Глава 22-2

Следующий день начался с того, что барон, даже не позавтракав, укатил в город. Вера должна была быть в гимназии до самого вечера, уроки ведь никто не отменял, значит, у Александра было достаточно времени, чтобы сделать девушке приятное. И Фальц-Фейн направился к мадмуазель Женевьеф.

Похоже, весь город был в курсе его ночных приключений, потому как вслед проезжающему экипажу люди бросали долгие и крайне жадные взгляды, а все, кто встречался и останавливался поздороваться, жаждал подробностей.

Заехав в полицейскую управу, Фальц-Фейн еще раз убедился, что его просьба исполняется и возле Епанчиной беспрестанно находится охрана из двух человек.

Заехав к ювелиру, отдал на чистку старинный родовой перстень. У мастера-часовщика оставил на проверку карманные часы – мало ли, как сырость подземных ходов могла повлиять на механизм...

И наконец, добравшись до салона мадмуазель, облегченно и мечтательно вздохнул.

- Я мужчина хоть куда! В полном расцвете сил! – заголосил белокрылый хозяин салона, стоило Александру открыть входную дверь.

Как по команде, все дамы, находившиеся в тот момент в креслах и у прилавков, замолкли, настороженно глядя на барона. Фальц-Фейн мог дать голову на отсечение – только что говорили о нем.

- Доброго дня, милые дамы, - барон учтиво раскланялся во все стороны. – Мадмуазель Женевьеф...

Стоило Александру произнести имя хозяйки салона, как тут же застывшее время побежало в троекратно ускоренном темпе.

- Александр Эдуардович, это такая честь для меня! – сорвалась с места модистка, позабыв о своей собеседнице.

Выскочив из-за прилавка, бросилась к барону, рассекая воздух. Казалось, француженка, как ледокол, разбивала каждым шагом лед, разгоняла взмахом руки тучи, а улыбкой озаряла отдельно взятый жилой квартал.

- Как же я вам завидую! – с ходу в карьер бросилась модистка. – Такое незабываемое приключение! Вера Николаевна, наверняка устала, потому что запиской предупредила меня, не появляться на ее пороге вплоть до завтрашнего утра! Она изверг, вы не находите? Скрывать так долго от ближайшей подруги подробности приключения...

- Простите меня, - довольно жестко перебил девушку барон, - но Вера Николаевна совершенно права, когда решила спрятаться от мира. Это, знаете ли, была не увеселительная поездка. И романтикой там и не пахло.

- А чем пахло? – влезла в разговор невоспитанная девица с жутко напомаженным лицом, но тут же стушевалась под испепеляющим взглядом модистки.

- Вы совершенно правы, Александр Эдуардович, - изображая раскаяние, пролепетала француженка, - и я уверена, что, когда Верочка отдохнет, она вспомнит намного больше подробностей.

Барон одарил хитрую лису снисходительным взглядом, а Женевьеф, лукаво улыбаясь, направилась вновь к своему насесту за прилавком.

- Вы чего-нибудь желаете, ваше благородие? – уже из-за стойки переспросила модистка.

- Да, желаю, - барон оставил головной убор на стуле у входа, расстегнул пальто. Заставляя замолчавших дам сдавленно охнуть, и прошел вглубь салона. – Дюжину замшевых перчаток.

Женевьеф мило улыбнулась, но улыбка была насквозь фальшивой.

- Простите Александр Эдуардович, но мужской одежды у нас нет...

- Мне вовсе не мужские перчатки нужны, а женские, - и глянув из-под бровей, Александр выложил на прилавок окрашенную в оттенки красного купюру.

Умница модистка мгновенно сообразила, но все же решила уточнить:

- Доставить вам на дом?

- Не нам, - уже в дверях обернулся барон. – Мое почтение, дамы...

Домой Александр возвращался, воспарив духом. Решив основательно подойти к вопросу свадьбы и предложению, барон наметил план действий. И первым пунктом этого плана значился разговор с матерью и отправка телеграммы в Петербург – генералу Епанчину.

1"J<8