Глава 44

Джон закопал яму вновь. Он лично передал мне в руки документы, удостоверяющие личность, мои сбережения и что-то еще, сказав, что все необходимое уже будет на месте. Мы шли до повозки, постоянно оглядываясь вокруг, хотя в частности это была именно я. Этот лес находится в наших владениях, нет, владения семьи Авеллино, и нас уже поджидал человек, с которым я уеду. - Джон, моя последняя просьба. Отправь все письма в точности по указаниям, я буду присылать тебе по одному письму в месяц от нового имени. И, если вдруг ты не получишь письмо до конца месяца, это может означать только одно, в ход вступит план Б. Какое-то время он молчал, просто наблюдая за мной. Но затем произнес: - Я вас понял, берегите себя. - Прощай, Джон. - вдруг в сердце защемило, но я пообещала себе, что больше не пророню ни слезы. Я села в повозку и в тот же миг она двинулась в путь. Минуты расставания самые тяжелые. Мы все отдалялись от места, что буквально день назад я называла домом. Обычно в такие моменты вся жизнь проносится перед глазами, здесь были самые счастливые и трудные годы в начале моей жизни, я никогда не забуду кем я была, даже если захочу.Прошло некоторое время и мне снова захотелось спать. Джон предупреждал, что будут побочные эффекты, возможно один из них. Но я боюсь заснуть, что стоит мне только прикрыть глаза, как кто-то уже подставит лезвие к горлу. Не думаю, что все пройдет так скоро. За окном сумерки. Дыхание превращается в пар и не скоро растворяется в воздухе. Кончики пальцев похолодели и стали розовыми. Сжав ладони в кулаки, до меня медленно доходит осознание моего полного одиночества. И, вспоминая себя раньше, как сильно я не желала этого, усмехнулась над собой. «От чего бежишь, к тому и приходишь», вспомнились мне чьи-то слова. Я чувствую некую вину перед отрядом рыцарей. Они все до последнего были со мной, продолжали усердно делать вид, буд то все как раньше. Я видела, как тяжело им было на самом деле. И если смотреть на вещи так как они есть, то их решение служить мне означал отказ от верности к герцогу. Только это я не в силах исправить. Артур, Николас и все остальные рыцари, прошу, простите своего безответственного и слабого лидера, не способном позаботиться о своих людях. Много или мало прошло времени? Я не знаю. Но мы уже доехали к началу города и остановились перед трактиром. Он небольшой и простой по строению. Два этажа на первом из которых горел свет. Стоило мне только выйти, как привезший меня сюда человек уехал куда-то вперед. Проводила взглядом повозку и снова посмотрела на трактир. Что ж, мне тоже уже пора. С ужасным скрипом открылись двери. Я стояла в прихожей, если это можно так назвать, а кругом полно посетителей, сидящих за столиками и распивающие пиво. В основном это мужчины средних лет и старше, изредка можно различить молодых парней, окруженные дамами. Эта картина напомнила мне принца Дамиана и наше первое знакомство, дежавю. К счастью никто не обратил внимание на зашедшего человека. Джон молодец, продумал даже это, а мое одеяние хоть и несколько выделяется, но черный дорожный плащ с глубоким капюшоном компенсирует это. Я чувствую на себе чей-то взгляд: за стойкой, где разливают пиво, за мной следит мужчина. Не сложно догадаться, что он владелец заведения. Уверенным шагом подошла к нему, вид у него не из дружелюбных. - Вы мисс Рэтлифф? - прозвучал грубый голос, оттягивающий каждый слог. - Что? - в замешательстве переспросила я. Но быстро сообразив, ответила, - Да, верно, это я.- Второй этаж, пятая комната с права, - он кинул мне в руки ключи, и ловко поймав их одной рукой, я поблагодарила его и поспешила пройти к себе. Оказавшись в нужной комнате, первым делом я стала искать в ней оставшиеся вещи. Уже завтра на рассвете я должна буду уйти. Моему взору встала очень простая комната. Из мебели: кровать, тумбочка возле нее и зеркало, висящее на стене. Сперва я осмотрела тумбочку, но не найдя в ней ничего, помимо нескольких тараканов, осмотрела кровать. Как следствие, на ней и под ней ничего не оказалось. Я шла по комнате, думая, куда же еще мог спрятать мои вещи Джон, но вдруг подо мной скрипнул деревянный пол. Я наступила на то место снова и услышала более звонкий скрип. Сомнений нет, под деревянными дощечками что-то есть. Я опустилась на колени, пытаясь поднять одну из деревянных досок. Приложив усилия, я убрала одну из них, та громко скрипнула, но, к облегчению, никто не услышал. Там лежали мешок с золотыми монетами, некоторые мои украшения с драгоценными камнями, мой меч и револьвер с отдельной коробочкой, в которой был запас патронов. Все вещи я поставила на кровать, вернув дощечку на прежнее место. Теперь я смогла развернуть врученный мне конверт. Там были документы, удостоверяющие личность. Имя, которое я произнесла в слух, было мне чужим, но ставшим теперь моим. - Эрика Рэтлифф.Джон на отдельном листе бумаги написал, что Эрика погибла два месяца назад, она упала в реку и не смогла справиться с течением реки, после чего захлебнулась водой. Позже ее выбросило на другой берег, где ее нашли местные жители. Личность девушки установили совсем недавно, так что ее семья не знает о ее гибели. Здесь также написано, что ее семья владеет фермой и у нее есть старший брат Виктор. Ее отец умер два года назад, ферма осталась на старшем сыне. По описанию я совсем не похожа на эту девушку, ей было семнадцать лет, не замужем, у нее зеленые глаза и каштановые волосы. Нет, меня точно не примут эти люди. Но стоило мне только подумать об этом, как там было написано следующее, что мать Эрики плохо видящая, значит не сможет разобрать лица девушки, и, словно зная о возможных возникших у меня вопросов, так же пояснил, что медицина не достигла должного прогресса, чтобы знать, как лечить эту болезнь. Брат Эрики не часто бывает дома, дорога до города занимает целый день, поэтому он предпочитает оставаться в каком-нибудь трактире, дабы не ездить в город каждый день. Примечание, Эрика считается пропавшей без вести. Я встала со своего места и подошла к зеркалу, но стоило мне увидеть свое отражение, как я тут же замерла. Вместо янтарных глаз я увидела глаза цвета кофейной гущи. Словно другой человек в отражении. Но это даже к лучшему. Я подошла еще ближе к зеркалу, дотронувшись до лица. - Мэри Авеллино мертва, ее больше нет, как и янтарных глаз, подтверждающих ее принадлежность к этому роду. Теперь я Эрика, Эрика Рэтлифф. Я убрала меч под кровать, а револьвер с мешком: под подушку. Сняла с себя платье и одела более удобные шерстяные брюки, а под ними теплые колготки, сверху вязаная водолазка и шерстяной жакет, накинула мантию, волосы собрала в косу и не стала вытаскивать поверх мантии. Хотелось есть. Не помню, сколько прошло времени, когда я в последний раз ела. Прихватила с собой пару монет и направилась к выходу, заперев комнату на ключ. По направлению к лестнице, по ней поднимался какой-то пьяный мужчина, шатаясь из стороны в сторону. Я не стала обращать на него внимание и быстро спустилась вниз. Людей поубавилось, но все еще слишком много, потому как все столики заняты. Я села перед стойкой, выжидая, когда ко мне обратятся. Вскоре меня заметил владелец. - Вам чего? - в грубой манере обратился он. - Хочу сделать заказ. - Сперва деньги. - не отрываясь от протирания стаканов, произнес он. - И к каждому посетителю это правило относится? - с явной усталостью спросила я. - Мое заведение, мои правила. - все также продолжил он. В ответ я лишь небрежно бросила на стол две золотые монеты. Те со звоном приземлились возле него. Он недоверчиво посмотрел на них, а затем на меня, взял их в руки и попробовал прокусить их зубами, проверяя, настоящие ли они. Я лишь продолжала сидеть с тем же выражение лица, говорящим о моем желании поскорее поужинать и покинуть эту стойку. - Что хотите заказать? - на этот раз поставив стаканы на место и смотря уже на меня, спросил мужчина. - Я уверенна, что этой суммы более, чем достаточно, и как я уже говорила, то очень голодна. - Эй! - вдруг громко произнес он, не сводя с меня глаз. В тот же миг из дверцы, находившаяся неподалеку от нас, выбежал мальчишка, - Принеси полный поднос еды нашей гостье, да побыстрее. - он смотрел на мальчика, а тот робко кивнул ему и быстро направился в кухню. - И давно работает этот мальчик у вас? - Давно, его семье нужны деньги, отца нет, а мать больна. Но в любом случае, вас это не должно волновать. Через некоторое время вышел мальчик, неся перед собой большой поднос, заваленной едой. Его руки дрожали и казалось, что вот-вот он все выронит. Я не могла продолжать сидеть и смотреть на это, поэтому, встав, я подошла к нему, взяв из рук непосильный для ребенка груз. Сперва он взглянул на меня со страхом в глазах и готовым начать извиняться в тот же миг, но я всеми силами попыталась искренне улыбнуться ему, со словами «все в порядке» и подошла к столу раньше, чем успел повернуться в нашу сторону человек за стойкой. - Что так долго? Я за что тебе плачу?! - начал кричать на него он. - Постойте, - перебила его я, - по-моему недовольна здесь должна быть я, - мужчина, не понимая, смотрел на меня, - если я была бы чем-то недовольна, я бы обратилась к вам, но без повода не вижу смысла ругать работника. Или вы не согласны? Он некоторое время смотрел на меня, но ничего не ответил. Затем, сказав мальчику, чтобы он продолжал работать, куда-то отошел. - Мисс, вам не стоило помогать мне, - прозвучал детский голос, - если бы хозяин это увидел, то он разозлился бы. - Все в порядке. Тебе лучше стоит вернуться обратно, но перед этим, - я взяла самое большое мясное блюдо, которое было на подносе и отдала ему, - я не заказывала это. - Н-но мисс, что мне с этим делать? - парень был заметно худым, а его глаза цвета шоколада, наполнились голодом, когда он посмотрел на тарелку с едой. - Все, что захочешь. А теперь беги обратно, пока не вернулся твой хозяин. - не дав ему возразить, он спешим шагом направился за дверь. - Я смотрю вы не на шутку проголодались, но куда же делась тарелка? - Туда же, куда и все, на мойку. Ваш работник отлично справляется со своей работой. - Да, это так, - немного подумав, ответил он. После ужина я пошла к себе в комнату. Открыла ключом дверь и заперла обратно, войдя внутрь. Завтра меня ждет долгий путь, а пока лучше набраться сил. Я по привычке держала меч в руках, но подумав, что это не слишком то и безопасно, положила его под кровать. Глаза смыкаются, а шум снизу не мешает мне заснуть.

*** Что-то потрескивает вокруг. Заметно ощущается запах гари, а температура воздуха нарастает с каждой секундой. Я открываю глаза и первое, что вижу - огонь. Он всюду, его язычки пламени достигают самого потолка. Я слышу крик Софии. Я снова здесь, в поместье Авеллино. «Беги», кричит голос в голове. Я должна успеть, я должна ее спасти...! Но вот я лечу по лестнице вниз и готовясь к удару, зажмурила глаза. Сверху начал лить дождь. Дождь?... Я стою в саду, промокнув до ниточки. Грозовое небо озаряется от вспышек молнии. Впереди навстречу мне бежит один из рыцарей. Приглядевшись, им был Томас?.. И вот он уже почти добежал, как прошел насквозь меня. Я в ту же секунду оборачиваюсь, но позади нет ни сада, ни его. Лишь белый лес, покрытый снегом. Я нахожусь на пустой полянке, холод пробирает до костей и кажется, что одежда превратиться в огромный кусок льда. Топот копыт. Люди Вирфора совсем близко и стрела одного летит в меня. Я на мгновенье закрыла глаза, и боль от стрелы прошла так же внезапно, как и началась. В холодном поту я раскрыла глаза, как тут же ощутила холодное лезвие у горла. В темноте почти невозможно кого-либо разобрать, я пыталась встать, но меня словно приковали к постели. Затем я начинаю по немного различать фигуры в комнате. Скрежещи голос доносится у самого уха. - Неужели думали, что смогли нас перехитрить, леди Авеллино? - весь воздух вдруг пропал, сердце было готово вот-вот выпрыгнуть из груди, услышав этот голос, - Обещаю, мы доставим вас, не навредив. Я резко просыпаюсь и, достав револьвер, крепко сжала его в руках, успев спустить крючок. В страхе оборачиваюсь вокруг в поисках людей, готовая стрелять в первого, кого увижу. Глаза постепенно привыкли к темноте, в комнате никого нет. Это был сон, всего лишь очередной сон. Я убрала револьвер обратно под подушку, попыталась заснуть, но не получилось. Открыла шторки, которые закрывали все это время окно. Светает. А значит, пора собираться. Проходя мимо стойки, в проеме плохо закрытой двери на полу спал мальчик, которого я видела вчера. Его сон безмятежен, а пряди темных волос спадают к глазам. Я тихо подошла к нему, стараясь не разбудить его, разомкнула крепко сжатый кулачок и вложила в него небольшой мешок с запиской. И, стараясь не создать шума, вышла из трактира. Небо только начало светлеть, ни души кругом. Мой следующий пункт назначения - город Каринс, а если быть точнее, за его пределами далеко на холме, где находится небольшая ферма семьи Рэтлифф. Путь до города составит примерно два дня езды в повозке без учета остановок. Если остановки свисти к минимуму, то к половине третьего дня я буду в городе, а затем несколько часов до самой фермы. Широкая улица, вдоль которой выстроены в ряд дома. Фонарные столбы слабо освещают дорогу, впереди видны очертания человека, стоящего возле кареты. Той самой, на которой я приехала. На горизонте небо озарено лучами утреннего рассвета, где-то вдалеке все еще светит луна. Он не сводил с меня пристальных глаз. Лицо скрыто как и прежде, даже его имя мне не известно, но если Джон доверился столь сомнительному человеку, то и мне опасаться нечего. - Еле успели, мисс. - прозвучал его равнодушный голос.- Вы можете довести меня до... - но он грубо перебил меня, чуть ли не вталкивая внутрь. - Каринс. - коротко добавил он, намереваясь закрыть дверцу, - Мне уже известно место, так что позвольте мне незамедлительно выполнить заказ. - захлопнув дверцу, он быстро сел на место кучера и мы двинулись в путь. Мысль о том, что я езжу на карете вместо повозки, наводили на меня волнение. Оказавшись за пределами города, мы сменили транспорт на лошадей, основанное на его не желании тратить на путь много времени. Я не стала возмущаться, напротив, мне было куда спокойнее на лошадях. Странно, но так я даже чувствую себя в безопасности. Кареты наводят на меня слабый страх, причины которого мне известны. И пусть в лицо дул ледяной ветер, а пальцы немели даже в теплых перчатках, та свобода, которую я ощущаю в этот короткий миг, она стоит всего этого. Как и было задумано, я оказалась в Каринсоне уже на третий день. За всю поездку мы сделали лишь одну остановку. И, находясь в центре города в одном из местных трактиров, мой спутник распрощался со мной. Выпила предложенный стакан с пивом. Ужасный вкус, не думаю, что когда-нибудь полюблю алкогольные напитки, но для человека, которому еще день езды верхом в суровую зиму до фермы, находящаяся далеко на холме, как раз то, что нужно. Противоположность вкусу - это то тепло, которое осталось после. Местные жители подсказали направление, даже угостили, что сильно удивило меня. Они не требовали денег и на мои попытки поблагодарить их таким образом, напрочь отказались. И ближе к ночи я поднималась по холму, держа в одной руке поводья лошади. Этот холм не был похож на гору с малым клочком земли. Это была та же земля, которая просто шла чуть выше с подъемом вверх. Здесь было все, что предполагалось для небольшой фермы. Конюшни для лошадей, в которых не спали их жители, стойла для коров, овчарня с овцами и курятники. Сам дом находится дальше, я оставила свою лошадь в конюшне и медленно пробрала ко входу. Дверь не заперта, словно человек, оставшийся внутри, кого-то ждет. Два этажа. После прохожей - гостиница, а слева от нее просторная кухня, в центре которой квадратной формы стол и несколько стульев по краям. Различная посуда, в основном сковородки и кастрюлю, шкафы и много чего другого. В доме очень тепло, сверху послышались шаги. Машинально дотронулась до рукоятки своего меча, сжимая его пальцами. Я встала наготове, но спускался по лестнице ни грабитель, ни кто-то еще, а почти пожилая женщина. Свет горит. Седые пряди вперемешку с темными заплетены в две косы, незрячие глаза смотрящие то на меня, то ли сквозь меня. Она крепко держится за перила, переставляя ноги с ступенек. - Сын мой, ты ли пришел так поздно ночью? - прозвучал ее нежный голос. Я не смогла выдавить из себя ни единого звука, ни могла произнести ни одного слова. Я чувствую себя обманщицей, что так нагло вторглись в чужой дом. Но ноги меня не слушают, они словно приросли к полу. - Ты ведь здесь? - обратилась она к кому-то в этой комнате. Она подошла ко мне, дотронувшись до меня. Ее теплые руки держали меня за щеки, глаза старались увидеть перед собою человека, но было ясно, что она не способна различить черты моего лица. Какая-то эмоция пробежала по ней, и две крупные жемчужины скатились по ее морщинистым щекам. Она крепко прижала меня к себе, не желая выпускать из своих объятий. Вдруг ко мне вернулся дар речи и из моей гортани вырвался всхлип. Не знаю от чего я ощутила волну накатившихся на меня эмоций, но я знала точно, что могу себе позволить эту слабину, ведь я не гордая и расчетливая Мэри, я Эрика, которая вернулась домой к своей семье. - Господи, ты услышал мои молитвы, - произнесла женщина все еще держа меня в своих руках, - Эрика, ты вернулась домой. - ее голос дрожал и мне стоит что-то сказать, чтобы утешить ее. - ...Мама? - тихо спросила я.- Да, это я, теперь ты дома. - Дома... - повторила я за ней. Неужели кто-то сверху решил сжалиться надо мной и подарил вторую жизнь? Я ведь могу это взять?*** Все произошедшее на кану показалось мне сном, но открыв глаза, все сомнения улетучились. Я спустилась вниз, женщина что-то готовила у плиты. Я подошла к ней, обходя стол и стулья. - Мам, - неуверенно сказала я, - Давай я тебе помогу. - Ох, ну что ты, я и сама справлюсь. Ты лучше садись, я уже приготовила тебе омлет. Струйка пара исходило от теплого омлета и кукурузных лепешек. Теперь мне действительно хочется есть. - Когда ты успела? - Ты же знаешь, дорогая, что я быстро все готовлю. Ты лучше скажи, когда успела отрастить такие длинные волосы и перекрасить их в угольно-черный цвет? - я зажала в руке вилку, а в голове вертится лишь одна мысль, что она поняла, что я не ее дочь, - Но знаешь что? Мне нравятся твои перемены. Раньше ты была такой нерешительной, а сейчас даже не побоялась покрасить волосы. - Дело в том что... - но она не дала мне договорить. - Эрика, - я вздрогнула от чужого имени, обращенного ко мне, - больше не сбегай из дому. Сейчас скоро придет твой брат и мы все вместе поговорим о твоем уходе. Я думала, что... что больше не увижу тебя... - я подошла к ней, обняв со спины. От нее пахло только что приготовленным омлетом и имбирем. Такой знакомый запах.- Мама, я здесь и не сбегу. - послышался звук открывающих дверей с прихожей. - Милая моя, садись, поешь, ты совсем исхудала, а это, должно быть, твой брат пришел. Я пойду, встречу его. Она отошла от меня, направляясь к двери. Я уловила уставший голос юноши и мысленно готовилась к тому, чтобы представиться ему и грядущей его реакции. Какого это, знать, что место твоей сестры заняла незнакомая девушка? Он будет зол? Вышвырнет из дома? Попытается нанести удар? - Эрика! - прокричал он, мчась на кухню. Я съежилась, по спине прошлись мурашки. Я сидела спиной от всего того, что находится позади и тут его шаги остановились, стоило ему оказаться на пороге кухни. Я сидела не подвижно, отчетливо различная каждый его шаг, и вот он готовится поставить свою руку мне на плечо, но я резко встаю, а он отшагнул на пару шагов назад. Я собрала всю свою волю и развернулась к нему лицом. На меня смотрел молодой, высокий парень со средним телосложением. Его отросшие русые волосы почти спадают к глазам, цвет которых напоминает густую траву. Густые брови, который почти что сомкнулись, вытянутый нос без горбинки и крепко зажатые губы. Я стала идти к нему на встречу, а он словно прирос на месте. Обняла его, вот только ему был не приятен этот жест: он был ему омерзителен. Его крепкие руки схватили меня за плечи и оттащили от себя на расстояние вытянутой руки. Он вглядывался в мое лицо не веря, что место его любимой сестры заняла какая-то неизвестная ему девушка. Его взгляд до боли мне знаком. Чувства все смешались, но я слишком хорошо знала, как выглядит презрение и отвращение к тому, кто стоит перед тобой. Не хватает только холодного брошенного взгляда для окончания картины. - Кто ты? - сквозь зубы процедил он, - Кто ты, черт возьми?! - он кричал на меня, а я даже не вздрогнула. - Что ты сделала с Эрикой?! На шум подошла женщина, а ведь я даже не знаю ее имени. - Виктор! - строго остановила своего сына она, - Эрика только вернулась после того, как пропала, а ты тут же набрасываешься на сестру? Ах ты, негодник! Никогда в жизни не повышал на младшую сестру голос, а тут стоишь и орешь на весь дом! - он взяла его за руку, оттаскивая от меня, - Потом отругаешь ее, а сейчас живо извинилась перед ней! Бедная, пришла совсем поздно ночью и ничего не еле. - Я не знаю, кто стоит передо мной и ее я точно не стану звать сестрой. - финальный штрих. Все так предсказуемо. Хотя, чего я ожидала? Что меня встретят с распахнутыми объятиями? Наивно. - Это же я, Эрика, - успела только тихо проговорить я. - Я повторю еще раз, КТО ТЫ? - Виктор! Эрика! Сейчас же прекратите ссору! - «а ведь он прав», подумала я. Женщина плеснула руками и мы оба замолчали. Виктор смотрел на свою мать и что-то в нем дрогнуло. Кажется, он пожалел старую женщину и принялся подходить к ней, придерживая за плечи и повел ее к стулу, усаживая. - Мам, прости, что устроил весь этот сыр-бор. Просто не сразу узнал ее... Эрику. Она сильно изменилась, не так ли? И, может объяснишь нам, где пропадала два, два чертовых месяца!? - Я лежала в госпитале. - Ты не жаловалась на здоровье, когда пропала. - послышалась нотка сожаления и горечи в конце. - И не на что было жаловаться, братец, - он вздрогнул от моих слов, - Уж не помню, почему меня занесло в лес, но я стояла возле реки и решила присесть, засмотрелась на воду и ее движение, как завороженная. И когда я уже собиралась было встать и пойти обратно, оступилась. Трава оказалась скользкой и я упала в реку. Вода была ледяной, как и мой ужас. Я старалась доплыть до берега и успела сотню раз пожалеть о содеянном, но время не повернуть назад. И в итоге не осталось сил грести против течения, но в какой-то момент мне показалось, что я нащупала дно и в попытке оттолкнуться, чуть не потонула. И мне стоило только поднять голову, как с огромной скоростью ударилась об один из камне, выступающих из реки. Что было после не помню. Но меня выбросило на берег и если бы не люди, которые нашли меня там и отнесли в ближайший госпиталь, не знаю, что было бы со мной. Что-то стряслось с моей головой из-за чего я не помнила кто я, где живу, есть ли у меня семья. Я не помнила даже своего имени. Они назвали это чем-то, что я не смогла запомнить. Рана на голове зажила, а память не вернулась. Мне было некуда идти и стала работать там же, помогала чем могла. Меня белье, приносила еду. Но стали происходить некие вспышки памяти. Я стала вспоминать, кто я. И пусть я все еще не помню все, но мне удалось вспомнить свое имя, а главное, у меня была семья и я знала, куда мне идти. Было сложно добраться сюда, я ведь почти никогда не покидала дом. А тут я в неизвестном мне городе и без понятия, в каком направлении двигаться. И с помощью добрых людей, которых я по встречала на пути, они подсказали мне путь. В конце моего рассказа еще некоторое время никто ничего не говорил. Эта история, что я выдумал лишь на половину правда, остальное то, что могло бы случиться, если Эрика была бы жива. - Ох, Эрика, - мать со слезами на глазах подошла ко мне, крепко обнимая и говоря, что больше мне не придется испытать этот ужас, что теперь я дома. Когда очередь подошла до Виктора, тот не хотя подошел ко мне, заключив в крепкие объятия. Мне казалось, что еще немного, то он может сломать меня, но этого не последовало. - Не верю, - шепотом произнес у самого моего уха, - ни единому твоему слову. И будь уверена, я выясняю, кто ты такая и что сделала с моей сестрой. - Постарайся, братец, - также тихо ответила я. Успела почувствовать как он напрягся и тут же отстранил меня от себя. Правильно. Не подпускай меня близко к себе. Старайся найти сведения обо мне, считай, что я виновница в пропаже твоей сестры. Тебе станет от этого легче, не сомневайся. Уж лучше считать ее пропавшей без вести и обвинить в этом кого-то, как я, чем погрузиться в себя с мыслями о собственной вине в ее смерти. Реальность, она куда суровее, чем мы ожидаем.

*** Прошел месяц. Мы стали играть в игру брата и сестры, Виктор, чтобы уберечь от правды свою мать, а я, чтобы скрыть свою личность. Я часто помогала Скарлет, так звали его мать, но сама того не заметив, я стала ее воспринимать как родную. «Ты Эрика», множество раз повторяла я себе, убеждая, что незачем волноваться. Я почти выбросила свое прошлое, почти его забыла в этой новой жизни с новой семьей, где меня любят. Почти. Но как и обещала, отправляла письма от нового имени тому единственному человеку, что связывало меня с моим прошлым. И бремя, что я продолжаю нести, ведь все не может закончиться так просто, или может? - Эрика! - позвала меня Скарлет, - Твой брат скоро вернется, встреть его и помоги. - Хорошо, матушка. Я оделась потеплее, как никак зима во дворе. Эрика предпочитала милые платья и даже для зимы у нее была парочка теплых платьев с горловиной и длинными рукавами. Надела полушубку с овечьей шерстью, теплую обувь и варежки. Белые хлопья кружили в воздухе, небо затянуто тучами, а под ногами хрустит снег. Приходится каждый день очищать дорожку от навалившего снега, но мне только в радость. Я стояла у холма, стараясь разглядеть где-то в вдалеке фигуру Виктора. Некоторое время спустя, он сидел на телеге, а его лошадь поднималась по склону. Несколько минут спустя, они поднялись. Виктор мимолётное взглянул на меня и как обычно, ничего не говоря, отправил свою лошадь в конюшню. Я последовала за ним, он же всеми силами игнорировал меня. И вот, когда он уже собирался выйти из конюшни, сказал: - Не носи ее вещи, мне противно смотреть на тебя из далека и каждый раз думать, что это она ждет меня там. - ни сказав больше ни слова, он пошел в сторону дома, не дожидаясь ничего. И как только я перешла порог дома, услышала голос Скарлет, которая что-то обсуждает с Виктором. Их голоса тревожные. Я присела за стол и они тут же перестали что-либо обсуждать. - Что-то случилось? - задала я вопрос. - Эрика, тебе лучше пойти к себе в комнату. - холодный тон Виктора мог означать не только прозрение ко мне, но и о серьезности дела. В данном случае и то, и другое. - Я хочу узнать, что вы обсуждаете. - Уж точно не девичьи забавы, - как и обычно я пропустила мимо ушей его колкости. Что я сумела бы сделать даже перед лицом смерти, так это сохранить самообладание, вот к чему можно прийти с годами практик. - Разве? Я в них разбираюсь также, как и ты, Виктор, разбираешься в этикетке. - что ж, хороший удар и он его заметил. - Эрика, не язви брату! - строго произнесла Скарлет. - Что? Это прозвучало так? Я просто имела в виду, что действительно в этом особо не смыслю. Но в любом случае, я ведь не маленькая, и если у нас есть какие-то проблемы, хочу помочь их решить. - Неужели? Тогда как ты поможешь выплатить долг нашего отца? - он явно был не в духе. - Сколько? - только спросила я. - Ему нужна сумма в два раза больше, чем стоит наша ферма!- Когда ему нужны деньги? - На следующей неделе, и если я не достану их, то нам придется отдать ферму. - Скарлет присела на стул, опустив голову. Я не могу позволить, чтобы у этой семьи отняли не только источник их пропитания, но и дом. Я им не позволю этого.После ужина я вымыла посуду и вышла на улицу. Ночь выдалась беззвездной. Я сидела на крыльце, как ко мне подсел Виктор. Не обратив на него внимания, продолжала лицезреть ночной пейзаж суровой зимы. - Ты не похожа на нее, совершенно. - проговорил он, - Если бы не мать, давно вышвырнул бы из дома. - Но ты не можешь, не так ли? - не отрывая взгляда от неба, спросила я. - Если бы мог, ты тут не сидела бы. - Должно быть, ты сильно ее любил. - Конечно....Стоп, что? Ты только что призналась, что ты не она?! - кажется, я еще не слышала его изумленного голоса. - Перестань строить из себя дурака, Виктор. Это было ясно еще в самый первый день, как ты увидел меня. Но если для удовлетворения своего эго ты хотел услышать это лично из моих уст, сказал бы об этом сразу. Да, я не Эрика и никогда ею не была, в этом ты прав, а в остальном заблуждаешься. - Тогда кто ты? - просто спросил он. - Никто. - самый честный ответ, который я могу ему дать, - Человек без имени и семьи. Вот кем я являюсь. - Врешь. Я не верю тебе. - Я и не просила, чтобы ты мне поверил. Сказала как есть. И зная правду, не думаю, что от этого что-либо поменяешь. Знаю это ощущение, когда ты не в силах ничего изменить. - Ты не можешь этого знать, в тот день я потерял одного из дорогих мне людей и теперь я должен притворяться, что ты -это она! - в нем скопилось злость и отчаяние, что ж, я могу понять и это. - Я сказала, что я человек без имени, Виктор, а не без прошлого. - с этими словами я покинула крыльцо и направилась в свою комнату. Но после признания я теперь ничто не могу назвать в этом доме своим. Нет, не верно. Все это никогда не было моим. И имя тоже.