилась от Российской сразу после революции. Это, пожалуй, возьми и изучи сам, я распоряжусь, и в архиве тебе предоставят необходимые документы, если будет интересно. А по поводу Болконского, откроешь «Войну и Мир» Толстого. Даю два месяца на прочтение. Потом спрошу. Клянусь, не забуду. А после примешься за историю, раз все настолько печально. Довольно. На этом всё. Завтрак окончен. Возражения не принимаются. В понедельник пойдёте в Первый Лицей и чтоб без капризов. Свободны.

* * *

Лео поднялся к себе, громко хлопнув дверью, взвалился на кровать. Уперся головой в подушку

«М-м-м» – к счастью, никто не слышал. Перевернувшись на спину, он лёг, раскинув руки.

– Только этого не хватало. Чёртов Совет! Ненавижу – сам не заметил, как произнес вслух. От злости он шумно выдохнул весь воздух.

«Спокойно, спокойно, как обычно, что-нибудь придумаю. Так. Работа. Надо быстрее отправить проект, чтобы успеть до этого кошмара».

Недовольно вздохнул и сел за стол, включил компьютер. На тот файл уже тошно смотреть. Бился Лео с ним две недели, днём и ночью. Остались лишь финальные штрихи. Взгляд замылился, болела голова. Он взял себя в руки и принялся за работу.

–Кого там опять принесло...– в дверь тихо постучали – Да.

На пороге возникла тень. Медленно подошла к нему, встала рядом, положила на голову руку. Расслабился, прижался, не переставая читать. Она же медленно поглаживала его гладкие волосы, затем запустила внутрь пальцы.

– Жанна! – он отпрянул – Сколько раз я просил!

Она усмехнулась...

Ей было тридцать. Во дворец Жанна попала, будучи еще студенткой медицинского в качестве няньки для маленьких детей Императора, а потом стала для них врачом. И как-то так сложилось, что, окончив университет, а затем и ординатуру на хирурга, выйдя замуж, она не смогла бросить того, кто стал ей таким родным. Вместо работы в больнице, к чему она так долго шла, Жанна решила остаться во дворце, с ним.

Она поправила короткие черные кудряшки.

– Ну, выспался? – голос её звонкий, приятный, с лёгкой язвинкой.

– Если бы. Любимый семейный завтрак. Терпеть не могу... Еще и опоздал. – Лео ворчал, даже не задумываясь о своих словах, настолько он был погружён в экран.

– Опять! Что Хама То? – испуганно спросила она.

– Пронесло, слава Богу, – перебил тот – Я думал всё, но нет. Пожалел, наверное.

– Снова ходишь по лезвию ножа. Уверена, это было последнее предупреждение. Он давно терпит.

Лео нервно рассмеялся.

–Н-да. Давно...

– Как прошёл завтрак? Так же мрачно, или что интересного было – присела рядом с ним.

– Хуже некуда прошёл – съязвил Лео

– И что же?

– А-х-а! Вчера же Совет был. И они как обычно... посоветовались.

– Так... – Жанна приготовилась.

– Решили, что «нечего на домашнем - то учиться. Надо бы нормально уже заниматься» – спародировал тот, вращая кистями – И вот. С понедельника мы выходим на очное. Прямо в этот проклятый лицей.

– А ты...?

–И я тоже, представляешь! Иду в десятый класс. Как ребенок маленький. «Учителя слушать» – он закатил глаза, цокнув.

– Но почему?

– А, видите ли... Школьную программу я экстерном сдал, и, по экспертному мнению совета, ничего не помню. Ни литературу, ни историю, ни всю эту гуманитарную бурду.

– Это не «бурда», а твоя эрудиция – поправила Жанна.

– Кому как. – не отрывал взгляда от монитора, продолжая писать и редактировать.

–Лео, мы это обсуждали.

– Как бы там ни было, – перевёл тему тот – Факт остаётся фактом. Меня отправляют в какие–то ясли. Это унизительно! Пять лет проучиться в Москве, в топовом ВУЗе, а теперь идти в Санландский лицей! Ещё и Хама То прижал меня перед всеми, Раф мне теперь всю жизнь припоминать будет, что я не назвал годы правления Николая Второго. Зануда...

Та задумалась

– Чего молчишь? Скажи что-нибудь... Жанна! – обернулся Лео.

– Ну, в принципе, я, можно сказать, – аккуратно подбирала слова – ... согласна с мнением Совета.

– Что?! И ты туда же! – воскликнул он.

– Послушай меня. То, что ты гениален в математике...

– Я не гениален – отрезал Лео.

–... Сейчас не об этом! – она продолжила –... в математике и биологии и так далее, никто не спорит. Но! Общего образования тебе явно не хватает. Мало начитанности, культурной образованности, знаний истории, литературы, обществознания и права. Это твой кру-го-зор. В конце концов, ты наследник.

Тот закатил глаза.

– Да, как бы неприятно это было тебе слышать, это факт. И никуда от него не деться. Ты из Императорской семьи, это накладывает большую ответственность. Нельзя её подвести. Не так сложно посидеть на занятиях. Может, узнаешь чего, вспомнишь. В конце концов, просто послушаешь.

– Это. Моё. Время! Кстати, а ты помнишь «войну» с литературшей. С Ириной-то. Как ты ходила к ней каждый день, чтобы она мне эту несчастную «три» поставила. Не дай Бог я ей на глаза попадусь, она меня съест.

– Ох, Боже. Никто тебе и слова не скажет. В крайнем случае...– задумалась – Разберёмся, при необходимости. Всё, давай закроем. Надоело. Я помогу тебе, если нужно будет. Только, главное, без паники.

– Угу... Я попробую – Лео грустно выдавил.

– Ты препараты принимал сегодня, кстати, о птичках?

– Нет ещё... – влился в процесс, уходя из реальности.

– А... Почему?

– Не до этого было.

–Ах, не до этого! Ну да. Ворчать-то, конечно, гораздо важнее. Я чувствую, кто-то под капельницу захотел – невзначай добавила.

– Нет! – он обернулся.

– Тогда живо!

Мгновенно встал, с грохотом отодвинув стул, пошёл за таблетками.

Гнев отца ему был не так страшен, как её...