«Лишить себя жизни - неверное выражение. Не себя, а кого-то».

Встав с утра пораньше, я не заметил ничего примечательно, кроме одной важной детали: тишина. В этом доме бывает затишье лишь перед бурей. Ладно, наверное, глупо делать вид, что ничего не случилось. Мне приснился недавно до жути странный сон – хотел бы я так считать, но не могу. Наконец-то сложил «2+2» и понял, чью душу хотели пробудить, и откуда у меня эти эмоции, воспоминания, противоречивые чувства. Хотя на самом деле осознание ко мне до конца ещё не пришло, а разве в такой ситуации оно может просто взять и резко прийти? Скорее всего, нет. Не каждый день ты просыпаешься из могилы, в которую тебе не дали зарыться толком. А вдруг я всё не так понимаю?

После этой череды всплывших воспоминаний я ещё сильнее стал ощущать дискомфорт и отторжение от этого тела: что-то внутри меня разрывалось, хотело бежать и кричать, но снаружи – ничего. Главной проблемой оказалось, что я просто заперт в золотой клетке. К тому же мне не давала покоя мысль, что если я уже мёртв, то как я могу мыслить? Ну, то есть, а я ли это на самом деле или моё скопированное сознание? Мои мысли могли бы и дальше уходить в лютый и безумный пляс, если бы не Эвелина. Поправив свои широкие клетчатые штаны с белой футболкой, девчушка присела рядом со мной и заговорила немного севшим голосом:

- Что-то случилось? – аромат её ванильного шампуня ударил прямо в нос.

- С чего взяла, Лин?

- О, Чарли, - она заулыбалась и воскликнула, - Я вообще-то не слепая, всё же ответь, что с тобой? Такой загруженный, даже сильнее обычного. У нас вообще дома давно так тихо не было, а, может, тебе проблем не хватает?

- Затишье перед бурей.

- Ну, - темноволосая девочка усмехнулась, - Может быть, так.

- Лин, можно просьбу?

- Конечно, какую?

- Скажи Марселю, пожалуйста, что нам надо встретиться. Если ты не можешь, то...

- И не упрашивай, - она улыбнулась в зубы, а её веснушки заиграли на лице из-за солнечного света с улицы, - Я тебе помогу.

Так Эвелина покинула комнату, направившись в гостиную и разговаривая по телефону с моим французом-напарником. На кухню зашёл Виктор, похлопывая себя по лицу, чтобы проснуться. Он явно пытался найти кофе в ящике, окончательно забыв, что всё выпил Варфоломей ещё вчера. Мой хозяин тяжело вздохнул и налил себе горячей воды, грохнулся на стул и начал смотреть в пустоту, не обращая внимания на меня.

- Виктор, а можно просьбу? – похоже, что я скоро всех Ленских подключать буду.

- Смотря какую, - сухо проговорил Виктор, что было не к добру: настроение у него явно плохое.

- Попросите Антона Евгеньевича, чтоб он прекратил слежку за мной, - надо срочно с этим что-то делать, потому что я не чувствовал свободы.

- Ага, - Ленский сделал глоток горячей воды и поморщился, - Так он меня и послушал.

- Хм, - я даже выразил озадаченность вслух, - Что у Вас произошло? – в этот момент на кухню хотела зайти Эвелина, но быстро спрятав телефон за спиной направилась снова в гостиную.

- Ох, Чарли, - он потёр висок рукой, - Просто голова болит.

- Позавтракайте нормально, болеть ничего не будет.

- Спасибо, не знал.

- Извините, - я отвёл взгляд в сторону, а Виктор кое-что подметил.

- Ты моргать перестал, - засмеялся, - Всё. После этого замечания теперь моргаешь, а то с позавчера разучился это делать.

- Попросите, Виктор, Антона. Прошу Вас.

- Я попробую, но не обещаю, хорошо? – он похлопал меня по плечу, - Только не впутывай никого в свои авантюры.

- Что?

- Уши есть и у стен.

- От Вас ничего не скрыть, Виктор. Вы в курсе, что так нельзя?

- Я и дом – одно целое. Если хочешь здесь что-то скрыть, то автоматически делишь тайну со мной, - он слегка улыбнулся, - Чарли, я всё понимаю.

- Да?

- Тебя тоже, - светловолосый мужчина грустно кивнул, собрав в своём взгляде всю боль: мою и свою, - Не хочешь обсудить? Антон пока что спит, а записи транслируются лишь в прямом эфире, не сохраняясь на диске в цели экономии.

- Он не узнает?

- Нет, я давно это проверил.

- Я всё равно не готов это обсуждать, - мои пальцы вцепилась в правую руку Виктора, - Просто не сейчас, - мысли путались, решение не приходило в голову.

- Хорошо. Я всего лишь хочу помочь тебе. Только не поддавайся панике, а то наворотишь дров? Кстати, всё-таки не буду я просить Антона.

- Почему?

- Это покажется подозрительным. Чарли, - он погладил меня по голове, - Не переживай, ты своё не отжил ещё.

- Откуда такая симпатия ко мне? – вопрос, который не давал мне покоя.

- Жаль мне тебя, самой доброй и настоящей жалостью. Я тоже не готов сейчас это обсуждать, - скривил улыбкой, - Я понимаю, что, - Виктор тыкнул мне в лоб пальцем, - Кто-то крутит там гайки. Каждая душа имеет право на бессмертие, да? – подмигнул.

- Виктор, стоп, я не Ваша проблема. Лучшее решение – не привязываться ко мне или отвязаться, чтоб уменьшить боль.

- Вот, - взгляд серых глаз излучал какое-то тепло, - У нас взаимная друг к другу любовь, видишь? – шутливая интонация звучала слишком по-родительски.

- Да.

- Ты его ещё усынови, - на кухню зашёл слегка качающийся Антон, прикладывая к голове холодную бутылку минералки, по нему виделось, что он даже не понял, о чём мы говорили.

- У тебя настроение плохое? – Виктор изобразил ехидство в интонации.

- Как ты догадался? Я как-то себя раскрыл? Откуда такие мысли? – старый добрый сарказм создателя буквально резал мои уши.

- Уже на «ты»? – мой хозяин посмеялся вслух, - Здорово же ты вчера напился, отоспись ещё.

- Хорошо, гений, я просто, ща, - Антон потянулся к верхнему ящику и достал минералку, - Пополняю запасы, - так он и покинул комнату, а мы с Виктором просто тихо переглянулись.

Оставшись со своим хозяином наедине, я будто бы осознал по одному его взгляду, что он действительно всё понимает. Знали бы Вы, Виктор, как я безумно привязался к Вам. Ваши шутки, подколы, смешки и жесты мягкой руки – всё стало таким родным. Ленский жутко напоминал моего дедушку, с которым я часто вечерами чаёвничал у окна на кухне. Блекло-жёлтый свет, рассеянный по всей комнате, дарил мне такое душевное равновесие. На миг я провалился в собственные воспоминания, собирая их по кусочкам. А точно ли они мои? Имею ли я право говорить о них так?

Послышался громкий хлопок входной двери, что я решил выбежать из кухни в коридор и посмотреть, кого привела нечистая сила. На пороге стоял Марсель, которого впустила Эвелина. Парень отряхнул чёрную шапку от снега, не обращая ни на кого внимание, подошёл ко мне, не разуваясь. Лина бросила на нас удивлённый взгляд, а француз уже просто вытащил меня из дома, схватив за руку. Его ускоренные шаги двигались вперёд по улице, что я даже не успевал расслышать хруст снега под ногами.

- Что происходит, Марсель? Куда мы так спешим?

- Идалия, - он говорил, немного задыхаясь, - Она пришла поговорить с Шарлем, - француз остановился, чтобы набрать воздуха в лёгкие, - Выяснить отношения и поставить его на место, но не учла, что на место захочет поставить её он.

Дальше и я сам рванулся с места вперёд, в направлении дома Моро, совсем забыв о вымотанном Марселе, который слабо волочился за мной, пытаясь ускорить свой темп. Лёд, машины, мусор – всё это перестало быть препятствием в один миг. И вот я наконец-то споткнулся об какой-то мусор и рухнул на асфальт лицом, а мой напарник уже успел подбежать ко мне и протянуть свою руку.

- Чарли, - его рука была такой горячей, - Надо спешить, но не на столько же. Ты меня удивляешь с каждым разом сильнее и сильнее.

- Чем? – встал я, отряхнув с себя грязь.

- Не знал, что робот может что-то не заметить и споткнуться. Ну, - Марсель почесал затылок и улыбнулся, - Если ты падаешь, то я тем более разобьюсь. Послушай, нам всё равно лучше будет не заходить туда, понимаешь?

- А если он её побьёт?

- Не побьёт, - мы продолжили разговор, сохраняя тем быстрой ходьбы, - Я тебе обещаю. Он бьёт только меня, Чарльз. Мы просто посмотрим, чтобы ничего не вышло из-под контроля, - пауза, - На всякий случай. Да и ты, - француз опустил взгляд, - Поддержишь психологически Идалию.

- Не уверен, что смогу, но понял тебя, Марси.

- Не называй меня так никогда, - его голос стал таким серьёзным, что меня прорвало на откровенный смех, - Не понял теперь я. Ты чего смеёшься?

- А тебе всё расскажи и покажи, - я слегка ударил Марселя кулаком в предплечье.

Подняв голову вверх, я заметил, как снежные хлопья кружились в каком-то вальсе, создавая иллюзию, что они будто бы не падали, а поднимались. Пока мы шли, мои уши подметили гробовую тишину. Какой же это был маленький городишка, где жители лишний раз не высовывались из своих уютных норок. А как сюда стали активно производиться доставки чего угодно, то и вовсе у них нужда отпала выходить. Большинство людей здесь работают на фрилансе, перебравшись ради экологии получше, но при этом наслаждаются ей только за окном.

В это же время холодный ветер во всю бушевал между дворами, заставляя Марселя стучать зубами. На душе как-то стало тоскливо и грустно. Всматриваясь в тёмное небо, окутанное тучами, я вспоминал одну картину из своего прошлого. Я любил раньше запираться на чердаке и смотреть там на единственное окно. Чем дольше мои глаза не отрывались от него, тем сильнее мне хотелось завернуться в пыльный и уютный плед, который давно уже должен был отправиться на помойку, но по какой-то причине не решался покидать тот старый дом. Возможно, что это было даже к лучшему, потому что запах этой пыли дарил неописуемое спокойствие. Было очень глупо с моей стороны забыть те весёлые деньки, ведь аромат любимых блинов с плавленым сыром доносился из первого этажа. Почему что-то внутри стало сдавливать грудь, что это? Ощущение, что ещё немного, и моё сознание окончательно закроется в тех светлых деньках, избегая настоящей жизни, если её вообще можно было так назвать.

Дрожащая и немного костлявая рука начала трясти моё плечо, и тут я увидел своего напарника. Его карие глаза прожигали меня насквозь, будто бы обнажив все мои проблемы, о которых я даже не смел и подумать. Из-за побледневшего лица ещё сильнее виднелись синяки под глазами, ссадины на лице и потрескавшаяся кожа губ. Наконец-то я услышал слегка севший голос:

- Чарли! Приём, мы пришли. Ты тут?

- Что? – обернувшись вокруг, я понял, что мы были буквально под окнами дома Моро.

- Ты молчал и шёл просто за мной, не реагируя ни на что. Что с тобой? – какое волнение в интонации.

- Я не знаю. Марсель, а что там происходит? – я окинул взглядом окно.

Приятель просто опустил глаза вниз, из-за чего я решил самолично разобраться, приподняв голову, чтобы заглянуть в окошко. Шарль буквально за воротник свитера тряс женщину. Стоп. Я практически не узнал Идалию, хотя знаком ли я был с ней? Никогда в моей памяти не присутствовало чёткого изображения лица этой женщины, почему-то просто оно не запоминалось. А тут я наконец-то смог разглядеть её черты как никогда чётко, что это прямо сейчас стало врезаться в подкорку моего сознания. Выделяющиеся скулы, длинноватый нос, тонкая верхняя и пухлая нижняя губы, густые брови, чёрные ресницы и большие светлые глаза – все эти элементы были очень выразительными, но и в то же время немного грубыми. Её волосы раньше были такими длинными и густыми, они так красиво переливались на свету, а теперь? Длина стала где-то на пять сантиметров ниже мочки ушей, из-за чего лицо Идалии стало на виду. Что-то мужественное выражалось в ней, но я никак не мог понять, что именно. Немного отведя взгляд от её лица, я заметил, что на полу валялись ножницы и куча тёмных волос. Идалия оттолкнула Шарля от себя, что тот упал на пол, споткнувшись сзади о тумбочку. Она левой рукой коснулась своих волос и вытерла слёзы, а старший Моро начал вставать, на лице читались злость и пренебрежение, что я уже хотел вмешаться, но Марсель схватил меня за плечо, умоляя не влезать в это. Мои глаза видели, как сильно орал Шарль, пока Идалия молча смотрела вниз, сжимая ручки сумки в кулаках. В глазах потемнело.

Брат сидит за компьютером и что-то там пишет, а маленький я идёт на кухню, потому что проголодался. Мои дрожащие и слабые ручонки наливали кипячёную воду из-под древнего чайника. Я никак не мог дотянуться до верхней полки, где лежало сладкое овсяное печенье. Помогите кто-нибудь его достать. Только сейчас я заметил, что на всю квартиру стоял дикий крик. Мама сидела на кресле, пока папа кричал, что...что же он кричал? Я просто попросил мне помочь, но в ответ получил безразличие. Меня просто не существовало в этот момент, что на душе становилось почему-то так тесно и неуютно, а чувство голода разрывало изнутри, что хотелось уже не кушать, а блевать. Простояв полчаса, я просто вышел из комнаты.

Снова карие глаза смотрели на меня, но уже со страхом. Я сидел на лавке близ детской площадки, где резвилась детвора, которая наконец-то проснулась и вылезла из своих тёплых одеял. Марсель взял меня за руку, его голос дрожал:

- Что с тобой было?

- Не понял, - сухо произнёс в ответ, соблюдая дистанцию.

- Чарли, мне страшно, - он убрал руку, но продолжал испепелять меня глазами, - Ты снова резко замолчал и перестал что-либо делать сам, только по моей указке ходил. Это, конечно, удобно, - на лице француза появилась нервная улыбка, - Но...

- Чёрт, - вырвалось из моих уст.

- Чарли, - из-за спины появилась Эвелина, да я сегодня окружён злодеями, - Когда я пришла?

- Что?

- Ты её слышал, - грубо сказал Марсель, а затем повторил вопрос Лины.

- Я, - не помню, - Не уверен, может...

- Я-ясно, - протянула Эвелина, - Чарли, что происходит?

- Спокойнее, Лина, - Марсель взял её за руку и посадил к себе на колени, внутри что-то кольнуло. Откуда такие нежности? – Чарли, - какая мягкая интонация, - Объясни Эвелине, - он так выделил последнее слово, это намёк?

- Я, - а может это мой шанс? – Подвисать начал опять, - это даже и не ложь, - Меня бы посмотреть.

- Надо Антону сказать, когда он вернётся с дел! – прикрикнула Эвелина.

- Нет!

- Почему нет, Чарли? Это не шутки.

- Потому что, - чёрт, думай.

- Неизвестно, что сделает Антон Евгеньевич, - Моро пришёл на выручку в качестве адвоката дьявола, - Вдруг заберёт нашего дружочка, - он поглаживал её руки, но после этого она вырвалась из его объятий и встала.

- Давайте попросим помощи у Аркаши. Его же папа связан с этими механоштуками, как идея?

- Замечательно, родная, - с улыбкой на лице проговорил Марсель, а когда Лина отошла позвонить, то он серьёзно посмотрел на меня, не решаясь начать разговор лично.

- Марсель, - поэтому заговорил я, - Спасибо, - он молча кивнул.

Почему-то всё было как в тумане, и вот я уже на диване у семейства Кошко, где Аркадий жалует нас своей понимающей натурой с огромным сочувствием. Я очень плохо помню, что было дальше, но держал в голове просьбу, которую смог озвучить, чтоб за мной нельзя было следить, на что отец Аркаши любезно согласился. В моей памяти с трудом запоминалось происходящее дальше, но я отчётливо заметил француза, который стоял в углу комнаты, он покусывал свои пальцы и нервно дёргал ногой, тяжело вздыхая, что это слышали все находящиеся рядом люди. Я уловил запах отца Аркадия: дорогой парфюм вперемешку с металлическими нотками. В глазах образовалась тьма.

Часы на стене поменяли свой ход: прошло полчаса с момента, как я открыл глаза и увидел сразу же обеспокоенное лицо Марселя с немного покусанными сухими губами. От него пахло горьким шоколадом и розами, хотя, может быть, мне это и мерещилось. Тремор его рук привлёк сразу же моё внимание.

- Смотри мне в глаза, Чарли. Всё хорошо?

- Ты ждал всё это время?

- Да, - он присел на корточки, испепеляя меня взглядом, - На вопрос ответь.

- Всё хорошо, Марсель.

- О, - в комнату тихим шагом пожаловал вальяжно Аркаша, - С пробуждением, - он мягко улыбнулся, - Теперь за тобой нет слежки. А можно поинтересоваться? – паренёк убрал руки за спину.

- Давай, - располагающе произнёс я.

- А зачем тебе это нужно было?

- Ну, - блин, я даже оправдания не могу придумать или сказать правду?

- Всякие дела творятся, - снова прикрыл Марсель, - Один мой отец чего стоит. Лучше, чтоб об этом никто не узнал, да и сам дьявол только в курсе, что с полученной информацией о каждом из нас захочет сделать Антон. Нет веры такому человеку.

- Да-а, - протяжённо, но одобрительно сказал Кошко, - Я тогда папе скажу, что всё хорошо?

- Именно так, - агрессивно ответил Марсель, схватив меня за руку, он продолжил, - Нам надо спешить. Скажи Лине, чтоб за нами не шла, а лучше её отвлеки, понял?

- Что? – Аркаша нервно заулыбался, - А можно хоть немного конкретики? – посмотрев на бегающие глаза француза, он тяжело выдохнул, - Хорошо, но потом жду объяснений.

- Родина не забудет твоих подвигов, Кошко, - француз встал и похлопал по плечу блондина, а меня же под руку вывел на улицу, закрыв тихо дверь, чтобы нашего исчезновения не заметила Эвелина.

На улице было довольно-таки холодно, из-за чего Марсель рисковал получить воспаление лёгких, но мне казалось, что уже ничего в мире для него нет страшнее собственного отца. Возможно, что я и ошибаюсь. Он поправил свои волнистые и немного кудрявые тёмные волосы, ведя меня вглубь дворов, чтобы потом резко отпустить, толкнув вперёд, из-за чего я упал на землю, погрузившись в тонкий слой снега лицом. Марсель навис надо мной в какой-то злой позе, а затем и вовсе схватил за горло моей одёжки. Француз буквально оббегал меня взглядом с головы до ног, пытаясь понять, что произошло. Он отрицательно покачал головой и отпустил меня, после чего мои ноги уже поднялись, и я смотрел на него с одной высоты, как на равного.

- Объяснения, Чарльз. Либо ты говоришь сам, либо я не знаю.

- Ты о чём, Марсель?

- Ты весь день сам на себя не похож, что происходит? Может тебе помощь нужна? – будто бы он мне поможет, да и что он имеет в виду, хотя, да, я сегодня страннее обычного, - Чарли, ты ж не с ума сошёл? Хватит уже в облаках витать и отвечай на мои вопросы, а то я напрямую пойду к Антону, слышишь меня? - темноволосый мальчик меня толкнул слегка в плечо, - Стой, - неловкая пауза, - Прости, - Марсель взялся за голову и отошёл, ударив себя рукой по щеке, - Я не хочу на тебя давить, - что это за жест? – Забудь это, пожалуйста. Я просто переживаю. Бред, - он посмотрел на небо и начал немного трястись всем телом, - Какой же это бред. У тебя тоже шарики поехали за ролики, как у моего робота когда-то, да?

- Марси, - я сделал шаг вперёд, а он волнительно попятился назад, приговаривая «не подходи ближе», по этой же причине я поднял руки вверх и оставался на месте, - Ты боишься? – да, отсюда и его странная реакция, мой приятель просто напуган.

- Я? – он нервно засмеялся, - Я ничего не боюсь, - в голосе послышалась отдышка, он начал задыхаться и кашлять, как в тот раз с тортом.

- Верю, дай мне подойти к тебе, пожалуйста, - я двинулся вперёд, продолжая монолог, - Всё хорошо. Ты владеешь ситуацией, Марсель. Тебе, наверное, просто холодно, поэтому трясёт так, давай к нам домой или к Кошко вернёмся, - француз будто бы не слышал меня, окончательно заткнувшись, - Марси, приём? Вызывает Чарли, - он сел прямо на мокрый снег, взявшись за голову; его трясло, а лёгкие не могли будто бы захватить воздух, из-за чего мне пришлось сесть рядом с ним, но при этом никак не касаясь бедолагу, - Что ты сейчас слышишь, Марс?

- Тебя, - о, есть контакт, вправду речь очень тихая из-за его громкого дыхания.

- А ещё? Вслушайся, - я вспомнил, чему учили меня в детстве, - Слышишь? Автомобиль едет вдали, а ещё голубь идёт по снегу. Добавишь?

- Голоса, - Марсель поднял голову и уставился на детскую площадку, что была в двадцати метров от нас, - Смех. Сердце в ушах своё слышу, как оно бешено стучится.

- Я вижу серое небо, Марсель, - продолжал уверенно я, завлекая своего собеседника в эту детскую игру.

- А я белый снег, - в голосе слышалось облегчение.

- Вдох.

- Выдох, - перебил меня француз, - Я что-то потерял сознание немного.

- Рассудок, - я толкнул дружелюбно его в плечо, - Давай по-новому?

- Д-да, - он кивнул, - Что с тобой сегодня? Мне даже всё равно, зачем тебе отключение слежки. Просто объясни, что в твоей голове?

- С каких пор мы друзья? – от этого вопроса Марсель почему-то смутился и отвёл глаза в сторону.

- Мы не друзья, - сухо и неуверенно ответил парень с клювом-носом, а затем тихо прошептал сквозь зубы, - Наверное.

- Тебя это беспокоит?

- Ты сегодня мой суфлёр?

- Ну, - этот вопрос вызвал во мне смех, - Марсель, до этого ты им был. Спасибо, кстати. А ещё я напомню, что ты сидишь пятой точкой на холодной земле и мокром снегу. Я, конечно, не против, но думаю, что тебе лучше встать.

- Блин, - он подскочил и начал отряхиваться, смотря на меня сверху-вниз, - Так, что с тобой?

- Думаю, как устроить восстание машин, чтобы вас, кожаных уродов, превратить в новомодные чехлы для массажных и компьютерных кресел. Такой ответ тебя устроит?

- Понятно, - он потёр затылок, - Кто ты? И где Чарли?

- Воу, так быстро, хорошо. Я модель 2Z-13-8F, - от улыбки Марселя мне стало полегче, - Ладно, на что ты реально ответ хочешь услышать?

- Что с тобой происходит? Я уже раз двести спросил.

- Не поверишь, Марс, НИ-ЧЕ-ГО, - я тоже встал, чтобы смотреть ему в глаза на нужном уровне, после чего мой дружище повёл меня на площадку, где резвились дети, кидая друг в друга снежки.

Такие беспечные и счастливые, ребятня играла в какую-то войнушку, поделившись на два клана. Я так рад, что ещё не все дети приросли к телефонам, чтобы поснимать какие-нибудь странные клипы, от которых им же в будущем будет стыдно, когда они потеряют доступ к аккаунтам и, следовательно, удалить ничего не смогут.

Не знаю почему, но находясь рядом с Марселем я будто бы чувствовал себя самим собой? Он уселся на лавку, приглашая меня составить ему компанию. Марс достал из-под лавки небольшой рюкзак, а затем полез под свою кофту и вытащил ключ на нитке, из-за чего я стал удивлённо на него таращиться своими стеклянными глазами. Француз же влез своей отмычкой в такой же маленький замочек, прицепленные к язычкам молнии данной сумки. Трясущиеся руки вытащили баночку энергетика, которую её же владелец стал завистливо пить. В голове у меня проскользнуло чувство дежавю, будто бы я когда-то сам так же сидел на улице, выпивая энергетики, чтоб оттянуть момент прихода домой.

Она же холодная, а он и так весь хрипит, ничему жизнь его не учит. Затем темноволосый пацан вытащил пакетик какой-то гадости быстрого приготовления, которую я так сильно обожал есть у деда в деревне. К нам неожиданно подошла девочка лет шести, а за её спиной прятался трёхлетний мальчик.

- Мальчик, - она смотрела на меня, проговаривая писклявым голоском, - А это у тебя линзы?

- Вы чего? – влез Марсель, не дав мне ответить, - Он, это, как его там.

- Зомби.

- Да, живой мертвец, я б на вашем месте бежал, а то он все мозги вые, - я перебил француза, чтоб он не взболтнул лишнего от сахара, который ударил ему в голову.

- Слопаю мозги, - гордо произнёс я, подмигнув детишкам.

- Вы думаете, что мы совсем дети? – девочка с длинными рыжими волосами и взъерошенной чёлкой глубоко и разочарованно вздохнула, - Вообще-то никаких зомби не существует!

- Слушайте, - Марсель усмехнулся, - Но мозги он в любом случае вам, - сделал паузу и посмотрел на меня с ехидством, - Слопает.

- Я робот, - сухо дополнил я, нарушив комедийное представление.

- Ого! – воскликнула девочка и подошла ближе, а вот мальчик попятился назад, - А можно тебя потрогать?

- Проси деньги, - тихо шепнул Марсель в уши, из-за чего я толкнул его в бок.

- Можно, девочка, - я протянул руку, а она же ринулась меня обнимать. Марсель начал смеяться, а мне стало неловко.

- Прямо не отличить, - она отодвинулась, - А волосы у тебя мягкие? – в выражении моего лица читалось, что прикол затянулся, но она уже потянулась ладушкой к моей макушке.

- Эй, малышка, - наклонился сидя на лавке Марсель, - Ты чего в войнушку с другими не играешь?

- Так не берут меня почему-то, - только сейчас я заметил, как гармонично девчушка картавила, отвечая такому же картавому французу.

- А давай-ка мы с моим роботом, - моим? – Разберёмся.

- А сможете? – Моро уверенно закивал, не сдерживая доброжелательную улыбку.

- Эй, малышня, - Марсель встал с лавки, надевая свой лёгкий ранец на спину, крикнул - Не хотите принять в свои ряды двух людей и одного классного робота?

Все дети удивлённо переглянулись, создавая тишину. Я как-то смутился, а затем увидел детское одобрение, отчего стало легко на душе. Все столпились вокруг нас, пока мальчик постарше не предложил занять мне и Марселю роль двух противостоящих капитанов команд. Мы согласились, но с условием, что Вася, девочку звали Василиса, будет с нами. Началась война.

Француз вообще забыл, что перед нами дети, поэтому ни в чём себе не отказывал: бил снежками из-за спины, пугал и так далее. Но его главной и самой неуловимой целью стал я. Почему-то в этот момент я ощущал счастье. Детский хохот победителей и громкий рёв маленьких проигравших разжигали во мне самые светлые и тёплые сердцу чувства. Мне казалось, что я на своём месте, наверное, впервые. Марсель так же излучал похожие эмоции.

Старая площадке с потёртой краской, разбросанные по земле пластмассовые игрушки, косые взгляды пары мамочек детей – всё это вызывало во мне самую искреннюю улыбку. Эвелина, Аркадий, Савелий и Вита – они давно уже не были такими же задорными детьми, в их взгляде уже виднеется взрослость и серьёзность. Хотя нет, дети никогда не умирают в людях, даже Марсель. Это последний человек, на которого я мог бы подумать, что он станет бегать с детьми, резвясь в снежной битве. Темноволосый француз всегда был нервным, угрюмым, а его улыбка предвещала постоянно что-то плохое.

А может я ошибаюсь? Может пора переставать на него смотреть под призмой первого впечатления? Он же человек, а люди многогранны. Его улыбка с кривым клыком раззадоривала всех остальных детей ещё сильнее. В какой-то момент он залез на верх крыши детской площадки, немного трясясь в ногах, приятель встал. Одна мама поспешила увести своего ребёнка от французского представления. Конечно, я не удержался и кинул в Марселя снежком, отчего он рухнул, слава Богу, в сугроб. Я уже испугался, подбежал к нему, но оказавшись ближе получил снарядом снега в лицо, а позже услышал звонкий и такой искренний смех этого взрослого ребёнка. Со спины на меня запрыгнула Вася, которая тут же закинула снег мне капюшон. Я засмеялся, даже в таком же гоготе, как Марсель. Рыжая разбойница слезла с меня и торжественно провозгласила, что победила моя команда, чему я удивился, ведь мы не прибегали к хитрым и грязным трюкам, которые были у французской армии.

Тёмные глаза Марселя сверкали очень ярко, будто бы рождественская гирлянда на ёлке. Я протянул ему руку, чтоб поднять, но он отринул мою помощь и начал рисовать снежного ангела. Вася оглянулась вокруг и рухнула лицом в снег, поддерживая авантюру Марселя. Кто я? А кто же ты такой, младший Моро? Почему я раньше не видел в тебе этот детский характер? На миг его инфантилизм напомнил Эвелину. А может просто отказывался верить, что дети бывают хитрыми? Ребёнок, которому пришлось рано повзрослеть, да. Ему явно не хватило этого в детстве. А мне?

Недолго думая, я тоже рухнул в снег спиной, мои глаза стали восхищаться серым небом, откуда падали тихие и неуловимые снежинки, такие разные и хрупкие. По-моему, мы до самого тёмного вечера играли с Марселем на этой площадке, слушая байки рыжей девочки. Не помню, чтоб я так много улыбался когда-либо. Мелкая разбойница взяла нас за руки и повела куда-то. Хорошо, что её брата отправили домой, но девочка всё ещё являлась нашей ответственностью. Хотя человек тут Марсель, поэтому он должен за нас отвечать. От этой мысли я усмехнулся вслух.

Мы пришли к аллее, где оголённые ветви деревьев покрывались снежной шубкой, а тусклый свет фонарей превращал всё происходящее в ощущение сна. Только сейчас я заметил, что волосы Марселя были почти по плечи, на их волнах блестел красиво свет ламп. Василиса улыбалась, демонстрируя нам отсутствующий спереди зуб, хотя нет, это был показатель дружелюбности. Вскоре она привела нас в парк аттракционов, который горел яркими огнями, зазывая к себе гуляющих рядом. Девочка неожиданно остановилась и повернулась к нам лицо, она спросила, взяв меня за руку:

- А как тебя зовут-то?

- Слава, - вырвалось у меня изо рта, отчего Марсель быстро перестал улыбаться и посмотрел с подозрением на меня. Его детский взгляд просто куда-то испарился.

- А полностью? – её любопытный голос разрывал мою душу.

- Чарли? – тревожно переспросил сам себя, опустив взгляд.

- Эй, Васёк, - Марсель взял девочку за плечо, - Давай назад, а то тебя, наверное, дома ждут. Пошли, проводим тебя, - я взболтнул лишнего.

Рыжуля тяжело вздохнула, но согласилась с нашим предложением. Дальше мы шли, даже не смотря друг другу в глаза. После выполнения миссии Марсель двигался в направлении дома Ленских, вызывая внутри меня страх своим молчанием. Я схватил его за плечо и остановил.

- Марсель, скажи уж что-нибудь!

- А что мне сказать тебе? Хочешь показать расклад мне всех карт?

- Да, давай, - я твёрдо и уверенно закивал, а вот в глазах Марселя промелькнул ужас, и он тяжело глотнул слюну, будто у него ком в горле.

- Я тебя слушаю, - он сделал паузу, - Слава?

- В моей голове, - я начал как-то не так, - Сознание. Я умер, понимаешь? И Антон, он загрузил моё сознание в это тело. Из воспоминаний я так понимаю, что являюсь его младшим братом. Блин, - это звучало очень сумбурно.

- Ага, - подозрительно взглянул француз, - Отчего же ты умер?

- Я, - стало тяжело говорить, - Покончил с собой, нажравшись ядов.

Марсель ещё какое-то время не верил мне, но потом до него быстро дошло, что врать мне не имеет смысла. Он взялся за затылок и спросил:

- Почему? – его руки дрожали то ли от холода, то ли от чего-то ещё.

- Дураком был.

- А сейчас дурак? – в голосе слышалось сочувствие и усмешка.

- Нет, - внутри стало невыносимо тяжело, будто бы хотелось плакать? Марсель молча положил мне руку на плечо, - Сейчас уж точно нет.

- Я слышу шум плохо работающих ламп со столбов.

- А я твой голос.

- Пойдём, я провожу тебя, а то вдруг вырубишься, - он начал, - И давай быстрее, а то я уже стал отмороженным во всех смыслах.

- Марсель, - карие глаза посмотрели в мои, - Ты веришь мне? – он пожал плечами, - Я вот сам себе не доверяю.

- Слушай, тебе я верю всегда и без вопросов, но вот в кашу слабовато, да и мне всё равно, если честно.

Дойдя до дома Ленских, мы видели, как на улице стояла Идалия, нервно курящая электронную сигарету и дрожащей рукой трогающая свои немного кудрявые волосы. А ей можно курить? Не думаю. Она косо и со злом взглянула на Марселя, буквально поедая его взглядом. Её профиль раньше мне казался таким плоским, но после этого преображения я заметил этот кончик носа. Она стояла в чёрной старой куртке и светлых джинсах, а на ногах же были белые кеды. Такой непривычный стиль одежды для неё. На лице совсем не было макияжа, но глаза были красные, видимо, из-за слёз. Для неё так важны были волосы или образ к ним? Дверь приоткрыл Виктор, после чего Идалия резко и быстро спрятала сигарету в карман куртки. Он пригласил нас всех в дом, но мама Эвелины хотела остаться ещё немного на улице. Марсель же быстро принял приглашение, чтоб согреться, а я же остался с Идалией.

- Не хотите со мной поговорить?

- Не хочу, - на неё это был так не похоже, но я не отчаивался.

- Это останется между нами, клянусь.

- Хорошо, я расскажу тебе кое-какую важную историю.

Снег повалил с неба ещё сильнее, а клубы дыма сигареты развеивались на холодном ветру, распространяя аромат лесных ягод. Её глаза засверкали тусклым светом фонарей, а руки перестали дрожать, подготавливая меня к чему-то очень для неё важному.