16 глава

Ее шаги затихли в коридоре, и Пэйтон наконец-то удостоил на меня  взглядом, от которого я содрогнулась. Я ожидала увидеть, как его темно -карие глаза туманятся страстью, но они были, как всегда, прозрачны. Если бы я не ощущала бедром его эрекцию, то решила бы, что поцелуй нисколько его не взбудоражил. Я вдруг перенеслась в иное время и в иное место — в лесную чащу, где я так опрометчиво призналась в своих чувствах и все мои надежды тогда потерпели крах. Я словно наяву почувствовала то первое прикосновение его мальчишеских губ, аромат одеколона, щекочущий мои ноздри, ощутила, как его пальцы легонько сдавливают мне талию…По мне спине ледяной струйкой пробежал холодок: если он снова посмеется над мной ,  все тотчас же отменит. Пусть только попробует!Пэйтон разомкнул объятия и отстранился. Между нами , подобно сокрушительной волне, набирающей скорость и грозящей смести все на своем пути, повисло молчание.— Кажется, наша проблема решена, — произнес парень. Я не ответила. — Ты этого хотела?Я высоко вскинула подбородок, стараясь не выдать хаоса эмоций, извивавшихся внутри нее подобно змеям:— Наверное.Он выждал немного, затем подал мне  руку:— Нам надо выступить единым фронтом.Он учтиво и вместе с тем твердо стиснул мою ладонь, и у меня на глаза навернулись слезы. Я поспешно прогнала их прочь, решив, что находится сейчас, вероятно, на самом пике ПМС. Другого объяснения, почему поцелуй Пэйтона Мурмайера доставил мне неописуемое наслаждение и при этом так глубоко ранил меня ,я придумать не могла.— Ты как, нормально?Я едва не поморщилась, но тут же улыбнулась ему такой лучезарной улыбкой, какая вполне могла украсить рекламу зубной пасты.— Разумеется! Замечательная, кстати, идея!— Спасибо.— Только не застывай там снова, будто ты труп. Представь, что я Хлоя .— Тебя с Хлоей я ни за что не спутаю.Его язвительное замечание больно укололо меня, но я не выказала слабости:— Не сомневаюсь. Но ведь и ты для меня, Красавчик, вовсе не предмет воздыханий.— Я не то имел в виду…— Брось… — я  привела его обратно в гостиную. — Извините, мы тут задержались. И нам все-таки пора. Уже поздно.Все повскакали и начали прощаться. Мама поцеловала меня в щеку и одобрительно подмигнула.— По мне, может, спешить и не стоит, — шепнула она, — но ты теперь уже взрослая. Так что слушай не отца, а свое сердце.У меня перехватило в горле.— Спасибо, мамочка. У нас на этой неделе столько всяких дел!— Не переживай, дорогая.Они уже стояли на пороге, когда папа сделал последнюю отчаянную попытку их переубедить:— Алекс, ради всей семьи, может, отложите свадьбу хотя бы на несколько недель? Пэйтон, ты не возражаешь?Пэйтон положил ладонь будущему тестю на плечо, а другой крепко держал за руку меня.— Кен, я прекрасно понимаю причину твоей просьбы. Но дело в том, что я от твоей дочери без ума, и в субботу мы все-таки поженимся. Благослови нас, пожалуйста.Все вдруг притихли, даже Мия  перестала лепетать и внимательно посмотрела на взрослых. Я  уже предчувствовала ссору, но папа неожиданно кивнул: Ладно. Можно тебя на минутку?— Я сейчас, — пообещал Пэйтон мне и ушел за хозяином на кухню.Подавляя тревогу, я принялась обсуждать с Иззи и Джен свадебные наряды, то и дело поглядывая на жениха, слушавшего моего отца с самым серьезным видом. Через несколько минут оба пожали друг другу руки, и папа целует меня на прощание, казалось, был более-менее удовлетворен результатом переговоров. Я с Пэйтоном, помахав всем еще раз, направились к машине.

— Чего папа хотел от тебя?Пэйтон вырулил с подъездной аллеи и теперь сосредоточенно смотрел на дорогу:

— Его волновали свадебные издержки.

Я  едва не захлебнулась от внезапного чувства вины. Я совсем позабыла о предстоящих тратах. Отец, конечно же, рассудил, что платить должен он, несмотря на то что времена теперь другие. На моём лбу выступила испарина.

— И что ты ему сказал?

Пэйтон, покосившись на меня, ответил:— Я не позволил ему оплатить расходы и объяснил, что если бы я согласился на его просьбу и выждал год, то принял бы его предложение, но, поскольку мы сами настояли на том, чтобы поторопиться со свадьбой, я решительно намерен взять на себя все издержки. В конце концов мы сошлись на том, что Кен оплачивает смокинги себе и твоему брату, а я — наряды твоих сестер и твой, а также все остальные свадебные расходы.Я  облегченно перевела дух и в свете приближающихся фар внимательно вгляделась в лицо шатена. Оно показалось мне , как всегда, равнодушным, но его благородство тронуло меня за душу.

— Спасибо, — тихо сказала я .Пэйтон от моей благодарности даже вздрогнул, словно задетый за живое.— Не за что. Твои родители ни в чем не виноваты, и далеко не все смогут за неделю наскрести денег на свадьбу. К тому же я понимаю, что задета их семейная гордость, а я вовсе не намерен забирать у них последнее.

Я   проглотила ком в горле, и некоторое время мы ехали в молчании. Через окно машины я  глядела в темноту, думая о том, что щедрый жест Пэйтона предполагает наличие между нами  настоящих отношений. Но мне  отчаянно хотелось большей подлинности. Мои родители заслуживали, чтобы я  представила им своего истинного избранника, а не фальшивку. То количество лжи, к которой пришлось прибегнуть в течение вечера, угнетало меня , и теперь я  осознала, что заключила сделку с дьяволом за кругленькую сумму денег. Чтобы спасти семью, конечно, но все же ради денег.

Мои  невеселые думы нарушил хрипловатый голос Пэйтона:

— Ты, кажется, расстроилась из-за нашей невинной уловки?

— Терпеть не могу обманывать своих!

— Зачем тогда обманываешь? — Воцарилось неловкое молчание. Пэйтон не отступал: — Неужели так сильно нужны деньги? Ты, кажется, не в восторге от нашего будущего брака? Врешь родственникам, устраиваешь поддельную свадьбу… И все ради развития бизнеса? Можно с таким же успехом взять в банке кредит. Так многие делают. Что-то здесь не вяжется…

Объяснения так и рвались наружу — я  едва не проговорилась. Болезнь отца вскоре после его возвращения в семью. Невозможность покрыть за счет страховки запредельные суммы счетов. Титанические усилия брата закончить медицинский вуз и одновременно прокормить жену и ребенка. Беспрестанные звонки от сборщиков налогов, пока наконец мама не поняла, что другого выхода нет и нужно продать дом, без того неоднократно заложенный. Весь груз ответственности и беспомощность, которая изводила меня  все это трудное время…

— Мне нужны деньги, — кратко объяснила я

— Нужны? Или желательны? — насмешливо уточнил Пэйтон.

Я досадливо закрыла глаза. Он явно вдолбил себе в голову, что я  эгоистка и пустышка. И в этот момент до меня  дошло, что от этого парня мне нужно очень крепко обороняться. Его поцелуй разбил вдребезги все  мои иллюзии  насчет ее безразличия к нему. Ощутив его губы на своих губах, я погрузилась в сокровенную глубину своей сути, как и тогда, в лесу. Пэйтон Мурмайер разнес по камешку мои  защитные укрепления, проделав в них брешь для вторжения. Через неделю проживания с ним в тесном соседстве я  уже будет гарцевать на нем в его спальне.

Другого выхода не было.

Мне необходимо усердно культивировать в нем ненависть к себе. Если он заподозрит во мне  сомнительную личность, то оставит меня  в покое, и через год я  уйду  восвояси, сохранив собственное достоинство и семейную честь. Но пробуждать в нем жалость, принимать от него подачку — ни в коем случае! Если я  расскажу правду о своей проблеме, вся моя решимость, чего доброго, даст трещину. Вдруг он вздумает подарить мне  необходимую сумму, и тогда я окажусь его вечной должницей…

Стоило мне вообразить, что в глазах Пэйтону  я предстану  этакой страдалицей во имя спасения.Как меня  перехватывало в горле от унижения. Нет уж, пусть лучше он считает меня черствой делягой, раз ему так приятнее. По крайней мере, негодование будет удерживать его на расстоянии. Его близость действовала на меня , словно искра на порох, но служить жалкой заменой его драгоценной Габриэллы — черта с два!

Сделка с дьяволом состоится, но на моих собственных условиях. Я  задействовала скрытые резервы и с упоением предалась второй за вечер серии лжи.

— Ты действительно хочешь знать правду?

— Ага, очень хочу.

- Ты, Красавчик, вырос при деньгах. А они помогают решить большинство проблем. Я устала бороться за жизнь, как моя мать. И не хочу еще пять лет дожидаться расширения  магазина в котором работаю. Я не хочу связываться с процентами и банками. На эти деньги я хочу открыть при «БукКрейзи» кафе и раскрутить его.— Что, если оно прогорит? И ты опять вернешься к исходной точке?

— Но сам магазин тоже чего-нибудь стоит. Его всегда можно продать. К тому же излишки я вложу в какие-нибудь надежные ценные бумаги. Или, например, сразу куплю домик, чтобы обеспечить себя к тому моменту, когда мы аннулируем наш брак.

— Почему тогда не попросишь двести тысяч? Или даже больше? Почему не обдерешь меня как липку?

— Я прикинула, — пожала плечами я, — что ста пятидесяти тысяч мне вполне хватит на все, что я наметила. Если бы я была уверена, что ты дашь мне больше, то попросила бы. Тем более что, если не считать необходимости встречаться с моей семьей, для тебя это довольно выгодная сделка. Ну а мне предстоит постараться ужиться с тобой.