Глава 1 «Возвращение в реальность»

*******************   

Меня зовут Оливия Джонс, мне семнадцать лет, и я потеряла родителей в автомобильной катастрофе. Это может показаться началом дешёвого фильма, но это моя реальная история, которая только начинается.

Прошло несколько недель с тех пор, как произошла авария, унёсшая жизни моих родителей. Я чувствую себя потерянной и не знаю, как жить дальше, осознавая, что осталась совсем одна в этом мире. Как смириться с мыслью, что родителей больше нет?

Я больше не смогу поспорить с мамой или возразить папе. Не услышу больше «доброе утро, милая» от мамы и строгого «пора домой» от папы. Всё это ушло навсегда, как и они сами.

Моя жизнь изменилась так быстро, что я даже не успела это осознать. Изменилась и я сама.

Меня больше не волнуют мои друзья, которых и так было немного, не интересуют вечеринки и походы по дорогим магазинам в поисках новых вещей от известных брендов. Я полностью опустошена. Возможно, когда-нибудь я смогу снова дышать полной грудью и почувствую, что в этом мире есть место для меня.

Нет больше той очаровательной брюнетки с изумрудными глазами, которая радовалась каждому новому дню и читала «После» по утрам, мечтая встретить своего Хардина Скотта. Я его встретила, по крайней мере, мне так казалось, но он оказался больше похож на мистера Дарси, чем на чуткого и милого Хардина.

И что же я делаю сейчас? Я, словно героиня подростковой мелодрамы, лечу в Бостон в надежде на то, что мои родственники окажутся не такими ужасными, как рассказывала мама.

После смерти родителей бабушка не смогла пережить боль, которую они причинили нам всем. Иногда я задаюсь вопросом: «Почему же моё сердце не остановилось в тот момент, когда позвонил Филл, начальник местного отдела полиции?»

Мама всегда говорила, что я сильная и смогу преодолеть все трудности. Когда я вспоминаю наш последний разговор, моё сердце сжимается от боли, и кажется, что оно вот-вот разорвётся.

Полёт из Сан-Франциско длится восемь часов тринадцать минут, и я уже очень устала. Все эти поездки и перелёты сильно измотали меня. Хочется просто полежать в тишине, чтобы никто не трогал. Хочется остаться наедине со своими мыслями хотя бы на несколько часов.

С момента аварии меня не оставляли одну даже на пару минут. Все только и делали, что пытались отвлечь меня от мыслей о том, что моих родителей больше нет. Но как бы они ни старались меня утешить, ночью я рыдала в подушку, чтобы никто из тех, кто был в доме, не видел и не слышал. Я старалась быть сильной, показывать, что со мной всё в порядке. Им не понять, каково это — в один миг потерять самых близких людей, а потом ещё и бабушку...

До прибытия в новую жизнь осталось всего 17 минут. Я закрываю ноутбук, убираю его в сумку и жду, когда объявят о посадке. Пять минут, десять минут — и наконец ко мне подходит стюардесса, миловидная блондинка с улыбкой до ушей, и говорит, чтобы я пристегнулась, начинается посадка.

Через несколько минут по громкой связи объявляют, что мы совершаем посадку в аэропорту Логан в Бостоне. Моё и без того мрачное настроение становится ещё хуже, когда я смотрю в иллюминатор и вижу, что небо затянуто серой пеленой. Но я говорю себе: «Не грусти, жизнь только начинается, и моя история в Бостоне только начинается».

Выйдя из самолёта, я почувствовала, как меня обдувает прохладный ветерок. Я не ожидала, что в Бостоне сегодня будет так холодно, поэтому оделась довольно легко: майку, шорты с карманами и белые кеды.

Спуск к автобусу занял всего секунду. Мне казалось, что я снова погрузилась в свои мысли. Все вокруг выглядели задумчивыми, словно они тоже были свидетелями начала новой жизни.

Когда я приеду к своему кузену, нужно написать Анне, что я добралась. Анна — моя лучшая подруга, почти сестра. С первой встречи у нас возникло ощущение родства, поэтому мы часто называем друг друга «сеструхами».

Автобус остановился возле большого стеклянного здания. Двери открылись, и люди начали выходить. Я попятилась назад, не желая покидать автобус. Он был единственной преградой между мной и новым местом.

Когда все вышли, мне пришлось взять себя в руки и последовать за пассажирами. Если бы я замешкалась, водителю пришлось бы нелегко. Я не ориентируюсь в этом месте и не понимаю, как выйти на улицу.

Люди быстро шли к арке для проверки. Мне всегда было страшно проходить через неё. Я не люблю доставать вещи из сумки, чтобы доказать, что я не террорист, который провозит наркотики или что-то запрещённое. Правила есть правила.

Отвратительный старик, от которого пахло гудроном, приказал мне открыть сумку и показать её содержимое. Я послушно выполнила его приказ. У меня не было сил и желания объяснять ему свои права.

Убедившись, что я не наркоторговец, он бросил мою сумку на соседний стол. Я подошла и забрала её. Сделав несколько шагов, я вспомнила, что забыла забрать свой багаж. Это был первый город, куда я приехала с таким количеством вещей.

Несколько огромных чемоданов выглядели так, будто в них было много моих вещей. Но это было не так. Я оставила все вещи дома, потому что когда-нибудь вернусь туда. С собой я взяла только книги — редкие издания, которые трудно найти.

Я иду мимо одного стенда, потом мимо другого... И вдруг замечаю в большом помещении мужчину лет пятидесяти, который одет в строгий чёрный костюм с нелепой красной бабочкой. На груди у него табличка с именем «Оливия Джонс».

Мне хочется развернуться и уйти, но уже поздно. Пути назад нет, и я вынуждена изобразить улыбку, чтобы не показаться высокомерной и осуждающей.

Здравствуйте! Меня зовут Оливия, а вы, должно быть, мистер Боб? Я стою и жду ответа, но он молчит. Его бледное лицо и голубые глаза смотрят на меня, и я чувствую, как по моему телу пробегает дрожь. Он выглядит устрашающе.

— Здравствуйте, мисс Оливия. Меня зовут Боб, я ваш водитель. Меня отправили встретить вас Гарри и Сьюзен. Прошу, следуйте за мной, — говорит он холодно и отстранённо, не глядя мне в глаза. Люди, которые не смотрят в глаза, обычно что-то скрывают.

     Спустя несколько минут мы оказываемся на территории аэропорта. Здесь множество автомобилей и такси ожидают пассажиров, готовых заплатить за поездку. По моему мнению, это несправедливо, ведь стоимость поездки в пределах города не должна быть такой высокой.

Я не из бедной семьи, но цены в Бостоне и в моём родном городе сильно различаются. Во время полёта у меня было время изучить Бостон, его особенности, достопримечательности и цены. Теперь мне интересно, когда я смогу увидеть всё это своими глазами, пройтись по оживлённым улицам, погрузившись в свои мысли и слушая музыку в наушниках. После того как я разберу вещи, я обязательно отправлюсь на прогулку.

Пока мистер Боб укладывал мои вещи в багажник чёрного автомобиля с тонированными стёклами, я размышляла о том, как пережить предстоящие три месяца. Через три месяца мне исполнится 18 лет, и я смогу съехать от родственников. Снимать квартиру, жить самостоятельно, привести мысли в порядок и вернуться домой. Не думаю, что они рады моему приезду. У них своя жизнь, свои заботы, а тут я свалилась как снег на голову. Когда сотрудник опеки сообщил им по телефону о моём приезде, дядя не проявил особого интереса к разговору. Он не задал мне ни одного вопроса и даже не приехал на похороны, сославшись на занятость и бизнес. Раньше я лишь изредка слышала о нём и его семье. Почему они решили меня принять, вот вопрос, который меня интересует...

Мои размышления прервал мистер Боб. Он закончил складывать вещи в багажник и был готов к поездке.

— Оливия, мы можем отправляться в путь, дорога предстоит неблизкая. Присаживайся, — предложил Боб.

— Почему? Мне говорили, что кузен живёт недалеко от аэропорта, в каком-то престижном районе, — у меня перехватило дыхание. Что-то здесь не так...

— Тебя не предупредили? — Ладно, садись быстрее, у нас мало времени, нужно успеть добраться до заката.

— О чём? — Я была в полном недоумении, и, судя по выражению моего лица, это было заметно.

Он ничего не ответил, просто сел в машину. Я стояла в растерянности и не знала, что делать: садиться в машину или бежать прочь. Может быть, произошла какая-то ошибка или это просто розыгрыш? В сотый раз я пыталась успокоиться. Мой приезд сюда с самого начала пошёл не по плану, не по тому плану, который я себе нарисовала. Надеюсь, Сью всё объяснит по приезде.

В итоге я открыла дверцу этого роскошного автомобиля и плюхнулась на заднее сиденье. Я устроилась поудобнее, достала наушники и включила песню Shawn Mendes — Mercy. Обожаю её, особенно когда на меня нападает тоска.

Пока мы едем, за окном я вижу великолепные многоэтажные здания, множество людей, кафе, ресторанов и магазинов. Вероятно, это центр города, и я рада, что хоть его увидела. О, боже!

Проезжая по огромному мосту, я вижу прекрасный пейзаж и великолепный вид на Массачусетский залив. Это потрясающе! Горизонт окрасился красно-оранжевым закатом, я открываю окно, чтобы вдохнуть немного свежего воздуха, в салоне пахнет терпким мужским одеколоном, от которого мне становится плохо.

Взяв телефон, я делаю несколько снимков залива и, взглянув на время в верхнем углу экрана, понимаю, что уже довольно поздно. Мне на глаза попадается приложение Google Карты, и я хочу посмотреть, где мы сейчас находимся, чтобы потом вернуться сюда и прогуляться вдоль залива.

Что? Судя по карте, мы движемся к выезду из города. Куда он меня везёт? Что происходит? Я не знала, что у Гарри есть загородный дом, или, может быть, они решили поселить меня отдельно от себя, чтобы я не мешала им? Или этот Боб вообще не тот Боб, которого отправили родственники? Может быть, он какой-то маньяк, который сейчас везёт меня в лес, чтобы изнасиловать и убить?

О, чёрт! Мои мысли пошли не в том направлении, он хоть и мрачный тип, но опасности от него не исходит.

Подняв взгляд, я смотрю в зеркало заднего вида, Боб смотрит на дорогу, не обращая на меня внимания. По нему видно, что он немного нервничает, так куда он меня везёт? Дорога занимает слишком много времени, и меня начинает охватывать паника, когда я думаю о том, что он может быть маньяком.

Внезапно Боб сворачивает на узкую тропинку, ведущую куда-то в лес, я в панике хватаю свой телефон, открываю карту и вижу, что вокруг только лес, ничего больше. Ни заправки, ни кафе, ничего! Я мысленно прощаюсь с жизнью, думая о том, сколько всего я ещё не успела сделать, как вдруг... Мы сворачиваем, и перед моими глазами открывается удивительный вид.

Передо мной предстаёт величественное сооружение, окрашенное в серо-красные тона. Его высота составляет полторы тысячи футов, и оно выглядит как настоящая крепость. Здание сочетает в себе черты старинной усадьбы и современного загородного дома, что делает его уникальным и привлекает внимание.

Автомобиль проезжает через ворота и оказывается на территории здания.

— Это интернат для трудных подростков? — спрашиваю я у Боба, увидев группу юношей и девушек в серой форме, стоящих у массивных железных ворот. На груди у каждого из них была брошь с изображением трёх змей и лавровых листьев. Кто мог до такого додуматься?

— Да, мисс Оливия, это школа-интернат закрытого типа, — с лёгкой иронией ответил Боб.

Что? Мои предположения оказались верны, они действительно решили изолировать меня от себя. Но не так, как я представляла, это даже не приходило мне в голову. Как они могли так поступить?

— Почему мы приехали сюда, а не домой к Сьюзен и Гарри? — спрашиваю я у Боба, который, кажется, тоже разочарован.

По его лицу видно, что родственники моего отца просто решили отправить меня в эту школу, не думая обо мне. Конечно, зачем им проблемный подросток? Лучше просто отправить в интернат и забыть о нём, пока я его не окончу. Могли бы хотя бы предупредить. Не знаю, согласилась бы я на такой вариант, но всё же. Во мне сейчас столько эмоций, и все они перемешались: от радости, что я буду одна, до злости, что мне ничего не сказали. В надежде получить объяснения я достаю телефон и звоню Гарри, но абонент недоступен. Затем я звоню Сью, но и она не отвечает.

Боб выходит из машины и галантно открывает мне дверь. Я смотрю на него и вижу добрую улыбку, и я улыбаюсь ему в ответ.

Оливия, мне очень жаль, что вам не сообщили об этом! — с тяжёлым вздохом говорит Боб. — Это неудивительно, ведь я...

— Я понимаю, что вы сейчас злитесь на них, но они сделали это ради вас, и вам здесь понравится. Гарри и Сью когда-то учились здесь, и после выпуска они были неразлучны.

— Вы хотите сказать, что здесь я могу встретить свою судьбу?

— И да, и нет. Я хотел сказать, что здесь вы сможете найти семью и новых друзей. Я в этом уверен. Ребята здесь хоть и странные, но довольно милые.

Боб смотрит на школу с восхищением, ему явно нравится это место. Если ему нравится, то и мне тоже. Я чувствую, что Боб — хороший человек, который не будет меня просто успокаивать, он говорит от чистого сердца.

— Откуда вы знаете? — с большим интересом спрашиваю я.

Гарри и Сью — входят в совет основателей этой школы, они ежегодно выделяют средства на её содержание. Я часто бывал здесь и немного общался с учениками и преподавателями.

- Примите мои соболезнования в связи с утратой родителей. Гарри был очень огорчён, когда узнал о смерти брата, но не смог приехать, чтобы попрощаться с ним.

Странно слышать это от водителя, а не от них самих. Они даже не потрудились лично привезти меня сюда и переложить всё на Боба, оставив объяснения на мою долю. Гарри больше похож на моего отца, чем я думала. Отец тоже любил так поступать.

- Благодарю за разговор и поддержку! Однако это их обязанность, а не твоя! Почему они не отвечают? Почему недоступны, когда мне так нужна их помощь?

Я чувствую обиду, но не хочу обидеть Боба. Он ведь должен знать, где они сейчас находятся.

- Я думаю, они с радостью проводили бы тебя сюда, но, возможно, у них возникли проблемы, которые они сейчас решают. Подожди, и они сами тебе позвонят! Не стоит стоять здесь и грустить. Оглянись вокруг! Здесь лес, птицы и недалеко есть красивое тихое озеро, ты можешь ходить туда и читать книги.

Боб подмигнул мне.

Возможно, он прав, и я действительно слишком переживаю из-за этого. Нужно искать положительные моменты, ведь могло быть и хуже, верно? Я нахожусь в элитном загородном пансионате, где буду учиться и жить одновременно. Мне не нужно тратить много времени на дорогу до школы и обратно, искать работу, чтобы накопить на квартиру.

Вот она, новая жизнь, встречайте меня!